Становление

      Поднявшая голову от артефакта Ее Величество выглядела спокойной. Только очень хорошо знавший ее человек мог сейчас понять, что Королева в бешенстве. Сопровождавший ее маг увидел многое, даже отголосок того, что сделали с девочкой, ибо мальчик выложил воспоминания полностью. Представив на мгновение, что его любимую убивают на его же глазах, маг понял, что пощады просто-напросто не будет, а это значило, что в Великобритании Статуту конец, впрочем, английские маги, похоже, доигрались. «Надо сообщить в МКМ», — подумал выпускник школы Дурмстранг.       — Дэвиса ко мне, — спокойно проговорила Ее Величество. — И Грэя.       — Вызов послан, Ваше Величество, — отозвался референт, надеясь только на то, что Королева не прикажет бить ядерным оружием по своей территории. Вызов именно этих людей мог означать и такое.       — Детей — во дворец, — продолжила распоряжаться Королева. — Принцессу с мужем — туда же. Лучших врачей, психиатров, все, что нужно!       — Но, Ваше Величество… — попытался поправить ее секретарь. — Леди Грейнджер не…       — Вы меня плохо расслышали? — ядовито поинтересовалась Ее Величество, заставив мужчину замолчать. В таком состоянии он видел монарха впервые.       А в душе Королевы бушевала ярость, ибо это были дети королевской крови. Кровь мальчика была древнее Виндзоров раза в два, а девочка, как бы то ни было, но оставалась членом семьи. Да и любовь у них была, как в книжках, ну а то, что оба находились под контролем, в том вина магов. И маги за это оскорбление королевского дома заплатят.       — Я им покажу животных… — проговорила Ее Величество. — Они у меня узнают, что такое грязная кровь… Значит, и не собирались соблюдать Договор.       — Генерал Дэвис прибыл, Ваше Величество, — доложил вошедший в конференц-зал лейтенант. Прямо за ним появился и вызванный. Пожилой убеленный сединами генерал Королеву знал хорошо, потому недоумевал — что могло случиться?       — Где Грэй? — поинтересовалась она.       — Десять минут, Ваше Величество, — оценил расстояние, необходимое пролететь вертолету, секретарь.       — Тогда подождем, — хмыкнула она. — Дэвис, вы же были одним из тех, кто ратифицировал договор с магами?       — Да, ваше Величество, — кивнул мужчина, уже понимая, в чем может быть дело, несмотря на то что маги, вроде бы, соблюдали договоренности, но, видимо, не до конца.       — Тогда полюбопытствуйте, — она кивнула на артефакт. — Девочка… Считайте ее моей внучкой, а мальчик из Йорков.       — Из тех самых Йорков? — округлил глаза генерал и, получив кивок, опустил голову в Омут. Как пользоваться подобными артефактами, сквиба рода Блэк учили когда-то очень давно, как раз до того, как выкинуть на улицу, поэтому к магам мужчина относился… сложно.       Пока генерал просвещался, а для детей готовили специальный транспорт, Королева вчерне набросала план. Конечно же, полностью уничтожать магов она не планировала, но вот так называемые «древние семьи» по списку, да еще и саму школу, в которой детей убивали, мучили и унижали, она бы хотела… Учитывая, что на дворе стояло лето, то лишних жертв вполне можно было избежать.       — Адмирал Грей, Ваше Величество, — доложил все тот же дежурный офицер, с большим интересом разглядывая ту, кого видел только по телевизору. С чего вдруг на базе началась такая, говоря языком молодежи, «движуха», мужчина не понимал.       — Ваше Величество, — коротко поклонился адмирал. Вот он как раз магов на дух не переносил, и дело было в том, что его племянницу убили. Убили вместе со всей семьей, поэтому мужчина просто ждал своего часа.       — Список с собой взяли? — поинтересовалась женщина, с удовлетворением увидев разгорающуюся надежду в глазах высокопоставленного офицера.       — Так точно! — вытащив из папки короткий список, адмирал протянул его Королеве, которая взяла красный карандаш, принявшись выставлять пометки.       Напротив отдельных фамилий появились надписи «немедленно», ибо фамилии тех, кто оскорблял и мучил детей, Ее Величество запомнила. Незнакомая часть украсилась надписями «расследовать», еще возле некоторых встали даты, рассчитанные на то, что дети будут вне дома. Усмехнувшаяся женщина расписалась и вернула список.       — Я понимаю, что месть будет неполной, — пояснила она. — Но пока хотя бы так, и не ядерным! — погрозила Ее Величество пальцем. — С Хогвартсом по моему сигналу, если ничего не случится, или, если со мной что-то произойдет — на Рождество.       — Слушаюсь! — сильно обрадовался адмирал. — Разрешите приступить немедленно?       — Идите, адмирал, идите, — улыбнулась Королева, которой очень не нравилось покушение на ее семью, детей в принципе и граждан Соединенного Королевства. Потому мистер Малфой, Нотт, Макнейр и еще несколько не самых приятных людей обещали обратиться в прах. Счастливый адмирал чуть ли не бегом покинул конференц-зал.       — Транспорт для детей готов, — доложил начальник охраны. — Врачи собраны, сопровождение перекроет улицы, вертолеты взлетят по команде.       — Очень хорошо, — кивнула Ее Величество. — Просто великолепно.       Королевская семья большей частью жила не во дворце, за исключением отдельных личностей. В своей истории Гермиона лишь слегка упомянула о гибели принцессы Дианы и всеобщем горе по этому поводу, но это тоже было важной информацией, потому Ее Величество была заинтересована в том, чтобы подобного не случилось. Имидж королевской семьи — тоже важен.

***

      Вместе со сном к Гермионе и Гарри пришло «плохо». Они опять были там… И девочка, видевшая острые жала, готовые вонзиться… И мальчик, на глазах которого убивали самого родного на свете человека. Пожалуй, еще раз провести детей через это было жестоко. Детские организмы немедленно отомстили за весь тот ужас, что испытали Гермиона и Гарри. За всю боль, что жила в памяти. За отчаяние…       Истошно кричащие кардиомониторы заставили врачей набиться в не такую уж и большую спальню. Дети не просыпались, несмотря ни на какие ухищрения, а кардиограмма уже была такой, что впору молиться. Но стоило только погасить сердечные приступы, едва не унесшие детей, как мозг девочки и мальчика показал, что не все так просто. Судороги… Судороги, которые очень испугавшийся доктор Грейнджер чуть не принял за агонию, но его коллеги просто знали, что делать, как отнять детей у смерти в очередной раз.       Первой, взвизгнув еще раз, проснулась Гермиона, судорожно вцепившись в Гарри. Ей почему-то очень тяжело дышалось и слабость была такой, что просто невозможно описать. Открыл глаза и мальчик, как-то очень слабо улыбнувшись. Руки встретились с руками, а доктора просто попадали, где стояли, несмотря даже на то, что еще ничего не закончилось.       — Слабость сильная, — прошептала Гермиона, которую с трудом обнял Гарри, привычно действуя через «не могу».       — Все будет хорошо, — слабо улыбнулся ей мальчик. — Все обязательно будет хорошо.       — Как будто становлюсь очень маленькой, — пожаловалась девочка. — Постоянно хочется плакать…       — Это нормально, — вздохнула неожиданно появившаяся рядом с ними миссис Грейнджер. — Учитывая, что сделали с доченькой — даже более, чем нормально. Мы вам поможем.       — Почему такая слабость? — спросил Гарри. — Мы заболели?       — Ни сердце, ни голова не выдержали, — объяснил доктор Грейнджер. — Ваши нынешние тела испытали очень сильный психоэмоциональный стресс, отчего и разладились. Но мы вас починим, а сейчас будем переезжать, поэтому не пугаться, хорошо?       — Куда переезжать? — сразу же насторожился мальчик, не желая, чтобы Гермиона снова оказалась в опасности. О себе Гарри думать просто не умел.       — Во дворец, — вздохнула Эмма, немного ошарашенная новостями. Ее Величество по какой-то причине решила признать не только ее, но и обоих детей, что было очень странно. — Это самое защищенное место в Великобритании, никакой бункер не сравнится.       — Во дворец? — удивилась девочка, пытаясь связать себя и дворец, что у нее явно не получилось. — Но… как? Почему?       — Вам расскажут, — хмыкнул Марк, покосившись на супругу. — Может быть, даже наша мама и расскажет. Но потом.       В спальню вкатили широкую каталку, куда аккуратно и, главное, одновременно переложили обоих детей, оказавшихся очень важными для Короны, после чего покатили куда-то в сторону выхода, прямо напротив которого стояла санитарная машина необычной конфигурации. Внимательный взгляд Гермионы вычленил довольно много солдат и военной техники вокруг, а Гарри увидел пролетевший неподалеку вертолет. Судя по всему, их действительно защищали и делали это очень серьезно.       — Ничего себе, как все закрутилось-то… — задумчиво произнес мальчик.       — Главное, чтобы ты был, — сообщила ему девочка. — А остальное неважно.       — Самое главное — это ты, — ответил ей Гарри. — Потому что без тебя ничего не будет.       — Готовность к движению, — сказал кто-то, пока дети обнимались, будучи пристегнутыми к каталке. Санитары, занимавшиеся этим, разговор безусловно слышали и только переглядывались. Они были людьми военными, потому очень хорошо понимали, отчего бывают такие разговоры, желая уничтожить тех, кто сотворил такое с еще маленькими, по сути, людьми.       Двери закрылись, откуда-то сверху взревела сирена, и автомобиль, в котором находились Гермиона и Гарри, в составе внушительного конвоя отправился в Букингемский дворец, следуя точно за машиной Ее Величества. Колонна в сопровождении военной техники и вертолетов привлекала немало внимания, но вот что именно происходит, никто не знал.       Королева думала. Несмотря на видимую спешку в принятии решений, женщина очень хорошо продумала и полное принятие Эммы, да и детей. Это само по себе создавало новый полюс силы, ибо, судя по воспоминаниям ребенка, кронпринц повел себя некрасиво… А это следовало решить немедленно, именно поэтому Карлу, похоже, грозила опала матери. «С Дианой следует поговорить», — подумала Ее Величество. Мысли перескочили на магов. Первое желание кардинально решить проблему Магической Британии Королева благоразумно подавила, но вот что делать с нацистами, она не знала, ибо новость о том, что кто-то, живущий в Британии, считает ее саму и ее семью почти животными, приводила Величество в бешенство.

***

      Адмирал ждать не любил, потому приказ был отдан в тот же день. «Маму всех бомб» привешивали к трем самолетам, готовившимся сбросить ее на поместья «первой волны». Там пока еще жили непосредственные виновники смерти племянницы адмирала. И вот, спустя десять лет, пришло время мести. Медленно раскручивались турбины, получали полетное задание пилоты-сквибы, каждый из которых имел перед этим разговор с командующим операцией. Каждый из них видел теперь под собой врага.       — Над целью, — доложил первый, достигший расчетной точки. Через несколько бесконечно долгих минут послышался абсолютно спокойный доклад: — Цель поражена.       Этот доклад повторился трижды, затем самолеты, черными тенями скользнувшие над обреченными манорами, отправились на базу, неся в себе видеофиксацию первых шагов мести адмирала Грея тем, кто лишил его единственной, на тот момент, семьи. Что творилось внизу, пилотов не интересовало — они просто выполнили задание, хотя некоторые из них чувствовали злорадство. Особенно сквиб семьи Нотт, помнивший, как его выкинули. Он помнил только боль, брезгливые лица, ведь мальчику тогда было семь… Но вот сейчас, сбросив бомбу на предавший его дом, мужчина чувствовал удовлетворение.       Аристократов выдергивали из-под обломков поместий экстренные порт-ключи, доставляя ошарашенных, ничего не понимающих магов в Мунго. Многим предстояло длительное восстановление, особенно семьям Нотт и Малфой, в которых пострадали все мужские представители семьи, в результате чего они не могли поехать в этом году в Хогвартс. Министерство магии получило уведомление об акции возмездия за десять минут до бомбардировки и, поначалу, принесенное совой послание посчитало шуткой. Что же, у министерских чиновников было время, чтобы изменить свое мнение.