Любовь среди боли

Скрип чистейшего стакана для коктейля начинал раздражать, но парень и не думал останавливаться. Он всё не мог отпустить тот разговор. Слова, сказанные им же, прочно врезались в память. Денис не мог понять одного. Говорил он правду или же потому, что знал, что Вишнёвой будет больно? Он провёл с ней слишком много времени. Как и она с ним. Ему было больно от её молчанки, но неужели он не делал ей больно? Когда сказал, что она больная, начал дружбу с вранья и сказал все те слова вчера.. Было горькое послевкусие после вчерашнего дня. Казалось, что они и не умели дружить всё это время. Но он скучал. Он так скучал по ней! Злость на себя душила не меньше, чем на неё. Его Мими глупышка, но и Денис не лучше. Мысли сжирали его изнутри. Денис корил себя за то, что так и не позвонил ей, не написал, не смог переступить себя и попрощаться по-нормальному. Увидятся ли они теперь вновь? Он не хотел думать об этом. Парень со стуком поставил стакан и опёрся руками на столешницу, хмурясь своим же мыслям. В конце концов, это она ничего не рассказала! Он бы придумал что-нибудь перед её отъездом, выяснил, почему и когда она уезжает, поговорил с ней по-нормальному! Но нет. Решила замолчать. Как и всегда. Он вообще знал Эмилию когда-нибудь?! А она его?.. Денис зажмурился, потирая свои глаза. Ещё и с мамой нелепо вышло. Повёл себя как маленький ребенок, ушёл с работы на целый час и кипел, бродя по улицам, пока не понял, что в этом нет смысла. Ну и сколько он бы злился на неё? Пока она не попросила бы прощения? Это же бред! В итоге он вернулся с всё ещё полыхающим огнём гнева внутри, но решил утихомирить своё пламя до вечера. После он поговорил с мамой, и, как оказалось, она рассчитывала, что Мия всё расскажет. Как-нибудь. Но она не сказала никому. «Хотела исчезнуть?..» Сейчас Денис просто хотел окунуться в работу и на время забыть о подруге. По крайней мере, остыть. Вздохнув, он и не заметил, как его схватили за запястье, и в следующее мгновение он уже видел Вишнёву, которая тащила его в комнату для персонала. Кажется, у него глаза на лоб полезли от увиденного. «КАКОГО..» Мия чуть ли не втолкнула его в комнату и, закрыв дверь, улыбалась, как самая счастливая женщина на свете. Дэн был всё ещё в огромном шоке. Да, Мия улыбалась очень красиво, но очень не свойственно для неё. Денис даже не успел сформулировать вопрос или прийти в себя, как она, не сдерживая радости, сообщила: — Мы целовались! — кажется, подруга пыталась удержаться от того, чтобы не запрыгать на месте от радости. Денис в изумлении уставился на неё и еле выговорил вопрос. — С кем?.. — Мия молчала, закусив нижнюю губу, но после Дэн понял всё и без слов. Он стал улыбаться, как ненормальный и на радостях поднял подругу в объятиях. Целовались! Подруга была совсем легонькая, и он закружил её. Они целовались! Мия также крепко обнимала Дениса за шею, пока они чуть ли не визжали от счастья. Дэн не мог поверить тому, что сейчас происходит. Но это было и неважно. Самое главное, что Мия счастлива как никогда, а он за неё. Он отпустил её и, придерживая за плечи, затараторил, вглядываясь в карие глаза. — Где? Когда? Как?! — улыбка не сходила с лица и становилась всё шире, ведь в чёрных глазах сверкали искры. — Я.. — Мия забегала глазами, пока Дэн не мог налюбоваться её нисходящей улыбкой. — Не знаю! — она расслабила лицо и, глядя в сторону, с тихим восторгом проговорила, — Дэн.. — она посмотрела на него и с изумлением повторила, — Мы целовались.. — она прикрыла глаза, пока прекрасная улыбка вновь расцветала на её губах, — Я.. я даже и не думала, что.. — Мия открыла глаза, в которых плескалось счастье, — это будет так прекрасно.. Боже, — Вишнёва прикрыла ладонями губы и нос. — Я так её люблю.. Наверное, это были самые красивые слова в его жизни. Они не отличались красноречием или интересным звучанием. Наоборот. Они были просты. Обыденны. Но такие искренние и волшебные, что не восхититься ими было бы преступление, предательство. Дэн был так рад. Он чувствовал эту любовь и был счастлив тому, что мог быть рядом с ней. Неожиданно Мия изменилась в лице и с тревогой посмотрела на Дениса, отрывая руки от лица. Она отошла от него на шаг. — Прости.. — Дэн нахмурился, не понимая, как быстро изменилась атмосфера в комнате. Они же вроде как недавно прыгали? — Я.. — она пристыженно отвела глаза и обняла себя, вжимая голову в плечи. — Я виновата, а сейчас.. — Мия замкнулась и, казалось, вот-вот заплачет, и теперь Дэн понимал, почему. Она думает, что он зол. Да, он зол, но он не хочет, чтобы она страдала. Думает, что не нужна. Что виновата. Возможно, он и правда так думал, но сейчас лишь мечтал вернуться и проклясть вчерашнего себя. — Я никогда не думала, что.. — Мия встревоженно посмотрела на него, становясь такой далёкой и закрытой, что он испугался, что она сбежит. — Ты мне никто. Ты всегда был важен для меня. — призналась она, и было чувство, что отмаливала прощение. Или так и есть? Губы дрожали. — И Соня.. — тихо добавила она, смотря в пол. — Просто.. я так долго была одна, что.. — Мия была совсем бледная. — Что привыкла к тому, что если не скажу и исчезну.. — Мия наконец, посмотрела на Дениса. — Никто и не заметит.. Я ведь — она нервно дёрнула уголками губ, — никому не нужна. Денис с ужасом раскрыл глаза, понимая, как же он облажался. Мия была одна. Она так долго была одна, что и забыла, каково быть любимой. Дэн хотел извиниться. Шагнув навстречу, он и не смог ни звука произнести, как Мия срывающимся голосом начала вновь. — Ты никогда не был мальчиком на побегушках.. — вот-вот, и она была готова заплакать. — Знаю, что после общения со мной ты потерял многих друзей, статус и вообще стал из.. — Нет! — резко прервал он, и Мия вздрогнула, наконец-то поднимая затравленные глаза на него. — Я только получил. Получил лучшую подругу. Прекрасную компанию. Столько воспоминаний. — искренне и с улыбкой произнес он, заглядывая в родные карие глаза. — Ты самая лучшая подруга, которую только можно было найти. Эмилия искала ложь в словах, но Дэн не обижался и понимал её боль. Мия вновь сделала шаг вперёд. — Ты всегда был важен мне. И я ценю все, что ты сделал.. и я пойму, если ты.. Дэн не сдержался и уже притянул Мию в объятия. — Помолчи уже, Вишнёва. — с улыбкой произнес он, прижимая к себе подругу. — И объясни мне уже, наконец, почему ты всё ещё здесь? — Я.. — она отстранилась и, шмыгнув носом, ответила: — Сбежала с рейса. — Дэн выпучил глаза. Сбежала?! — Но в любом случае его бы отменили. Погода нелётная была.. — она опустила глаза и с необычной нежностью сказала: — Ливень. — Вот даёшь.. А как.. как с Сонькой–то? — тихонько спросил Дэн, как будто это была страшная тайна. Возможно, в какой-то мере так и есть. Мия улыбнулась, не глядя на Дэна, и пожала плечами. — Просто..

—

Целые сутки. Целые сутки она провела в ступоре. Мысли не то что путались, они исчезали, как только появлялись, потому что её разум просто не выдерживал. Каждую минуту, секунду Соня ждала, что вот-вот и она проснётся. Ужаснётся тому, что всё было самым прекрасным, восхитительным сном, который никогда бы не стал реальностью. Но нет. Она не просыпалась. От сильных щипков она лишь жмурилась и продолжала пялиться в потолок. Целовались. Они целовались. С ней. Поверить в это казалось невозможным. Она так много и часто представляла их поцелуй, но и не могла подумать, насколько была далека. Пару секунд касания горячих губ, она была в ступоре, но после делала всё инстинктивно. Подалась вперёд, отбросила ненужный зонт, за что позже поплатилась сырой одеждой, вцепилась в Мию, не желая отпускать её и на миг этой бессмысленной жизни. Жизнь Сони теперь была бессмысленна без неё. Мия была глотком свежего воздуха. Её кислородом. Она была её. Соня хотела этого. Она хотела лишь её. Мия целовала её, и от этого хотелось задохнуться. Умереть, целуя её, понимая, что это самая лучшая смерть для Сони. Хотелось, чтобы они делали это вечность. Больше вечности. Мия так грела её своими руками. Только её тепло могло согреть Соню. Только она могла заставить её чувствовать всё и ничего одновременно. Её Мия была слишком прекрасной для этого мира. Её Мия была воплощением любви и покоя. Она любила её. Хотела любить только её. Любила и не надеялась на ничего, кроме мимолётных дружеских касаний, улыбок, что оставят метки на сердце Софии, выжженные ею же, взглядов, которые задерживались дольше нужного, объятий, что дарили счастье. Но Мия всё изменила. Она перевернула всё, и теперь Соня не знает, радоваться или плакать. Неужели это конец? Конец её невзаимной любви? Одиночеству? Страданий, что уже въелись в кожу и ассоциировались с её именем.. поверить было трудно. Невозможно. Как это случилось? Что пошло не так? Может, она случайно? Случайно целовала её где-то десять минут?! Соня прикрыла глаза, закрывая лицо руками. Теперь они вместе? Она сможет быть с ней не как подруга? Обнимать, сколько захочет? Не сдерживать себя от долгих взглядов, ведь оторвать глаза от бесподобной Мии просто невозможно?! Говорить всё, что думает? И даже повторить тот поцелуй?.. Она вскочила с кровати, не зная, куда себя деть от этих мыслей. С одной стороны, она была рада всему, что случилось, но с другой.. они даже толком не поговорили! Мия ушла, когда одежда высушилась, хотя Соня уговаривала её остаться и не уходить на ночь глядя. Она схватила её за запястье, понимая, что сейчас она может уйти, разрушить столь хрупкое счастье. «А что если она уедет? И опять не скажет..» — Мия! — Соня хотела попросить её остаться, но успела остановить себя под взглядом любимых глаз и немного ослабила хватку. Мия перевела глаза на их руки и одним движением сделала так, что теперь рука Сони была в её и улыбнулась. Соня начала краснеть. — Ничего не случится. — Но..— Соня сделала шаг, уничтожая расстояние, которое после поцелуя казалось пыткой. Неужели она уйдет? Бросит её после всего? — Т-ты уверена? — Я напишу. — Мия улыбнулась и внезапно поцеловала щёку Сони, сокрушая все здравые мысли. Теперь София была готова упасть замертво, и Вишнёва, воспользовавшись этим, выскользнула из квартиры, пока Соня провожала её ошарашенным взглядом. Очнулась она, наверное, лишь тогда, когда поняла, что уже второй час ночи, и она уже давно должна быть во снах, а не в прихожей, хлопая ресницами. Выключив всё в квартире, Фролова залезла в кровать, а после завизжала в подушку. Целовались! ОНИ ЦЕЛОВАЛИСЬ. Поверить в это казалось за пределом её возможностей. Тело словно парализовало, и очнулась Соня, лишь когда услышала звук сообщения. Через секунду телефон был уже у неё, и она могла увидеть пару сообщений от Мии. Дома Спокойной ночи И всё. Соня рассматривала эти сообщения ещё какое-то время и, ответив, отключила телефон. Ей нужно успокоиться. Остановиться. Подумать. Это всё взаправду? Это правда произошло? Мия и она.. — Не верю.. Уронив голову на подушку, София уставилась на тёмный потолок. Нужно поспать. Заснуть и подумать уже на свежую голову. Она повернулась на бок к стенке и подмяла под себя одеяло. Но как уснуть, когда в голове вновь и вновь всплывает эта дева?! Соня закусила губу, прокручивая в голове просто сказочный вечер. Ей было больно. Она позвонила ей и даже не знала, что будет говорить. Когда она её услышала, то еле выдавила слова, которым мешал огромный ком и наворачивающиеся слёзы. А потом Мия сказала, что приедет, и Соня, испугавшись, выбежала на улицу, зная, что Вишнёва готова на многое. А потом.. Соня закрыла глаза, сильнее прижимая одеяло к груди, где сердце сходило с ума. Контролировать улыбку было невозможно. Любимые руки, глаза, что забыть - значит умереть, и губы.. Это был самый лучший момент в жизни Сони. Когда Мия докоснулась до её губ, на пару секунд она просто отключилась. А потом уже и не думала отпускать. Теперь это казалось немыслимым. Отпустить Мию? Да никогда! Целуя её, София думала лишь, что схватила счастье за хвост, и даже не думала отпускать. А потом Мия целовала её лицо, и Соня действительно задумалась, не сбила ли её машина на пути к девушке, что она попала в рай? Улыбка Эмилии была самой счастливой и прелестной. В карих глазах собралась вся вселенная, а Соня боялась разрушить момент. Когда волосы и одежда Мии высохли не без помощи фена, конечно, Соня предложила ей остаться на ночь. Она боялась её отпускать. Лишь думала о том, что только-только нашла её, и вот она уже хочет уйти. Она не может уехать. Не сейчас. Не после того поцелуя. Но Мия была упряма и ушла, а Соня вновь осталась одна, но теперь с теплым воспоминанием прекрасных пары минут. Она и подумать не могла, что первый поцелуй будет таким. Проснувшись, пару часов Соня пыталась отвлечься от мыслей о Мии, понимая, что это ненормально, когда всё сводится к одной девушке. Она пыталась. Но не смогла и вновь ударилась в мысли. Неужели это конец? Их дружбе? Молчанке? Она тоже ей нравилась?! Или Мия просто из интереса поцеловала её? Нет. Её Мими не такая.. она не способна играться с чувствами. Слишком добрая и прекрасная. Теперь они вместе? Пара? Соня нахмурилась. Мия ничего не сказала по этому поводу и не писала. Соня вновь и вновь заглядывала в телефон, но не видела ни одного сообщения. Тишина. Писать самой было боязно. Вдруг занята? Разозлится, что она беспокоит.. или вообще не хочет её видеть после такого! София ломала голову, теряясь в догадках. Ей срочно нужно с кем-то поговорить. Она набрала номер Жени и нервно бродила по своей светлой комнате, считая каждый гудок.  Она так и не ответила. Соня написала ей пару сообщений, беспокоясь о состоянии подруги. В последнее время она выглядела не очень.. Взглядом Соня зацепилась за контакт Алёны, раздумывая, что если проведёт ещё пару часов один на один с мыслями, то полезет на стенку. Она колебалась. Зашла в переписку и пробежалась глазами по последним сообщениям, где они обсуждали новую косметику Алёны. Они ведь никогда не обсуждали чувства, проблемы, сомнения... Никогда не говорили о себе. Соня посмотрела на время, которое показывало без пятнадцати десять, и, вздохнув, отложила телефон. Завтра же поедет в кафе. Соня мигом оказалась возле шкафа, лихорадочно вспоминая, что у неё есть из красивой одежды. Шорты и джинсы сразу нет. Рассматривая скудный набор юбок, Соня поняла, что они тоже отпадают. «Значит платье..» Соня не любила, когда одежда сильнее нужного облегает части тела. Больше всего она любила комфорт, хоть мама и против этого. Но сейчас она была благодарна ей, ведь, несмотря на все слова Сони об оверсайзе, мама позаботилась о том, чтобы у неё была более женственная одежда, как говорит отец. Соня хотела быть красивой перед Мией. Чтобы она смотрела на неё своими карими глазами, пока Соня.. «Так, стоп! Сначала нужно найти платье..» Осмотрев пару вариантов, она ещё раз поблагодарила маму за её прекрасный вкус и вызволила из шкафа белое, чуть выше колен платье с вырезом лодочкой и рукавами фонарями. Покрутила перед собой и решила, что возможно, ей и будет некомфортно, но она сможет понравиться ей! С мыслями о том, что завтра она сможет увидеть свою Мию, Соня, наконец, легла спать. Даже если это долгий сон, то она желает остаться в нём настолько, насколько это возможно.

—

Хотелось танцевать. Ей впервые хотелось танцевать. Спустя столько лет она вновь захотела жить. Она смогла задышать полной грудью. Улыбаться. Она хотела улыбаться так широко, что щеки начинали болеть спустя пару минут. Всё стало таким ярким и хорошим, что Мия впервые хотела улыбаться, ходить, радоваться. Она хотела жить. Любить. Она так любила её! Мия желала сделать всё для этой девушки, быть самой лучшей для неё, самой прекрасной, красивой. Незабываемой. Она хотела быть с ней. И если тот поцелуй что-то значил.. она тоже. Мия вновь не смогла сдержать радостной улыбки. Она так давно не улыбалась так долго.. Лицо уже устало, но шквал эмоций продолжал нарастать с каждой секундой. Мия не могла перестать думать об этой чудесной девушке, которая была для неё настоящим чудом.  Её милая, прелестная Софи засела глубоко в надломленном сердце, и это было так великолепно, так потрясающе... Мия знала, что определение этому чувству дать невозможно, и от этого оно становилось только лучше и бесценней. Вишнёва впервые так хотела быть с кем-то. Быть чьей-то. Мия желала нежно касаться Софи, целовать её холодные, но самые согревающие руки, смотреть с нестерпимой нежностью, поглощая каждый миг рядом с Фроловой, быть самой мягкой и приторной, выполнять каждый каприз, слушать всё, что она скажет, дарить всё своё время ей, попытаться рассказать о своих чувствах, передать словами, что просто кажется невозможным. Она хотела любить. Хотела любить и лишь Софи. Свою Софи. Мия могла дышать. Дышать полной грудью, без чувства, что вот-вот и её вывернет, без тяжести в лёгких, без наступающих слез. Она просто могла вдохнуть и выдохнуть. Оказывается, это было так просто. Мия прокручивала каждый момент того поцелуя вновь и вновь, желая почувствовать себя хоть немного так же, как и тогда, но с горестью понимала, что почувствовать это она сможет лишь вновь повторив это. И она грезила лишь о том, что сможет сделать это снова. Поцеловать её в губы. Не резко, не так быстро и рвано. Хотелось медленно, мягко, осторожно, так, чтобы можно было насладиться прикосновением по полной. Хотелось вложить туда кусочек сердца, где хранится бесконечная любовь и часть души Мии. Несмотря на все это, Мия все ещё оставалась трезвой на голову и думала о последствиях своего побега. Да, рейс отменили, но их разговор с дядей... Она ушла от Сони и сразу села в такси, в котором её телефон уже разрывался от звонков. Мия с волнением открыла историю звонков и с шоком посчитала, что ей звонили раз тридцать. Шесть раз Соня и остальные все от дяди, который не останавливался. В груди кольнуло от того, что нет ни одного пропущенного от Петрова, но сейчас это не главная проблема. Очередной звонок от дяди, на который Мия с выдохом ответила и приложила телефон к уху, ожидая худшего. — Алло? Алло! Ответила, БОЖЕ, ТЫ ОТВЕТИЛА! Gloire à la Vierge Marie! — голос мужчины был взволнованным, не злым, но и не довольным. Мия продолжала молчать. — Эмилия! Сейчас же говори, где ты, и я собственноручно доберусь до тебя и! И! — Мия не слышала злости, но напряглась, поглядывая на таксиста. — И говори адрес, короче! — Буду в квартире минут через десять. — Жди меня там. — строго сказал мужчина и отключился. Мия с тревогой посмотрела на тёмный экран телефона. Она и правда виновата. Убежала, не предупредив. Мия вздохнула, пытаясь унять неспокойный стук сердца. Как бы сильно не хотела девушка, но на месте она оказалась быстро и, расплатившись, выпрыгнула из такси. В подъезде было холодно, но лучше, чем под летней моросью. Мия проигнорировала лифт и быстрым шагом преодолела пару лестниц. Губы медленно шевелились, проговаривая цифры и числа. Так она пыталась успокоить саму себя. Пару поворотов и она опять в квартире, с которой уже распрощалась. Тяжёлыми шагами она прошла на пустую кухню и, постояв пару секунд, обдумывая, сколько же произошло за пару часов, уселась на стул. Написала сообщение Соне и отложила телефон. Она должна была чувствовать себя устало и сонливо от всех этих переживаний и эмоций, но на удивление была очень бодра. Скорее из-за стресса, но всё же... Мия вскочила, услышав хлопок двери, а уже через секунду увидела дядю. Он с поводком на Ладе увидел её, громко выдохнул и положил ладонь с поводком на бедро, потирая другой лоб. — Эмилия. — Мия дёрнулась, но не только от имени, но и от того, как мужчина его произнес. Строго и тихо. — Что я делаю не так? — Мия хоть и боялась, но смотрела дяде в глаза, в которых застыла обида и непонимание. — Что?! — громче. Мия сжалась, как перед ударом, отводя взгляд. «Нет.. он не может.. он не ударит..» Несмотря на собственные мысли, девушка приготовилась бежать и уже ругала себя за то, что не заплела волосы в такси. За них больнее всего. Мужчина с тяжёлым взглядом продолжал смотреть на Мию. Ждал ответа, пока Мия пыталась сдержать слезы. — Я!.. — мужчина сделал шаг назад, пытаясь найти слова, но вернулся на исходное положение, а Мия не сводила глаз с его ног. — Пытаюсь быть хорошим! Хорошим опекуном! Дядей!— он замолчал, а Мия была уже готова бежать. Лишь одно движение. «Главное не двигаться самой» — Единственное, чего я прошу от тебя.. — голос изменился, и Мия от удивления подняла глаза на дядю. — Так это не сбегать. Он посмотрел ей в глаза и вдруг изменился в лице. Мия тихо выдохнула, вжимая голову в плечи. — Чёрт.. прости. — с сожалением проговорил мужчина. Подошёл к ней и сжал предплечья, от чего она напряглась ещё сильнее. — Я не хотел. Я.. — неожиданно он притянул её к себе и обнял. Мия была напугана, но и удивлена. — Я хочу, чтобы ты была счастлива. Правда.. хотя бы ты.. прости.. — дядя обнял её крепче. — Я не хотел.. не злись на меня.. — голос становился всё тише, а объятия теснее. — Пожалуйста, не злись.. Мия была в растерянности. Что ей говорить? Извиниться? Попытаться объяснить, почему убежала? Да, было бы неплохо и логично, но как?! Она же не скажет ему о Соне.. ох, вот бы её Соня была рядом... Объятия закончились быстро, и дядя взял Мию за плечи и усадил на стул. Вдохнул. Осмотрел комнату и, взяв свободный стул, подвинул ближе к Мие. — Ладно. Ты умная и уже взрослая, но,— он строго посмотрел на неё, но, видимо, суровость – это не по его части, так как взгляд почти сразу потеплел, — это не значит, что ты сейчас можешь быть одна и без более взрослого. Понимаешь? — мягко спросил он, и Мия, подминая одежду на брюках, кивнула. — Я поступил очень опрометчиво, когда решил, что увезти тебя в Москву без твоего мнения - это хорошая идея, — Мия смотрела на него, не моргая. — Хотя я все ещё считаю, что поехать в Москву - это прекрасная возможность! Я хочу узнать у тебя. Ты хочешь уехать? — он смотрел ей в глаза, ожидая точного ответа. Мия смотрела на дядю, не шевелясь. Она понимала, что ей нужно уехать. Уйти от гниющей жизни, которая трескалась по швам. Забыть про этот кошмар. Начать с чистого листа. С новым почерком. Дядя не торопил её, но Мия чувствовала, что она опаздывает. Куда? Жить. Жить свою жизнь. Разве она может сбежать, когда появилась надежда? Когда появилась возможность, что она и Соня могут написать слово мы. Да, ей тяжело. Да, сложно. Больно. Но она хочет вновь. Вновь попробовать привкус счастья. Вновь почувствовать что-то. Она хочет жить. Тут и с теми, кого знает, любит. — А как же.. ваша работа? — неуверенно спросила она, всё ещё находясь в тягучих сомнениях. Мужчина улыбнулся. — Я взрослый. Разберусь. Не волнуйся. — на этих словах Мия уже не выдержала. Уронила голову и рвано вздохнула. Слезы обожгли ладони. Дядя вскочил со стула. Мия так долго старалась быть сильной и взрослой, что и забыла, каково это быть.. ребёнком. Просто ребенком. Ей так были нужны эти слова. Слова, что дадут ей выдохнуть. Дядя пытался успокоить неожиданные слезы. — Остаться, — через плач выдавила она. — Я хочу остаться.  — Мия подняла глаза. Дядя Андрей, явно шокированный поведением Мии, прижал её к себе, гладя по волосам. — Простите.. простите.. я не хотела.. — Чш-ш-ш.. тихо, тихо. Не волнуйся. Наш рейс всё равно отменили из-за ливня.. Всё будет хорошо. Я всё решу. — Мия прижалась к мужчине сильнее и зарыдала с большей силой, понимая, что её обнимает не папа, не мама, а дядя, которого она не видела, можно сказать, всю жизнь. Почему она осталась одна? Она больше не хотела быть в одиночестве. Не хотела быть взрослой. Серьезной. Не хотела. Пусть её обнимут, прижмут, как ребенка к груди, скажут, что она самая хорошая. Успокоят. Почему она не заслуживает этого.. Мия заставила себя успокоиться. Она вспомнила Софи и время, проведённое вместе с ней. Ей не хотелось грустить после всего того, что произошло. Дядя, удостоверившись несколько раз, что всё теперь хорошо, немного побродил по комнате и спросил про еду. — Что? — Ты, должно быть, проголодалась. — он осмотрел кухню. — Я бы и сам приготовил, но боюсь, тут ничего не найду. Чего желаешь? — он достал телефон и посмотрел на неё. Мия пару секунд тупила на мужчину, а после пробормотала, шмыгая носом. — Да вроде ничего.. — мужчина нахмурился. — Так не пойдет. Я закажу нам чего-нибудь вредного. — Я не голодна.. — дядя, взглянув на неё, просто проигнорировал её слова и уже делал заказ. Мия на это выдохнула и, осмотрев кухню, поймала себя на мысли, что совсем не знает, что теперь делать. Ложиться спать? Она посмотрела на часы, которые показывали уже третий час. Но она не хочет. Да и дядя со своей едой.. Мия осмотрела мужчину с головы до ног, помечая, что выглядит он очень измученно и устало. Несмотря на это, он старался быть бодрым. Мие стало стыдно. Почти незнакомец так старается для неё, тратит столько сил, нервов, а в ответ получает лишь вечно недовольную всем девчонку. Мия встала из-за стола и прошла к Ладе, которая прилегла у порога квартиры, охраняя покой недо-хозяев. Мия улыбнулась собаке и перевела взгляд на громоздкие чемоданы. Придётся вновь разбирать. Мия откатила свой, бордового цвета и, сев на колени в гостиной, открыла его. Долго искать не пришлось и, найдя свою недавно приобретённую пижаму, достала из чемодана вместе с маленькой сумкой, где хранилась зубная щётка и другие принадлежности. Другой квартиры у них теперь нет, и им, видимо, придётся остаться здесь. От этой мысли пробежали мурашки, но Мия решила не концентрироваться на плохом и прошла в свою комнату. Одним движением руки она включила свет, который поглотил мрак ночи, в котором находилась комната, и уселась на кровать, собираясь с мыслями. Пару секунд она просто смотрела на деревянный пол. — Вау.. мы.. с ней. — с неким страхом и восторгом Мия прикоснулась пальцами к губам. Она и поверить не могла, что такое произошло и с ней! Улыбка теперь была с ней. Тот момент казался нереальным, но Мия все чувствовала, помнила. Хотелось вновь и вновь прокручивать все те взгляды и касания Софи. Впрочем, это Мия и собиралась делать. Через сорок минут к ним приехала еда и, поужинав или рано позавтракав, они решили лечь спать. Когда дядя уже уходил на диван, который Мия разложила для сна, она его остановила. — А.. — она не знала, как обращаться к нему, от чего становилось вдвое некомфортно. Мужчина, увидев заминку, улыбнулся. — Дядя Андрей, — ласково и сонно проговорил он. — Давай на ты. Не чужие же люди. — Мия закусила губу. — Дядя.. — смущённо начала она и уже бы передумала, но поняла, что должна это сказать. — Я не злюсь. — глаза мужчины расширились. — И.. — Мия опустила взгляд. — Она тоже.. — Мия посмотрела на дядю и увидела, как он с болью разглядывает её. Дядя закивал, поджимая губы. — Да.. — челюсть мужчины была напряжена, и Мие показалось, что в зелёных глазах был намёк на слёзы, но в любом случае дядя вздохнул и улыбнулся: — А теперь пора спать. — он хотел добавить что-то ещё, но лишь тихо пожелал спокойной ночи. Они разошлись по комнатам, но Мия ещё долго прокручивала в голове все те пережитые чувства и эмоции, которые испытала за день. Её сердце ломалось, как хрупкая веточка, но девушка изо всех сил старалась сохранить его. На следующий день она прибежала и рассказала всё Дэну. Она хотела поделиться этой бесконечной радостью хоть с кем-то. Она хотела поделиться этой важной новостью с ним. Страх сжирал её изнутри, но радость от поцелуя была слишком сильна. Дэн был счастлив за неё, и она была так рада, что он не прогнал её! Тётя Марина была рада тому, что Мия решила остаться и на просьбу продолжить работу притянула, чтобы обнять Мию и поцеловать её в макушку со словами, что она глупышка. Мия была готова заплакать. Прийдя на работу сегодня, девушка удачно игнорировала каждую неприятную мелочь. Настроение было слишком хорошее, и, кажется, оно даже и не собиралось меняться. На очередной звон колокольчиков, оповещающих о новых посетителях, Мия подняла голову и перестала дышать. Софи. Её прелестная Софи. Такая красивая в этом платье и с распущенными волосами. Мия даже не успела подумать о том, сколько же чувств внутри вызывает это дева, как они встретились взглядами. Можно сразу звонить в скорую. Даже отсюда Мия могла увидеть, как же очаровательны эти зелёные глазки Софи. Соня неловко улыбнулась и помахала рукой, после чего села на мягкий диванчик. Мия почти сразу сорвалась с места, даже не раздумывая, бросила что-то Васе, которая обернулась на её уход. Впрочем, сейчас ничего не было важно. Ничего, кроме Сони. Через пару секунд она уже подходила к Софи и только сейчас вспомнила, как она выглядит. Неряшливые волосы, скреплённые любимой бабочкой в непонятный пучок. Под глазами наверняка тёмные полумесяцы, а губы бледны и уродливы. Стало стыдно за такой вид. Особенно перед такой прекрасной Софи.. Было уже поздно что-то менять, поэтому Мия просто подсела к Соне, не пытаясь сдержать свою глупую улыбку. Может, улыбка чуть исправит её лицо? Соня смотрела на неё своими изумительными глазами, и аккуратные, идеальные, самого красивого оттенка розового, губы изогнулись в улыбке, дарящей столько тепла, что будь Мия льдом, то растаяла бы в миг. Благо, она все ещё здесь и в сознании, несмотря на то, что голова стала кружиться от сладких духов любимой. Мия почти неосознанно взяла руку Сони, лежащую на столе, и сжала, желая почувствовать её кожу, прикосновение. Мия хотела что-то сказать, услышать голос Сони, поговорить с ней. Хотя ей нравилось и просто сидеть рядом и смотреть в любимые зелёные глаза. Просто быть рядом. Мия набрала уже воздух, чтобы начать, как заметила скованную позу, и поглядела на открытые коленки Сони. Она восхитилась ими, уже представив, как будет счастлива поцеловать каждый сантиметр кожи Софи, но после очнулась, и поняла, что, похоже, Соне некомфортно. Мия вспомнила, что Соня не очень любит платья и облегающую одежду. Она посмотрела в глаза Фроловой и улыбнулась перед тем, как встать. Прекращать прикосновение не хотелось от слова совсем. — Сейчас вернусь. — предупредила она и поспешила в комнату для персонала. Вроде она как-то оставляла там кофту.. Мия закрыла дверь, глубоко вздохнула в надежде, что сумасшедшее сердце сможет хоть немного остановиться, но, видимо, рядом с Соней это было невозможно. Она прошла до шкафчика и, пробежав глазами, нашла забытую кофту, которую вроде оставила на случай, если ей станет холодно в кафе. Схватила её и поспешила обратно, но не могла не заглянуть в зеркало, хоть и боялась отражения. В принципе, ничего нового. Мия нахмурилась и попыталась поправить передние пряди, чтобы создать хоть немного презентабельный вид. Перед выходом она попыталась улыбнуться себе, но давно поняла, что это бесполезно, и вышла. На секунду появился страх, что Софи могла уйти, но она всё ещё была там и улыбнулась, когда увидела Мию. Она улыбнулась ей! Мия подошла к Соне и села обратно, накрывая коленки Фроловой. Зелёные глаза с удивлением посмотрели на Мию, на что та нервно сказала: — Ты... Очень красиво выглядишь, — Мия хотела смотреть лишь на Соню, но понимала, что ещё один раз встретиться с её глазами - значит смерть для неё и её рассудка, поэтому решила, что смотреть на их вновь сплетённые руки намного лучше, — но у нас работает кондиционер и.. можешь замёрзнуть. — Мия таяла от восторга прикосновения их рук. Она никогда бы не подумала, что в столь холодных руках сможет найти столько счастья.. — Правда? — голос был просто ангельским и самым любимым. Мия не хотела, чтобы Соня прекращала говорить. Желала слышать лишь её. Чувствовать лишь холод её рук. — Не знала.. — тихо пробормотала она и вдруг с радостью сказала: — Ты тоже прекрасно выглядишь! — Мия подняла на неё глаза с поднятыми бровями. Прекрасно? Она? Мия закусила губу. «Она просто проявила вежливость..» — Спасибо. — Мия сделала паузу, даже не зная, что можно сказать. Воспоминания о том, что они целовались и вроде теперь вместе, засели в голове ещё надолго, что существенно мешало рационально мыслить. Особенно рядом с ней. Мия заметила движение свободной руки Сони. Она трогала собственные волосы, перебирая. «Нервничает..» — Чего желаешь? — наконец нашла, что сказать Мия, смотря на Соню, не моргая. Она не хотела пропускать и миг рядом с этой красавицей. — Даже не знаю. — на щеках появился милейший румянец, а ведь Соня и не подозревает, сколько сил требуется Мие, чтобы сдержаться и не зацеловать эту прелесть до собственной отключки. Как же она её обожает! — Давай на твоё усмотрение? — неловко попросила Соня, и Мия была убита этой девушкой наповал. И как теперь спорить с теми, кто говорит, что не существует идеальных людей? Кто же тогда она? — Хорошо. Ждите заказ через пару минут. — вежливо произнесла Мия, уже направляясь к барной стойке, перебирая в своей голове варианты того, что может предложить Софи. Она почти ушла, но обернулась на всё ещё скреплённые руки и пересеклась взглядом с Соней, которая также смотрела на них. Мия улыбнулась ей и сжала на прощание ладонь. Голова от восторга кружилась, и Мия знала, что это, пожалуй, лучшее состояние её души. Подходя к барной стойке, она заметила, как хитро и как будто кот, наевшийся самой вкусной сметаны, смотрит, улыбаяся, Дэн. — Ну что, поворковали там? — с нетерпением спросил он, многозначительно дёргая бровями. Мия на это лишь смущённо опустила глаза, краснея и бурча под нос. — Идиот. Мия встала на своё место и стала делать заказ Софии. Она надеялась, что сможет успокоить свой жар на лице хоть немного, иначе и правда грохнется со своих ног, которые явно подводили её при виде этой завораживающей Фроловой. Мия с изумлением заметила, что через минуту в их кафе заявился Егор, весьма измотанный на первый взгляд, он со вздохом сел перед Мией и вымученно улыбнулся. — Привет. — в серых глазах жила усталость. — Привет. — тихо ответила Мия и улыбнулась ему уголками губ. «Совсем бледный..» Мия подошла к кофемашине и взглянула на Егора ещё раз. — Клубничный коктейль, пожалуйста. — Мия кивнула и приступила к приготовлению. Она отдала коктейль Егору, и когда он потянулся за оплатой, Мия закачала головой. — Я угощаю. — парень расширил глаза, а после опустил плечи, благодарно улыбаясь. Егор обхватил стакан руками и начал пить из трубочки, а после завернул прядь у правого уха. Мия рассматривала волосы друга. Каре с челкой нечасто встретишь на голове парня, да и с лицом Егора.. но ему шло, и Мия не представляла уже его без этой стрижки. Русые волосы почти всегда распущены, и чёлка была чуть ниже бровей, прикрывая лоб парня. Мия смотрела на уставшего Егора и чувствовала что-то родное. Глупо? Наверное, но это не отменяло тот факт, что ей была приятна его компания. — Хорошо выглядишь. — неожиданно произнёс он. — Спасибо. — Мия улыбнулась парню и, увы, не могла сказать того же.. — А ты.. — но врать тоже нехорошо. — весьма уставшим. — Егор на её слова лишь закачал головой. Сделал ещё пару глотков и ответил. — Именно. Мия доделала зелёный чай Соне и наложила вишнёвого пирога, от которого сама была в восторге. Она кивком позвала Дэна за заказом и, конечно же, он заметил Егора. — О, Егор! Давно не виделись, — произнёс со своей фирменной улыбкой, и они стукнулись кулаками. — Да, давно... Дэн забрал заказ у Мии, передавая очередную бумажку с новым заказом. — Это Соне. — сказала Мия, читая новый заказ, и Егор удивлённо вскинул брови. — Я отойду на пять минут. — она пересеклась взглядом с Егором, надеясь, что он её поймет, а потом повернулась к тихой-тихой Васе, передавая бумажку в руки. — А ты сделай заказ. — Василиса, забирая бумажку, кивнула со всей ответственностью. Мия вышла и встала перед Егором. — Сигарета будет? — склонив голову, поинтересовалась она, и парень улыбнулся, наклонив голову, а после они вышли на улицу. Отошли немного от входа в кафе, и Мия прислонилась к стене спиной, ожидая, пока Егор шарил по карманам джинсов. Достал сигарету и протянул Мие, а после и поднёс, как джентльмен, зажигалку. Мия сделала затяжку и посмотрела на Егора с поднятыми бровями. — Я не хочу. — уверил её он и облокотился на стену. — Не хочу пахнуть. Ещё Влад заметит.. — со вздохом проговорил он, и Мия улыбнулась. «Как это мило..» На момент Мия подумала, как бы отреагировала Соня на сигарету в её руках, но потом поняла, что ей, скорей всего, будет всё равно. В сердце кольнуло, но девушка предпочла затянуться и забыть об этом. — Так что.. — она повернулась на Егора с опущенными веками, — у тебя там? Егор посмотрел на неё своими холодными от серости глазами. — Там? — в голосе было непонимание. — Там. — повторила Мия и затянулась, отводя глаза. Егор ещё какое-то время смотрел на неё, но после перевёл взгляд и тяжело вздохнул. — Я.. — после несмело начал он и замолчал, через секунду Мия почувствовала на левом плече вес чужой головы. — Я надеюсь, ты н-не против.. — Нет. Продолжай. — ещё один вдох и едкий горький дым, создавая лёгкое жжение в горле, проникал в лёгкие. Ещё один вздох под ухом. — Я чувствую, что все валится из рук. — невесёлый смешок. — Я так переживаю из-за Влада и Жени.. — Мия удивилась этому заявлению, но ничего говорить не стала. Неужели у них что-то случилось? — Влад так волнуется о Жене.. говорит, что она сходит с ума. — в голосе Егора слышалось искреннее беспокойство и горечь, что Мия и сама заволновалась за Смирнову. Она всегда была.. закрытой, но неужели тут вообще есть открытые люди? — А я вижу, как он готов волосы рвать на голове из-за неё! — в словах чувствовалось напряжение, а дальше он заговорил шёпотом: — А я.. я даже не знаю, чем помочь!— Мия физически могла почувствовать эту тяжесть Егора, — Они такие хорошие брат и сестра.. но почти не общаются.. Он замолчал, а Мия даже и не собиралась что-то говорить. Её слова ничего не значат и ничего не изменят. Да и Мия понимала, что слова Егору не нужны. Ещё больше загонится. Поэтому Мия делала то, что выходило у неё лучше всего. Молчала, вдыхая запах никотина. — Я так хочу увидеть её вновь.. — сдавленным голосом сказал Егор, и Мия на секунду остановилась, подумав, что говорит она. — Я уверен, она бы дала мне самый лучший совет. — рваный вдох. — Мама умерла уже как год, но я все ещё чувствую, что не привык, что она не рядом. — Мия чуть не выронила сигарету из пальцев. Её руки вновь захватил тремор. — Что не здесь.. — Я.. не знала.. — растерянно залепетала Мия, почему-то чувствуя вину. Вину за то, что.. не догадалась. Не поддержала?.. — Я и не говорил. — тихо ответил Егор, и на плече стало легко и пусто. Он выровнялся во весь рост. Егор был выше где-то на пару сантиметров и посмотрел на неё. Почему-то теперь, после таких откровений, Мие стало горько. Теперь она смогла посмотреть на Егора с другого угла и понять, что им больно и в этой боли они похожи. — Ты.. — Мия собралась что-то сказать, но что? Все казалось каким-то пресным и неправильным. Егор с такой же добротой смотрел на Мию и бережно перехватил её руку, забирая сигарету. — Очень сильный.. — Егор на её слова улыбнулся, и Мия смогла убедиться в своих словах, увидев, что друг всё ещё стоит на ногах. Он всё ещё улыбается.. — Спасибо. Ты тоже. — Мия почувствовала, что на открытую рану словно посыпали соль, но поняла, что это именно то, что ей нужно было.  Ей нужно было это понимание. — И спасибо за угощение. — Егор посмотрел на экран телефона. — Мне уже пора. Передавай привет Соне. — на прощание бросил он и, помахав, ушёл. — Передам. — сказала Мия, но знала, что Егор уже не услышит. Слабые ноги словно прилипли к асфальту, но Мия смогла их поднять и направиться на своё рабочее место с тяжёлой головой. Ей хотелось спать. Жуткая усталость навалилась на девушку, и она не знала, что делать.

—

Казалось, что она падает. Падает, падает и падает. Находится в подвешенном состоянии. На нитках, которые впились в кожу крепкими узлами, и их уже не сорвать. Лишь срезать, но тогда она может, наконец, упасть. Увидеть, над какой поверхностью падала так долго... Жене не хотелось ничего. Наверное, только поговорить с Владом.. объяснить, почему она так поступает и что он не прав. Он не понимает её и будто даже не хочет. Они никогда не были достаточно близки. Даже не обнимались толком. Так, по праздникам, а она.. она всегда хотела чувствовать, что кто-то есть. Что он здесь и рядом. Чувствовала, что лишь одна в этой пустой комнате. Наверное, она уже должна была привыкнуть к этому. Привыкнуть к одиночеству и понять, что никто не желает с ней возиться. Но почему тогда у неё всегда была надежда, что всё же кто-то объявится? Нет, кое-кто, конечно, объявился, но Женя не фанатка таких парней, как Антон. Живот скрутило от воспоминаний, которые острыми осколками впивались в голову. Неужели она не заслуживает любви? Но она же так старается.. Применив немало сил, она всё-таки смогла спустить ноги с кровати. Пальцы впились в матрас с простынью. Веки слипались, а в мыслях была лишь одна потребность и этой потребностью был сон. Без кошмаров, темноты, людей. Долгий и спокойный. Голова пошла кругом, но она уже стоит на полу, застеленном ковром. Пару шагов и Женя уже думает о том, что это была плохая идея. Она не хотела вставать. Зачем же сделала это? Не знает.. Давление руки и дверь перед ней распахнулась, открывая проход в небольшой коридор квартиры. Несмотря на сильный порыв держаться за стенку при ходьбе, Женя решила, что справится на своих двоих, которые тряслись и каждый шаг забирал всё больше и больше сил. Было чувство, что она тонет в болоте, и каждый шаг становится для неё последним. Она прошла на кухню, где хозяйничала мама, которая была рада долгожданным выходным. Мама витала над плитой и, заметив дочку, улыбнулась. — Встала, наконец? Ну и хорошо, а то я уже собиралась идти и будить тебя есть. — Женя заглянула за спину мамы, чтобы увидеть, что же она там наготовила. Увидела картошку и нахмурилась, про себя ужасаясь тому, как же там, должно быть, много калорий. — Давай-давай, садись и не кривься мне. Сейчас наложу тебе и сама поем. — Женя села на стул и почувствовала, что уже хочет сбежать. — Эх, а Слава вновь у Егора? Давно его не видела. Нужно будет снова в гости позвать. — произнесла женщина, ставя тарелку с дымящейся золотой картошкой. — Тебе дать кетчуп? Или майонез? — Женя замотала головой и с отвращением проткнула вилкой картофельную дольку. — А я возьму. — покопавшись в холодильнике, мама достала майонез и села с порцией в руках рядом с Женей. — Давай, кушай, а то так и забудешь с деликатесами Влада о маминой стряпне. Женя заставила себя положить небольшую часть картошки в рот, уже в красках представляя, как будет очищать себя. — Ты, кстати, как я погляжу, похудела. — Женя заключила всё свое внимание на тарелку с такой противной едой, ожидая продолжения. Мама всегда говорила, что похудеть им не помешает. — Молодец! Мне вот тоже теперь надо сесть на диету, а то совсем разнеслась. — мама мазнула картошкой по соусу и закинула её в рот, что вызвало у Жени очередной позыв тошноты. — Только вот ты совсем бледная! На улицу не выходишь, вот и ходишь, как бледная поганка! А вот в наше время лишь бы выйти из дома.. — она закачала головой в разочаровании о потерянном поколении. Женя встала со стула, не в силах терпеть этот отвратительный запах жира, и на распахнутые глаза мамы, которые явно задавались вопросом о том, куда она собралась с полной тарелкой, ответила: — Я не голодна. Поем потом. И поспешила в свою комнату, пока не посыпались надоедливые вопросы, которые, вероятнее всего, будут похожи и на слова брата. Воспоминания о ссоре с братом делали больно физически, но Евгения понимала, что права. Мама её похвалила! Почему Влад не может так же?! Он что, настолько не знает её? Думать о недалёком старшем брате не хотелось, и чтобы уйти из мира, Женя решила взять карандаш в руки. Открыла ящик, в котором был бардак, и достала скетчбук, а после и наточенный ножом карандаш. Облокотилась на стену возле кровати и сжала карандаш с такой силой, что можно было подумать, что вот-вот и услышится треск графита. Руки слишком сильно тряслись и линии выходили резкими и кривыми. Они ей не нравились, от чего она стала хмуриться. Через пять минут она поняла, что ничего не выходит. Скетчи слишком грязные и уродливые, а терпение, которое и так выходило из границ, истекало. Девушка взбесилась и слишком сильно надавила на графит, от чего большая часть его сломалась, и она запустила скетчбук в стену, пытаясь переместить всю злость на него. Не выходит. Громкое и учащённое дыхание было готово пойти из носа паром. У неё ничего не выходит. Карандаш полетел в другую часть комнаты, подальше от Жени, вслед за скетчбуком. Девушка подобрала ноги к груди, чтобы обнять их. Она ничего не может. Вдох, и она готова кричать. У неё ничего не выходит...

—

Движение руки и звук шелеста перевернутой страницы заполнил комнату. Слова в голове зазвучали, и Василиса с интересом продолжила воплощать картинки того, как же могла работать магия гриш в Равке. Плечо брата она находила невероятно удобным, так ещё и при том факте, что он ходил в качалку. Короче, удобная, хоть и иногда тупая подушка. Василиса подняла глаза перед собой и вновь смогла убедиться, что её брат совершенно не вырос. Ну, кроме мышечной массы, конечно. Молодец, конечно, что соблюдает их договор тишины, когда она читает, но Василиса всё ещё недоумевает, как можно додуматься до такого?! Она закрыла книгу с громким хлопком. — Ты серьезно смотришь Фиксиков с субтитрами? — Василиса посмотрела на брата, на что он нехотя оторвал голову от экрана телевизора, посмотрел на неё. — Ну да. Ты же сама сказала, чтобы никаких звуков. Вот я и смотрю с субтитрами. Василиса не видела, но знала, что её лицо точно стоит того, чтобы сфоткать его. Она устало вздохнула и поняла, что должна перестать мучить беднягу и дать ему послушать детские песни из мультика. Она встала с мягкого дивана и потянулась вверх, раздумывая об ужине. — Что на ужин будем делать? — спросила Василиса, поглядывая на брата, который все не мог оторвать глаз от мультика. — На ужин? — переспросил он и через секунду загорелся идеей. — Ли-и-ис, давай борщ! — Вася встал с дивана, и теперь Василисе нужно задирать голову, что неимоверно бесило. Они же двойняшки! Какого он выше?! — Он у тебя самый-самый вкусный! Сделаем борща? Давай сделаем! — он уже затряс её за плечо ладонями, отчаявшись уговаривать, и Василиса вздохнула и кивнула. — Сделаем. — Ес-с! — парень сжал кулак и дёрнул локтем в знак радости и победы. — Только вот есть ли у нас для этого борща все? — со скептицизмом спросила Василиса, проходя из гостиной в кухню, чтобы проверить холодильник на содержимое. — Ну, сходим, купим. Магаз открыт до одиннадцати же? Василиса открыла холодильник, про себя повторяя список ингредиентов для столь желанного борща. Пошарила взглядом по продуктам, вычёркивая из воображаемого списка, что есть. Залезла в морозилку и порадовалась тому, что у них есть говядина для супа. — Спешу порадовать. — закрыв холодильник, начала она и повернулась к брату, который уже доставал кастрюлю. — У нас нет свеклы. Вася скривился и был готов заплакать от обиды и разочарования, как из другой комнаты зазвонил телефон, и по рингтону Василиса поняла, что это брата. Парень поспешил отвечать, пока Василиса пошла ставить книгу на место к другим книгам. Коллекция книг небольшая, но она любит и лелеет её. Когда она вышла из комнаты, её встретил Вася, который прыгал, натягивая джинсы на ноги. Он поднял на неё свои глаза. — Мама сказала забрать посылку и сегодня последний день. — произнес он и застегнул ширинку на джинсах. — Ты за свеклой, я за посылкой! Василиса даже не успела ответить, как к ней уже летела карточка Васи. Она схватила её и проводила глазами брата, который выходил из квартиры. Василиса вздохнула и, переодевшись во что-то более презентабельное, чем пижамные штаны в фиолетовую клетку и футболку с тремя посаженными пятнами. Белая толстовка и джинсы - самое то, чтобы сходить туда и обратно. Девушка закрыла квартиру и пошла в ближайший «Магнит». Василиса не особо любила выходить из дома, но, увы, она не Рапунцель, чтобы вечно сидеть взаперти, ну или пока ей не стукнет восемнадцать. Вася как никогда радовалась тому, что на их улицах довольно освещено и много фонарей. Пройдя через зебру, девушка завернула за угол и в это же момент столкнулась лбом с чьей-то грудью, что заставило её ноги пошатнуться. — Извин!.. — начала было она, чувствуя, как сильные руки держат за талию. На секунду ей стало не по себе, и, подняв взгляд, она поняла, что близка к рвотным позывам. — О, Василёк! — самым едким и язвительным голосом произнёс парень, которого Василиса была готова задушить. Руки всё ещё держали её, и девушка, поняв, чьи это руки, оттолкнула парня. — Вот это встреча. «Ещё какая..» С раздражением Василиса подумала, что неудача её второе имя, ведь единственный человек, которого она просто не могла вынести, объявился именно сейчас, на её каникулах. Ну и его по совместимости, так как они одноклассники, но всё же... Как же он её бесил! Максим Миронов во всей красе перед ней со своим идиотским лицом. Волевой широкий подбородок, выраженные скулы, идеальный нос с маленькой горбинкой, перетекающий в длинные брови, чуть пухлые губы, которые перецеловали слишком много девушек, и да, Василиса была уверена в этом! На голове Миронова было какое-то шатеновое недо-каре. Да, этот парень был симпатичен, но он был симпатичен ровно настолько, как и бесящий всё сознание Василисы. Нет хуже парня, чем парень, который знает, что он симпатичен. «Напыщенный индюк!» Василиса не собиралась продолжать так пытать свои глаза и злиться ещё больше от взгляда этих зелёно-карих глаз, так что продолжила идти в магазин, просто игнорируя парня. — И что, даже не поблагодаришь? — услышала она за своей спиной и поняла, что Миронов идёт за ней. Ну, конечно же! Она ускорила шаг, проклиная Макса всеми словами, которые только знала. — Ух, Киселёва.. не знал, что ты такая неблагодарная! — он театрально вздохнул, а Василиса ускорила шаг. — Эх, и спасай потом девушек в беде! Василиса закатила глаза и прошла, наконец, в магазин. Макс прошёл за ней. Напевая вслух: — Василёк, Василёк, синенький цветок. — Вася была на грани. «Как же он заебал..» Пройдя в отдел овощей, всё также игнорируя этого идиота, Василиса взяла пару свёкол и, взвесив их, сразу прошла к кассе, петляя в лабиринтах товаров. Краем глаза она заметила, как рука, которая остановила её тело от падения, потянулась за газировкой. Они встали в очередь перед мужчиной и женщиной с объемными покупками, и с каждой секундой Василиса была готова взорваться от присутствия этого кретина рядом. Так ещё и специально! Она смогла продержаться ещё полминуты, но то, как Миронов решил закинуть капюшон ей на голову, стало последней каплей. Она развернулась. — Да чего ты увязался за мной! ЗАДОЛБАЛ! — громче нужного возмутилась Василиса, замечая, как другие люди косятся на неё теперь, но краснеть она будет потом. А пока все её внимание было сосредоточено на одном болване, который в образе невинности поднял руки вверх, держа в правой ладони бутылку двумя пальцами. — Ты чего, Васёк? — с улыбкой, в которой была яркая насмешка, сама невинность, произнес Максим, и в глазах его плясали озорные огоньки. Он специально. Ему так нравилось выводить её на эмоции! Стиснув зубы, Василиса отвернулась и выдохнула, пытаясь выпустить весь тот жар злости и гнева, а после пошла оплачивать злосчастную свеклу, из-за которой она потратила слишком много нервов! Но не успела, и в последний момент Миронов оплатил свою тупую газировку вместе с её скудными покупками. Она с возмущением посмотрела на него, так же, как на брата, задирая голову, ведь этот урод был выше неё, похоже, сантиметров на пятнадцать! Не успела она и открыть рот, как он с издёвкой сказал: — Будешь должна. — он подмигнул, и Василиса была похожа на помидор от злости. Схватив свеклу, она чуть ли не побежала домой. Он, конечно, решил, что отличный телохранитель и шёл по пятам. Дошли до двери её подъезда, и он не мог не попрощаться, ну конечно! — До встречи, Василёк! Василиса, наконец, обернулась к нему и прокричала перед тем, как с грохотом закрыть дверь: — Пошёл к чёрту!