11
3 декабря 2022 г., 23:30
Когда Гермиона покинула Северуса и его сон, она была так измучена и утомлена, что, очнувшись в своей постели, сразу же уснула. Когда она, наконец, проснулась, в комнате было совсем светло. Пару раз моргнув, она посмотрела на часы.
Почти одиннадцать утра. Должно быть, мне действительно нужно было отдохнуть.
Мысленно вернувшись к тому, что произошло ночью между ней и Северусом, и не в силах поверить, что он действительно увлечен ею, Гермиона провела пальцем по изгибам губ, которые он так страстно целовал. Закрыв глаза, она вспомнила его нежные мягкие губы, ласкающие ее, и жаркая электрическая волна прошла по ее телу.
Она печально вздохнула.
Что я наделала? Для него наше общение - лишь сны, но для меня-то оно очень даже реально. Это все может очень - очень! - плохо кончиться!
Гермиона хотела прикрыть глаза ладонью, но, коснувшись лица, вспомнила о слове, вырезанном на ее запястье Беллатриссой. Она повернула руку, желая лучше рассмотреть осквернившее ее тело слово, и шокировано замерла. Рана исцелилась. Не только во сне, но и наяву.
Сев, она внимательно осмотрела свое запястье и, не удержавшись, провела пальцем по светлому шраму.
Как исцеление во сне могло воплотиться в реальности? Может ли использованное для связи заклинание Transferi позволять нам обоим пользоваться его исцеляющими свойствами?
Гермиона вскочила с кровати, подошла к своей расшитой бисером сумке и начала в ней копаться, вытаскивая книги, пока не нашла нужную - по эмпатической магии. Она не помнила, чтобы там хоть что-то говорилось о пользе от эмпатической магии не только для пациента, но и для целителя, но, возможно, она что-то пропустила.
Через двадцать пять минут Гермиона уже просмотрела все разделы, в которых говорилось о проникновении в чужие сны, но так и не нашла ничего о возможности обоюдного исцеления в снах. Однако ее исцеление не может быть ничем иным, кроме результата эмпатической магии.
Может быть, когда весь этот кошмар закончится, я смогу провести дополнительное исследование и, может быть, Северус захочет поэкспериментировать вместе со мной...
От одной только этой мысли Гермиона покраснела. От мыслей о Северусе ее отвлек стук в дверь. Вошел Рон и бросился к ней.
— Как ты себя чувствуешь? — он спросил.
— Лучше, — ответила Гермиона.
И уже ответив, девушка поняла, что не солгала.
Должно быть, зелье, которое мне дал Северус тоже сработало.
— Ты не дрожишь. Билл сказал, что сегодня у тебя еще будет тремор.
Гермиона сдвинула брови вместе. Она посмотрела на Рона и подумала: и как мне теперь им все это объяснить?
— Прошлой ночью я применила к себе эмпатическую магию, пытаясь уменьшить боль. Думаю, что нашла своей целительной магии еще одно применение, — объяснила Гермиона другу.
Глаза Рона расширились, он схватил ее за руку.
— Ух ты, как это зажило? Ты и шрам исцелила?
Гермиона поморщилась, глядя на свою руку и все же ответила: — Не представляю, как моя магия смогла его исцелить. И сомневаюсь, что смогу это повторить.
— Тем не менее, это потрясающе, — сказал Рон. — Подожди, Билл должен это увидеть!
— Да, он будет удивлен, — нерешительно произнесла Гермиона.
Она могла только надеяться на то, что Билл ничего не слышал об эмпатической магии и ее способностях.
Билл Уизли — Мастер в своей сфере, и вероятно, задаст мне несколько серьезных вопросов. Я должна быть готова.
Рон взял ее за руку и начал большим пальцем выводить круги на ее ладони. Гермиона почувствовала себя очень неловко и вырвала руку из его хватки.
— Что случилось? — Спросил Рон.
— Ничего, Рон. Просто ты заставил меня почувствовать себя... странно.
Рон ничего не ответил, но выглядел расстроенным. Гермиона хотела сказать что-нибудь успокаивающее, но не придумала, что можно сказать, чтобы он не решил, что она хочет, чтоб он снова взял ее за руку, поэтому решила просто промолчать.
— Ты не хочешь спуститься вниз? — Спросил парень. — Уже почти обед, и Гарри хочет поговорить с нами обоими, перед тем, как говорить с Гоблином.
Гермиона на мгновение задумалась и ответила: — Да. Дай мне минуту, чтобы собраться. Я скоро спущусь.
— Хорошо, — ответил Рон, поднимаясь. — Увидимся внизу.
Гермиона кивнула. Когда он вышел, она покачала головой. Гермиона знала, что у Рона есть к ней какие-то чувства, но не хотела прямо сейчас с этим разбираться. Если быть честным, все чувства, которые она когда-то испытывала к младшему Уизли, исчезли в тот момент, когда он их бросил. И теперь, когда у нее были чувства к Северусу, Гермиона вообще не хотела думать о прошлом.
оооОООооо
Гермиона готовилась ко сну и вспоминала прошедший день. Крюкохват был на удивление сговорчивым, но если Билл был прав, в чем она не сомневалась, им нужно быть осторожными. Билл был удивлен выздоровлением Гермионы, но принял ее рассказ об исцелении за чистую монету. Подумав об этом, она облегченно вздохнула. Теперь я готова навестить Северуса. Гермиона забралась под одеяло и улеглась поудобнее. — Transferi Selento, — произнесла она и почувствовала, как переносится в сон Северуса. Она появилась в его гостиной и сидела рядом с ним на диване. Повернув к нему голову, она улыбнулась. — Привет. — Привет, — мягко ответил он, улыбнувшись уголком рта. Северус смущенно посмотрел на нее, и у нее перехватило дыхание от его глубокого взгляда. — Тебе интересно, сожалею ли я о вчерашних поцелуях, — предположила Гермиона. — А ты сожалеешь? — Спросил Северус. Она протянула руку, погладила его по лицу и ответила: — Конечно, нет, Северус. На самом деле, я с нетерпением ждала возможности снова поцеловать тебя этим вечером. — Правда? — Правда. Гермиона наклонилась и завладела его губами. Когда поцелуй углубился, по ее телу побежали мурашки. Ощутив ее губы на своих, Северус застонал. Наконец, они отстранились, чтобы восстановить дыхание. — Тебе лучше? — Спросил Северус. Кивнув, Гермиона ответила: — Ты чудотворец, Северус Снейп! Он рассмеялся, а она шокированно открыла рот от удивления. — Что? — Мне кажется, я никогда не видела, чтобы ты хотя бы улыбался, не говоря уже о смехе. Единственное, что ты делал в Хогвартсе, это ухмылялся. — К сожалению, я и этого теперь не делаю. Не находится причин. — Мне жаль. Как думаешь, когда все это закончится? — Не знаю. После захвата Министерства единственное, на что остается надеяться — это победа твоего друга. Полагаю, все зависит от вас и от того, сколько времени вам потребуется, чтобы выполнить порученную Дамблдором миссию, — Северус сделал паузу. — Кстати об этом... Возможно, я вычислил, что Темный Лорд мог использовать для создания крестража. Давным-давно он побывал в Албании. Считается, что диадема Ровены Равенкло была потеряна именно там. Глаза Гермионы расширились. — Ты знаешь, где она? Северус покачал головой: — Надеюсь, вы сможете ее найти. Гермиона взяла Северуса за руки и нежно их сжала. — Спасибо, Северус.оооОООооо
На следующее утро за завтраком Гермиона затронула тему Крестража. — Я тут подумала... — Удивительно, — съязвил Гарри. Гермиона, прищурившись, посмотрела на друга, и он замолчал. — Как я уже сказала, думаю, нам нужно выяснить, какой связанный с Рейвенкло предмет Сами-Знаете-Кто мог использовать для сознания Крестража. Вы слышали о потерянной диадеме Ровены Равенкло? — Что такое диадема? — Спросил Рон. — Что-то похожее на тиару, — ответил Гарри. — О, так это что-то вроде короны? — Именно, Рон. А диадема Ровены Равенкло была потеряна много лет назад. — Ну и как это нам поможет? — Спросил Гарри. — Как она может быть Крестражем? — Ходят слухи, что она была потеряна в Албании, а Сами-Знаете-Кто провел там некоторое время. Может быть, он нашел ее и превратил в Крестраж, — размышляла вслух Гермиона. — А если так, разве она должна была каким-то образом оказаться в Хогвартсе? — Спросил Рон. — С чего бы это? — Уточнила Гермиона. — Ну-у, мы знаем, что Сами-Знаете-Кто хотел занять место преподавателя ЗОТИ и приезжал в Хогвартс, чтобы поговорить об этом с Дамблдором. Разве это не было бы хорошей возможностью, чтобы что-то спрятать? — Верно. Может быть, он использовал встречу с Дамблдором для того, чтобы получить доступ в школу и что-то в ней спрятать, — продолжила размышлять Гермиона. — Думаю, что ты прав, Рон. Нам нужно будет как-то добраться до замка, — заметил Гарри. — Но сначала нам нужно сосредоточиться на чаше в хранилище Лестрейнджей. — Точно, — согласилась с Гарри Гермиона. — По Крестражу за раз. Она встала, вышла на улицу и, скрестив руки на груди, устремила взгляд на море. Рон вышел следом за ней и встал рядом. — Здесь красиво, правда? — заметила она. — Да. Некоторое время они молча смотрели на волны. Неожиданно Гермиона почувствовала, что Рон обнял ее за плечи. Она посмотрела на него и выскользнула из его объятия. Рон нахмурился. — Ты все еще расстроена из-за нападения? Гермиона недоверчиво посмотрела на парня. — Конечно, расстроена! Оно случилось всего два дня назад. Ради Мерлина, Рон! Неужели ты думаешь, что я могу просто забыть о чем-то подобном за такое короткий срок? Рон пожал плечами. — Я не знаю. Я просто хотел утешить тебя, понимаешь? Почему ты отстранилась? Гермиона отвела взгляд и снова сосредоточилась на море. Она не хотела заводить этот разговор. Не сейчас. Не тогда, когда она все еще исцеляется. Не с тем, что она действительно должна была ему сказать. Она серьезно отнеслась к тому, как на ней сказалось нападение егерей, не хотела добавлять к этому еще один стресс. Гермиона быстро придумала историю, которая, как она надеялась, успокоит Рона. — Твоя рука на моем плече заставила меня почувствовать себя скованной. Я знаю, это безумие, но это вернуло меня обратно в Мэнор, к Беллатрикс. — Ой, Гермиона, прости. Я просто хочу помочь, понимаешь? Она посмотрела на него. — Я знаю. Мне просто нужно немного времени. Времени для себя. Я все еще пытаюсь справиться со всем этим, понимаешь? — Да, конечно, — Рон быстро взглянул на море, прежде чем снова повернуться к Гермионе. — Тогда оставлю тебя в покое. — Спасибо, — сказала она с легкой улыбкой. Рон оставил ее. Гермиона подошла к креслу, села и долго наблюдала за морем, перед тем, как вернуться в коттедж.оооОООооо
— Как ты? — Спросил Северус, когда Гермиона появилась перед его камином. Она прижалась к нему, стиснув в столь необходимых для нее объятиях. Он некоторое время обнимал ее, а затем отвел к дивану и усадил рядом с собой. Гермиона прильнула к нему, и Северус снова ее обнял. — Я поняла, что несмотря на то, что ты исцелил мое тело, эмоциональные последствия нападения все еще меня преследуют. — Чем я могу помочь? — Ты уже помогаешь. Просто обними меня. Пожалуйста. Северус поцеловал ее в макушку, погладил по руке и позволил прижавшейся к нему девушке выписывать на своей груди какие-то невообразимые круги. Они просидели так еще некоторое время, а потом Гермиона подняла голову и посмотрела на него грустными глазами. — Почему она такая ненормальная? Как кто-то может стать таким? Северус притянул Гермиону ближе к себе и нежно сжал. — Белла всегда была немного не в себе, но Азкабан вверг ее в пучину безумия. Она слишком подозрительна ко всем и уверенна, что я шпион. Гермиона усмехнулась. — Ну, в этом то она как раз права. — Ммммм. Люди реагируют на Дементоров очень по-разному. Некоторые способны сохранить здравомыслие, несмотря на Дементоров, питающихся счастливыми воспоминаниями. Но Белла к ним не относится. Заключение лишило ее всякого сочувствия, ожесточило ее. Теперь она идеальная последовательница Темного Лорда, и он относится к ней соответственно. — Разве не ты его правая рука? — Я. Но она так же важна, как и я. Он одинаково доверяет нам обоим. Мне, потому что я убил Дамблдора. Беллатрикс, потому что она готова сделать для него все что угодно. Гермиона вздрогнула. — Я не могу представить тебя таким злым. — Нет, конечно, ты не можешь. Ты невинна и чиста. Гермиона фыркнув, ответила: — Я бы не назвала себя невинной! — Нет? Девушка снова отстранилась. — Нет. Мерлин, я уже несколько месяцев в бегах и могу быть коварной, если это нужно. — Расскажи мне, — ухмыльнулся Северус. — Ты что, смеешься надо мной? Я не слизеринка, но это не означает, что я не могу быть хитрой. Ты знаешь, что я сделала с Мариэттой Эджкомб, когда та раскрыла Амбридж тайну Армии Дамблдора? — Это была ты? Гермиона прищурила глаза. — Ты знаешь, что это была я. Она не переставала об этом болтать до тех пор, пока я не сняла проклятие. Она рассказала всем, кого только смогла найти, какая я ужасная. — Ну, это было довольно неприятное хоть и маленькое проклятие. Признаюсь, я немало удивился, узнав, что ты на это способна. — Я сделала, что должна была. Северус выгнул бровь и, глядя на Гермиону, спросил: — Ты уверена, что не слизеринка? Она лишь фыркнула в ответ. — Знаешь, слизеринцы не единственные, кто способен быть безжалостным. — Да, но гриффиндорцы обычно сердобольные нытики. От удивления у Гермионы отвисла челюсть. Северус бросил на нее еще один взгляд и ухмыльнулся. — Ты пытаешься меня разозлить! — воскликнула девушка. — И как, получается? — Что..? — На мгновение ты перестала быть такой грустной. Задумавшись, Гермиона встретилась с Северусом взглядом и ответила: — Ты прав. Перестала. Наклонившись, она поцеловала его и испытала восторг, когда Северус перехватил инициативу и вошел в ее рот, буквально насилуя ее язык. Через некоторое время они прервали поцелуй, и Гермиона порадовала Северуса дерзкой улыбкой. — Это тоже помогает мне забыть. Мужчина усмехнулся и Гермиона удивилась, подумав: насколько он смог расслабиться, настолько ослабил свою бдительность, раз позволил себе рассмеяться? Откинувшись назад, девушка положила голову на мужское плечо и потерлась спиной о его грудь. — Спасибо, Северус. Она почувствовала, как он поцеловал ее в лоб и улыбнулась, уткнувшись в обтянутую черной тканью грудь. Гермиона не могла представить для себя лучшего места, в котором хотела бы сейчас находиться.
