Танец с кошмаром

Фейд в темноте рыщет по ящикам в медпункте, ищет пластыри. Если Сейдж узнает, что в её владениях варварски лазили, да еще и для кого — конфликт будет неизбежен. Фейд еще ни разу не видела, как враждуют две противоположности — Жизнь и Смерть. Зато было наслышана об их отличных «дружеских» отношениях. Закончить нужно побыстрее, пока Рейна не вышла из душа. Фейд ведь обещала, что не уйдет и останется рядом с девушкой, но в ванную с ней, очевидно, не пойдет, поэтому занимает себя чем-то полезным. — Черт, такое ощущение, что тут только операции и проводят. О, вот, — бубнит себе под нос, разбирая бинты и разные антисептические склянки. Пластыри здесь найти довольно сложно. Фейд возвращает все на свои места. Благо, профессиональная деятельность из подобных действий делает что-то обычное, привычное и просто выполнимое. Осматривает все в последний раз, проверяя себя на косяки. Все нормально. Можно возвращаться. ____ Горячая вода нещадно щиплет маленькие ранки, но это словно ничто по сравнению с болью от собственного хаоса в голове. Мыслей нет, лишь шум воды, но это еще больше оглушает. Отражение бессердечной девушки в зеркале выбивает из колеи. На место мысли возвращает шум в комнате: Фейд вернулась. Рейна выключает воду, промакивая тело и волосы полотенцем. Одевшись, приоткрывает дверь, осторожно выглядывая в мир. — Ты закончила? — от Сновидицы ничего не ускользает, — Иди сюда, садись, — хлопает по кровати рядом с собой. Рейна молча проходит и садится на указанное место, — Сиди смирно, — Фейд опускается перед ней на колени, осторожно дотрагиваясь до изнуренной ступни. Обматывает каждую стертую мозоль пластырем. Даже ноги ухожены, сделан педикюр. И когда только успевает приводить себя в порядок, ходить на процедуры и спасать мир? Пощипывание сходит на нет, — Лучше же? — Спасибо, — есть в этом что-то смущающее. Фейд кладёт голову на кровать, все еще оставаясь сидеть на полу и смотрит на Императрицу, изучая эмоции. Мимикой та владеет слишком хорошо, чтобы считать так просто. Нужно ловить короткие мгновения, когда маска спокойствия и безупречности падает. Рейна смотрит на девушку в ответ. Тонкие пальцы с острыми коготками мягко опускаются на чужую голову и гладят, как котенка. — Не спи больше с открытым окном. Простудишься, — Турчанка выглядит уставшей. День был непростой. Так много всего и при этом ничего необычного сразу. Рейна не задаётся вопросом откуда та знает про окно, но догадывается. Этого достаточно, по её мнению, — Ложись спать, Грозная принцесса. Я буду сторожить твой сон. Давай, — укладывает девушку, укрывая одеялом. Садится рядом и уже сама гладит по голове, — Ты слишком устала. Отдохни. Латинка прижимается головой к чужому бедру. Долго смотрит в стену пустым взглядом, пока глаза сами не закрываются. Фейд делает себе подложку из подушек и засыпает сама. Первый спокойный сон для обеих. Кошмаров не будет. ____ Фейд вскакивает, ощупывая холодную простынь. Никого. В ванной тоже шума нет. Ну еще бы, Рейна давно ушла. Расписание никто не отменял. Тихо встала, тихо собралась. Тихо ушла. Фейд удивилась бы куда больше, если проснулась с Рейной на кровати. — Надо бы и самой записаться на полигон, пока на неделе места есть… — задумчиво произносит она пустоте. Пустота молчит. Было бы очень страшно услышать что-то в ответ. В комнате никаких звуков. Даже бытовых, вроде жужжания техники или капающего крана. Тревожно. Комната Рейны слишком пустая, больше похожа на комнату для гостей, где никогда никто не бывает. Единственное, что выдает жильца — незастеленная кровать. И то лишь потому что на ней кто-то спал в момент, когда девушка собиралась. Кровать расположена в противоположном углу от входа, справа от окна. На окне никаких растений, никаких фигурок или других пылесборников. Слева от окна рабочий стол, которым почти не пользуются. Даже несчастная лампа печально сгорбилась над столом. Пыль вытерта в плафоне и на ножке. Убирается Рейна часто, судя по всему. Рядом со столом большое напольное зеркало на колесах, которое можно двигать куда угодно. И, естественно, шкаф с одеждой. Пространство посередине пустое. Даже коврика нет. Фейд смотрит на это безобразие, думая, чтобы такого сделать. Подарить цветы в горшке, чтобы Императрица могла о них заботиться? Да сновидица даже не знает, какие цветы могут нравится Рейне. Лениво перекатывается с бока на бок. Пора вставать. ____ — Уже намного лучше, Неон. Ты уже многому научилась, — Рейна хороший наставник. Умеет как хвалить, так и делать замечания. Неон уже может контролировать свой ток, может никого не убить касанием и работать как батарейка для всего штаба. И, естественно, стрелять током из руки. Сил уже достаточно, чтобы запитать портал и бороться с другими радиантами на равных, но нет предела совершенству, — На сегодня хватит, ты уже устала. Можешь отдыхать. Рейна складывает оружие по местам. Своё и Неон, записывает как взятое и сданное во внутренней электронной базе штаба. Все под учёт. Неон в это время делает заминку и растяжку, чтобы мышцы немного отошли после упорных физических нагрузок. Видит Фейд и машет рукой. — Доброе утро! — всегда жизнерадостна, кричит так, чтобы старшая услышала. Фейд машет в ответ с мягкой улыбкой, встречаясь взглядом с Рейной. — Рейна, запиши меня на полигон, устала сидеть без дела. Время не важно. — Наконец-то одумалась, — не у всех был доступ к общей базе. Если доступ будет у всех, это станет проблемой. Найти крайнего в случае чего будет очень сложно. За подобные записи отвечали Рейна, Сейдж, Рейз, Сайфер, сам Бримстоун и Киллджой, как создатель системы. Последние двое прилагали свою руку к системе крайне редко. Девушка что-то печатает на сенсоре, вмонтированном в стену. — Послезавтра на 16:00. У тебя будет час. Не так уж просто распределить 20 агентов по времени, учитывая, что после каждого болванки нужно ставить по новой. Часто, вручную. Потому что, как говорится, сила есть — ума не надо. В итоге, большая часть болванок одноразовые. — Ого, что же я буду делать тут целый час, — турчанка закатывает глаза. Ясное дело, никто ради неё в очереди двигаться не будет. Надо было раньше попросить, — Какие планы на сегодня, капитан? — Пока что дали выходной. Если от нас что-то будет нужно, поверь, из-под земли вытащат. — Какая конкретика… Очевидно же, что я напрашиваюсь на компанию. — Именно. Видимо, в этом и дело. Снова злобная. Фейд уже смирилась с этим настроением. Уже все привыкли к подобному и отвечали просто — ну, это же Рейна. — Сходим в кафе? Или в бар? Просто погулять? — Мы уже вчера просто погуляли. — Я имею в виду, что-то не связанное с заданиями… Только не говори, что собираешься весь день сидеть в комнате и в потолок смотреть. Ха. Рейна вздыхает. Неон недоумевает, как Фейд подобрала ключик к характеру императрицы. Обычно, Рейна всегда готова колко ответить, сделать что-то, но чтобы просто согласиться на предложение — такого не было до прихода Фейд. В глазах наставницы она читала некоторую безысходность. Видимо, Фейд просто более напористая, чем кто либо. Неплохое качество для Охотника за головами. — Смотри, есть отличное предложение. — Фейд. Успокойся, — Девушка хмурится, в голосе лёгкое раздражение. Фейд перегнула палку, хотя пыталась держать тонкую грань между упорством и навязчивостью. Выходило не очень, что было очевидно по последним событиям. Сновидца замолкает, всматриваясь в смуглое лицо, пытается разгадать эмоции, но чувствует холод. Не понимает, как реагировать и что говорить, поэтому стоит как вкопанная и молчит. Рейна вздыхаешь потирая виски, стараясь привести мысли в какой-никакой порядок, но они и всё движутся, не желая подчиняться. — Mi amor, мне приятно, что ты хочешь провести время со мной и скрасить мои унылые дни в этом господом забытом месте, но тебя слишком много в последнее время. Поубавь свой пыл. Неон смотрит то на одну, то на другую. Что-то между этими двумя было, но что — никто не знал. В такой удачный момент, когда про ученицу забыли, она могла подслушать разговор и поделится всем с Киллджой, но от хищницы ничего не убежит, не скроется. Она переводит взгляд на подопечную, поднимая брови. — Ты ещё здесь? Я же сказала — ты свободна. — Поняла, — злить девушку плохая затея и «батарейка» пулей убегает с полигона, оставляя напарник наедине. — Извини, я… — Перестань. Просто хоть иногда старайся меня слушать. У меня есть планы на сегодня и я не могу их отложить. И не думаю, что после них захочу чего-то еще. Фейд понимающе кивает. Удаляется В свою комнату — темную обитель кошмара. ____ Лаборатория Вайпер чём-то похожа на джунгли. Везде растения и всё ухожены. Женщина знает толк в заботе о тех, кто ничего не требует взамен, чья жизнь под её контролем. Металлический звон каблуков по полу раздаётся эхом в стенах логова тёмного гения, мирового таланта и человека, без которого не существовало бы всё, что сейчас происходит. Вроде бы, человечество могло быть ей бесконечно благодарно, но последствия слишком ужасны, чтобы выдавить короткое «спасибо». Дверь в основную лабораторию медленно открывается, оповещая хозяйку о гостях. — Рейна… Проходи. Тебе придётся подождать несколько минут, пока я закончу. Перед женщиной огромный " Аквариум» Для опытов. Со всех сторон к нему подведены трубы, несчастная крыса мечется из стороны в сторону не понимая, как скоро оборвётся крошечная тонкая нить её жизни. Беспощадность — двигатель прогресса. Такого мнения придерживалась учёная и следовала ему. Рейна тоже беспощадна. Но по-другому. Не к слабым и беззащитным. К тем, кто ей под стать. К тем, чьи поступки соизмеримы с самым большим злом. Девушка не желает смотреть и знать, что произойдёт с крысой. Только её взгляд встречается с напуганными глазами животного, она отворачивается к цветам. В стеклянной камере раздаётся шум. Вайпер что-то пишет в планшете. Опыт удался. — Как она? — Стабильно. Поверь, я делаю всё, что в моих силах. Это не моя область, но по крайней мере, я поддерживаю её жизнь. Пойдём, — женщина в белоснежном халате поднимается с офисного кресла. ____ — Оставь нас, — Рейна смотрит на девочку, что словно спит в такой же стеклянной камере, что и крыса. К её камере тоже проведены разные трубы и через каждую сочатся души, которые собирает Императрица. Вайпер понимающе кивает и уходит, закрывая дверь. Девушка подходит к стеклу, дотрагиваясь пальцами, в надежде, что однажды сестра почувствует присутствие родной души рядом и откроет глаза, но по прежнему ничего не происходит. — Люция… Мы с тобой так никому не нужны и при этом очень нужны всём. Представляешь, какой парадокс? Рейна чувствовала это на своей шкуре. Радовало только то, что сестра этого не узнаёт. Никому не было дело до того, как чувствовала себя Императрица. Как и что переживала внутри себя. Зато всём нужна была её сила. А Люция… Для Вайпер — эксперимент, который станет прорывом, если закончится хорошо. А если плохо? Рейна старалась об этом не думать. Мысли о таком исходе событий невероятно злили. Она готова опрокинуть весь мир с ног на голову за свою родную душу. Испепелит своими руками. Мысли о сестре всегда придают решительности в бою. Она знает, что сестра не отреагирует, но всё равно рассказывает, как проходит жизнь. Как там — за стеклянными стенами камеры. Может, не реагирует, но хотя бы слышит? Слышит где-то там, внутри себя… Печаль пробирает, казалось бы, черствое сердце насквозь. Рейна сама подписала негласный договор с Вайпер и Бримстоуном. Договор, в котором её жизнь в чужих руках взамен на маленькую возможность того, что сестра сможет достойно прожить свою. Со своими желаниями, действиями, которые никто не указывает. Без стрельбы, без горы трупов. Без мести. Рейна живёт другим. Жизнь ради мести. _____ — Вам не кажется, что Рейна слишком… Как бы сказать… Что с ней не так? — Фейд лежала на диване в комнате Киллджой, где собрался целый консилиум из гения, батарейки и шантажиста по решению насущных проблем. Девушка закинула ноги на стену и свесила голову вниз, от чего смотрела на всё вверх тормашками. Кровь приливала к мозгу. Возможно, была небольшая надежда, что это как-то включит мыслительные процессы, но пока что связать вместе несколько слов было сложно. — Ну… — задумчиво начинает Киллджой, что-то набирая на клавиатуре со скоростью света. Затем откидывается на спинку кресла, от чего то немного отъезжает от стола, — Она закрытая личность. Никто ничего толком о ней не знает, кроме того, что она язва, жесткая и злобная временами. Но мне кажется, она очень заботлива. Просто по-своему. Как мама, которая увидела двойку в дневнике. — Откуда тебе знать, как выглядит мама, которая увидела двойку в дневнике, ты же гений, — с вопросом смотрит Неон, — Что, у нашего умника плохие оценки были? Но ты права, тут нечего спорить. Рейна может взять на себя что угодно. — Вот именно. Не слишком ли многое она тянет на своих плечах? — всё-таки, тяжесть в голове к добру не вела. Фейд вернулась в нормальное положение, получив головокружение в подарок, — Мы всё смотрим на неё и видим красивую картинку: ухоженная девушка на каблуках и с ноготочками, высокой самооценкой и берётся за любое задание, с которым, естественно, справится на отлично. Ну не может быть человек так идеален. Вот и вопрос. Что не так? — Я вступила в протокол раньше вас, но даже так могу не многое рассказать про неё. Со слов ребят, если с другими агентами шли переговоры или проходили целые операции, как с Фейд, то Рейну просто представили им сразу. Вот новый агент. Рейна. Всё. У некоторых есть подозрение, что с Бримом и Вайпер она была знакома задолго до протокола и её вступление было лишь вопросом времени. Фейд, ты же на каждого из нас нашла информацию, зачем спрашиваешь? — Надеюсь узнать то, чего ещё не знаю. Мне казалось, она более жёсткая. Да Боже, мне её описали, как человека, который тебя сожрет со всём содержимым за неправильный вздох, а она… Совсем обычная. И правда. Рейна не была какой-то стервозной сукой. Она обычная. Человек, с такими же заботами и тревогами, как и всё. В голове сложно укладывались личность и образ, но те, кто смог уложить видели в этом откровении лишь скорбь и печаль.