Сказ о последнем из людей

Кромешная тьма опустилась на улицы города. Как всегда, обесточенные фонари не подавали признаки жизни, поэтому патруль использовал ручные фонарики. Возможно, среди этих зверолюдов есть и Смирнова, которая всеми силами старается не допустить проверки именно этой квартиры. От вида блуждающих внизу огоньков Элис клонило в сон. Не думая о необходимости дойти до кровати, девушка начала дремать прямо рядом с окном. Однако, не прошло и пяти минут, как до неё донеслась необычная мелодия из соседней комнаты, которая мгновенно отогнала всю сонливость. Элис как можно тише приоткрыла дверь, чтобы увидеть источник шума. Адам лежал на кровати и крутил ручку маленькой музыкальной шкатулки. Его лицо в отражении зеркала было очень печальным, и похоже он совсем не заметил девушку, медленно подбирающуюся к нему. — Адам, ты в порядке? Мужчина повернулся к ней, и вновь на его лице была тёплая улыбка, однако его запах говорил о глубоком чувстве скорби. Элис очень хотела хоть как-то утешить Адама, однако он не дал ей и шанса, вскочив с кровати и побежав в коридор. «Сбежал», — подумала девушка, однако Адам начал звать её пойти с ним. Пропуская каждую вторую ступеньку, Адам спешил на крышу здания. Тихая мелодия продолжала играть, хотя ручку музыкальной шкатулки уже никто не крутил. Уже на крыше в еле различимом свете он, пару раз споткнувшись, попросил её сесть на сиденье какого-то незнакомого ей транспорта. Сев перед ней, он включил питание. Почувствовалась еле заметная вибрация и послышался звук, напоминающий вечное эхо. Ноги, что только что касались земли, вдруг поднялись над ней. От неожиданности девушка сильно обняла Адама, боясь упасть. Гул и эхо усиливались, пока резко не оборвались. Транспорт стал набирать высоту, приближаясь всё ближе к редким ночным облакам. Пролетая сквозь них, Элис ничего не почувствовала, но стоило ей высунуть лапу за экран, как сильный ветер отдёрнул её, пытаясь скинуть вниз. Облака совсем не ощущались, но мех становился влажным. Послышался рёв двигателя, а, вскоре, показался и самолёт. Адам направился прямо к нему, спокойно догоняя быстрый лайнер. Оказавшись под его брюхом, он зашёл к нему сбоку, приближаясь к иллюминатору. Внутри все спали, и лишь одна девочка разглядывала свой планшет. Элис постучалась в окно иллюминатора. И девочка, повернувшись к ним, не могла поверить своим глазам. Посидев недолго с разинутой пастью, она вдруг стала будить свою маму, крича и толкая её в плечо. Женщина быстро проснулась. Видно, дочь вся пошла в неё, ибо её реакция оказалась в точности аналогичной. «Человек!», — вдруг послышалось сквозь бронированное стекло. Этот вопль разбудил всех присутствующих, заставив посмотреть в сторону иллюминатора. Но там уже никого не было. Адам залетел с противоположного бока самолёта. Взяв баллончик с краской, он начал вырисовывать надпись «СВОБОДА» и два рисунка паука справа и слева от неё. Наконец присутствующие обратили внимание и на этот бок. Конечно, надпись сильно загораживала обзор, но зверолюды всё же смогли разглядеть человеческий лик, постепенно уходящий в облака. Никто не мог поверить своим глазам, постоянно переспрашивая друг у друга, видели ли они тоже, что и все. И даже когда все пришли к единому мнению, они всё ещё сомневались. Однако, они точно придут к консенсусу, когда, сев на землю, увидят надпись. Некоторые очевидцы попытались заснять человека на камеру, но кроме высветленного изображения, больше ничего получить не сумели. Защитный экран помогал не только против ветра, дождя и летящего мусора, но и против камер телефонов. Уже давно между зверолюдами ходят слухи о «последнем человеке», что покоряет небо и твердит о свободе. Ни у кого до сих пор нет изображения, даже показания очевидцев всегда различные. Кто-то твердит о необходимости его немедленной поимки, а кто-то о спасении для сохранения вымирающего вида человека. Земля ещё была тёмная, но небо постепенно синело. Взлетев ещё выше, перед Элис открылся восход. Тот, что можно увидеть лишь с горы или борта самолёта. Завораживающее зрелище восходящего солнца над ночной землёй. Тишину нарушала лишь непрекращающаяся игра музыкальной шкатулки. Но постепенно они стали снижаться, садясь обратно на здание. И почти сразу же вновь показалось солнце. Гул и эхо возвратились, но становились всё тише и тише. Коснулись земли, и вибрация пропала вместе с шумом и мелодией. Утренняя роса и ветерок казались такими же прекрасными, как в день приезда. — Ну как тебе, лисичка, поездочка? — улыбнулся Адам. — Это было восхитительно, — Элис не заметила, что её вновь позвали по прозвищу. — Я хочу дать возможность прочувствовать это всем, — сказал Адам, встав у края здания и глядя на восход. — Ты написал «СВОБОДА», ты имел ввиду это? — девушка встала позади него. — Это лишь часть. Вас лишили куда большего, нежели простых полётов, — ответил Адам, разводя руками навстречу небу. — Прости, я немного не поняла, — призналась Элис. — Ещё до моего рождения был прекрасный мир, в котором все глобальные проблемы были решены — ни тебе голода, ни глобального потепления, ни катаклизмов. И люди и зверолюды жили в достатке и в счастье. Мы покоряли и небо, и землю, и океаны и даже другие планеты. Где-то там до сих пор, далеко за атмосферой Земли, всё ещё есть человеческие и зверолюдские марсианские колонии, с которыми сейчас, к сожалению, оборвана связь. Это был прекрасный мир, где каждый мог получить то, чего хотел, а не в котором приходилось выживать день ото дня. И я планирую вернуть то, что должно принадлежать всем. Это я и зову свободой. — Ах да, ты нарисовал паука на самолёте, это не вызовет проблем? — вспомнила Элис. — Паук — мой символ свободы. Те, кто наносят его на эмблемы, показывают, что согласны с мной. Но у них не будет проблем, будь уверена. Как никак они ищут человека, а не зверолюда. — Ты же понимаешь, что это не так работает? — Ну, я мало с кем мог контактировать. Даже в школу не ходил. Поэтому я могу чего-то не понимать, казаться излишне грубым, нарушать личные границы, но своё дело я знаю, — уверял Адам. Девушка вдруг обняла его за шею сзади. Она и сама не заметила, как внезапно уснула. Адам совсем этого не ожидал, однако всё понял, когда услышал её тихое сопение. Подхватив её под ноги, он понёс её на кровать. Хвост Элис болтался из стороны в сторону, пока Адам спускался по лестничной клетке. Уложив девушку на кровать, он накрыл её одеялом, а сам улёгся рядом — уж очень ему хотелось увидеть её реакцию, когда она проснётся.