Согрей меня

— Отвечай, чёрт тебя дери! – Юра швыряет телефон в стенку. Почему Костя не берёт трубку? Он же сам говорил, что влюблён, что жаждет общения… А может, остыл? А может, и не любил вовсе? Нет! Теперь Татищев точно не отступит. Раз решил, раз разобрался наконец в себе, надо идти. Не мучить ни себя, ни Костю. А вот и он, лёгок на помине. Перезванивает. — Алло, ты звонил, Юр? — Да, да. Нам поговорить бы, Кать… Где-нибудь в парке, например. Наедине. — Хорошо. У тебя, у меня? — Давай у меня? — Жди, сейчас подъеду к твоему дому. — Хорошо. Звонок завершён. Парень мигом оделся, нашёл ключи и сунул в карман. Для него доехать до Юры не проблема. «Я на месте». Сообщение от Кости. Юра высунулся в окно и, увидев криминального вида мужчину под окном, помахал тому рукой. Уралов чуть улыбнулся и помахал в ответ, но Юра уже закрыл окно. Да что там, он уже закрывал дверь. Выбежав из подъезда, черноволосый чуть было не бросился другу на шею. Так рад он был видеть Костю. — Юра? Что ты делаешь? — В недоумении спросил Уралов. — Я? Прости, просто скучал – Татищев отвёл взгляд. — Ты хотел поговорить — напомнил Костя, облакачиваясь на капот машины. — В общем, Кать… Я подумал тут… Помнишь, ты мне признался, кхм… Кое в чём. Костя смутился. — Да, помню. Но как это сейчас к разговору относится? — Напрямую, Кать. Короче, я тебя тоже люблю. Говорил Татищев твёрдо, глядя точно в глаза. А после сказанного — как землю из-под ног вышибло. А точно ли Уралов всё ещё к нему неравнодушен? — Юра… Я даже не знаю как реагировать. – Свердловск замялся. — Я понимаю, что у тебя скорее всего кто-то другой уже, но… — Челябинск не поднимал взгляда на собеседника. Костя подходит, нежно берёт Юру за подбородок и поднимает его лицо сразу затягивая в глубокий поцелуй. Юра неуверенно отвечает кладя руку на чужое плечо. Бабки у подъезда осуждают. Костя остаётся в Челябинске на ночь… А утром он бросает Шуру и обрывает с Думским все связи.