1.
14 ноября 2022 г., 23:02
Тэхён листал ленту новостей, откровенно скучая — ничего интересного не было. Легонько потряс банку с энергетиком, подмечая, что осталось меньше половины, и сделал небольшой глоток. Юнги — зараза, опять опаздывает! Почти на полчаса. Чтобы хоть как-то убить время, Тэхён открыл игру на смартфоне — невесть какое развлечение, но уж лучше так, чем сидеть и бездумно пялиться на раздражающее мерцание света от фонаря. Нет, серьезно, этот фонарь своим миганием бесит его уже третий день. И будь его воля, Тэхён бы предпочел кататься в каком-нибудь другом месте. Только вот выбирать не приходится: парковка перед зданием больницы подходит просто идеально. Во-первых, достаточно широкая, есть, где разогнаться. Во-вторых, здесь практически пусто после часа ночи, вероятность влететь в припаркованную или въезжающую машину почти равна нулю. Плюс, к самой больнице ведет небольшая лестница с идеально подходящими для трюков парапетом и перилами.
А еще их не гоняют отсюда. Хрен его знает, почему: может, всем пофигу, может, самим интересно посмотреть, как они катаются, а может ждут, пока кто-нибудь из них навернется… Ну, благо приемный покой рядом.
Он выпрямился, отрываясь от телефона, и размял шею. Через стеклянные двери главного входа прекрасно было видно, как медсестры, переговариваясь, перебирают какие-то документы, сидя за стойкой регистрации. До слуха донесся пока еще отдаленный рев сирены скорой помощи, который становился все громче и, спустя немного времени, машина, сияя проблесковыми маячками, въехала на парковку. Лениво понаблюдав за тем, как медики увели какого-то парня в здание, Тэхён в два глотка осушил банку и точным попаданием отправил жестянку в мусорку.
Он уже собрался вновь звонить Юнги, когда послышался шорох колесиков об асфальт. Ну надо же, не прошло и года!
— Ты опоздал, — Тэхён поднялся на ноги и обернулся, чтобы увидеть Юнги, который неспешно двигался в его сторону. Одна нога стояла на скейте, а второй тот лениво отталкивался от асфальта. — Еще немного — и я бы точно ушел, хён.
— Ну конечно, ага, ушел бы ты без него, — усмехнулся остановившийся рядом с ним Юнги и указал взглядом на вторую доску, которую прижимал к груди. — Ой, не звизди.
Тэхён закатил глаза, однако был вынужден признать чужую правоту — ради своего скейта он готов был хоть всю ночь тут просидеть. Но поворчать на вечные опоздания друга — это святое. В конце концов, кому как не Тэхёну выписывать Юнги профилактические пиздюлины?
— Ладно, забей, — отмахнулся Тэхён.
Юнги хитро прищурился и качнул головой, откидывая длинную черную прядь волос, лезущую в глаза.
— Давай сегодня аккуратно, а? Силиконовых колесиков больше нет, а подвески остались только дешевые.
Кивнув, забрал любимую доску и с удовольствием провел пальцами по шершавому покрытию. За прошедшие сутки он успел соскучиться по своей детке.
— Видел бы ты свою довольную рожу, — со смешком прокомментировал Юнги.
Тэхён даже огрызаться на это не стал, согласившись, что и правда, рожа-то довольная. Ну, а как иначе? С этим скейтом они слишком много пережили вместе, чтобы Тэхён не переживал за его целостность. Вообще, с каждой последующей поломкой, Тэхён волновался все сильнее, ведь рано или поздно придет день, когда Юнги не сможет его починить. И пусть это далеко не первая его доска, она продержалась дольше всех.
Кататься Тэхён начал еще в средней школе — пришлось попробовать, на спор. В тот раз он смачно рухнул, едва не переломав себе ноги и начисто отбив задницу. Зато сразу понял, что это прям его. Вот то, что надо. Нет, Тэхён не мазохист, падать не любит, просто те несколько жалких секунд, в течение которых он умудрился удержаться на доске, его распирало от восторга. Который от болезненного падения, конечно, поутих, но не сказать, что сильно. С Юнги он позже познакомился в скейт-парке, тот уже тогда хорошо катался, все же фора в пару лет была заметна. Как взялся учить неумелого когда-то Тэхёна, так учит и до сих пор. Правда, в профессионалы никто из них никогда не рвался, катаются для себя. И так уж сложилось, что именно Юнги приходится чинить его скейт, который Тэхён умудряется ломать с завидной регулярностью.
Усевшись на бордюр, Юнги вытянул ноги и выудил из рюкзака точно такой же энергетик, который пил Тэхён.
— Чего расселся-то? — поинтересовался он, выезжая на ровный асфальт, чтобы немного разогреться. — Кататься не будешь?
— Не, не буду, — с тихим пшиком открыв банку, Юнги сделал щедрый глоток. А затем, наклонившись, задрал джинсы на правой ноге, демострируя эластичный бинт на лодыжке. — В парке новую рампу поставили, я ее вчера неудачно опробовал.
Тэхён поднял скейт в воздух, сделав самый простой прыжок, чтобы потестить новые колеса.
— Я удивляюсь тому, как с твоей неуклюжестью ты еще ни разу ничего не сломал, — посмеиваясь, попутно убирая с лица черные пряди, чтобы не мешали.
— Сказал человек, чья доска у меня на ремонте каждую неделю, — парировал Юнги, закатывая глаза.
— Я просто не такой опытный.
— Ты больше десяти лет катаешь.
— Признай уже, что ты не так удачлив как я, хён.
— О, с удовольствием признаю, когда снова буду носить тебе апельсины в больницу, после того, как ты в очередной раз отобьешь свои причиндалы о перила, — Юнги негромко рассмеялся, припоминая Тэхёну самое болезненное в истории скейт-парка приземление.
Тэхён на это только поморщился. До сих пор иногда вздрагивает, вспоминая.
После парочки кругов по стоянке, он сделал несколько незамысловатых базовых трюков и со спокойной душой выдохнул — Юнги и в этот раз поработал на совесть, с доской все порядке. В конце концов, она служит ему верой и правдой уже несколько лет, и на данный момент — это самый удобный экземпляр, который у него был.
— Ко мне снова Мину заявился, — пожаловался Тэхён, проезжая мимо друга. Тот сидел, уткнувшись в телефон, и что-то печатал.
— Опять хотел доказать тебе, как ты ошибся и как сильно ты на самом деле его любишь? — заламывая одну бровь, при этом даже не отводя взгляда от экрана.
— Ага, — кивнул, засовывая руки в карманы зип-толстовки и выуживая оттуда конфету на палочке. Фантик почти долетел до урны, а сладость отправилась в рот. — Но он был уже не так настойчив. Такое впечатление, будто уже для галочки приходит.
— Я до сих пор не понимаю, нафига ты вообще с ним связался. Все всегда знали, какой он навязчивый, а ты таких не любишь, — Юнги отложил телефон прямо на асфальт и вопросительно уставился на Тэхёна.
— Мне просто хотелось отношений, а он симпатичный, — легкомысленно пожимая плечами. Продолжая перекатывать во рту конфету, Тэхён удобнее встал на скейт, оттолкнулся ногой и, высчитав нужный момент, поднял доску в воздух. Та прокрутила пол-оборота и с характерным стуком опустилась ребром на асфальт.
— Но совершенно не в твоем вкусе, — хмыкнул Юнги, внимательно следя за его попытками выполнить трюк.
— Я ему так и сказал сегодня, — пожал плечами Тэхён. — Решил уже прямо все высказать. Не думаю, что он еще хоть раз придет, вроде как обиделся даже. Но мне стало легче. — Поднял доску и попробовал снова. Не вышло… Блин. — Знаешь, вот никак не могу понять этого упорства. Он весь из себя нежный и милый, таких надо на свиданки водить, пылинки сдувать, а я просто…
— А ты просто его трахал, — перебил Юнги, хмыкнув.
— Ну да, просто трахал, — легко согласился Тэхён. Отрицать этого не было никакого смысла. Отношения с теперь уже бывшим продлились от силы месяца три, за которые они несколько раз погуляли, один раз сходили в кино, а все остальное время член Тэхёна находился в активном поступательном движении. Когда Мину начал раздражать излишней нежностью, эти отношения прекратились. — Я вообще не понимаю, нафига он со мной встречался, очевидно же, что его многое со мной не устраивало.
— Некоторые за хороший секс готовы терпеть что угодно.
— Не назвал бы наш секс таким уж потрясающим. У меня было вечное чувство, что он готов сделать многое, но не потому, что его тащит от этого, а чтобы мне угодить.
— И что в этом плохого? — Юнги проследил глазами за очередной провальной попыткой сделать прыжок и тяжело вздохнул.
— Ну, окей. Представь, что Чимин не проявляет инициативу сам, но ты его в буквальном смысле на хую вертеть можешь. Как скажешь, так и повернется. Интересно?
— Не особо.
— Именно, — кивнул Тэхён и снова оттолкнулся ногой, приводя доску в движение. Очередная попытка, и скейт уходит из-под ног. — Да почему не получается?!
— Потому что ты начинаешь прыгать на кикфлип, пытаясь сделать хил, — Юнги поднимается, беря свою доску, и плавно подъезжает к другу. — В чем их отличие?
— Кик закручивает скейт, поднимая его пальцами ног, на хилфлипе работает пятка, и его крутит в обратную сторону.
— Ну, так какого ты при подъеме пятки даже на доску не ставишь, оставляя упор только в пальцы? — Юнги отъехал немного и даже с больной ногой выполнил трюк с первого раза.
— А, черт, понял.
Все! Вот сейчас он точно справится. Преисполненный уверенности в своих силах, Тэхён пробует снова. Под пристальным взглядом Юнги он прыгает, на этот раз упираясь пяткой, как было сказано. И вот оно! Успех! Скейт ровно становится на асфальт под его ногами, но от затапливающей радости он теряет равновесие и, нелепо взмахнув руками, падает на задницу. Скейт по инерции катится в центр парковки.
До ушей доносится звук мотора, и в следующую секунду на парковку буквально влетает машина.
Тэхён еще умудряется соотнести курс движения автомобиля с тем местом, где как раз остановился его скейт, но сделать уже ничего не успевает. Сидит и с ужасом смотрит, как черный мерседес проезжает по его маленькой детке, даже не притормаживая. Колеса с хрустом разламывают доску на две части, так что в стороны летят щепки.
А водитель, криво припарковавшись, выскакивает из машины и, даже не взглянув в их сторону, быстро скрывается в здании клиники.
Тэхён сидит ни жив, ни мертв, чувство такое, будто переехали не скейт, а его сердце, и это не преувеличение. Он копил на эту доску как сумасшедший! Экономил каждую вону, не ел ничего, кроме растворимой лапши и ходил пешком, жалея деньги даже на автобус. Заказал ее из Америки, потратил на это кучу сил, времени и нервов, переплатил за доставку, но получил профессиональный, надёжный скейт. Который стоит очень дорого, и дело не только в деньгах. Тэхён искренне любил его, да у него все самые сложные трюки начали получаться именно с этой доской, самые крутые видео были сняты тоже с ней.
— Что ты там говорил мне про свою удачу? — Юнги присаживается рядом на корточки, толкая его в плечо.
— Ты же починишь его, хён? — умоляюще глядя из-под ресниц. Вышло очень уж жалобно, но похрену — это же его детка.
— Прости, Тэ, у меня нет диплома некроманта, — пожимая плечами. — Я не умею возвращать к жизни мертвых и… — Юнги осёкся, глядя на Тэхёна. Видимо, было что-то такое на его лице, что друг пообещал: — Я попытаюсь отыскать такой же.
— Он был мне дорог, — сокрушенно вздыхая. Серьезно, Тэхён расстроился настолько, что глаза неприятно щиплет. Медленно поднявшись на ноги, Тэхён морщится от противной сладости во рту и с обидой выкидывает конфету на асфальт, отчего та разбивается. Довольно нелепо срывать злость на конфете, но, к сожалению, того, чье лицо он действительно хотел бы разбить, рядом не наблюдалось.
Собрав то, что осталось от доски, Тэхён метнул злой взгляд на чертову машину, невольно заметив, что номер точь-в-точь повторяет последние цифры его номера телефона.
— Не грузись, — Юнги ободряюще хлопнул по плечу, — найдем тебе доску ничуть не хуже. И, кстати, ты заметил, что тот, кто переехал твой скейт, довольно симпатичный? Стопроцентно в твоем вкусе.
— Мне от этого обосраться, как легче…
***
Юнги сдержал свое слово и отыскал для него точно такую же доску. Правда, стоила она раза в полтора дороже, чем его детка, из-за чего Тэхёну пришлось брать дополнительные смены в тату-салоне, где он работает администратором. Еще и на халтуры подписался, чтобы не сдохнуть с голоду. И это только полбеды… Ждать новый скейт придется целую прорву времени. Они все так же катаются ночами на парковке перед больницей, потому что Юнги одолжил ему старенький скейт, но больше Тэхён эту машину не видел, а очень хотелось. С потерей он не смирился, обидно до сих пор. Остатки доски сентиментально прибил к двери в своей комнате, потому что выкинуть рука не поднялась. На том, что ему дал друг, кататься жутко неудобно и иногда кажется, что травмоопасно, но это лучше, чем совсем ничего. Когда у него наконец-то выдался выходной за пару недель, он всеми правдами и неправдами вытянул Юнги в скейт-парк утром. — Боже, какая рань, — друг откровенно зевал, шагая рядом. — Убить тебя мало, честное слово. Так уж сложилось, что Юнги — стопроцентная сова, и единственным, кто мог стащить его с кровати раньше восьми утра, был Тэхён. Остальные, нарвавшись на отборную, звучную матерщину, быстро отучались звонить до обеда. В выходные дни уж точно. Сам Юнги периодически обещал свернуть шею своему тонсену, но каждый раз уступал. Тэхён верил, что это благодаря его красоте и обаянию, не иначе. — Ой, не бубни, — попросил Тэхён, прекрасно зная, что лучшего времени, чем раннее утро, для прогулки в скейт-парке просто не найти. Они остановились на перекрестке, ожидая зеленого сигнала светофора, а Юнги вновь душераздирающе зевнул. Тэхён отвернулся, чтобы скрыть усмешку, и замер… До боли знакомый мерседес остановился прямо перед ним. Отойдя на пару шагов назад, он встал так, чтобы увидеть номер. Совпадает. Едва-едва притихшая было злость вспыхнула с новой силой, стремительно перерастая в жгучую ярость. Нет, он всегда был импульсивен и действовал под влиянием настроения, но сегодня это просто рекорд. Тэхён даже задуматься толком не успел, а руки уже творили неладное. Он моментально выцепил взглядом какой-то здоровый камень и наклонился, чтобы подобрать. А затем, четким прицельным ударом с усилием запустил его в боковое стекло ненавистного мерса. Око за око, что называется. У Юнги только глаза расширились в удивлении — друг-то знал, что Тэхён с ебанцой, уже должен был привыкнуть. А Тэхён, не насытив свое внутреннее чудовище, вновь подобрал с земли отлетевший камень и снова кинул в стекло, с каким-то садистским удовлетворением наблюдая, как трещины расходятся в стороны и превращаются в дыру. Осколки, шелестя, посыпались в салон, прямо на ноги водителя, который наверняка был в куда большем шоке, чем Юнги. Владелец авто, резко открыв дверь, вылетел из машины, метая молнии глазами. — Какого черта ты делаешь? — голос пропитан злостью и долей непонимания. Тэхён нагло уставился в ответ, зацепившись взглядом за высветленные волосы, и невольно подметил, что Юнги был прав — тот абсолютно точно в его вкусе. Только вот сейчас его одолевало совсем другое желание. — О, надо же, и правда, хорош, — криво усмехнувшись, Тэхён в два шага преодолел разделяющее их расстояние, от души врезал придурку по лицу. — Это тебе за порчу моего имущества. Тот, по инерции отступив на несколько шагов, ошарашенно уставился на него, явно не слишком-то понимая, за что прилетело. От Тэхёна не укрылось, как сузились чужие глаза, как поджались губы, и уже приготовился к полноценной драке, как в предплечье мертвой хваткой вцепился Юнги. — Валим!
