Сломленный

      Слово бешенство прекрасно описывает состояние Чимина. Этот заголовок поднял смерч негодования внутри, разрывая все страхи и предостережения. Захотелось рвануть в офис отца и порвать его на кусочки. Упаковать останки в подарочную коробку и отправить отчиму с запиской «от чистого сердца, мразь».       Чим знал, что новый омега отца бесплоден. Но вот такой вот подставы от родного человека никак не ожидал. Это не то, что нож в спину, это расчленение на живую. Так сказать, для ярких ощущений.       Все это время Пака держали за границей в неведение. Пока они играли в счастливую семейку. Чим чувствовал себя помойными отходами. Ненавидел себя, что послушался отца и бросил ребенка. Годы самобичевания, слез и раскаянья. А здесь все до тошноты прекрасно. Чувство, что его использовали и бросили, как испорченный товар, окончательно укоренилось в подсознание. Но самое обидное - это понимание, что все это сделал с ним родной отец. Ради своего семейного счастья. Бльно и обидно. Наверно, это даже мягко сказано. Внутри по венам будто плавает лезвие. Оно режет, полосует, раздирает. Оно плавно, словно искусный художник, порхает кистью по холсту, так же мастерски, с идеальной точностью режет внутренности. Чимин умирает внутри. Снова.       Рыжеволосый всегда размышлял, когда жил в Америке, что рано или поздно помириться с отцом. Вернется в свой родной дом. Вернется к сыну. Будет молить о прощение и у них все наладится. Не сразу, конечно, но все будет хорошо.       Но сейчас… только жгучая ненависть к своему родному отцу, который отобрал у него абсолютно все и присвоил себе. Это ведь какой нужно быть беспринципной тварью, чтобы так поступить с родным ребенком?       Время шло. Еда встала комом в горле, а аппетит совсем пропал. Чимин раздраженно встает с кресла и сразу плюхается на кровать. Голова кругом, сердце кровоточит, а душа в дребезги. Она растоптана и подавлена, уничтожена родным отцом. Такое вообще бывает в реальной жизни? Или омега вмиг очутился в драматической дораме в главной роли? Так, кто-нибудь подскажите, где волшебная дверь в реальность! Ему это совсем не нравится.       Хочется забыться или хотя бы уснуть, но нет. Омеге так плохо и тревожно, отчего не может расслабиться. В голове столько мыслей, и все они отвратительно кошмарные. Они выжигают его изнутри. Самый главный страх, становится явью. Отец никогда не отдаст ему Богома. Отец присвоил его себе. Соленые дорожки уже привычно скатываются по проложенному маршруту. Только вот они давно не приносят облегчение. Только скорбь из-за своей глупости и страха перед отцом.       Сегодня понимание, что так не должно больше продолжаться, проясняет уставшую от изгнания душу. Чимин твердо решает бороться, даже если отец выполнит свои угрозы. Омеге уже все равно. Он давно сошел с ума, раз согласился на условия родителя и улетел в штаты. В тот самый момент, когда сел в самолет, его не стало, как человека. Что человек без души? Ведь его душа осталась у маленького, еще ничего не понимающего мальчика с рыжими волосами.       Только вот парень совсем не знает, что делать. С чего начать? Кому обратиться за элементарным советом. Господин Пак очень влиятельный человек. Кто Чимин против него? Рыжеволосый понимает, что первоначально проигрывает по всем пунктам. И ему нужен такой же влиятельный союзник. Только где его взять? В этом городе он теперь чужак.       И снова горячие слезы бессилия текут по щекам. Кто-нибудь приложите поэтапную инструкцию к этой гребаной жизни! Потому что Чимин запутался в этой паутине хитросплетенных испытаний, которые ему постоянно подбрасывают. Он не такой сильный, чтобы со всем этим справиться. Он вязнет и не может выбраться.       Не стыдно попросить помощь. Стыдно горделиво идти на самое дно. Поэтому Чим готов выйти на улицу и как нищенка просить милостыню. Только ему не нужны деньги. Совет будет в самый раз. Он отчаялся и готов на все, чтобы вернуть сына. А такие люди самые опасные.       Время медленно идет. Мысли сменяли одна за другой. Пак проигрывал в голове разные сценарии. Пытался просчитать каждый шаг. Только вот Чимин - это не Шерлок Холмс, который заранее может все предугадать и рассчитать. Чим - это просто Чим. Он как все. Самый обычный омега с не самой простой историей.       Сколько таких как он? Сотни? Тысячи? Миллионы? У каждого человека есть проблемы, но не каждый может с ними справиться. А Чимин обязательно постарается и сделает все возможное и невозможное, чтобы выйти из этой ситуации победителем. Вера в себя - это чуть ли не самое главное в жизни. И он верит, это единственное, что ему остается делать.       Омега лежит долго, разглядывает потолок в темноте под звук работающего кондиционера. Только через пару часов рыжеволосый заставит себя поесть, еще через несколько сходить в душ. Пак напишет электронное письмо своей начальнице и сообщит, что по непредвиденным обстоятельствам задержится. Сделает пометку, что поймет, если его уволят. Посчитает, сколько у него осталось наличной местной валюты и поймет, что немного. Идти в банк и снимать деньги - это как кричать около кабинета отца, что он вернулся в родной город. Чревато незамедлительными последствиями. А в планы Чима не входит так открыто заявлять о своем присутствии.       Поздним вечером парень выходит на освещенную фонарями улицу. До сих пор душно, но терпимо. Солнце уже скрылось, а легкий ветерок периодический обдувает. Рыжеволосый особо не смотрит, куда идет. Ему все равно. Стены номера слишком стали давить, поэтому Чим ничего лучшего не придумал, как пройтись по улице.       Здесь, тут и там ходят компании молодых ребят. Доносятся веселые разговоры, смех и громкие неожиданные вскрики. Несмотря на поздний вечер, машин еще много. Кто-то едет в гости, кто-то развлекаться, кто-то возвращается домой. Жизнь вокруг кипит. Динамично течет. Только Чимин застыл в своих мыслях, бесцельно двигаясь вперед.       Он идет прямо по каменной дорожке, цокая невысокими каблуками. Даже в таком состоянии не забывает про внешний вид. Пусть все катится в преисподнюю, но оставаться королем должен, даже если корону отобрали.       Чимин и по сторонам-то особо не смотрит. Просто идет сам не знает куда. Сворачивает налево, проходит проулок и понимает, что оказалась в центре. В юности Пак часто гулял по центральной улице со своей компанией. Творил всякую ерунду на забаву окружающим. Хотелось казаться крутым и уверенным в себе, взрослой омегой. Хотя на деле был глупым ребенком, но с неплохими амбициями. И вот посмотрите, куда эти амбиции его занесли.       Парень проходит еще несколько метров. Резко останавливается, делает парочку шагов назад и смотрит на вывеску. Раньше здесь был ирландский паб для любителей футбола. Постоянные разборки на улице между фанатами. Частые налеты полиции за дебоширами. Это было славное место, олицетворяющее разгульный образ жизни с доступными ценами. Ирландским здесь было только название.       Сейчас же здесь очень тихо. Нет кучек курящих запрещенку. Чисто и ухожено. А неоновая вывеска с приятным лазурным освещением гласила: бар «Soho». В голове сразу всплывают слова нового знакомого. Паку не хочется раскрывать перед ним душу, но от компании бы не отказался. Секунда. Другая. И вот первые шаги приближают к неизведанному заведению.       Внутри приятный полумрак. В меру громкая музыка. Помещение оформлено в темных тонах, делая акцент на бар. Здесь достаточно народу. Практически все столики заняты. И у бара пустует только несколько мест. Чимин оглядывается, не замечает знакомого лица, но уходить не собирается. Он уверенно проходит к свободному стулу около бара рядом с омегой.       — Здесь занято?       Брюнет оглядывает Чимина безразличным взглядом и отрицательно качает головой.       — Отлично. — Сам себе бормочет рыжеволосый и садится.       Бармен не заставляет себя долго ждать и перед Паком уже через пару минут стоит открытая бутылка пива. Он пьет неторопливо. Не обращает ни на кого внимания, погруженный в свои мысли. А когда периодически отвлекается от своих тяжелых дум, то прислушивается к музыке, барабаня пальцами по бутылки в такт.       За первой идет вторая. Чимина немного расслабляется. К нему пару раз подходят познакомиться, но он уверенно отказывает. Его сосед попивает джин тоник и так же молчит, только изредка переговариваясь с барменом, словно они старые знакомые. К нему тоже подходят альфы, только он, в отличие от Чима, посылает очень грубо.       — Твой образ как-то не ассоциируется у меня с пивом. Думал, ты предпочитаешь дорогие изысканные коктейли. — Раздается справа. Чимин расплывается в улыбке.       — Тебе вредно думать.       — Ауч, грубо, — наигранно кривится шатен, будто ему причинили боль. А потом как ни в чем небывало улыбается. — Ты пришел. Решил рассказать свою историю?       — Я здесь случайно. Проходил мимо. Стало интересно, что случилось с ирландским пабом. Тут стало намного лучше. Ты один? Где твой друг?       Юнги с улыбкой кивает в сторону барной стойки.       — Вот он. Скоро к нам подойдет.       — Бармен?       — Да и владелец этого заведения.       — Здорово!       — Так ты разобрался со своими проблемами? — Шатен становится вдруг серьезным. Пак кривится. Делает глоток.       — Нет. Их стало намного больше.       — Поделишься?       — И стать героем твоего второсортного романа? — Отшучивается омега, хотя на душе становится волнительно. Юнги не реагирует на его слова, смотрит своими серыми глазами, проникая под кожу до мурашек.       Рыжеволосый отворачивается, ему дискомфортно. Хотя действительно хочется высказаться. Получить совет. К тому же альфа очень располагает.       — Слушай, я в курсе, что мы с тобой не знакомы, но в этом и суть. Я абсолютно непристрастен и объективен. Возможно, мы больше не увидимся, а это определенно плюс. Ты выскажешься, станет легче. А я напишу роман, разбогатею, так уж и быть позднее разыщу тебя и отдам десять процентов от гонорара.       — Пятьдесят, — улыбается Чимин, поворачиваясь к мужчине.       — Двадцать.       — Сорок.       — Двадцать пять и книгу с автографом.       — Тридцать и две книги с автографом.       — Почему две?       — Отправлю вторую своему другу.       — Идет. Тридцать процентов от гонорара и две книги с автографом.       Он протягивает руку, и Чимин с улыбкой пожимает.       — Только мне нужна еще выпивка.       — Сейчас устроим.       Через пару минут около них оказывается две бутылки пива, и рыжеволосый начинает рассказывать. С самого начала. Про смерть папы при родах, про детство, про отношения с отцом, про отчима, свою подростковую жизнь, про побеги в другой район, про любовь, про беременность, про роды, про отлет в Лос-Анджелес и про сегодняшнюю статью.       Им пару раз сменили бутылки. Пак несколько раз порывался заплакать, но сдержался. Юнги был действительно хороший слушатель. Он не перебивал. Иногда успокаивающе гладил по спине. Он был участлив и ненавязчив. Позволял выговориться.       — И вот, собственно, я здесь и понятие не имею, что делать. — Вздыхает парень.       — Да, дерьмовая ситуация.       Чим кивает, соглашаясь.       — Будет дельный совет? Представь, что ты пишешь мою историю, что сейчас должно произойти?       Шатен немного задумывается.       — По закону жанра, сейчас в твоей жизни должен появиться человек, который поможет. Например, враг твоего отца. Твой бывший. Или родственник.       — Да, жаль что… — он не успевает договорить.       — Эй, я тут стал невольным слушателем, — вдруг раздается голос сзади.       Они удивленно переводят взгляды за спину Чимина. Тот омега, который все это время сидел рядом, делая отстраненный вид, теперь заинтересованно смотрел на рыжеволосого.       — Возьми мою визитку и давай встретимся на недели. Набери меня.       Брюнет протягивает небольшую карточку, расплачивается и уходит из бара. Юнги и Чимин переглянулись, посмотрели на визитку.       — Ким Сокджин, независимый журналист. — Читает вслух альфа. — А вот тебе и сюжетный поворот.