All my shit

***

Их фасолина оказалась мальчиком. Будет ли он омегой или альфой, станет ясно позже. Но уже сейчас Чонгук был безмерно счастлив. Он не смог сдержать слёз, когда они с Тэхёном завороженно смотрели на монитор. За прошедшее время фасолина прилично подросла. И помимо маленького стручка между ножек можно было различить полные очертания маленького человека. — Оно живое, — пробормотал Чонгук, шмыгнув носом. Он крепче стиснул руку Тэхёна. — Оно шевелится! — Ты такой придурок, — фыркнул Ким, у которого и самого глаза были на мокром месте. Врач снисходительно наблюдал за ними. Чонгук надеялся, что этот мистер Ли принимал очень много пациентов каждый день и уже успел забыть его прошлый позор. Впрочем, судя по тем взглядам, которые эскулап нет-нет да и кидал на Чона, всё этот гад помнил. После скрининга он вручил Тэхёну рецепт на какие-то новые витамины, дал кучу рекомендаций, наговорил странных, непонятных для Чонгука вещей и отправил их до следующего триместра. — Я всё ещё не верю, что он настоящий, — выдохнул Чонгук, разглядывая снимок узи. Они с Кимом стояли у дверей клиники, дожидаясь такси. Собирались ехать к Ёне, чтобы показать её будущего внука. А вечером в планах стоял ужин с родителями Чонгука. — Настоящий-настоящий, — хмыкнул Тэхён и положил руку Гука к себе на живот. — И даже шевелится. Чонгук счастливо рассмеялся, чувствуя под своей ладонью лёгкие толчки. В этот момент подъехала машина, он взял Тэхёна за руку и повёл вниз. С этого мгновения их жизнь закрутилась будто бешеная карусель.

***

Дни летели за днями, складываясь в недели. Обустройство детской, покупка одежды, игрушек, необходимых вещей. Семейные ужины, слёзы счастья, нечастые ссоры. Кастинги, предложения о съёмках, новая работа. Всё это просто поглотило их в своём круговороте. Но это стало их настоящей жизнью, а потому было счастьем. После дня рождения Чонгука*, за месяц до родов, они всё же поженились. Тэхён, несмотря на всю свою ершистость и любовь к сарказму, в тот день смущался и краснел. А когда Чонгук подхватил его на руки, вынося из здания мэрии, и вовсе уткнулся лицом в шею. Оправдывал потом всё своими гормонами. Но уж Гук-то мог теперь с лёгкостью определить, когда его муж капризничал, а когда просто был счастлив. Сами роды для четы Ким-Чон прошли… незабываемо. Тэхён орал и матерился, крепко сжимая руку Чонгука. В то время как тот пытался не откинуться в обморок. Он знал, что испытывает едва ли половину той боли, что сейчас свалилась на Тэ но и этого ему хватило, чтобы потом сказать: — Больше никаких детей. По секрету, через пять лет у них родится ещё один. А ещё через десять — двойня. Но в тот момент Чонгуку об этом лучше было не знать. Ребёнок, ещё не родившись, полностью изменил их жизнь. Но уж когда появился на свет, маленький Чон Ханель задал жару всем. Тэхён, к слову, сразу согласился с выбором имени. Хоть ещё и долго подкалывал потом Гука за сентиментальность. В отместку дочь, которая родится спустя пять лет, Чонгук назовёт Кан Вона. Чтобы уж точно была ничья. Бессонные ночи, подгузники, детская смесь, плач, синяки под глазами, съёмки, новые кастинги, первые зубы, первые шаги, первые слова. Их жизнь по-прежнему летела вперёд, словно сорвавшаяся с орбиты планета. Немного выбил их из привычной суеты переезд в Лос-Анджелес три года спустя. Чонгук закончил учёбу и получил отличную роль. Это был его шанс попасть в Голливуд, и Тэхён стал первым, кто поддержал мужа. Ханель уже не был грудничком, поэтому Ким-Чоны здраво рассудили, что справятся. Они не справлялись. Новый город, новые соблазны, ревность, к счастью, без причин. Они как-то крупно поссорились, едва не разбежавшись. Но сумели вовремя остановиться и решить всё так, как делали и всегда. Поговорив и обсудив свои проблемы. Конечно же, оказалось, что и проблемы не было. От этого потерять всё было бы вдвойне обидней. Популярность, признание, первые награды, первые большие гонорары, первый собственный дом. Плохое настроение Тэхёна, токсикоз и внезапные две полоски. И снова после течки, в которую кое-кто опять был несдержан. Маленький Ханель, вернувшись после каникул у бабушек, узнал, что у него скоро будет братик или сестричка. Второй ребёнок и вся карусель с самого начала. Их жизнь не была идеальной. Прожить её без проблем вряд ли смог бы даже самый рациональный и рассудительный человек. А ни Тэхён, ни Чонгук таковыми не были. Но у них было главное, что позволяло им не просто находиться рядом, а оставаться при этом семьёй. Любовь и невероятное уважение друг к другу. Что бы ни происходило, никто из них никогда не ставил свои интересы выше интересов другого. Именно это позволило Чонгуку стать известным актёром, а Тэхёну, несмотря на два декрета, выучиться на сценариста. Да, их жизнь вертелась вокруг детей, но они сделали правильный выбор, решив не жертвовать своими мечтами и оставшись самими собой. Им обоим было уже хорошо за тридцать, когда Чонгук сломал ногу и был вынужден оставаться целый месяц дома. Дети гостили у Ёны, Тэхён только что сдал очередную работу. Поэтому их жизнь наконец притормозила. — Даже не верится, что прошло уже столько лет с нашей свадьбы, — Чонгук сидел в шезлонге на заднем дворе их особняка, вытянув загипсованную ногу, разрисованную Кан Воной перед отъездом, и держал в своих руках ладонь Тэхёна. Он уже давно купил мужу красивое и дорогое кольцо, но тот всё равно продолжал носить два, не желая избавляться от первого. Всё-таки Ким-Чон Тэхён был чертовски сентиментальным, хоть и пытался периодически напоминать о своём несносном характере. — Ты был таким придурком, когда мы познакомились, — рассмеялся Тэ, склонив голову на плечо мужа. — Впрочем, почему был-то. — Иди ты, — Чонгук шутливо пихнул его, но ностальгическое настроение никак не хотело его отпускать. — Знаешь, детка… — М? — Тэхён приподнял голову и посмотрел Чонгуку в глаза. Тот заметил лёгкие морщинки в уголках глаз, но они совершенно точно не портили его супруга. — Мне кажется, ты давно не ходил беременным, — Гук пошло подвигал бровями. — Ты с ума сошёл? — Тэхён по-настоящему ужаснулся. — Мне уже тридцать шесть, угомонись, кобелина! — Ну, детка, — заискивающе протянул Чонгук, поглаживая мужа по бедру. — Должен же у нас быть хоть один ребёнок, зачатый осознанно и не в течку. — Чон, нашему сыну пятнадцать, — аргументы Тэхёна не возымели на альфу никакого эффекта. — Что он скажет? — Он скажет, спасибо, что вам есть чем заняться и не парить мне мозги, — рассмеялся Чонгук, который прекрасно знал своего сына-альфу. — Ты невыносим, — Тэхён начал сдаваться. — Но мы попробуем только один раз. Если не получится, значит, не судьба! Через пару недель тест в очередной раз показал две полоски. А ещё через пару месяцев выяснилось, что детей будет двое. Упс. Как же Тэхён тогда орал… Но это уже совсем другая история.