Взаимовыгодно/Mutually beneficial

***

***

Взаимовыгодно Краткие сведения: Это беспроигрышный вариант: кампания Гермионы за свободных домашних эльфов будет усилена деньгами Малфоев, а имя Малфоев будет очищено от дурных ассоциации браком с Золотой девочкой. Это скрытый мотив для вступления в брак, но это взаимовыгодно. Или есть другая причина?       Глава 1 ПРЕДЛОЖЕНИЕ

***

      Они сидели в хорошем маггловском ресторане. Она настояла на «нейтральной» почве, чтобы поговорить о его предложении, которое лежало у нее на столе три месяца. Он был в отчаянии, и у него было мало времени, но, по крайней мере, она не сожгла это сразу. Они обсуждали предложение в течение часа.       Она цокнула языком, закрыв довольно внушительную папку со многими страницами. Драко работал над этим буквально годами. Для него была важна только одна вещь, и он надеялся, что она хорошо спрятана между неважным мусором.       Она сделала несколько заметок своей маггловской ручкой и теперь аккуратно, как всегда, положила ручку поверх заметок: "Я не понимаю". "Грейнджер, я не знаю, что в этом такого сложного. Это соглашение, которое принесет пользу нам обоим. У тебя есть мозги, используй их!”       Она изучала его, прищурив глаза: "Малфой, поверь мне, логику взаимовыгодных ситуаций не так сложно понять. Я поняла это сразу. Я получу ваши деньги на поддержку моей кампании домовых эльфов, а вы сможете очистить имя Малфоев, сотрудничая со мной".       "И ты можешь ткнуть нашу помолвку в нос своему бывшему, — добавил он, просто чтобы внести ясность, -- и у тебя будет пара на свадьбе Поттера на следующей неделе".       "Гарри, — поправила она его, — наше «соглашение» сработает только в том случае, если ты не будешь оскорблять моих друзей".       "Ты действительно хочешь, чтобы я называл твоих друзей по именам?"       "Да, Малфой", — она подчеркнула последнюю фразу.       Он вскинул руку: "Хорошо, это Гарри. Гарри, Рон, Луна, Невилл, Джинни, понял".       "Я удивлена, что ты действительно знаешь их имена, - она подняла бровь.       "Я полон сюрпризов, - он подмигнул ей.       "Да, я заметила. Я, конечно, не ожидала такого предложения", - ей потребовалось достаточно много времени, чтобы даже взглянуть на эти документы.        "Да ладно, Грейнджер, твоя кампания за домовых эльфов буксует уже много лет. Ты жаловалась на это каждый раз, когда мы случайно встречались. Ты никогда не добьешься принятия ни одного из твоих законов, если не сольешься со 'старыми' деньгами".       "Меня возмущает термин ‘слиться’ в этом контексте. Если я тебя правильно поняла, секс не обязательно является частью этого".       "Не сразу, нет. В долгосрочной перспективе я бы определенно высказался в пользу секса. Я имею в виду, я не могу жениться без волшебной церемонии, как бы старомодно это ни выглядело для тебя, а это включает в себя пункт о верности, и я не собираюсь отказываться от секса навсегда. У меня действительно красивые руки, если я так говорю, но в долгосрочной перспективе … ”       Она сжала губы, явно подавляя довольную ухмылку: "Ты сказал мне, что через четыре года будет развод. Ты будешь полагаться на свои руки в течение четырех лет?" Ему понравилось, как ее язык танцевал на ее губах всего лишь на долю секунды, и как ее глаза блеснули от шутки.       Он грубо подавил искушение пробормотать о том, что она была единственным вариантом для него. Если бы он не научил себя идти против необходимости сказать ей правду, это было заложено в его костях, он бы не справился.       "Я сказал, что мы можем пересмотреть условия через четыре года. Это будет зависеть от того, насколько далеко продвинутся наши взаимовыгодные проекты", - он улыбнулся.       "Я все еще думаю, что у тебя есть какая-то другая причина, - она прищурилась, глядя на него, - я признаю, что это имеет смысл, и я настолько разочарована тем, как проходит кампания, что я склонна рассмотреть твое предложение…"       Он ухмыльнулся.       "Рассмотреть, Малфой, рассмотреть… Я не говорила «принять", - она изучала его. Драко старался оставаться спокойным и невозмутимым.       Он встал: «Хочешь рассмотреть получше?»       "Разве ты не хочешь жениться по любви?" — спросила она.       Ему снова пришлось обуздать себя. "Малфои не женятся по любви. У нас были столетия браков по договоренности. И ты бы удивилась, как часто это срабатывало. Мы уже очень хорошо работаем вместе, - объяснил он, - помнишь, когда мы оба вели переговоры с кентаврами от имени министерства".       Она отмахнулась от этого: "Брак — это не просто совместная работа, и да, Малфой, я признаю, что мы прекрасно работаем вместе. И все же мне это кажется нелогичным. Ты, чистокровный, женился бы на магглорожденной, но брак все равно был бы организованным и согласованным". Гермиона была настойчива.        Ему пришлось разыграть козырные карты: "О, Грейнджер, это немного низко. Ты знаешь, что я уже давно не верю во всю эту чушь о 'чистоте крови". Отвлечение от темы всегда срабатывает лучше всего, когда вы можете обвинить другую сторону в том, что они вас оскорбили. Он сделал все возможное, чтобы изобразить то, что его мать называла 'плаксивым’ лицом.       Гермиона рассмеялась, и ее смех отозвался где-то глубоко в его душе. "Я ненавижу тебя, Малфой, и не из-за 'кровных' причин", — сказала она, хотя в ее глазах все еще плясали искорки смеха.       Он пожал плечами: "Но ты ненавидишь проигрывать эту кампанию гораздо больше, чем ты ненавидишь меня. И в любом случае это ложь. Твой смех говорит, что это ложь. Ты действительно любишь подшучивать надо мной".       Он снова сел: "Послушай, Грейнджер, через две недели мне исполнится двадцать четыре. Дай мне четыре года. К тому времени тебе будет двадцать восемь. Все еще достаточно молода, чтобы начать все сначала с некоторыми из этих бедных придурков, которые притворяются, что обожают тебя, но не могут сравниться с тобой интеллектуально".       Она снова рассмеялась. Драко надеялся, что это войдет у него в привычку. Заставлять ее смеяться над его шутками.       "Итак, развод через четыре года? Что мы должны привести в качестве причины, Малфой? Непримиримые разногласия?"       "Непримиримые разногласия немного хромают, если можно так выразиться. Но мы рассмотрим мотивы, когда доживем до этого, Грейнджер. Поскольку твои друзья, вероятно, ожидают чего-то вроде истории любви, мы должны ее продумать с самого начала".       "И полное очищение имени Малфоев также лучше сработало бы с историей любви. Я вся внимание, Малфой, расскажи мне, как мы полюбили друг друга", - Гермиона наклонилась вперед.       "Я немного подумал над этим, - Драко изучал ее лицо и пытался сохранить легкое и поддразнивающее настроение. Это не годилось бы, если бы Гермиона даже заподозрила что-то серьезное, - как насчет древнего проклятия Малфоев или, еще лучше, Блэков? Я был при смерти, и только твоя любовь могла спасти меня?"       Гермиона закатила глаза: «Малфой, правда».       "Я понял, что амортенция пахнет как ты, на шестом курсе", - он мог рассказать ей всю свою правду, и у нее все еще было бы это слегка скептическое выражение лица.       "Или мы случайно проглотили амортенцию и поняли, что влюблены, после того, как эффект исчез, и мы все еще были возбуждены друг для друга", - теперь он действительно продвинулся в этой истории. Это снова заставило ее рассмеяться.       "Когда мы отправились навестить поселение кентавров, нам пришлось остаться на ночь, а в отеле остался только один номер. И там была только одна кровать", — предложила Гермиона.       "И мы не могли аппарировать, потому что …?" - Драко приподнял бровь.       "Потому, - ее смех был музыкой, - Малфой, ты можешь придумать что-нибудь получше".       Он вдохнул: "Я был влюблен в тебя всегда. Но я был в замешательстве, потому что ты была магглорожденной, и любить тебя было запрещено. Как насчет этого?"       Гермиона поперхнулась своим чаем: "И именно поэтому ты оскорблял меня все это время! Ты отчаянно пытался держаться на расстоянии. Маленькие мальчики дергают девочек за косички?"       "Ах, ты уловила суть", - Драко дал ей бумажную салфетку, чтобы вытереть остатки чая. В конце концов, она не могла проклясть его в маггловском ресторане.       "Случилась война, и ты был опустошен, — Гермиона продолжила рассказ. Ее улыбка еще не исчезла, - ты не опознал Гарри в тот день в поместье, потому что это был единственный способ выиграть время".       "Это хорошая идея", — согласился Драко. Его сердце наполнилось радостью от ее смеха и сжалось от ее беззаботности.       Она бросила бумажную салфетку на стол: «Ты произнес тайное заклинание, чтобы проклятие, которое твоя сумасшедшая тетя написала на моей коже, не оставило следов".       Драко поджал губы. Его сердце билось несколько неровно. "Это заходит слишком далеко. Гриффиндорец сделал бы что-то подобное''.       "Рита Скиттер проглотила бы это. Знаешь, мы могли бы дать интервью Рите. Очевидно, ты признался только после того, как я рассталась с Роном".       "Я не считал себя достойным тебя, но я, наконец, набрался смелости, когда однажды ты снова плакала из-за домашних эльфов".       "Расскажи мне больше, Малфой".       "Я освободил эльфов Малфоев и заключил с ними новые контракты, как ты предлагала в своих многочисленных предложениях министерству".       Гермиона снова начала смеяться, но, увидев его улыбку, остановилась. "Ты этого не сделал!" — воскликнула она.       Драко пожал плечами: "Сделал. Жест доброй воли, чтобы показать тебе, что я действительно серьезно отношусь к этому предложению. Предложение, которое я сделал тебе три месяца назад".       "Я думаю, мы должны рассказать эту историю, она настолько абсурдна, что все в нее поверят", - она усмехнулась.       «Итак, ты приведешь меня в качестве своей пары на свадьбу на следующей неделе?» На свадьбе должно быть достаточно людей, чтобы быть свидетелями их отношений.       Она озорно усмехнулась: "Думаю, я раскрыла еще один из твоих мотивов, Малфой. Мы украдем всеобщее внимание у Гарри и Джинни. Это так подло".       "Это не подло, совсем нет, — возразил Драко, - мы бы оказали им услугу. Гарри будет вне себя от радости, когда мы отвлечем от него репортеров".       "Гарри?" — спросила она.       "Ты сказала мне начать называть его Гарри", - он демонстративно содрогнулся. Он сунул руки в карманы куртки и вытащил маленькую коробочку.       "Ты принес кольцо?" - Гермиона взяла коробку.       "Я подготовил это предложение в истинно слизеринской манере. Конечно, у меня есть кольцо, Грейнджер". Она открыла коробку и изучила простое кольцо, в котором был всего один маленький рубин. Драко подавил вздох, когда она надела его на палец и позволила кольцу блеснуть на свету.       "Я ожидала какого-нибудь абсурдно безвкусного кольца, но это на самом деле мило. Но заметят ли это люди?”       Драко усмехнулся: "Безвкусные кольца — для нуворишей, Грейнджер. Это вкус. И людям не нужно будет этого замечать, если ты выполнишь свою часть сделки о публичных поцелуях".       Он мог бы ударить себя. Он не должен был обращать ее внимание на тот факт, что это было самым важным условием его предложения.       "Ах, это! — сказала она, - мы будем целоваться на публике не реже одного раза в неделю и по четыре минуты подряд. Просто чтобы было правдоподобно, желательно там, где нас могут поймать фотографы".       Она нахмурилась: "Это так странно конкретно, Малфой. Ты получаешь эффект публичности, но я бы подумала, что Малфои слишком благородны, чтобы целоваться на публике".       Драко пожал плечами, как будто это не имело большого значения: "Четыре года, четыре минуты, мне нравится это число".       "Две минуты и ни секундой больше".       "Договорились", — сказал Драко. Хорошо, что двух минут было достаточно.       "И Малфой, не пора ли нам перестать называть друг друга по фамилиям".       "Ты так долго называла меня Малфоем… И я так долго фантазировал о том, что ты называешь меня 'Драко'. Помнишь, я был влюблен в тебя все эти годы?”       Она подняла одну бровь, снова на грани смеха.       Он нашел убежище в другой шутке: "Итак, это не пойдет. Ты не можешь называть меня Драко на публике, иначе у меня будет довольно неловкая жесткость".       На этот раз она действительно упала от смеха: "Могу я процитировать тебя по этому поводу?"       "Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала. Мы можем притвориться, что дразним друг друга, и ты всегда можешь называть меня 'дорогой', 'сладкий' или как угодно еще".       'Сладкий’ не подойдет. Ты не такой".       Он взял ее за руку и вытащил из кресла: "Тебе не разрешается называть меня 'хорьком', просто для протокола".       Он посмотрел на ее губы: "Может быть, нам стоит скрепить наше соглашение и поспешить с этим поцелуем".       Она облизнула губы, изображая соблазнительницу: "Да, дорогой". Эффект был совершенно испорчен ее очевидным весельем.       "Просто закрой глаза и подумай о домовых эльфах”(прим.), — сказал он, прежде чем наклонил голову и крепко прижался губами к ее губам.       Он не торопился, тщательно избегая контакта ниже талии. Как раз в тот момент, когда он почувствовал облегчение, окончательное облегчение от того, что он не умрет в свой двадцать четвертый день рождения, он изменил поцелуй всего на несколько секунд, так что он стал открытым и жадным. Это была попытка остановиться.       "Неплохо, Малфой, — улыбнулась она, - мой мысленный образ танцующих освобожденных домовых эльфов на мгновение почти размылся".       "Подумай о том, как весело нам будет на следующей неделе, все будут либо злиться, либо завидовать".       Она строго посмотрела на него: "Я хочу, чтобы ты вел себя хорошо".       "Правда, никаких подколок гриффиндорцев? Какая жалость!"       "Если ты хочешь попасть в мои хорошие книги, будь идеальным джентльменом, принеси мне шампанского и все такое".       "Брось, Грейнджер, ты не такая добросердечная, как хочешь, чтобы все думали. Признайся, ты будешь размахивать кольцом и ткнешь им в лицо Браун и Патил".       Она нахмурилась, но ее лицо смягчилось в очередном приступе смеха: "Хорошо. Я признаю, это будет похоже на урок по поводу всех их замечаний насчет книжного червя. Так что я не буду возражать, если ты подразнишь Рона, но только немного". ***       "Как все прошло? что случилось?" — спросила его мать, когда он вышел из камина.       "Тебе не нужно готовиться к моим похоронам. И ты можешь отменить свою встречу с Гермионой на следующей неделе. Ту, которую ты назначила без моего ведома", -он упал на стул рядом с ней.       У нее хватило такта покраснеть: "Ты не можешь ожидать, что я просто буду стоять в стороне и позволю тебе умереть. Две недели до твоего дня рождения, Драко!"       Она внимательно изучала его: "Ты поцеловал ее".       Драко кивнул. Он удивился, откуда она узнала. Была ли его походка более пружинистой?       Она опустила тяжелый вздох облегчения. "Она согласилась. О, Мерлин, это было так близко".       "На свадьбе Гарри и Джинни будет около ста человек. Этого должно быть достаточно".       "Так, это 'Гарри и Джинни'?"       "Гермиона сказала мне, что она хочет, чтобы я называл ее друзей по имени".       "Я понимаю. Что ты сказал ей о своих причинах?"       "Правду, - он вздохнул, - почти всю. Я просто сказал, что это проклятие. Она не поверила ни единому слову. Очевидно".       "Шутка — такая полезная маска, - голос его матери был мягким, - я просто хочу, чтобы ты помнил, что это лишь маска".       "Учитывая обстоятельства, мама, рассмешить ее — это начало, даже если речь идет о правде".       В его смехе было мало веселья: "Всегда могло быть хуже. Я имею в виду, она всегда могла сказать что-то вроде: «Я действительно хочу, чтобы ты упал замертво, Драко», еще во времена войны. Она бы избавила меня от страданий, но школа Хогвартс оказалась бы с довольно неудобным и необъяснимым трупом".       "Я не думаю, что это смешно, Драко, - его мать поджала губы, - твой двоюродный дедушка Персей Блэк, в конце концов, умер не от драконьей оспы. Это именно то, что семья сказала всем".

***

Примечание. "Закрой глаза и подумай об эльфах" - отсылка к знаменитой фразе королевы Виктории, когда она наставляла одну из своих дочерей перед брачной ночью -«Закрой глаза и думай об Англии». Думаю, не надо пояснять, что девушку не спросили, хочет ли она выходить замуж.