Приятные ошибки

      Гермиона резко распахнула глаза, поворачиваясь и вскакивая с кровати. Мир расплылся перед глазами, и ей пришлось выставить руки вперёд, чтобы не впечататься в стену или в дверной косяк.       Она буквально отбросила дверь в сторону, провозившись с ручкой дольше обычного и оказавшись в ванной, Гермиона немного проскользила коленями по плитке, открыла крышку унитаза и распрощалась с содержимым своего желудка. Виски давили и пульсировали, а живот начало неприятно сводить.       Гермиона с трудом поднялась на ноги и оперлась руками о раковину, открывая воду. Она быстро прополоскала рот, почистила зубы и умылась, но легче не стало, поэтому Гермиона начала стаскивать одежду холодными пальцами, нетерпеливо дыша через рот. Контрастный душ немного привёл её в чувство. Закутавшись в тёплый халат, Гермиона выбралась из ванной и добралась до комнаты, всё это время опираясь рукой о стену.       Увидев на тумбочке пузырёк с зельем и пластинку с таблетками и водой, она едва не подпрыгнула от облегчения. Если бы у Гарри не оказалось никаких средств, Гермиона бы точно умерла сегодня утром от похмелья.       Влив в себя содержимое флакона, она блаженно откинулась на подушку, ожидая эффекта.       Её сумка валялась на другой стороне кровати. Гермиона дотянулась до неё, раскрыла и начала в ней рыться. Первым в руки попал галстук Малфоя. Перед глазами замелькали картинки этой ночи. Как она смело стягивала с него эту вещь, расстёгивая пуговицы и ожидая, что он её поцелует. Щёки вспыхнули от всего того, что она творила, но ведь он готов был ей всё это дать. Пальцы зацепились за телефон, и Грейнджер победно выудила его наружу.       «Ты жива?»       Она улыбнулась, откидываясь на подушку и начиная набирать ответ.       «Я в сознании.»       «Надеюсь, Поттер сделал всё необходимое, чтобы тебя спасти.»       «Он предпринял нужные меры.»       «Не передумала насчёт завтрашней встречи, Грейнджер?»       «Снова Грейнджер? А куда делась Гермиона?»       Ещё несколько минут назад Гермиона ощущала себя настолько отвратительно, что возникало лишь желание засунуть голову в песок, но стоило Малфою написать ей всего несколько сообщений, она тут же уплывала по тёплым волнам удовлетворения и эйфории, ощущая, как губы растягиваются в улыбке.       «Приятно знать, что ты всё помнишь, и я предпочту назвать тебя по имени ещё раз, но уже лично.»       «У меня твой галстук.»       «Я знаю. Ты можешь оставить его у себя. Возможно, совсем скоро он нам пригодится.»       Она будто видела перед собой его довольное выражение лица и этот наклон головы вбок. Он всегда так делал, когда был особенно доволен собой.       «Я оставлю.»       Коротко ответила Гермиона. Она уж точно не была профессионалом в области флирта. Ей просто хотелось верить в то, что она всё делает правильно.       «Ты сегодня пропустишь работу?»       После этого сообщения Гермиона впервые удосужилась бросить взгляд на часы. Она должна была быть в Министерстве больше сорока минут назад.       «Чёрт. Мне надо идти. Я напишу тебе вечером.»       «Звучит как план.»       Она снова улыбнулась, отбрасывая телефон в сторону.       Натягивая на себя узкие брюки и новый свитер, Гермиона довольно отметила про себя, что чудо-зелье ей помогло и теперь она чувствовала себя намного лучше.       Она выскочила в гостиную, встречаясь с обеспокоенным взглядом друга.       — Ты почему меня не разбудил? — Гермиона была готова прямо сейчас выбежать из квартиры, чтобы отправиться на работу.       — Ты никуда не пойдёшь, пока не выпьешь кофе и не поешь, — Гарри заботливо обхватил её за плечи и повёл в сторону стола.       Кажется, варианта сопротивляться не было, поэтому Гермиона плюхнулась на стул, тут же обхватывая кружку двумя руками и делая жадный глоток. Желудок скрутило, и она призналась себе, что на самом деле была голодна.       — Спасибо, Гарри. Без тебя бы я вообще забыла о нормальной еде, — Гермиона натыкала на вилку небольшие кусочки омлета с помидором.       — Странно.       — Ты о чём? — она уставилась на друга, который сидел напротив неё, скрестив руки на груди.       — Кажется, ночью меня звали Малфой.       Гермиона подавилась куском еды, который не успела прожевать. Она схватила кофе и начала нервно вливать его в себя, борясь со спазмами в горле.       — Прости, что? — слишком нервно спросила она, хотя и так всё прекрасно поняла.       Кажется, она была настолько сильно пьяна, что назвала своего лучшего друга не его именем. Совсем не так она собиралась сообщить Гарри о появлении Драко Малфоя в её жизни.       — Я пришёл, чтобы дать тебе зелье. А ты сказала, чтобы я отвалил. Вернее, не мне, а Малфою. А потом попросила обнять.       Все внутренности Гермионы сжались в небольшой комок, а она думала, что хуже быть не может.       — Господи, — протянула Гермиона, поставив локти на стол и зарываясь пальцами в волосы.       — Прости, но обнимать я тебя не стал, — хохотнул Гарри, отчего Гермиона подозрительно на него покосилась. — Всё же я не Малфой. К счастью.       — Совсем не так я собиралась сообщить тебе об этом, — Гермиона откинулась на спину стула, понимая, что включать смущение и проваливаться под землю уже слишком поздно.       — Значит, собиралась?       Они сидели друг напротив друга и сверлили один одного взглядом.       — Конечно, ты же мой лучший друг. Просто я не хотела спешить. Нужно было время.       — Значит, ты и Малфой.       — Не в этом смысле, Гарри.       — Так ты не закрутила с ним роман?       — Нет! — кажется, слишком громко. — Конечно же, нет. Пока нет, — аккуратно добавила она, поерзав на месте. Раз уж начался этот разговор, нужно было говорить правду.       — Пока нет?! — рассмеялся Гарри. — Видела бы ты сейчас себя со стороны.       Гермиона не понимала, что его так веселит. Она была уверена, что он устроит ей допрос с пристрастием и не упустит возможность высказать своё недовольство по этому поводу. Всё-таки это был Малфой, а с ним у Гарри связаны не самые приятные воспоминания. У всех них вообще-то.       — Так ты расскажешь?       — Можем перенести разговор на вечер?       — Нет.       — Но я опаздываю на работу!       — Ты уже на неё опоздала, потому что до двух часов ночи была непонятно где в компании Малфоя.       — Не читай мне нравоучения как мама!       — Не уходи от разговора как маленькая девочка.       Со стороны всё это выглядело очень смешным. Они сидели по разные стороны стола и кидали друг другу фразы, словно теннисные мячи.       Гермиона усмехнулась, отпивая ещё немного кофе и пытаясь расслабиться.       — Ну, я начала ходить в один бар, более полугода назад…       — Это длится больше полугода?!       — О, Боже, Гарри Джеймс Поттер, прошу, не перебивай меня!       — Ладно, — он усмехнулся, качая головой, и потянулся к золотистому тосту. — Займу свой рот едой.       — Сам понимаешь, отношения с Роном оставляли желать лучшего, и мне нужно было место, куда я бы могла сбежать и побыть в одиночестве, и пару недель назад передо мной появился Малфой. Представляешь, мы ходили в один и тот же бар.       — Мне можно сказать? — он проглотил кусок тоста и своей репликой рассмешил подругу.       — Скажешь, когда я закончу.       — Так ты никогда его не видела? — он не собирался молчать.       — Я его не видела, честно. Он был как человек-невидимка, который наблюдал за мной со стороны.       — Попахивает слежкой.       — Поверь, я сказала ему то же самое.       — Так что дальше? Вы просто начали общаться и…       — Нет. В тот вечер я вскочила с места и свалила. Наговорила ему всякого и велела там больше не появляться. Но…       — Но?       — На следующей неделе произошёл тот инцидент с Роном. Я была в растерянности и не знала, куда пойти. Я пришла туда, села за столик, и потом появился он. Всё внутри кричало мне о том, что нужно встать и уйти, как в прошлый раз, вот только я осталась.       — И что было потом?       — Он отвлекал меня, веселил, — Гермиона уставилась в стол, начиная выводить указательным пальцем странные узоры на столешнице. — Было очень легко, — она подняла глаза на Гарри.       — Легко? С Малфоем?       — Я знаю, что ты считаешь это странным, но, поверь, он очень изменился.       — Ну, если он посещает магловский бар...       — И живёт в магловской квартире, заказывает еду онлайн, смотрит телевизор и пишет мне сообщения.       Гарри уставился на подругу и откровенно потерял дар речи.       — Не смотри на меня так, я сама знаю, что это шокирует, — Гермиона принялась доедать завтрак.       — Подожди, мы точно про того Малфоя говорим?       — Да, про того, который Драко, — Гермиона впервые так легко произнесла его имя и почувствовала себя немного не в своей тарелке. Будто произнесла нечто запретное.       — Так он пишет тебе?       — Я не давала ему свой номер. Он как-то сам узнал.       — И ты начала отвечать?       — Я не собиралась! Просто потом... Ну, всё как-то само собой получилось.       — А почему он живет не в мэноре?       — Этого он мне ещё не рассказал, да и о его образе жизни я немного узнала от Тео.       — Кажется, в твоей жизни стало слишком много слизеринцев.       — Да, и ведут они себя намного более достойно, чем один гриффиндорец.       Гарри и Гермиона замолчали на какое-то время, отлично понимая, о ком зашла речь.       — И что было потом?       — Я хотела сказать ему, чтобы он больше мне не писал и вообще исчез из моей жизни, но в итоге... — Гермиона тяжело вздохнула, опуская глаза в пол. — я согласилась с ним поужинать.       — Гермиона, ты ужасна, — Гарри рассмеялся, едва ли не сгибаясь пополам.       — Не смейся надо мной, — она перегнулась через стол и ткнула друга пальцем в плечо.       — Ты попалась на удочку Малфоя. Чёрт возьми, Малфоя! — его лицо начало приобретать багровый оттенок.       — Замолчи, Гарри. Я и сама это знаю. Просто…       — Что?       — Понимаешь, когда он рядом, я веселюсь и не думаю обо всём этом дерьме, которое происходит в моей жизни. Он начинает писать, и я уже улыбаюсь. Дышать становится легче, понимаешь?       Гарри лишь кивнул головой, и она была благодарна за то, что он не потребовал от неё каких-либо более подробных объяснений и за то, что не осудил.       — А что было вчера?       — Пришла Джинни и вывела из равновесия. Я написала ему…       — И он примчался как рыцарь.       — Как рыцарь в дорогом костюме.       — Всё ещё не верится.       — Понимаю, — Гермиона отодвинула от себя пустую тарелку.       — Ты рассказала ему?       — О чём?       — О своём дерьме.       — Нет.       — Но ты собираешься? У него не возникает вопросов?       — Конечно же, они возникают, — она поднялась на ноги, чтобы поставить посуду в мойку. — Но я не уверена в том, что стоит рассказывать.       — Ну, если ты хочешь продолжать с ним общение...       — Ты считаешь, это глупо? Я веду себя неправильно?       — Я считаю, что в этой жизни нужно делать то, что приносит тебе удовольствие. Это разумнее, чем насиловать себя ради какого-то призрачного счастья.       — Спасибо. За то, что понял меня, и вообще…       Гарри молча подошёл к подруге и сдавил её в объятьях.       — Возможно, ты совершаешь ошибку, но мы не узнаем этого, пока ты не пройдёшь этот путь.       — Даже если я и совершаю ошибку, то она чертовски приятная.       — Это всё ещё странно — говорить о Малфое в приятном контексте, — Гарри отстранился и смешно поморщился.       — Я договорилась встретиться с ним завтра, и теперь я могу тебе об этом сказать.       — Так где находится этот бар?       Гермиона не была уверена в том, что стоит называть адрес, но ведь это был Гарри, и они только что откровенно поговорили, и он её поддержал, так что она посчитала своим долгом поделиться с ним ещё и этой деталью.       — Мне нужно сегодня появиться на работе, — Гермиона в спешке обогнула стол и схватила сумку. — Ужин за мной.       — Договорились.       Как только Гермиона пересекла порог, она тут же схватилась за телефон.       «Вчера в пьяном бреду я назвала Гарри твоим именем.»       Она не знала точно, зачем написала ему об этом. Спонтанный порыв поделиться этим с ним.       «Он устроил тебе допрос?»       «Он рассмеялся.»       «Поттер не против меня в твоём окружении?»       «Кажется, нет.»       «Что ж, мне это льстит, и я многое бы отдал, чтобы увидеть выражение его лица, когда ты назвала его моим именем.»       Гермиона оказалась на улице, завернула в небольшой проулок и аппарировала. Телефон снова завибрировал.       «Мне приятно знать, что ты думала обо мне, Грейнджер.»       «А разве могло быть иначе?»       Она заметила, что начала отвечать ему слишком смело, но Гермиона не могла ничего с собой поделать. Ей нравилось это странное ощущение в животе, когда он отвечал ей. Когда она представляла, как он улыбается.       Такого она никогда в жизни не испытывала. И это было правдой.       «Конечно, не могло, Грейнджер.»       Гермиона прикусила губу, отправила телефон на дно сумки и уже через пять минут стояла в своём кабинете.       — Грейнджер, я собирался отправлять за тобой поисковый отряд, — Тео раскладывал папки по трём стопкам и был весьма сосредоточен.       — Прости, возникли кое-какие проблемы, и я не смогла предупредить.       — Какие проблемы?       — Это личное.       Тео приподнял бровь вверх, начиная сканировать свою начальницу с ног до головы.       — Ты мне чего-то недоговариваешь.       — Ладно, у меня было похмелье, доволен? — ей вдруг не захотелось скрывать от него эту деталь. Она точно знала, что Нотт никому не разболтает.       — Всегда знал, что ты не такая примерная, какой кажешься, — он рассмеялся.       — Приятно знать, что я оправдала твои ожидания.       — В твоё отсутствие ничего интересного не было, но на твоём столе накопилось много бумаг.       — Займусь этим прямо сейчас.       — Пообедаем в офисе?       — Это было бы прекрасно, — она улыбнулась, проследовав к своему столу. Сегодня дверь в кабинет Гермиона оставила открытой.       Весь оставшийся день Грейнджер провела за работой, позволяя отвлечься лишь на обед и поход в уборную. В последние несколько недель она чаще обычного позволяла себе отвлекаться от дел, но пора было навёрстывать упущенное и выполнять свои обязанности точно в срок.       Именно по этой причине она задержалась на работе дольше обычного, отпустив Тео и поблагодарив его за помощь. Гермионе потребовалось ещё два с половиной часа, чтобы закончить со всеми документами.       Когда она выходила из Министерства, вокруг практически никого не было.       Гермиона собиралась аппарировать к квартире Гарри, а потом зайти в кафе на углу и взять им ужин. Не хотелось, чтобы Поттер в очередной раз утруждал себя готовкой, но все её планы рухнули как хрустальный шар, который скатился по столу и упал на пол, разбиваясь на мелкие кусочки.       Рон поджидал её прямо там.       Гермиона оказалась в привычном переулке, где практически не было никакого света. Вокруг уже было достаточно темно, а фонари с улицы сюда не доставали, поэтому она не сразу заметила силуэт, который притаился в углу. Лишь сделав несколько шагов в сторону, она заметила его и рвано вскрикнула.       — Рон, — она приложила руку к груди, надеясь отдышаться. — Что ты здесь делаешь? Ты жутко меня напугал.       — Ты должна пойти со мной, Гермиона! — он резко налетел на неё, вынуждая отступить на несколько шагов назад.       Она не заметила того момента, когда рука Рона оказалась на её локте, больно сдавливая.       — Рон, отпусти! Мы об этом говорили, и ты сказал, что больше не поступишь подобным образом…       — Заткнись, Гермиона! Перестань читать мне свои тупые нравоучения! Ты моя жена, и ты пойдёшь со мной, к нам домой! — он дышал ей в лицо, отчего хотелось ещё больше отстраниться и тут же принять душ, чтобы смыть с себя его дыхание, его прикосновения.       — Я никуда с тобой не пойду!       Она дёрнулась в сторону, но Рон ещё сильнее сжал её руку, снова и снова заставляя морщиться от боли.       — Нет, ты пойдёшь, — он начал тащить её назад, прямо туда, где Гермиона появилась минутой ранее.       Сердце Грейнджер заколотилось ещё сильнее, рискуя вырваться из грудной клетки. Она стала бояться, что сейчас он утащит её за собой, аппарируя.       Гермиона никак не могла ожидать, что Рон будет поджидать её буквально за углом. В другой раз она не будет выпускать палочку из своих рук.       Её пальцы тряслись, но Гермиона всё равно отчаянно старалась дотянуться до своей палочки и сделать хоть что-то. Рон продолжал тянуть её на себя, а она сопротивлялась из последних сил, выслушивая в свой адрес поток ужасных и унизительных ругательств, и когда её рука сжалась на рукоятке палочки, она тут же произнесла самое простое заклинание, которое отбросило Рона в сторону. К счастью, он потерял равновесие и упал на спину.       Гермиона изо всех сил рванула к дому. Внутри разливался дикий страх, который не позволял останавливаться, и она запретила себе оборачиваться, чтобы не замедлить движения. Она споткнулась на ступеньках и едва успела ухватиться свободной рукой за перила, но её коленка всё равно достигла шершавой поверхности, оставляя там кровоточащую ссадину и разорванные брюки, однако сейчас не было времени, чтобы обращать на это какое-либо внимание.       Гермиона забежала в дом, и ей казалось, что Рон следует по пятам. Ещё секунда, и он схватит её за волосы, больно потянув назад.       Перед ней встал выбор: лестница или лифт. Гермиона едва сумела попасть рукой по кнопке лифта, руки совсем отказались слушаться. Сначала она думала побежать по лестнице, но всё же лифт был более быстрым способом подняться наверх. Кажется, он ещё никогда в жизни не передвигался так медленно. Гермиона поглядывала в сторону двери, кусая губы в кровь и нетерпеливо топчась на месте. Она снова закричала, когда увидела фигуру Рона, появляющуюся в дверях. К счастью, в этот момент лифт распахнулся, и она успела заскочить, начиная беспрерывно нажимать на кнопку восьмого этажа. Всё это время Гермиона держала палочку наготове, чтобы отбросить Рона, если он вновь окажется слишком близко, и ей всё-таки пришлось это сделать, потому что Рон собирался просунуть руку в дверь, которая уже начала закрываться.       Расслабляться было рано — нужно было ещё добраться до квартиры. Она так надеялась, что Гарри уже будет дома. Гермиона была уверена в том, что Рон рванул вверх по лестнице. Она боялась, что он её опередит.       Двери лифта открылись, и Гермиона бегом помчалась к квартире. Она сжимала ключи, царапая кожу, потому что боялась их выронить. Ключ отказывался попадать в цель. Гермиона приказывала себе успокоиться, но взгляд постоянно метался в конец коридора, и когда ключ наконец провернулся, Рон появился со стороны лестницы. Гермиона оказалась в квартире и захлопнула за собой дверь, прислоняясь к ней спиной, но ничего ещё было не кончено.       — Гарри!!! — она истерично прокричала имя друга, молясь, чтобы он вышел ей навстречу.       Но квартира встречала её тишиной.       За спиной послышались яростные стуки, отчего плечи Гермионы начали слегка подрагивать.       — Гермиона, я сейчас вышибу эту дверь, и ты всё равно пойдёшь со мной! Ты не будешь вечно скрываться здесь и ждать, что в какую-то секунду весь мир падёт к твоим ногам! Ты не будешь унижать меня и вести себя как последняя сука! Ты слышишь, Гермиона?! Слышишь?!       Грейнджер отлипла от двери и направила на неё палочку, накладывая всевозможные заклинания защиты.       После этого она помчалась в ванну и заперлась там, опускаясь прямо на пол и сжимая палочку руками. Она плакала, понимая, насколько запуганной и жалкой она сейчас выглядит.       Гермиона только что закрылась в ванной, всерьёз думая, что это может её спасти, ведь она первая ругала героинь фильмов, которые прятались подобным образом от маньяков или же чудовищ. Они никогда не выживали.       Гермиона опустила голову на колени, сжимая их руками и чувствуя, как кровь сочится из коленки. Она зарыдала. Ей хотелось, чтобы всё это закончилось.       Она не знает, сколько прошло времени, но слёзы успели засохнуть на щеках. В дверь ванной обеспокоенно постучали.       — Гермиона?       Она облегчённо вздохнула, вытягивая ноги на полу.       — Гарри, — слёзы снова покатились из глаз.       Друг распахнул дверь, на секунду задерживая на Гермионе свой взгляд. После этого он подлетел к ней, сгребая в охапку. Гермиона начала усаживаться поудобнее, не прекращая рыданий и тем самым задевая раненое колено об пол. Она зашипела, сдавливая плечо Гарри.       — Мне позвонили соседи. Сказали, что кто-то ломится в мою квартиру.       — Гарри.       Она была не в состоянии складывать слова в предложения и что-либо объяснять.       — Успокойся, Гермиона. Всё уже позади, — она почувствовала, как он пытался дотянуться до шкафчика с зельями. Именно поэтому ей пришлось его отпустить.       Гарри помог ей влить в себя небольшую порцию жидкости. Теперь оставалось ждать, когда она подействует и Грейнджер успокоится.       — Давай пойдём в гостиную, — Гарри обхватил её за талию, помогая подняться на ноги и придерживая на протяжении всего пути.       — Его там точно нет? — Гермиона ухватилась за дверь, останавливая их на пороге комнат.       — Нет, кто-то вызвал полицию. Я так и не понял: он ушёл раньше, чем они появились, или его забрали.       Гермиона расслабленно выдохнула. Зелье подействовало. Через несколько секунд они опустились на мягкий диван.       Гарри принялся изучать колено подруги, а потом использовал магию, чтобы избавить её от раны. Она поблагодарила его, вытирая щёки и нос.       — Что произошло? — слишком тихо спросил Гарри.       — Я аппарировала сюда, а там он. Рон поджидал меня. Хотел, чтобы я пошла с ним. Я смогла отбросить его и побежала в дом. Я... Я ужасно испугалась, — Гермиона закрыла лицо ладонями, будто это поможет спрятаться от этого кошмара.       — Рон совсем сошёл с ума. Я не понимаю, что с ним происходит, — Гарри обеспокоенно почесал переносицу. — Я поговорю с ним.       — Нет! Гарри, не надо! — её снова начало трясти, и никакое зелье не способно было помочь.       — Нет, Гермиона, я поговорю. Он не имеет права заявляться сюда и пытаться вламываться в квартиру, — Гарри поднялся на ноги и отправился в сторону кухни. — Хочешь воды?       — Да, пожалуйста, — смотря в одну точку, проговорила Гермиона.       Они просидели в тишине несколько минут. Каждый прокручивал в голове сложившуюся ситуацию.       — Никогда не чувствовала себя такой беззащитной, уязвимой. Знаешь, даже во время войны во мне не было такого страха.       Гарри молча отобрал у подруги стакан из рук и обнял. Ей было это нужно. Почувствовать, что она не одна, что рядом есть кто-то, кто сможет защитить её, дав хоть какое-то чувство безопасности.       — Больше он к тебе не приблизится.       — Я теперь не знаю, как уходить из квартиры.       — Мы решим это, Гермиона. Обещаю.       — Прости, я не купила нам ужин.       — Ничего, — усмехнулся Гарри, продолжая обнимать её. — Можем заказать сейчас.       Пока Поттер возился с заказом, Гермиона поднялась на ноги и отправилась в комнату, чтобы переодеться. Руки до сих пор немного тряслись, а ноги и вовсе были как вата. Она стянула свитер и брюки. Уставившись на дырку, Гермиона приняла решение выбросить эту вещь. Не хотелось ничего исправлять, чтобы потом не смотреть на этот предмет гардероба и не вспоминать. Она отбросила их в сторону и завернулась в халат, отправляясь в душ. Вода всегда приносила немного облегчения.       Сейчас Гермиона ощущала себя немного лучше. Когда Гарри был рядом, она могла переключиться и не испытывать страх каждую минуту, но мысли о том, что в её жизни только что прибавилось переживаний и проблем, никак не давали покоя. Она не знала, как всё решить. Она не знала, как избавиться от преследований Рона. Глупо было полагать, что это прекратится, и теперь каждый день придётся поджидать очередной вспышки гнева с его стороны, появления в подворотне или же ещё какого-то неприятного сюрприза.       Она никогда не думала, что ей предстоит столкнуться с чем-то подобным. Гермиону всегда пугали такие истории, когда женщины подвергаются домашнему насилию, испытывают этот оцепеняющий страх. Ей всегда казалось, что достаточно просто уйти, и тогда всё закончится, вот только за этим не следовало конца. Жизнь превращалась в ещё больший ад и в безумную катавасию устрашающих событий, которые медленно тебя уничтожали, загоняя в яму отчаянья и паранойи.       За ужином Гарри делал всё возможное, чтобы отвлечь подругу: нашёл по телевизору самое тупое и нелепое шоу и принялся его комментировать. Она была благодарна за то, что он рядом.       Когда Гермиона оказалась в кровати, на часах было почти одиннадцать часов. Она накрылась одеялом, ощущая как ноет всё тело. Казалось, что она бежала марафон в несколько километров.       Опомнившись, она схватила телефон.       «Ты не написала мне, Грейнджер.»       Она выдохнула, ругая себя. Надеясь на то, что ещё не слишком поздно.       «Прости, было слишком много дел. Я только недавно вернулась домой.»       Она таращилась на экран и боялась, что он не ответит. Гермиона не заметила, как начала нервно подёргивать ногой.       «Грейнджер, у тебя всё хорошо?»       Она откровенно занервничала, не понимая, почему Малфой вдруг задал ей этот вопрос. Она прикусила губу, не зная, как правильно ответить.       «С чего ты решил, что что-то случилось?»       Вместо текстового сообщения телефон начал звонить. Сердце сделало сальто, но Гермиона быстро провела пальцем по экрану и приложила телефон к уху.       — Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос, Грейнджер?       — Нет, не всегда, — странно пропищала она и возненавидела себя за это.       — Что у тебя с голосом? — было слышно, как он напрягся.       — Всё нормально, — Гермиона старалась говорить естественно, но было сложно скрыть изменения. Всё-таки она проплакала половину вечера, а ещё кричала.       То, что он так быстро заметил в ней изменения, было ей безумно приятно, а ведь они общались по телефону всего второй раз в жизни.       — Грейнджер, — он протянул её фамилию, давая понять, что не потерпит обмана.       Она улыбнулась себе под нос. Он снова сделал это — заставил её улыбнуться.       — Всё нормально, Малфой. Я просто устала.       — Но мы же встретимся завтра?       — Конечно, — она сжимала края одеяла, потому что нервничала, снова вспоминая их поход в клуб, танцы и то, как тесно они прижимались друг к другу. — Я очень жду этого, — неуверенно и тихо проговорила Гермиона.       — Я тоже, — она точно знала, что он улыбался.       — А сейчас, если ты не против, я бы хотела лечь спать.       — Ты уже в пижаме?       — Да, — она немного опешила и поморщилась от такого вопроса, но ответила.       — И какого она цвета?       — О, Боже, перестань, — она смущённо засмеялась, прикрывая глаза рукой.       — Брось, Грейнджер, простой вопрос.       — Ладно. Она чёрная.       — Мне нравится чёрный.       — Сам наверняка даже спишь в костюме, — она никогда не видела его ни в чём другом, не считая формы для квиддича.       — Я предпочитаю спать голым.       Гермиона замолчала, заливаясь краской.       — Я кладу трубку.       Малфой громко рассмеялся в ответ.       — Прекрати и спокойной ночи.       — До завтра, Грейнджер.       Гермиона погасила свет и улеглась на середину кровати, накрываясь практически с головой.       Ей казалось, что она успела только прикрыть глаза, а звон будильника уже ворвался в сознание.       Она выбралась из постели и пошла готовить завтрак. Сегодня ей хотелось сделать это самой и немного порадовать Гарри.       Гермиона поджарила тосты, яичницу с беконом и достала йогурт, разлила кофе по кружкам и отправилась в ванну, чтобы умыться.       — Мы же сегодня выйдем вместе? — лохматый Гарри сидел за столом и поедал бекон, когда Гермиона вернулась обратно.       — Конечно. Я не готова идти одна.       — А как ты вернёшься домой?       — До точки аппарации я могу дойти с каким-нибудь сотрудником. Или попросить Тео.       — А потом?       — Попрошу проводить меня домой.       Гарри сдержал улыбку, но Гермиона это заметила.       — Ты собираешься ему рассказать?       — Я бы не хотела об этом говорить.       — Но ведь он может помочь, Гермиона.       — Чем?       — Сама знаешь чем.       — Мы только начали общаться, я не хочу взваливать на него свои проблемы.       — Как всегда хочешь всё решить сама.       — Как будто у меня был шанс привыкнуть к чему-то другому.       — Гермиона.       — Гарри, давай позавтракаем и отправимся на работу.       Оставшееся время они провели в тишине. Гермиона чувствовала укол совести за то, что так начала общаться с Гарри, но ей не нравилось, когда на неё давили. Она всего лишь хочет поделиться тем, чем посчитает нужным, и в тот момент, который посчитает правильным.       Выйдя из квартиры, Гермиона замерла на месте, делая над собой усилие, чтобы продвинуться вперёд. То же самое произошло, когда они вышли на улицу. Взявшись за руки, они аппарировали и уже через несколько минут были в Министерстве.       — Прости, если была груба, — произнесла Гермиона, когда они зашли в лифт.       — Всё нормально. Хочешь пообедать?       — Только если принесёшь еду в кабинет на троих.       Гермиона вышла из лифта и двинулась в сторону кабинета. Тео, конечно же, был уже на месте со стаканом ароматного кофе и пакетом кексов.       — Сегодня никакого похмелья? — хохотнул он.       — Скажешь об этом ещё раз, и я подумаю над тем, чтобы сменить работника.       Нотт поднял руки вверх, сдаваясь, но улыбка всё равно не сошла с его лица.       Гермиона сняла пиджак и повесила его на вешалку, поправила юбку и уселась за стол, придвигая к себе кипу новых бумаг. Как только она закончит со всем этим, то позволит себе немного отдохнуть.       Всё внутри трепетало в предвкушении вечера. Ей не терпелось покинуть Министерство и оказаться в компании Малфоя. Ей хотелось, чтобы он помог ей обо всём забыть.       Как и обещал, Гарри пришёл на обед с пакетом еды. Тео любезно согласился к ним присоединиться. Правда, через десять минут после самых стандартных и дежурных фраз они переключись на обсуждение квиддича. Гермионе лишь оставалось закатывать глаза и молча поедать свой салат.       В итоге Тео признал, что Гарри не такой скучный, как он всегда предполагал. Гарри ответил тем же, сообщив, что слизеринец не такой уж и засранец. Гермиона же облегчённо вздохнула, отмечая про себя, что обед прошёл просто прекрасно, и теперь ей лишь оставалось отсчитывать часы до конца рабочего дня.       — Ты уже готов идти? — Гермиона вышла из кабинета, держа сумочку в руках.       — Что? — Тео взирал на неё снизу вверх, ничего не понимая.       — Хочу, чтобы ты дошёл со мной до точки аппарации.       — Но мне ещё нужно кое-что доделать.       — Это подождёт.       — Но ты сама говорила, что не стоит оставлять…       — Забудь, что я там говорила. Я очень опаздываю и хочу, чтобы ты меня проводил.       На самом деле она не опаздывала. Гермиона вышла даже раньше, потому что больше не в силах была сидеть на этом стуле и отсчитывать минуты.       — Ладно.       Тео поднялся на ноги и потянулся за пиджаком. Гермионе казалось, что он делает всё непозволительно медленно, поэтому не было ничего удивительного в том, что она подгоняла его каждую минуту. Поблагодарив его и приобняв, Гермиона наконец могла переместиться.       Толкнув дверь, она кивнула охраннику, а затем бармену, и когда она увидела Малфоя вдалеке, её грудь наполнилась теплом и губы сами растянулись в улыбке.       Он был уже без пиджака, с закатанными до локтя рукавами. Гермиона задержала взгляд на его пальцах, которые аккуратно крутили стакан с виски в руке. Она медленно облизала губы, поймав на себе его взгляд. Ощущение, что её только что поймали на месте преступления.       Двинувшись вперёд, она практически подлетела к столу, продолжая смотреть ему прямо в глаза.       — Закажи мне что-нибудь поесть, я отлучусь на минуту.       Гермиона бросила сумку возле Малфоя, собираясь сходить в уборную, и только лишь повернувшись, она заметила на месте, на котором обычно сидела она, Гарри.       Это стало для Гермионы большой неожиданностью. Она приросла к месту и перестала моргать.       Лишь прикосновение руки Драко к её ладони, смогло вывести её из оцепенения. Он потянул её на себя, и Гермиона уселась рядом с ним. Их колени соприкасались.       — Ты что здесь делаешь? — она немного наклонилась вперёд, будто Гарри мог её не расслышать.       — Решил, почему бы не встретиться со старым другом.       После этой фразы Малфой прыснул, качая головой, но затем поднял бокал выше и отсалютовал Гарри, осушая его в один глоток.       — Думаю, он хотел убедиться, хорошо ли я с тобой обращаюсь и что я не пытаюсь перетянуть тебя на тёмную сторону.       Им двоим это казалось забавной встречей. Малфой улыбался. Поттер улыбался. Будто они каждый день видятся и выпивают. Гермиона же продолжала сидеть натянутая как струна, не понимая, что на самом деле здесь происходит.       — Если честно, то я уже ухожу. Проводишь меня, Гермиона? — он с нажимом произнёс последнюю фразу и посмотрел на подругу.       Грейнджер молча поднялась с места, украдкой поглядывая на Малфоя. Он внимательно следил за происходящим, тоже стараясь понять, что здесь творится.       Они двинулись в сторону выхода.       — Ты что, рассказал ему?       — Нет. Но это сделаешь ты. Сегодня.       — Но…       — Или я завтра загляну к нему на работу и сделаю это за тебя.       — Гарри…       — Он хочет продолжать с тобой встречи, и ты, как мы понимаем, тоже, так почему бы ему не узнать всю картину и не начать заботиться о тебе.       — А может, ему это не надо?       — Так расскажи и узнаешь. Если ему это не надо, то будет легче закончить всё прямо сейчас.       Гермиона кивнула, понимая, что её друг прав. Они быстро обнялись и разошлись в разные стороны.       Она вернулась к столику и опустилась на то место, где несколькими минутами ранее сидел Гарри.       — Что это было, Грейнджер? — Малфой переместился, занимая привычное место. Идиотские тридцать сантиметров.       — Как вы встретились?       — Я пришёл заказал выпить, и тут появился Поттер, нагло усевшись за стол.       — Я сама сказала ему адрес. Нужно было догадаться, что он спрашивает не просто так.       — Грейнджер, что происходит? — теперь он был серьёзен. Никакого веселья, смеха, тостов за встречу.       — Когда ты спрашивал, есть ли у меня проблемы, я соврала, — Гермиона не смотрела на него, изучая стол, стены, пустой стакан.       — Я и так это знаю.       — Знаешь? — она удивилась, метнув глаза в сторону Малфоя и попадая в плен.       — Ты ходишь сюда несколько месяцев. Всегда одна. Счастливые люди, которым есть куда возвращаться, вряд ли будут поступать таким образом.       Она вздохнула, чувствуя, что они подобрались к той самой черте.       — Почему ты живешь у Поттера? — он придвинулся ближе.       — Я ушла от Рона, — её голос начал дрожать.       — Что он сделал с тобой, Грейнджер?       — Всё не заладилось уже очень давно. Мой брак — это ужасная ошибка.       Ей трудно было об этом говорить, открывать душу. Рассказывать всё Гарри было в миллион раз легче.       — Что он сделал? — ещё одно перемещение, и Гермиона ощутила его горячее дыхание у себя на щеке.       Рука Малфоя поднялась вверх, заправляя за ухо непослушные пряди. Прикосновение его горячей руки к её прохладной и нежной коже вызывало у Гермионы мурашки. Даже кончики пальцев стало покалывать.       — Я не написала тебе вчера, потому что пряталась в ванной и боялась, что он ворвётся туда и что-нибудь со мной сделает.       Она проговорила это на одном дыхании. Две солёные дорожки уже полились из глаз. Малфой незамедлительно притянул её к себе, позволяя уткнуться в шею. Его рука легла на её спину, начиная успокаивающе поглаживать.       Гермиона прильнула к нему всем телом, но и этого показалось недостаточно. Её похолодевшие руки цеплялись за его спину. Она размеренно вдыхала его запах, давая себе установку больше не плакать.       — Об этом сложно рассказывать, — Гермиона проговорила это, всё ещё утыкаясь лбом в его шею.       Она заметила, как тяжело он сглотнул, и немного отстранилась.       — Тебе нужно было сразу это сделать, — его рука вернулась на прежнее место, начиная поглаживать кожу возле уха.       — Я даже не собиралась с тобой общаться, — она усмехнулась, вытирая лицо тыльной стороной ладони.       — Поэтому приходил Поттер?       — Он считает, что я должна тебе рассказать, потому что ты можешь обо мне позаботиться, — она прекрасно понимала, что для такого признания было слишком рано.       Но, кажется, так считала только она.       — И он прав — я могу, — вот так просто сказал Драко.       — Малфой…       — Послушай, с тех пор как ты начала здесь появляться, я ждал наступления новой пятницы, потому что знал, что ты снова придёшь и дашь возможность понаблюдать за тобой издалека, и если ты думаешь, что для меня это какое-то развлечение или возможность провести несколько часов не в одиночестве, а потом благополучно об этом забыть, то ты ошибаешься.       Её тело словно обдало кипятком. Слишком много признаний за последние несколько минут, но эти слова начали разгонять кровь по её венам с катастрофически бешенной скоростью.       Гермиона осознала, что всё это время смотрела только на его губы, забыв о глазах, и когда она опомнилась, собираясь вернуться к своему отражению в этих ледяных радужках, Малфой двинулся вперёд, накрывая её губы своими.       Его рука переместилась на затылок, мягко зарываясь в путающихся волосах. Гермиона закрыла глаза, издавая тихий стон ему прямо в губы.       Всё её тело отзывалось на его нежные и мягкие прикосновения. У Гермионы было чёткое ощущение, что она падает, срывается со скалы и несётся вниз. Это прекрасное чувство полёта в животе затмевало разум.       Гермиона отстранилась на секунду, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха, потому что голова уже начала кружиться, Но Малфой уже снова тянулся к еЁ губам, не желая никуда отпускать.       — Почему ты не подошёл раньше? — она успела задать вопрос, прежде чем Малфой снова продолжил свою сладкую пытку.       — Я боялся, — он прислонился лбом к её лбу, не открывая глаз.       — Ты что? — она засмеялась, помещая свои ладони ему на лицо, хотя тоже держала глаза закрытыми.       — Было страшно потерять то, чего у меня и так не было.       Гермиона не выдержала первой и снова припала к его губам, впуская его обжигающий язык внутрь. Она вновь застонала, через секунду слыша такую же реакцию от Малфоя.       Он переместил свою руку ниже, запуская её под пиджак и сжимая талию. Ей хотелось выгнуться ему на встречу, но они и так находились в непозволительной близости.       Гермиона подняла руки, опуская их на плечи и сжимая края рубашки, а затем запустила их в волосы, царапая кожу и пропуская эти шелковистые волосы через пальцы, как и несколько дней назад.       Она была готова раствориться, растаять, потерять сознание. Сделать что угодно, только бы он не заканчивал эти манипуляции руками.       Вторая рука Малфоя опустилась на колено Гермионы, начиная прокладывать неспешный путь выше. Он преодолел границу юбки, скользя внутрь, поглаживая и сжимая внутреннюю сторону бедра. Он продолжал продвигаться, вызывая у Гермионы новые стоны, которые она не в силах была сдерживать.       — Что-нибудь желаете… простите, — официант явно опешил от увиденного и уже хотел убраться.       Малфой оторвался от Гермионы, и она тут же опустила своё залитое краской лицо ему на плечо, начиная посмеиваться. Она никогда не позволяла себе подобного поведения, а сейчас, казалось, если бы он начал её раздевать прямо здесь, она бы не сопротивлялась.       Его рука аккуратно выбралась из-под юбки и вернулась на стол, но другая по-прежнему сжимала талию.       Малфой быстро проговорил заказ, и Гермиона даже не удосужилась уловить и пары слов. Когда официант удалился, она дотянулась до бокала с вином и залпом осушила его, потому что во рту пересохло, а сердце до сих пор бешено клокотало.       — Ты ошибаешься, если думаешь, что я свалю, как только услышу о каких-то из твоих проблем, Грейнджер.       Они снова сверлили друг друга глазами.       — И ты ошибаешься, если ещё допускаешь мысль о том, что всё это закончится, потому что только я должен так тебя целовать.       Он врезался в неё поцелуем, прежде чем она осознала смысл произнесённых им слов.       — Тогда верни руку на прежнее место, — с трудом проговорила Гермиона, стараясь притянуть Малфоя ещё ближе к себе и едва не разрывая воротник рубашки.       Она чувствовала, как он улыбнулся, пуская руку по-прежнему маршруту, обжигая ее кожу и кусая губы.       Они вместе вышли из бара через несколько часов. Малфой сам настоял на том, чтобы проводить её до квартиры Гарри. Он ещё не знал всех подробностей происходящего в жизни Гермионы, но, кажется, ему это и не требовалось.       Лифт стремительно поднялся на восьмой этаж, и они побрели к квартире. Гермиона перебирала ключи пальцами, украдкой поглядывая на Малфоя. Он так самодовольно улыбался, что ей хотелось провалиться сквозь землю.       — Я напишу тебе, Грейнджер.       — Я буду ждать, — она улыбнулась, раскачиваясь с пятки на носок.       Он сам сделал шаг навстречу, сгребая её в охапку и начиная жадно целовать. Гермиона охотно привстала на цыпочки, несмотря на то, что была в туфлях. Об этом она так сильно мечтала пару дней назад. Её руки блуждали под его пиджаком, сжимая тонкую ткань рубашки вместе с кожей.       Она была не в силах от него оторваться, и каждый раз давала себе ещё одну дополнительную секунду. Постепенно коридор наполнился их тяжёлым дыханием и её тихими стонами. Они целовались слишком громко, но ей было плевать. Внизу живота всё пульсировало, и Гермиона чувствовала, что её нижнее бельё давно промокло.       — Мы ещё можем передумать — пойти ко мне, — Малфой соблазнительно прошептал ей на ухо эти слова, отчего Гермиона едва не сдалась.       — Я не хочу торопиться, — она невесомо поцеловала его в губы, отступая на шаг.       Малфой понимающе кивнул головой, ещё раз прощаясь и начиная двигаться к лифту.       — Я зайду туда, только когда ты окажешься в квартире.       — Хорошо, — она усмехнулась, проворачивая ключ и переступая порог.       Секунда, и они больше не видят друг друга, и её губы уже начали скучать.       Гермиона заперла дверь, прислоняясь к ней лбом.       — Ну, как прошло?       Гермиона дёрнулась и повернулась, замечая Гарри на диване. Он ждал, когда она вернётся.       Она не смогла сдержать улыбку.       — Мы целовались, — самой себе она напомнила подростка, который спешит поделиться с подругами, что между ней и мальчиком, который ей нравится, произошёл первый поцелуй.       Гарри замолчал, а Гермиона сбросила туфли и рассеянно поплелась в свою комнату, откровенно витая в облаках.