Любовь среди боли

Он не знал, что он тут делал. Что только заставило его послушать Вишнёву и припереться сюда. Он не знал этих людей, а они не желали его знать и подавно. Илья смотрел на эту несуразную кучу и не мог понять. Почему и как они оказались все вместе. Но даже при всём этом он всё ещё был тут. Сидел среди этих фриков и, кажется, становился им самим. «В следущий раз нужно будет стукнуться головой об стенку, прежде чем слушать эту...» Он посмотрел на Мию, которая улыбалась и о чём-то переговаривалась с блондинкой. Вроде Соней... — Именница опаздывает... — выдает Дэн прямо рядом с ним и откидывается от столика. Он оборачивается на дверь, словно ждёт, что в эту секунду она зайдёт. «Охуенно. Ещё и на рождение чьё-то припёрся...» — Она же говорила, что придет с подругой, с которой очень, — парень с длинными волосами делает акцент на последнем слове, и Илья со скептицизмом осматривает его гейскую причёску (как же его зовут?), — Хочет познакомить. — Её зовут Ася, — вставляет слово блондинка. И Илья не выдерживает. — Ты чё пидор? Он сразу обернулся в сторону Ильи, во взгляде читался вопрос. Будто он не понимал, точно ли ему задали этот вопрос. Илья кивнул на волосы парня. — Выглядишь как пидорас. Илья увидел, как лицо парня стало бледным, понимая, что вопрос он воспринял остро. Рядом с ним сидел ещё один, которого звали Влад, и Илья не сразу заметил, как тот с необъяснимой яростью глядел на него. Илья понял, что парень сейчас встанет и скажет ему пару ласковых. — Что ты сказал? — Влад! — девушка с очками схватилась за его руку. Он обернулся на неё, собираясь что-то сказать, но не успел. — Если ещё раз скажешь что-то подобное, то я сломаю тебе нос, — спокойным тоном произнесла Мия, и Илья замер. Только спустя пару секунд он смог повернуться к ней. — Что? — он и ещё блондинка рядом с Мией вздрогнули, когда она ударила стаканом по столу. — Что слышал, — он встретился с ней взглядом и осознал, что все его тело парализовано. Ну и нахуя он сюда припёрся? Нахуя она засунула его сюда? Илья обернулся на того самого парня. Выглядел он так, словно его сейчас стошнит. Илья встал со своего места, но уйти так и не смог, ведь его схватили за руку и повели в какую-то коробку. Вишнёва закрыла дверь и ударилась спиной, опираясь на неё. — Какого хуя... — Вот именно! — она выглядела злой. Очень. Но безобидной. Исаев даже подумал о том, что может просто сдвинуть её и уйти. — Что ты несёшь?! — прошипела Вишнёва, и Илья почувствовал, как кольнуло в груди. — Я пытаюсь помочь тебе! — она оборачивается на дверь, за которой ждут её друзья. — Тебя никто не просил! — Илья говорит в той же манере, что и она, словно змея. Казалось, они идут по тонкой грани. Грани, которая решала их странные отношения. Девушка осекается. Смотрит пронзительно, будто режет своими черными глазами. Илья чувствует, как всё внутри сжимается перед выбросом адреналина. Она делает вдох. — Да... — сдержанно отвечает, а после начинает по новой. — Но ты бы и не осмелился! — Илья скользит взглядом по коробкам с каким-то барахлом для кафе. Даже не за что ухватиться в случае чего. — Мало кто решается вообще просить помощь! — он смотрит на Вишнёву и видит, как та возмущена. — И зачем мне вообще причины?! Последние слова пришлись ему прямо чугуном по голове. Даже комната начала крениться и ходить ходуном. Исаев не смог сдержать смешок, а после полноценный смех. — Кому-кому, — он смог сделать шаг, но в мгновение почувствовал, как всё тело стало неестественно тяжелым. — А тебе они точно необходимы, Ворона! На лице Мии шок. Илья не сразу понимает, что вырвалось у него изо рта, но когда осознаёт, становится слишком поздно. Да и для чего? Не извинений же? Он замечает, что она застыла, только когда та делает вдох. А после Илья наблюдает за тем, как Вишнёва, нахохлившись подобно птице, действительно становится похожа на ворону. — Я не разбрасываюсь словами, — тихо, но достаточно зло говорит она, и Илья почти чувствует её горячее дыхание на лице. — И мы оба знаем это, — на мгновение они застыли, смотря друг другу в глаза. В тот самый момент, когда Илья стоял перед выбором бей или беги, девушка расслабилась, и её плечи опустились. — Но... — Илья проследил за тем, как её губы сложились в тонкую линию, после чего она прикусила нижнюю. Адреналин медленно отступал, и теперь тело начинало трясти. — Я хочу помочь, — он рефлекторно скривился, но в ответ получил улыбку. — Я хочу дать тебе шанс попытаться всё исправить, — тихо, как ребенку. И от того так... Она замолкла. Её брови сошлись домиком, и от чего Илье стало ещё поганей. Мысли в голове разбегались, как тараканы на свету, а он всё не мог угомонить собственное тело. «Блять» — Ты, — Мия делает шаг назад. — Не должен иметь причин на добро. И заслуживать хорошего отношения, — она улыбается, но Илья видит только грусть. — Я просто хочу... — Мия хмурится, а Илья сглатывает. Сомневается. Он так и знал. — Помочь. И познакомить с хорошими людьми. Она открывает дверь и выходит. Продолжает ждать его. Секунду он смотрит на её невинное выражение лица. После на руки, что были скрыты повязками, и снова на лицо. Он делает шаг вперёд, и от него не ускользает то, как девушка пытается спрятать грустную улыбку. Она идёт рядом с ним, и Илья не удивился бы, если бы она взяла его за ручку, как мальчишку. Они подходят к столику, Илья понимает, что все тут неженки. Так как до сих пор хмурятся из-за парочки его слов. Он бросает взгляд на Петрова и не может понять, что же с ним приключилось, раз уж он притесался к ним. — Илья хотел кое-что сказать, — неожиданно слышится у уха, и Илья с нескрываемым удивлением косится на Вишнёву. — Кое-что? — переспрашивает он, и Мия смотрит на него. Кивает. — Для него же будет лучше, если это не очередной шлак, — слышится от Влада, который с чувством чистой ярости оглядывает Исаева. — Да, я надеюсь, это не будет очередным оскорблением, — девушка в очках смотрит на того самого с каре, который сейчас намеренно игнорирует Илью. — К сожалению, я не знаю, что вас может оскорбить, а что... — закончить он не успевает. Ему прилетает локтем в кишку. В глазах темнеет. — И это называется доброта? — через боль кряхтит парень. — Это называется «моё терпение вышло», — прозвучало прямо над ухом. Он почувствовал, как её рука опустилась на его спину. — И что я предупреждала, — она резко потянула его за футболку вверх, а после приказала. — А теперь извиняешься. По-нормальному. Исаев увидел ошарашенных друзей Вишнёвой, и только Дэн выглядел обычно недовольным. Пришлось приложить силы, чтобы подавить смешок. Не знали Ворону, значит? — Мия... — неуверенно начал главный обиженный. — Илья не закончил, — пресекла она. — Извините за... — он поглядел на девушку, но та лишь чуть кивнула. — Мое сквернословие. И невоспитанность?.. Петров не выдержал и засмеялся. Мия же посмотрела на него так, что Илья понял, прилетит кое-кому ещё. — Да садись уже, — попросил парень с каре. — Мия хватит, — с красными ушами сказал он, и Мия наконец отпустила Илью. Все подскочили, когда в кафе ворвалась Васнецова, но в этом не было ничего неожиданного, ведь именница наконец-то объявилась, и тут же бросилась всех обнимать. Илье, кажется, заложило уши от её криков. Когде же она заметила его, то не стала скрывать удивления. Между ними тишина. Он не желает ничего говорить, она же, видимо, не знает что. Однако после он всё же слышит: — Тебе я тоже рада, Илюша-капуша! — она лезет обниматься, и Илья замирает. Это какая-то секта? — Чего же Оленьку не привел?! — он закатывает глаза. Ещё Олю приводить к этим фрикам. Давление в груди пропадает, и Алёна убегает к незнакомке, которую привела. — Все-все подарки потом! Сейчас я хочу познакомить вас с Асей! — Алёна взяла девушку за плечи и с улыбкой до ушей подтолкнула вперёд.

—

Ноги тряслись. Взгляд не мог найти место, а всё помещение ходило ходуном. Ася чувствовала даже, как вспотели ладошки, и точно знала, что отнюдь не от жары. — Привет, — девушка с черными кудрями улыбается ей, а когда они пересекаются взглядами, поднимает брови. — Это... линзы? — Линзы? — высокий парень со светлыми волосами переспрашивает и даже делает шаг вперёд, чтобы посмотреть. — Нет! — Асе кажется, Алёна говорит слишком радостно. Они пересекаются взглядами, и Алёна чуть кивает. Господи, она совсем не готова! — Нет... — повторяет Ася и пытается сообразить, какие слова она знает вообще. — Родные. — Гетерохромия? — парень с каре с нескрываемым восторгом подходит ближе. — Ого! Какая красота! Ещё и такие разные, — Ася начинает краснеть сильнее, но теперь не от волнения, а смущения. — Я Егор кстати! — Мия, но можешь звать Мими, — девушка с черными кудрями машет ладошкой, а потом оборачивается на блондинку. — Соня, — та самая блондинка улыбается ей, и становится легче. — Дэн! — парень, что спрашивал про линзы, кидается на шею Егора, за что схватывает недовольный взгляд другого парня, но уже с темными волосами. — Влад, — его взгляд смягчается, и он проводит рукой по плечу девушки с очками. — Женя, — Ася видит неловкую улыбку и чувствует, что понимает её. — А вот этот недовольный енот, — Алёна показывает на парня, что так и продолжал стоять в стороне. — Енот?! — недовольно переспрашивает он, а после странно оглядывает Мими. — Сам виноват в собственной репутации, — Мими ответила парню, даже не оборачиваясь. Ася же замечает, как Алёна сторонится её. — ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ! — было видно, как этот парень был готов взорваться, но тут Алёна накинулась на него, повиснув. И ему осталось только выпучить свои глаза на именницу. — Илья. Илья Исаев. Местный, — она покрутила пальцем у виска, чтобы это ни значило. — Bad boy. По итогу Алёна со звонким смехом убежала от Ильи, что с красным лицом хотел ухватить её за волосы. Когда они сели на диваны, Ася оказалась зажатой между Дэном и Алёной. Осматривая каждого, Асия заметила, что Егор, Влад и Женя общаются друг с другом больше. Женя же иногда переговаривалась с Соней. А Мия и Илья были молчунами. Алёну же и Дэна было слышно, кажется, на всю улицу. Именно они выкидывали самые несуразные шутки, за что Асе становилось ой как стыдно. — Чем вообще занимаешься? — спросил Дэн, когда стал кромсать пиццу. — Первый кусочек именнице! Ася оглядела парня и не смогла не заметить, как ярко и широко он улыбался каждому. — Да я больше дома сижу... — Ася, не привирайся! — уже уплетая пиццу за обе щеки, говорит Алёна. — Тут просто сборище талантов! — Ну... — Ася теребит край джинсовых шорт, вспоминая, что обычно людей не часто интересует такое хобби, как кулинария. — Готовить люблю, — она пожимает плечами. — Готовить? — переспрашивает её Дэн с детским восторгом. — И не просто готовить! — Алёна даже хлопает по столу и встаёт. — Вы бы видели, какие шедевры она мне подавала! Ну просто пальчики откусишь! — она садится обратно, и Ася чувствует, как Алёна переплетается с ней пальцами, а после подмигивает ей. — Ого и как давно? — Влад выглядит заинтересованные, и Ася ощущает, как внутри всё звенит от радости. — Лет... — она пытается перебрать года, когда не готовила и приходит к выводу, — С четырёх. Я всегда любила возиться на кухне. Да и мама у меня кондитер... — Ух ты! Любишь сладкое? — интересуется Соня, когда Мими доливает ей сока. — Не очень. — А Мими вот обожает! — Соня хихикает, и Ася замечает, как после взгляда Мими Соня с улыбкой начинает крутить её кудри. Со смущением Ася отворачивается. — А Егор просто тащится от клубники! — говорит Дэн, и Егор начинает краснеть. — Я хотя бы не питаютсь двумя бутербродами за день, — сложив руки на груди, Егор начинает сверлить Дэна взглядом. — Двумя? — обеспокоенно спрашивает Женя и смотрит на Дэна. На лице парня проскальзывает растерянности, и Ася впервые видит его без улыбки. — Не слушай этого с длинными патлами, — по итогу просит он и тянется за кусочком пиццы, но кладет его не себе, а Жене. — Ешь скорее, а то Алёна сейчас всё уплетет. — Эй! — Алёна не ленится потянуть руку через Асю и ударить Дэна в плечо. В ответ же парень заливается смехом. — Мне тоже нравится готовить, — говорит Дэн, доливая Алёне, а после и Егору сок. Ася замечает, как он, говоря это, успевает с нежностью посмотреть на Женю. — Я... — Ася сжимает сумку, в которую положила блокнот, из-за чего всю дорогу думала, что слишком глупая и самонадеянная. Но Алёна говорила быть смелее и не бояться друзей, ведь все очень хорошие... — Ещё и рисую. — Серьёзно? — Влад кивает в сторону Жени. — Женя у нас чудесная художница. Недавно нарисовала великолепный портрет Мии, — Женя же на эту похвалу лишь отводит глаза. — Да и Мия хороша. — Не стоит меня сравнивать с Женей. Она в любом случае будет лучше, — тихо и с улыбкой признается Мия, разрезая пиццу на маленькие кусочки. Ася замечает, что она даже и не начинала есть. — Я, конечно, не рисую портреты и точно не художница, но.. — Ася достаёт блокнот с рецептами и зарисовками блюд. — Это как бы дополнение к кулинарии, — она раскрывает блокнот и видит яркий рисунок кимчи, а рядом с ним рецепт и её заметки насчёт этого блюда. — После того, как приготовлю, зарисовываю и пишу всякое... Дэн с интересом осматривает странички её блокнота, а после показывает Мими и Соне. — Как будто со стола, — говорит Соня. — Прям сейчас слюнки потекут. Вскоре блокнот кочует из рук в руки. Ася смущается под хорошими словами и похвалой, а после слышит предложение Дэна. Он хочет, чтобы она зарисовала любое блюдо со стола, но за две минуты. Она принимает вызов и старается нарисовать как можно лучше. Нельзя ударить в грязь лицом. Все тут кажутся очень весёлыми и добрыми. Она даже не особо удивлена, ведь это друзья Алёны. Лишь бы Алёну не подвести. Чтобы они не сказали, что Ася странная. Неправильная. Она удивлённо моргает, когда время истекает. Осматривает рисунок ещё пару минут, высматривая недочёты. Она могла бы ещё лучше. Нужно было стараться сильнее. Но время истекло. И Ася протягивает блокнот Дэну. Ладони вновь мокрые, и она молится, чтобы этого не заметили. Слышен смешок. Ася замирает. — Шикарно, — он с улыбкой смотрит на неё, а после чухает по макушке. — Ты очень милая, когда рисуешь, — Ася наблюдает за тем, как Мими и Соня тоже с интересом осматривают её рисунок, сравнивая с блюдом, что стоит перед ними. Слышится звон, и все оборачиваются на звук. Ася видит, как Женя роняет вилку на тарелку, но не спешит её поднимать. — Жень? — Влад пытается дотронуться до ее плеча, но та дёргается. — Всё нормально, — Женя смотрит на Влада, а после повторяет вновь. — Нормально. Выпустите меня, пожалуйста. Егор и Влад встают, чтобы выпустить с мест, а потом провожают Женю взглядом. Ася не пропустила то, как Влад обернулся на Дэна, пока тот в свою очередь не мог оторвать глаз от Жени. — И часто она так? — подаёт голос Илья, и Влад хочет что-то сказать, но Егор его останавливает. — Не надо, — Ася чувствует, что пропустила что-то важное. Ну или просто была чужой им. — Какое тебе дело? — Егор с недовольством обращается к Илье, который отстраненно попивает из стакана. — Ты же явно не заинтересован в общении с пидорасами. — Егор! — Мими сказала это тихо, но все сразу обернулись на неё. — Ну меня же сюда привели, — помешав жидкость в стакане, бормочет Илья. — Может, прекратишь? — Алёна неожиданно дёргает Илью за руку, и тут же на его лице отражается возмущение. — Хотя бы сегодня не будь таким мерзким. Прошу. Если Илья и хотел что-то сказать, но, посмотрев сначала на Алёну, после на Мими, выдохнул и язвительно произнес: — Sorry, я же bad boy, — Алёна на эту речь только устало улыбается. — Я думаю... — Ася посмотрела на Дэна и услышала в его голосе тревогу. — Пришло время торта? — он натянул улыбку и уже встал, чтобы пойти за главным десертом. Ася и Алена встали пропустить его, а после они услышали, как он пробормотал: — Ещё и Женю проведаю. Так он и убежал, а Ася подвинулась к Мими. Какое-то время тишина ещё висела над ними, но Соня с Алёной всех разговорились, и когда Влад узнал, что Ася уже в одиннадцатом, то задал вопрос: — А на кого поступать собираешься? — Повар, — Ася улыбнулась своей предсказуемости. — А ты? — Уже подал документы на айти, — Влад чуть нахмурился, но это вскоре исчезло. — А остальные куда собираются? Соня? Алён? — Я... — Соня начала теребить собственные руки, но Мими схватила её за них. — Особо и не думала. Родители уже сказали, что пойду на экономиста или логиста. После уже буду должна помогать им с бизнесом. Но мне ещё нужно доучиться до одиннадцатого. — Родители значит, — проговорил Илья. Соня чуть сощурила глаза. Илья явно тут не любимчик. — Да. А ты? Уже подал документы? — Извините, пойду посмотрю, куда Дэн с Женей пропали, — и Мими поспешила уйти. Алёна проводила её взглядом. — Не-а. Я до одиннадцатого с Петровым, — на какое-то время он замолчал, но после тихо добавил. — На хирурга потом. Алёна усмехнулась. — Тебе только людей и лечить. — Я хоть чем-то полезным буду заниматься. Алёна изменилась в лице. Улыбка осталась и даже выражение, но глаза нет. Глаза Алёны наполнились страхом. — Хватит о скучном, — отрезала Алёна и обернулась в сторону, куда ушел Дэн. — Где мой торт? Через время торт всё же появился. Его принес Дэн хоть и с улыбкой, но рассеянный, находясь явно не тут. Вскоре и эта напряжённая радость исчезла. Обратно он не сел. Примостился прямо на краю с Алёной. — Загадывай желание, — с предвкушением сказала Соня, когда зажгла свечи, и Алёна закрыла глаза. Ася вздрогнула, когда почувствовала, как Алёна положила свою ладонь на её, а после и вовсе взяла за руку. И всё это с закрытыми глазами, загадывая желание. В голове Аси пробежали самые глупые и розовые мысли. Что же она с ней творит... Алёна приоткрывает глаза и задувает свечку. Все начинают хлопать, а Ася не может даже вдохнуть. Алёна лишь сильнее сжимает её руку и очаровательно улыбается каждому. В конце концов она отпускает её, и Ася может восполнить кислород. Сердце немного успокаивается, и Ася берет ответственность за раздачу торта. Положив порцию Алёне, она слышит у своего уха: — Жаль, я не могу рассказать своё желание тебе... Ася теряет координацию в пространстве и всё, что она видит перед собой, как Алёна отстраняется от неё. Алёна не скрывает собственного лукавства во взгляде, но вскоре отводит глаза, оставляя Асю гадать, было ли сказано последнее слово или её фантазия разыгралась под чарами подруги.

—

Всё внутри разрывалось от клубка злости, ревности и обиды. Как он мог? Как он мог! Это она!.. Она должна быть на её месте! Она должна сидеть и улыбаться, пока он рассматривает её рисунки. А не эти каракули! Кто она такая вообще! Непрошенные слезы переполняли глаза из-за чего всё превращалось в размытую пелену. Она не знала, куда идёт. Куда бежит. Ведь всё, чего она когда-либо желала, осталось там. Денис остался там. Рядом с этой... Она замедлилась. Остановилась на месте и обняла себя за плечи. Из горла вырвался смешок. И на что она понадеялась? В самом горячем городе она продолжала мёрзнуть. Хотелось выть от несправедливости. От собственных тупых мечт и розовых соплей. Она так долго пыталась забрать хоть один взгляд. Одну улыбку. Хоть частичку того тепла, что он создавал. Женя хотела хотя бы одного человека, которому важна она. Она одна единственная. Она хотела лишь немного, но своей любви. Женя не собиралась делиться с кем-то! Даже чуть-чуть. Послышались шаги, но она не надеялась. Такого не бывает. Не в это жизни. Не с ней. Только плакать перед кем-то не хотелось. Поэтому собрав все свои силы, она вдохнула и обернулась назад, чтобы вернуться к остальным и продолжить вести себя как хорошая подруга или найти ещё более укромное место для слёз. — Жень, — она услышала быстрее, чем увидела. Голубые глаза были направлены на неё. Жаль, что они принадлежали совсем не ей. — Что случилось? Тебе плохо? Такой милый и обеспокоенный. Женя хотела верить. Хотела забыть обо всём. Позволить себе притворяться довольной тем, что имеет. Но это невозможно. — Нет, — Женя не может смотреть на него. Он делает только хуже. Каждым своим словом. Самим фактом того, что существует. Она врала. Всегда и всем. Так часто, что даже если бы начала считать, то не смогла бы дойти до конца. Она врала всю свою жизнь и продолжает это делать. Ей так проще и всем остальным. — Жень, — он взял её за руку. Дыхание сперло. Она подняла на него взгляд и увидела то, чего боялась. Тревогу. Он волновался за неё. И от того она так хотела убежать. Убежать от чувства, что она может быть особенной. Хоть для кого-нибудь. — Я же вижу. Она смотрит в его глаза и забывает обо всём остальном. Забывает о том, что она одна. Забывает, что она продолжает быть никем и ничей. Забывает, что когда-то ненавидела каждого. Только вот боль становится сильнее. И понимание того, что он относится так ко всем. Ко всем так же добр. Со всеми счатливый. Всех любит и обожает. Для него — все очень милые! Женя хочет упасть и разбить свою голову об пол. Какая же она дура! Как она подумать, что нравится ему? Милая! Просто милая! Всегда милая, но никогда не красивая. Он никогда не говорил чего-то кроме этого. Просто подруга. Просто милая... — Отпусти, — она уже не могла сдерживать слез. Ноги опасно тряслись. — Жень... — её имя на его губах сладкий яд. Который разъедает всё изнутри. — Отпусти! — она вырвала свою руку и в последний раз посмотрела на Дэна. На Дениса, что никогда не был её. Никогда не был с ней. Она посмотрела на его руку. Наверняка она не первая и не последняя. Он каждую так лапал? Каждую гладил по голове и держал за руку? Думать о чем-то большем ей просто не хватало сил. — Больше не трогай меня, — она делает шаг назад. Отворачивается и мечтает, чтобы он обнял. — Пожалуйста. Он уходит. Она вновь одна. Женя понимает, что это чувство никогда не покидало её. Женя никогда не осмеливалась подпускать к себе кого-то настолько близко, чтобы действительно почувствовать боль. Почувствовать связь. Он был таким же, как и все остальные. Она же оставалась пустышкой. Ненужной и незамеченной. Все её мечты — глупость. Сама её жизнь — это жалкие попытки ухватиться хоть за что-то, чтобы почувствовать немного тепла. Женя никогда не хотела, чтобы кто-то знал её. Ведь знать человека значит знать, как сломать его. А Женя с самого начала не была правильной. То там, то тут одна кривизна. Одни недочёты. За что же её ценить? Чем она может быть дорога? На улице нет воздуха так же, как и в кафе. Ей нигде нет места. Женя вздрагивает, когда чувствует, как её хватают за плечи. Она видит веснушки, а после и карие глаза Мии. — Что такое? — спрашивает девушка и Женя больше не сдерживается. Снимает свои очки. Рыдает громко и беззастенчиво. Прямо в плечо. Мия же не двигается ни на сантиметр. Женя приходит в себя, когда Мия сажает её на табуретку у входа для персонала. Она поправляет её очки и заводит сырые волосы за уши. — Сейчас вернусь, — Мия вскакивает с места, и Женя остаётся одна в малюсеньком коридоре. Грусть ещё затмевает стыд, но Женя знает, что после ей придется извиняться перед Мией. Мия возвращается с горячей кружкой. Сделав глоток Женя понимает, что это сладкий чай. После ей нужно будет сходить в туалет, но пока она лишь двигается ближе к краю, чтобы Мия уместилась на табуретке вместе с ней. — Что он натворил? — Мия кладет свою голову на её. — Только скажи, и мы сдерем с него кожу. Женя сдерживает слезы, как может, но всё равно видит, что пара соленых капель оказываются в её чае. Мия так и не слышит ответа, но больше вопросов не задаёт. Продолжает молчать вместе с ней. — Чего ты боишься? — Женя поднимает глаза на Мию и как никогда мечтает быть утешенной. Мия смотрит в ответ. Жене кажется, что человеческие страхи никогда не отличаются. Мечты, цели, судьбы — да. А страхи — никогда. Одиночество, боль, потеря. Люди жадны и от того так похожи. Поэтому Женя думает, что заранее знает ответ. — Будущего, — Мия опирается на стену и теперь пытается что-то увидеть на белой стене коридора. — Раньше... Я знала, что меня ждёт. Знала, чем и зачем живу. Знала, что моё место под софитами и предназначение... — она вздохнула и закрыла веки. — Но всё разрушилось, — сломанным голосом закончила Мия, и Женя не могла не взять её за руку. Губы Мии дрогнули. — Сейчас же я даже и не знаю, куда двинуться, — она подтянула колени к себе и обняла их. Мия закусила губу и с какой-то отчаянной надеждой взглянула на неё. Женя поняла, что если промолчит, то это будет преступлением дружбы высшей степени. — Может... — она сжала пальцы Мии. — Нужно взглянуть не на себя прошлую... А на себя новую? — она попыталась улыбнуться. — Что ты любишь делать? Ну, кроме как проводить время с Соней. — Эй, — Мия врезалась в её плечо, и они засмеялись. Мия вздохнула, и Женя была рада, что в этом вздохе звучало облегчение. — Наверное, — она пожала плечами и с новой силой закусила губу. — Рисовать здания, — тихо произнесла Мия. — Правда я уже давно этого не делала... — Мм... Архитектурный? — предложила Женя. — Ух ты! Как я сама не догадалась! — Мия с притворным восторгом взглянула на неё. — После одиннадцатого сразу туда! Им хватило лишь пары секунд, и девочки снова засмеялись. — А что, это идея, — с воодушевлением проговорила Мия, и Женя знала, что даже если она врёт, то ничего страшного. Они хотя бы посмеялись. — Всё же остаёшься? — Женя положила свою голову на плечо Мии и почувствовала, как на место ненависти к себе и... Дэну пришла тяжёлая тоска. Женя ощутила, как Мия кивнула. — Тогда... Пожалуйста, — Женя говорила как можно тише. — Позаботишься о нём? Тишина накрыла их стеклянным куполом. Женя почувствовала, как Мия сжала её пальцы сильнее и наконец ответила: — Конечно.