Чужой среди своих

Спустя еще два месяца работы в больничном крыле, Гермиона и мадам Помфри выпустили последнего пациента. Крыло наконец-то опустело. Больше не были слышны хрипы и стоны больных и раненных. Белые простыни сменились на идеально чистые, подушки закупили новые, одеяла тоже были куплены. Весь лазарет был вычищен и насколько было возможно, очищен от энергии смерти, которая была там делом постоянным на протяжении всей войны. Как только работа закончилась, Гермиона тут же попрощалась с мадам Помфри, которая по прежнему злилась на нее за то излишнее время отсутствия, и отправилась к родителям. Оставшееся время летнего отдыха, она провела с ними, полностью абстрагировавшись от волшебства и магии. Ей по прежнему снились кошмары, но ей не хватало смелости сварить себе зелье для сна без сновидений и поэтому она терпела. Она никогда не кричала во сне и благодаря этому родители ничего не знали о ее кровавом прошлом. Гермиона ходила с ними на пляж, путешествовала по горам и всякий раз старалась выжать максимум из отдыха. Летом она занималась спортом и каждое утро выходила на пробежку, чтобы прояснить ум после ночных приключений в царстве кошмаров и ужасов. Ей нужно было что-то постоянное, чтобы отвлекаться от всего того дерьма, что происходило у нее в голове. К тому же контроль дыхания помогал успокаивать бушующие эмоции. Гарри и Рональд исправно писали ей письма, которые она сразу же сжигала в камине. Ей не хотелось контактировать ни с кем из них. Больше они не были друзьями. Да и как можно быть друзьями с тем, кто не понимает тебя и не пытается понять. Гермиона осознала, что ей лучше быть одной, чем с такими друзьями. В их Золотом Трио она стала лишней. Проснувшись этим утром она взглянула на календарь, висящий на стене и поняла, что лето закончилось и пришло время возвращаться на учебу. Хогвартс обязал всех выживших студентов шестого курса окончить седьмой год обучения. Поднявшись с кровати, она первым делом отправилась на пробежку. Сегодня ей снилась женщина из Франции с ее смехом и доброй улыбкой. Это был один из худших кошмаров, которые к ней являлись. Она всегда рассказывала хорошие истории, но ее вид был ужасающим. После первой же истории женщина седела и в ее глазах гасла жизнь. Пот ручьями стекал с нее, когда она вошла в дом. Мама и папа уже возились на кухне, готовя завтрак. Они были той самой сумасшедшей, в хорошем смысле этого слова, парой. Вечно на своей волне, всегда вместе. Вот и сейчас из кухни раздавался нежный смех миссис Грейнджер и веселые комментарии отца Гермионы. Вихрем взлетев по лестнице, Гермиона схватила полотенце и отправилась в душ, чтобы привести себя в порядок. - Клубничный или черничный джем? - ласково спросила свою дочь миссис Грейнджер. - Черничный. Усевшись поудобнее на стуле, Гермиона придвинула к себе тарелку с панкейками и с наслаждением отломила кусочек и отправила его в рот. Ничего вкуснее она в жизни не ела. Отец читал утреннюю газету, иногда качая головой и выдавая фразу по типу: «Ну что только не публикуют в новостях». Гермиона посматривала на него улыбаясь, а что если бросить все и не ехать ни на какую учебу? Что если забыть все, что связывает ее с магическим миром? Порой это было слишком заманчиво. Как будто в ответ на ее мысли в окно влетела сова, положив на стол письмо из Хогвартса со списком необходимых предметов. В этом году совы опаздывали, не справляясь с объемами писем. Развернув послание, Гермиона быстро пробежалась глазами по строчкам и вздохнула. В списке предметов числилось зельеварение. Гриффиндорка не представляла как снова сможет приступить к созданию зелий. - Ну что там? Сильно дорого? - увидев беспокойство дочери, спросила миссис Грейнджер. - Не переживай, у нас с папой более чем достаточно денег на твое образование. - Спасибо мам, я и не переживала по этому поводу. - улыбнулась Гермиона. - Просто не очень хочется возвращаться на учебу, вот и все. Удивившись, мать вскинула брови. Гермиона всегда с радостью ехала в школу, отсчитывала дни до начала каждого учебного года. Помечала красным кружочком день, когда отбывал Хогвартс Экспресс. - Что-то происходит? - обеспокоенно спросила она. - Нет. - Что-то должно произойти? - вмешался в разговор отец. - Да нет же. - засмеялась Грейнджер, чтобы скрыть свое напряжение. - Все хорошо, просто с вами намного лучше. Это лето было просто замечательным. Родители легко поверили в ложь единственной дочери. А та впихнула в себя остатки панкейков и вышла из-за стола, еще раз поблагодарив маму за вкуснейший завтрак. Чемодан ожидал своих сборов. Гермиона решила, что докупит все, что требовалось уже по приезду в Хогвартс. Старшекурсникам всегда давали больше свободы для перемещения. Взяв с собой самое необходимое, она захлопнула чемодан. Мама с папой уже ждали ее в машине. Дорога до Хогвартса была сущим адом. Ни в одном из купе не было свободных мест. Купе в котором она ездила с Гарри и Роном она сразу проигнорировала. Лучше стоять в коридоре всю поездку, чем сидеть, но с ними. Проходя по коридору, она увидела приоткрытую дверь и заглянула туда в надежде на свободное купе. Однако, внутри сидела Персефона Паркинсон собственной персоной. - Проходи, все равно больше мест не найдешь. - немного удивившись неожиданной гостье, она все же пригласила ее внутрь. Видя нерешительность гостьи, Пенси продолжила. - Простоять всю поездку в коридоре конечно невероятно весело, но поверь, тебе все же лучше занять свободное место, пока оно есть. Мы хоть и змеи, но без повода не нападаем. Гермиона, помявшись на пороге, все же вошла. Присев с краю, она насторожено покосилась на слизеринку. Та еще не переоделась в форму. На ней были светлые джинсы и зеленая рубашка, заправленная в джинсы. Несколько пуговиц сверху были расстегнуты, создавая декольте. Закинув ногу на ногу, она вертела в руках волшебную палочку. Ее судя по всему не смущала неожиданная гостья. - Может перестанешь разглядывать меня как оружие? - улыбнулась Паркинсон. - Все ваши стереотипы касаемо нас только в ваших головах, Грейнджер. Едва она успела договорить, в купе ввалились платиновый блондин и мулат, весело хохоча над какой-то шуткой. - Нет, ну ты видел его лицо? - Это просто жесть! Покраснел аж до самых ушей. - Я думал этот долговязый идиот Уизли лопнет от невинной шутки. Заметив Гермиону, парни мгновенно замолчали. И теперь пришло время Паркинсон рассмеяться. - Ну вы бы видели свои лица! - прикрыв рот рукой рассмеялась она. - Не знаю, кто в серьез считает этих идиотов опасными, ведь они...как я там сказала? Ах да, идиоты. Парни молча сели на свободные места. Паркинсон и Малфой на одной стороне, Забини и Грейнджер на другой. В купе воцарилась тишина. Гермиона стыдливо опустила глаза, не зная как вести себя в подобной ситуации. Она всегда воспринимала слизеринцев противными змеями, бесчувственными чудовищами и в первую очередь врагами, а они оказались обычными студентами, со своими безобидными шутками и приколами. Обычными. Это не давало ей покоя. Гермиона впервые осознала, что у них так же есть друзья и семья и они по сути своей почти ничем не отличались от нее и ее друзей. Бывших друзей. - Эй, Грейнджер. - обратилась к ней Паркинсон. - Хватит думать, а то я кажется уже слышу как кипит твой мозг. Подтверждая слова подруги, мулат в точности воспроизвел звук закипающего чайника. Теперь они вместе хохотали над тем, как Гермиона смущенно улыбается, пойманная на собственных глубоких размышлениях. Малфой же оставался безучастным. Завидев Грейнджер он замолчал и больше не произнес ни слова. Пришло время переодеваться в школьную форму. Сначала вышли Малфой и Забини, чтобы Пенси и Гермиона переоделись, а потом они поменялись. Стоило поезду начать приближаться к остановке, Гермиона поблагодарила своих спутников за компанию и вышла в коридор, возвращаясь ближе к гриффиндорцам. Ее попутчики сразу догадались, что гриффиндорская принцесса не желает быть замеченной со злодеями вроде них. Малфой фыркнул что-то про то, а чего они еще могли от нее ожидать. - Это же Грейнджер. - сказал тогда он. - Скорее мир перевернется с ног на голову, чем она решит пойти против общественного мнения и сделать то, чего на самом деле хочет. В гриффиндорской спальне летом так же сделали ремонт. Сменили все кровати и почистили все помещение. Не контактируя со своими соседками, Гермиона быстро разобрала вещи, которые привезла с собой. Накинув мантию, она отправилась в Косую аллею, чтобы докупить все необходимое к школе, благо, никто не запрещал подобного рода перемещение. Даже в послевоенное время. Покупки заняли минимальное количество времени и вот она уже снова стояла в своей спальне раздумывая над тем, чем можно заняться оставшееся время до ужина. Сев на кровать, она открыла новенький ежедневник, который купила специально для записей по учебе и планированию собственного времени и сделала несколько пометок касаемо ее поведения на будущий год. 1.Не общаться с Гарри и Роном (минимально) 2.Не пытаться сохранять амплуа Золотой Троицы Таков был ее список на данный момент. Хватит с нее игры в «Ничего не произошло, мы по-прежнему лучшие друзья». Захлопнув ежедневник, она решила пораньше спуститься на ужин. Студенты тихонько рассаживались за свои столы. Как будто бы не было никакой войны. Только самих студентов стало на половину меньше. Многие не вернулись с той кровавой войны. Многих не смогла спасти Гермиона. Подумав об этом, она почувствовала как щиплет глаза от непрошенных слез. Взяв себя в руки, она подошла к столу гриффиндора. Гарри и Рон уже сидели, что-то увлеченно обсуждая. Место рядом с ними было свободно. Они действительно думали, что Гермиона сядет рядом с ними. Хотя она и не ответила ни на единое их письмо.