Неведение

У Нила была проблема. На самом деле уже около четырнадцати лет. Эта — одна из тех тайн, которые он никому не может раскрыть. Буквально. Ведь у него есть соулмейт, его имя — Эндрю Миньярд. И он об этом не знает. Никто не знает. «Знающим» нельзя трепаться о своих вторых половинках, — думает Джостен. — Да мы даже не можем… Каждый раз, когда Нил хотел спросить совета по поводу соулмейта у друзей и уже собирался начать, то рот пересыхал до такой степени, что Лисам приходилось помогать ему откашливаться. Хуже было только тогда, когда глотку наполняла слюна и нападающий в ней тонул. Нил пытался свыкнуться с этим. Но после встречи с Эндрю его мир определённо перевернулся в геометрической прогрессии. Джостен не мог не признать это. Всю жизнь зная, что у меня есть кто-то, подходящий лично для меня, опасаясь встречи с ним… я, — Нил печально опускает голову, заканчивая перевязывать кровоточащее запястье. — Я не ожидал, что всё окажется… ТАКИМ. Между ним и Эндрю… ничего не было. Никогда, кроме шуточных оскорблений, подколов и… возможно дружбы? И за каждый, проведённый вместе с Эндрю, момент Нил платил несколькими сантиметрами чистой кожи. Из-за привычки Эндрю называть его «Наркоманом», говорить «Ненавижу тебя» при каждой встрече и тому подобному тело Джостена… Оно было исчерчено ранами в два раза больше чем до знакомства с Миньярдом и ломалось с каждым часом всё больше. Удивительно, что это не затронуло лицо и оно до сих пор было чистым. — Тск… — Нил цыкнул, глядя на испорченную ванную. Всего полчаса назад он был покрыт кровью с головы до пят из-за открывшихся ран. И пришлось снова принять душ… — он глубоко вздохнул. — Наверное мне стоит снова взять «перерыв». «Перерывами» Джостен называл периоды времени, когда всеми способами пытался избегать Эндрю. Так как Миньярд не имел привычки обсуждать его с кем-либо когда-либо, то Нил получал царапины только когда сам и напрямую с ним общался. Не имея доступа к Миньярду, организм Нила восстанавливался и отдыхал, хоть голова и страдала без участия в своей жизни второй половинки. Снова вздыхая, Нил открывает воду и смывает потёки крови с бортиков ванны. - Обобщённые и официальные данные о своём соулмейте Нил знал ещё до знакомства с ним. Хоть его мать и запрещала, но он регулярно читал газеты о своём давнем друге Кевине… А со временем и о Эндрю. Сопоставить надпись на руке и заголовок с именем популярного «недо-убийцы» было легко, поэтому… Джостен ожидал встречи с ним, когда увидел тренера Лисов. Несмотря на это, нападающий не планировал рассказывать соулмейту о своей с ним связи. Это было ни к чему. Особенно с клеймом беглеца на спине, которое приварила к нему мать. А также клеймами «Сын Мясника», «Убийцы» и многими другими. Нил всё равно должен был убежать через пару месяцев… Полгода… Он всё равно не должен был дожить до последней игры… После того как Нилу разрешили остаться. После того как все ужасы были пережиты… Тогда он задумался над тем, чтобы сообщить о надписи на своём запястье владельцу имени. Только через время Джостен понял, что не сможет. Если так подумать, Эндрю никогда не пытался сблизиться с ним, между ними ничего не было. Нил Джостен трус. Возможно именно это предложение описывает его в те моменты, когда нападающий смотрит на своего соулмейта, тает и не может ему признаться. Нил Джостен беглец. Именно так можно описать нападающего, когда он слышит негромкие шаги Миньярда и сбегает на пробежку; когда всю следующую неделю Нил пытается даже не смотреть на него. Возможно так и есть. Но. Кто бы не чувствовал желания сдёрнуть, если на плечах лежит ответственность за отношения с важнейшим человеком в жизни? Я всего лишь поддерживаю нашу дружбу, — размышляет Джостен, никак не пересекаясь с Миньярдом на протяжении дня. Нападающий знает его расписание; а когда приходит время идти в общежитие, Джостен шагает к Ваймаку со собранным заранее рюкзаком. Осталось продержаться ещё немного. Это не так уж и сложно, правда?.. Правда ведь? - «Джостен… опять?!» говорит Ваймак, когда открывает дверь и видит в проёме рыжего нападающего. Нил стал частенько загуливать к нему в последнее время. Несмотря на недовольство, Ваймак уступает и пускает его внутрь. Он уже пытался разузнать, что не так. Судя по наблюдениям, каждый раз, когда Нил к нему приходил — он ругался с Миньярдом (или что-то такое). Ничего экстремального, но ему не платили достаточную сумму денег, чтобы с этим справляться. Через час после прибытия Джостена он стучится в его временную комнату и ставит корзину для вещей у подножия дивана. — Слушай, парень, ты можешь жить здесь сколько захочешь, но ты должен сам стирать свои вещи, хорошо? — на самом деле, живя с Джостеном некоторое время, Ваймак понял, что тот — самый уютный игрок команды Лисов в этом плане. Первое — Джостен целыми днями пропадал где угодно и приходил лишь к вечеру, ужинал, ложился спать, а рано утром уже бесшумно уходил. Второе — не шумел ни при каких обстоятельствах. И третье — не оставлял после себя мусора. Все привычки того, кто всю жизнь был в бегах. Тем не менее, все предыдущие сожители Ваймака частенько не стирали свою одежду и поэтому он решил заранее разъяснить Джостену, что вещи он стирать будет сам. И стирать он будет обязательно. Нападающий, выпучившись, смотрит на него и говорит: — Да, тренер. — И ты должен стирать их, понятно? — Да, тренер. Расслабившись и выдохнув, всё напряжение с плеч ушло, и Ваймак тоже смылся. Как только он вышел, Джостен выдохнул, отложив ручку с конспектом по математике. Тренер прав, нужно постирать вещи, — заглядывая в свой рюкзак, раздумывает Джостен. В следующую секунду он смачно ругается. Комплектов одежды в рюкзаке не хватает и если он постирает оставшиеся, Нилу будет не в чем ходить. В мыслях встала картинка того, как Нил вместе с Эндрю стояли около огромного мусорного бака и вместе выкидывали старую сумку, с которой Джостен пробыл в бегах много лет. Джостен немного расслабляется, думая, что ничего страшного не произойдёт, если он быстро проскочит в свою комнату в общаге и возьмёт нужные ему вещи. Я уже был там сегодня и у меня всё получилось, сейчас будет тоже самое. Встав, нападающий взял путь на кампус. Главное не расслабляться и держать местность под наблюдением, чтобы не нарваться на Эндрю.

***

Уже около года у Эндрю была небольшая проблема. Миньярд не признавался себе раньше, но он просто не может игнорировать те сдавливания в груди, когда Нил не ночует в общежитие и снова игнорирует его. Впервые это произошло около полугода назад. Летом, уже после всех происшествий и раскрывшейся правды. Тогда же для себя Эндрю и признал свою симпатию к Нилу. Вратарь пытался игнорировать ситуацию, в то же время анализируя свои действия рядом с наркоманом по ночам. Он так и не понял, что случилось, когда Джостен начал общаться с ним как будто ничего и не произошло. Имея способность скрывать любые эмоции, Миньярд конечно же не показал свой ступор на поведение Джостена и обмозговывал это в свободное время, но… Так и не понял. В чём причина?.. — заглядывая во все комнаты, угрюмо думал Миньярд. Почему опять. Его раздражало неведение. Они с Джостеном всегда обговаривали какие-то недомолвки, передавали это друг другу через «правду» или просто потому что сами хотели… Не нужно было упускать те несколько случаев, — укорял себя Миньярд. Если дело касается Джостена, то спускать всё на тормозах вообще категорически запрещается. Когда Эндрю встретит наркомана… сжимая кулаки, он отдаст любую свою правду взамен на ответ на вопрос «Что произошло?». - Возможно, им предстояла драматичная встреча на улице под дождём, в которой пара выясняла отношения громкими криками и страстными поцелуями… но не в этой вселенной. Держа в руках ведёрко с мороженым, Эндрю пошёл в ванную, чтобы быстро вымыть руки и продолжить своё насыщение. Всё же есть в мороженом свои минусы — при открывании упаковки пальцы пачкаются в растаявшем лакомстве от крышки. С пустым выражением лица мужчина повернул ручку двери, но он точно не ожидал встретить там перебирающего одежду Джостена с идиотской оранжевой повязкой на голове. Ладно, возможно это был прокол Эндрю — так долго пялиться на медные волосы наркомана, что упустить момент, когда тот поворачивается, смотря двумя ледниками прямо на Миньярда. — Ненавижу тебя, — почти прошипел он, ставя ведёрко с мороженым на ближайшую поверхность. Миньярд вновь взглянул на нападающего, но на этот раз его взгляд был анализирующим, а лицо нельзя было прочесть. Впрочем, Эндрю сомневался, что с Нилом это работает. Волосы за повязкой наркомана были слегка пушащиеся, что говорило о душе; также на его ногах были мягкие чёрные штаны, которые купил Эндрю и которые Нил носил только в дождь (чтобы расслабиться в кресле-мешке) или когда скрывал синяки. На улице ни облачка, а с недавних пор Джостен стал реже ходить на ночные тренировки Кевина. Не говоря уже о белой полоске выглядывающих из-под нарукавника бинтов. Вообще, раньше Джостен носил только напульсник на одной руке, никогда его не снимая, и даже Эндрю не видел тот его шрам (а он уверен, что шрам там был), но потом Миньярд подарил ему нарукавники и теперь, размышляя об этом… Эндрю думает, что с помощью них Нилу стало легче прятать свои новые раны. Но он бы не стал, верно? Он не мог сам… Сделать это… Видя поджатые губы Нила, Эндрю прикусывает щеку, всё ещё нуждающийся в доказательствах. — Правда за правду, — говорит Эндрю, видя, как глаза Нила расширяются. — Эндрю, я… Если это действительно то, о чём я думаю, Нил избегает меня по этой причине, — размышляет Миньярд. Потихоньку раздражение сменяет злоба. А значит один вопрос может раскрыть всю правду. Эндрю был уверен, что Нил ему не соврёт. — Почему же ты избегаешь меня, наркоман? — для Нила последнее слово решало намного больше, чем он в этой ситуации. Видя, как Нил морщится, прижимая руку ко лбу, но ничего не говорит, Миньярд продолжает: — Ты тупой, Джостен, но я и не знал, что ты плохо слышишь. Я не люблю повторять, ты это знаешь. Когда же и после этого ответа не слышно, Эндрю уже хмурится сам. Он как раз договаривает свой вопрос, когда Нил поднимает голову, смотря на него расширенными глазами, а Миньярд видит, что кожа на его брови расползается. Негромко промычав, Нил покачивается и хватается за раковину. В ту же секунду Эндрю срывается с места, ловя рыжего парня за секунду до его соприкосновения с полом. Нащупывает пульс на шее и задерживает дыхание, когда Нил начинает негромко хныкать. — Мы соулмейты, Эндрю, — обречённо хихикая, шепчет Джостен. — Прости, я не хотел рушить нашу дружбу. — Нил, ты… — «идиот» вертится на языке, но Миньярд с дрожью проглатывает это слово. — Прости меня. Нил удивлённо смотрит на Эндрю, пока слёзы от физической и моральной боли наполняют глаза. Нападающий не помнит, когда плакал в последний раз. Миньярд не обращает внимание на то, как сильно жжёт его горло, когда говорит те многозначащие для системы судьбы слова, только для того, чтобы не мучать значащего для него весь мир человека: — Я люблю тебя, Нил, — они катятся по щекам, исчезая между пальцев Миньярда. Другой рукой Эндрю уже ввёл номера Ваймака и скорой в быстром наборе, поэтому мог зарыться ей в кудрявые рыжие волосы своего соулмейта.