Номер

Сяо совершенно спокойно относился к своей работе. Не то чтобы бариста - его призвание, но и не то чтобы его тошнило от кафе, в которое он устроился. Он вообще, знаете, не сильно возлагает надежд на это место. Так, перевалочный пункт. Ловушка, из которой он не может выбраться уже год. Ху Тао — Сяо морщится от одного ее имени в своих мыслях, — устроилась всего пару месяцев назад, но уже успела заделаться его лучшей подругой. Без согласия Сяо. Поэтому каждое их пересечение начинается бесконечно тягучим монологом девушки о том, как ей уже осточертело это место, как оно вгоняет ее в уныние и как она чахнет и загибается здесь. Как-то раз она обронила, что не задержится здесь надолго, потому что боится стать похожей на Сяо. Он на это меланхолично пожал плечами. Он уверен, Ху Тао никогда не будет похожа на него. И он почти уверен, что она действительно не задержится тут надолго. Усидчивость — это не про нее. Поэтому, когда до закрытия остается каких-то десять минут, она спешно собирает вещички и упархивает домой, махнув рукой на прощание. Сяо даже не успевает среагировать. Лишь спустя пару секунд сложного осознания протяжно выдыхает. Усидчивость — это не про нее. Наглость — это про нее. Но единственное, что остается, — это искать плюсы в ситуации. Во-первых, последние десять минут работы пройдут в спокойной тишине, что не может не радовать. Во-вторых, Ху Тао не увяжется за ним по дороге домой, утягивая в не очень желанный диалог. Сяо и так хватает общения с клиентами на рабочем месте. В-третьих,... В принципе, плюсов больше нет. Просто самый главный плюс заключается в том, что Ху Тао ушла. Больше и сказать нечего. Но, когда дверь распахивается почти настежь, как от порыва ветра, Сяо думает, что, возможно, компания Ху Тао была бы сейчас не такой уж и плохой. Потому что тогда бы она смогла спасти его от надвигающегося урагана. Еще Сяо думает, что еще чуть-чуть, и дверь бы слетела с петель. Думает, что, будь здесь Ху Тао, последствия пришлось бы разгребать не ему одному. Иногда Сяо слишком много думает. Но все мысли оторопело разбегаются, когда в двери появляется нарушитель его спокойствия. — Здрасьте, — в первые секунды Сяо пытался вспомнить, висит ли у них на двери колокольчик. Вспомнил, не висит. Но откуда тогда звон? Только спустя еще секунду доходит: звенит чужой голос. Да так громко звенит, что все стекла в окнах чудом еще не полопались. Так громко, что Сяо готов пожалеть, что вообще устроился сюда работать. Так громко, что Сяо жалеет, что усидчивость — это про него. — Добрый вечер, — здоровается сдержано, иначе раздраженно заскрипит зубами. Нельзя так общаться с клиентами. Но до закрытия остается от силы минут пять, и что-то ему подсказывает, что он так долго не продержится. Гость в ответ только ослепительно улыбается во все тридцать два. Он за какую-то секунду приближается к стойке и почти полностью на нее облокачивается, неотрывно смотря на Сяо. Глаза яркие-яркие, аквамариновые. Кажется, такого синего цвета не существует в природе. Блики в них скапливаются россыпью точек, сияют, ослепительно и по-звездному. Парень медленно окидывает взглядом помещение, косички, испачканные в бирюзе, мечутся туда-сюда, как на качели. И весь он такой загадочный-загадочный, как древние руны. Красивый-красивый, как древнее божество. Сяо медленно отшатывается от кассы на пару шагов, дышать перестает. Он не привык находиться с кем-то ближе, чем на дистанции в полтора метра. Парень переводит на него взгляд, в них мигает огонек, как маяк в бескрайнем море. Очень кстати, потому что в таких пронизывающих глазах невозможно не потеряться. Вот и Сяо теряется. Даже забывает все свои дежурные фразы. Вспоминает только, когда парень, посмотрев на него пару секунд, усмехается. И вот что он усмехается? Что он такого смешного нашел? Сяо, что ли, смешной? Ага, тот еще клоун. — Уже что-то выбрали? — негромко интересуется он. Потому что до прихода этого нарушителя спокойствия тут было запредельно тихо. Не хочется повышать голос. У Сяо, кажется, все еще звенит в ушах от чужого приветствия. — Да, выбрал, — парень хитро щурится, не к добру это. Короткая улыбка. Выстрел на поражение. — Можно твой номер? — Что? Сяо поражен. — И молочный коктейль, пожалуйста. Клубничный. Аквамарины смотрят выжидающе, гипнотизирующе, и Сяо невольно отводит взгляд. Зрительные контакты его в принципе напрягают. Этот зрительный контакт убивает его моментально. — Хорошо, я вас понял, — нет, он не понял. Вообще. — С вас триста моры, — гость быстрым движением вытаскивает из кармана пару купюр и, положив их на кассу, отходит к столику. Садится к окну, подперев щеку рукой. Сяо, как в астрале, забирает деньги (даже не считает, правильная ли там сумма). Зачем этому парню его номер? Пока тот сияет улыбкой, освещая все вместо ламп под потолком, Сяо спешно отворачивается. Мысли судорожными обрывками крутятся в голове, когда он подходит к холодильнику. Тело уходит в автономный режим, абстрагируется от внешнего мира. Сяо уплывает в размышления, доставая молоко. Задумчиво крутит его у руках, рассматривает со всех сторон. Зачем этому парню его номер? Может, это неудачный розыгрыш от Ху Тао? Подговорила своего знакомого, а сама смотрит в окно и хихикает. Снимает еще небось. Подобные авантюры в ее духе. Это могло бы даже объяснить ее ранний уход. Хотя, ей объяснения не требуются. Хаос довольно сложно рационализировать. Но Сяо на всяких случай оборачивается на окно. Никого. Вздыхает. Лучше бы это был розыгрыш. Когда готовый коктейль чудесным образом оказывается у него в руках (когда-нибудь тело перестанет переключаться на автопилот во время размышлений, когда-нибудь...), он еще несколько секунд недоуменно хлопает глазами. Зачем этому парню его номер? Хотя, может, ему послышалось? После восьмичасовой смены можно и не такие галлюцинации словить. — Ваш заказ, — бесцветно декламирует Сяо, стукнув стаканом о кассу. Возможно, несколько громче, чем надо было. Но он не успевает толком об этом подумать, потому что в следующую секунду парень оказывается прямиком у кассы. Люди вообще обладают такой скоростью? — Спасибочки! — тянет парень, грациозно подхватив пальцами стакан. И уходить он почему-то не спешит. Смотрит пристально, аквамариново. Сяо не выдерживает и секунды — отводит взгляд. На чужом лице растягивается ухмылка. Гость взмахом руки откидывает назад бирюзовые косички, как порывом ветра, и опирается локтем на стойку. Смотрит еще пару мгновений. — Так что насчет номера? Ладно, нет, ему точно не послышалось. — Я не очень вас понимаю, — рассеяно бормочет Сяо, взгляд мечется из стороны в сторону. Возможно, это единственный случай, когда он хочет, чтобы Ху Тао прямо сейчас оказалась здесь. Парень фыркает. — Ну что тут непонятного? — он тихо смеется, и косички, кажется, смеются вместе с ним. — Можно попросить у тебя номер? — Зачем? — Сяо напрягается. Напрягается, потому что чувствует, как щеки неприятно печет. — Ой, ну неужели с тобой так сложно? — раздосадованно тянет парень, покачав головой. Снова выстреливает взглядом, метко и сосредоточено. Затем смотрит по сторонам, опускает взгляд на пол. Кажется, осматривает все помещение, как ревизор, достает из кармана телефон, включает. — Ладно, архонт с тобой. Вы, кажется, уже должны закрываться, — «Неужели?» Невольно думает Сяо. — Тогда не буду задерживать, — стремительно идет к двери задом наперед, неотрывно глядя на Сяо. Прямо в глаза. Да что ж с этим парнем не так? — До встречи! — и исчезает в дверях, напоследок отсалютовав двумя пальцами. Сяо смотрит на дверь, вскинув брови. Что это только что было?

***

На следующий день он снова пришел. Снова за пять минут до закрытия. Снова принес с собой ветер из открытой двери. И снова поприветствовал его своим звенящим голосом. Честно, сначала Сяо подумал, что попал во временную петлю. За долю секунды он успел подумать о том, что ему нужно сделать, чтобы из нее выбраться. Не отпускать Ху Тао раньше? Уволиться прямо сейчас? Дать этому парню номер? Хотя, может, это все же его галлюцинация? Парень снова заказывает клубничный коктейль, снова прожигает в Сяо дыру своими аквамаринами, снова взмахивает косичками, будто между ними вьется ветер. Снова обезоруживает. Снова кладет на кассу триста моры. Снова просит номер. Сяо снова недоуменно хлопает глазами, прикидываясь глухим. Архонты, лучше бы он был глухим. — Так что, номер не дашь? — напоследок спрашивает парень, склонив голову набок. — Зачем? — невозмутимый тон Сяо, возможно, не вяжется с его пылающими щеками. Возможно, именно поэтому парень слегка посмеивается. — Ладно, — хитрый прищур заставляет чуть ли не вжаться в кассу. Серьезно, может, полицию вызвать? Это не такая уж плохая идея. — Спасибо за коктейль, — кажется, в аквамаринах расцветает досада или разочарование. Честно, Сяо не разбирается и разбираться не хочет. Нарушитель его спокойствия подхватывает свой стакан и, развернувшись на пятках, удаляется. — До встречи, — не оборачиваясь, бросает он, махнув свободной рукой. Холодный ветер едва не влетает в открытую дверь, но она почти сразу же закрывается, и в помещении сгущается топкая тишина. Сяо несколько раз моргает, потом смотрит на свое отражение в темном окне напротив кассы. Почему этот парень вообще обращается к нему на «ты»?

***

Когда на третий день этот парень приходит опять, Сяо уже даже как-то не сильно удивляется. Он, скорее, находится в крайней степени раздражения. — Привет, — парень растягивает буквы, как жвачку. Плавно подходит к кассе, облокачивается на стойку. — Могу я узнать, почему Вы обращаетесь ко мне на «ты»? — Сяо недоуменно вскидывает бровь, складывая руки на груди. Все его нутро пытается сдержаться, чтобы не начать язвить, но этот аквамариновый взгляд работает, как гребанный катализатор. — А что, нельзя? — парень невинно хлопает глазами, а на губах растягивается ухмылка. Он что, издевается? — Не думаю, что мы достаточно для этого знакомы, — Сяо фыркает, отведя взгляд. Ну вот, начинается. — Что мешает нам достаточно познакомиться? — опешив от такого заявления, Сяо округляет глаза. Точно издевается. — Разреши представиться, я... — Наглый клиент, который приходит за пять минут до закрытия. Думаю, мы уже знакомы, — раздраженно фыркает и тут же хочет стукнуть себя по лбу. Нельзя так общаться с клиентами. Даже если они наглые и приходят за пять минут до закрытия. — Как грубо, — этому парню, пожалуй, можно вручить «Оскар», потому что так правдоподобно изобразить обиду сможет не каждый. Первые несколько секунд Сяо ему даже верит. — Но тебе повезло, что ты слишком красивый. Я не могу на тебя злиться, — растекается в хитрой улыбке, смотря прямо на Сяо в ожидании реакции. К несчастью для Сяо, ждать долго ему не приходится. Потому что все мысли сбиваются до заводских настроек. Мозг зависает, ловит вирус, перегревается, вот-вот взорвется. Этот парень только что... сделал ему комплимент? — Пока кровь окончательно не прилила к твоей голове, — аккуратно продолжает парень, хихикая. — Я все же представлюсь, — пока Сяо протягивает что-то, похожее на возмущенный вдох, гость протягивает ладонь через кассу. — Меня зовут Венти. — Очень приятно, — мрачно отвечает Сяо, старательно не смотря в чужие глаза. Аквамарины сбивают его с мысли. Руку он не жмет, игнорируя ее существование. — А ты не будешь представляться? — Венти удивленно хлопает глазами, озадаченно склонив голову вбок. — Я не обязан, — бесцветно жмет плечами, на парня все еще не смотрит. Ему и на периферии хорошо видно. — Так Вы будете что-то заказывать? У нас осталось пять минут до закрытия, прошу поторопиться, — смотрит на руку, как будто у него есть наручные часы. Ему не важно, как глупо он сейчас выглядит. В нем играет неосознанное желание выпроводить парня отсюда. Как маленький ребенок, архонты... — Но... — Венти вскидывает палец вверх, но неуверенно опускает его обратно. А потом в чужих глазах загорается еще больше энтузиазма. Такой искры бы хватило, чтобы спалить это кафе дотла. Сяо бы с радостью остался внутри. — Что, если я уйду только тогда, когда ты дашь мне свой номер? — и улыбается еще шире, хотя куда больше? — Это шантаж? — скептично вскидывает бровь. Не нравится ему это. Мог этот парень просто третий раз заказать свой клубничный коктейль и просто пойти домой? И, желательно, больше не возвращаться. — Может быть, — Венти невинно жмет плечами, отворачиваясь вбок. В его движениях какая-то нечеловеческая грация и изящество, как у кошки. Сяо мотает головой, выбрасывая все нежелательные ассоциации. Не хватало еще начать этому парню симпатизировать. — Так что? Согласен? — Нет, — отрезает Сяо, сложив руки на груди. Бывают же такие наглые люди... — Но я ведь не уйду. — Я позвоню в полицию. — Это шантаж? — «Это блеф». — Да. — Но я же ничего не сделал! — Вы мешаете мне работать, — Сяо отбивается, как только может, а на задворках сознания бьется только одна мысль: С тобой в первый раз в жизни хотят познакомиться... Какого черта ты творишь? Но эта мысль мгновенно отбрасывается куда подальше. Не время о таком думать. Сяо смотрит на Венти, в глазах которого плещется открытый океан, и думать больше не получается. Это не глаза — это какие-то черные дыры. Затягивают, безвозвратно и безнадежно. Сяо мотает головой, обращая на себя внимание. Как будто до этого ему мало было. — Так... — Вы будете что-то заказывать? — когда Венти оказывается нарочно перебит, даже стыдно не становится. Сяо с какой-то стороны доволен. С той, с которой он не любит людей. — Мы закрываемся. — Но... — Прошу поторопиться, — входит во вкус, перебарщивает, перегибает палку, переламывает пополам. Сплошное «пере». Парень слегка отшатывается от кассы. Смотрит долго, сосредоточено. Кажется, даже немного обиженно. Сяо даже не успевает подумать, насколько сильно он просчитался, как бирюзовые косички вздымаются от порыва ветра, как парень разворачивается. Кидает тусклое «Пока» и уходит, не оборачиваясь. Входная дверь открывается, впуская внутрь холодный ветер, но тут же закрывается, погружая комнату в зябкий мрак. И только тут до Сяо доходит. Он сильно просчитался.

***

— Ты что, так и сказал? — Рад, что ты меня внимательно слушаешь. Вообще Сяо не хотел ничего рассказывать Ху Тао. Потому что тогда он будет обречен на долгий нежелательный разговор. Но бездна его дернула случайно упомянуть наглых клиентов. И тогда он понял, что обречен. Ху Тао была слишком любопытной, а Сяо слишком не умел врать. Поэтому сейчас он сосредоточено протирает кассу (она уже пять минут как абсолютно чистая), стоя спиной к напарнице и усиленно игнорируя все ее реплики. Получается плохо, но главное, что он старается. — Ну ты, Сяо, балбес, — шутливо вздыхает девушка и Сяо, не выдержав, все же стреляет в нее недовольным прищуром через плечо. — Такой шанс упустил! — Ху Тао почти вскрикивает, вскинув руки, и в этот момент остается только порадоваться, что сейчас посетителей нет. — А он хоть красивый? — девушка преодолевает расстояние между ними в два шага, в упор уставившись на Сяо. В ее глазах пляшут черти, у них там настоящий праздник мертвых. И это никогда не к добру. Сяо даже не успевает задуматься, как бросает раздраженное: — Да. И понимает, что он обречен. Потому что чужой тихий писк чуть не лишает его слуха. — И ты его отшил? — возмущенно восклицает Ху Тао, схватив Сяо за плечи. Но страшно не становится ни на секунду. Ее просто невозможно бояться. — У тебя что, в голове совсем пусто?! — когда напарница принимается его трясти, Сяо думает, что больше никогда будет потакать ее порывам тактильности. — А что, если это судьба? — Только не говори, что веришь в судьбу. Ху Тао замирает на секунду. Кажется, о чем-то задумалась. Но Сяо не успевает обрадоваться мгновению спокойствия, как девушка снова цепляется ногтями за его плечи. — Погоди. У него бирюзовые косички? И синие глаза? — внезапно спрашивает она, став до устрашающего сосредоточенной. Сяо даже задумывается, а стоит ли отвечать. — Вроде того... — Архонты! — она театрально прикрывает рот ладонью, а Сяо жмурится. Кажется, он никогда не привыкнет к тому, какая она громкая. — Я его видела! — Где? — Здесь! — говорит она с это-же-очевидно взглядом. — Я его точно тут видела, ну конечно! — она отпускает плечи Сяо, начиная рассуждать вслух. — Может, неделю назад... Архонты, Сяо, какой же ты глупый! — Спасибо, необязательно повторять это каждые... — Неужели ты не видел, как он на тебя смотрит? — Что? Ху Тао только сдержано вздыхает. — Я вот иногда не пойму, ты действительно такой невнимательный, или ты намеренно игнорируешь род человеческий. — напарница складывает руки на груди, опираясь о стену. — У него в глазах почти сердечки стояли вместо зрачков, — сокрушенно вещает она. — Такой пристальный взгляд просто невозможно не почувствовать. — Но я не почувствовал, — Ху Тао смотрит на него. Долго и вдумчиво. Сяо даже неуютно становится. Он почти вздрагивает, когда она снова к нему подходит и хлопает ладонью по плечу. — Молись, чтобы он пришел еще раз, — она уходит в каморку, повышая голос по мере удаления. — И только попробуй снова облажаться! Сяо смотрит на нее и не понимает. Почему он должен давать кому-то свой номер?

***

Он не приходит. Когда остается пять минут до закрытия, в зале стоит мертвая тишина. Сяо всеми силами пытается отрицать тот факт, что он ждал. Поэтому, не дожидаясь девяти вечера ровно, он начинает собираться. Подумаешь. Не очень-то он и хотел. Наоборот, так даже лучше. Клубничного сиропа больше останется. Выключая свет во всех помещениях, он чувствует какую-то необъяснимую досаду. Она вьется где-то в груди неприятным осадком, как слякоть в марте. Грязная, мерзкая, противная. Но Сяо старательно не обращает на нее внимания, накидывая куртку. Да, возможно, куртку пора бы заменить на пуховик, но какая разница, если до дома все равно идти не далеко? Да и не так уж и холодно. Но, когда он оказывается окутан ледяным воздухом... Просто забудьте все, что он сказал выше, хорошо? Когда мгновенно замерзающие пальцы едва справляются с ключом от входной двери, Сяо разворачивается, готовый пойти домой. Но останавливается. Честно, он не знал, что аквамарины имеют свойство парализовывать. Когда парень встречается с ним взглядом, в них огоньком мигает будто бы испуг. Как долго он тут стоит? — Привет? — вопросом говорит он, неуверенно махнув рукой. Сяо забывает, как здороваться. И как ходить. Еще немного, и он забудет, как дышать. — Мы закрыты, — только и говорит он, а потом подавляет желание удариться головой о ближайший столб. Очевидно, у этого парня есть глаза. — Оу, я вижу, — тот мнется на месте, сверля мокрый от дождя асфальт под ногами. Когда он опускает голову вниз, половина его лица пропадает в складках массивного шарфа. Венти вообще больше походит на большой комок из одежды. Огромный шарф, огромная шапка с помпоном, огромный пуховик, огромные ботинки. Единственное, что помогает его идентифицировать, — бирюзовые кончики косичек и блестящие аквамариновые глаза. Минута тишины между ними почти убивает Сяо, потому что он ненавидит молчание. В голове набатом звучит голос Ху Тао, раздирает барабанные перепонки изнутри. Молись, чтобы он пришел еще раз. Сяо, кажется, не говорил ни единой молитвы. Так какой бездны? — Чего-то ждешь? — тянет он, скользнув взглядом по парню. Тот от чужого голоса аж вздрагивает, подняв аквамарины с земли. В них полнейшая растерянность, и Сяо почти готов усмехнуться. Куда делась вся его смелость? — А... Я... это, — неуверенно тянет он, накручивая на палец кончик косички. Сяо наблюдает за этим ровно секунду, потом мотает головой. Когда он делает шаг навстречу, Венти едва не отшатывается. — Я не очень люблю общаться в живую, — говорит Сяо куда-то в асфальт. Предпочитает не говорить, что он вообще не любит общаться. Коротко вздохнув, он просто сует в чужие руки маленькую бумажку, разворачивается и стремительно уходит, оставив недоумевающего парня за спиной. А то, не дай архонт, Венти спросит, почему Сяо держит в кармане бумажку со своим номером. Потому что Сяо не умеет врать. Теперь осталось надеяться, что не получит ни единого сообщения с неизвестного номера.