У нас был свой язык любви

— Арсений, Арс, ну Арсень. Арсений Сергеевич! — Антон произносит последнее делано строгим голосом, чтобы на него наконец обратили внимание. — Шаст, ну отстань, ты же видишь, что я занят. — Попов отвечает, даже не взглянув на него, продолжает смотреть в ноутбук, что-то печатая и изредко матерится себе под нос. Антон дует губы в притворной обиде, подходя ближе к рабочему месту, которое сейчас занимает Арсений. Он кладёт руки на плечи, мягко водит по ним, слегка надавливая пальцами, и переходит на шею, слабо массируя, холодный металл колец резко контрастирует с горячей кожей, отчего по телу Арсения сразу разбегаются мурашки. Он перестаёт печатать и откидывает голову назад, упираясь Антону в живот и разглядывает его снизу вверх и расслабленно выдыхает. — Антон, ну ты невозможный. — Арс прикрывает глаза и глубоко вдыхает, когда пальцы касаются особо чувствительного места на шее. — Мне надо было поработать, я же не успею до дедлайна. Последнее слово выходит рваным выдохом, потому что Антон на шее не останавливается — переходит выше, обводя пальцами ушную раковину. Арсений ненавидит обожает, когда тот так делает, заставляя дышать чаще и ластиться котом к руке. — Успеешь, ну или я помогу. Я просто хотел тебя поцеловать, но твои отчеты требуют большего внимания, да? Шастун — подлюка такая — шепчет это в самое ухо, склоняясь ближе и обдавая жарким дыханием, прикусывает мочку, втягивая ее губами. Он Арсения всего уже изучил и знает, что нужно сделать, чтобы тот забыл обо всем на свете и сосредоточился на действиях, происходящих здесь и сейчас. Антон разворачивает стул так, чтобы Арсений оказался лицом к лицу — и приближается еще ближе, дышит почти в самые губы, а в глазах уже радужек зеленых не видно от того, как расширился зрачок. — Так что? Поцелуй или отчеты? — Говорит прямо в самые губы, касаясь на долю секунды. Арсения эти его поддразнивания раздражают настолько же, насколько нравятся, поэтому отчёт уже давно вылетает из головы вместе с остальными мыслями, заставляя податься вперед, сокращая жалкие миллиметры, и прижаться к мягким губам. Поцелуи — сначала нежные до одури, такие, что голова начинает кружиться от чувств, переходят в более страстные и ненасытные, будто они несколько лет друг друга не видели и наконец дорвались. Они отрываются на секунду, чтобы вдохнуть воздуха, а затем начинают новый поцелуй, кусая и поддразнивая, сплетают языки в известном им одним танце. Арсению думается, что сейчас хочется только прижаться еще ближе, целовать еще сильнее, а работа может и подождать. Тем более, что Антон действительно потом поможет.