Песнь о Монете и Ламелляре [Игра Престолов]

Королевская Гавань, 287 Э.З.

“Монеты не пахнут. Монеты не помнят. Приобретенные честным и нечестным путем – значения не имеет; и у первых, и у вторых, одинаковая ценность” © Эквит Лисандер Асимахос. Во время ночных празднеств озвучено было много вопросов. О нём самом, о капитане, о его стиле боя, о его шрамах и многом другом. Лисандер отвечал настолько правдиво, насколько мог. Ложь, что ближе к правде – проще запоминается, и тебе, как следствие, в будущем проще вспомнить, кому, где, и что конкретно ты солгал. “А, мы из Империи Карастовель, далеко отсюда, я бы даже сказал – на расстоянии целого мира! Нет, мы не являемся официальными представителями, Кайсар - наследный принц небольшого королевства, и он просто хочет узнать больше о мире. Мы служить исключительно его интересам. Боюсь, он слишком далеко и слишком занят правлением, чтобы лично посетить ваши прекрасные земли. Вам придется спросить самого капитана Андреоса о его шрамах. Я не воин, сир, вам лучше спросить самого капитана о его манере сражаться” И так далее. Взяв небольшой перерыв в общении, - в основном для того, чтобы отлучиться в туалет и ответить на зов природы, - он почувствовал прикосновение к плечу. Убрав в штаны один интимный для каждого мужчины объект, он обернулся и встретился взглядом с человеком с темными глазами, который был примерно такого же высокого роста, как и сам Лисандер, но гораздо более крепко сложен, а также с лицом человека, который провел большую часть жизни в уличных драках: шрамы, половина уха отсутствует, сломана надбровная кость. Мужчина этот медленно похлопывал короткой дубинкой по своей открытой левой ладони. Лисандер улыбнулся и вежливо спросил: - Могу я вам помочь? - Ты обманул. - Обманул? – Переспросил эквит, притворяясь невеждой, хотя очень хорошо понимал, о чем идет речь. - Обманул. – Повторил другой мужчина. – Ты не получишь выигрыша. Это ясно? – Угрожающе добавил грубиян, приближаясь на шаг, несмотря на то что он уже находился слишком близко. Какая беспечность, какая наивность… Мужчина открыл было рот, желая сказать что-то еще, но не издал ни звука; вместо этого он внезапно сильно побледнел и замер истуканом. Теперь уже эквит сделал шаг вперёд – подошел в упор и провёл острием кинжала по грубой ткани брюк мужчины, вспорол их и коснулся лезвием основания члена. Ещё капелька давления, и кретин никогда не познает радости отцовства. Хотя, учитывая личность наглеца… он просто не сможет нормально мочиться и ходить по шлюхам. - Боюсь, между нами возникло досадное недоразумение. – Произнес Лисандер с маслянистой улыбкой, которую прохожий мог бы принять за дружескую. – Я уверен, что вы искали кого-то другого, и просто… обознались? О, как нелепо вышло. Но мы ведь люди разумные, так что не станет заострять внимание на вашей оплошности. Добрая улыбка сменилась волчьим оскалом. Мужчина издал дрожащий вздох, сделал полшага назад и яростно кивнул. - Конечно! П-прошу прощения, милорд! – Заикаясь, пролепетал он и быстро убежал, держа обе ладони на своей промежности. Эквит перевёл внимание на крошечную каплю крови, что повисла на острие его кинжала. Ухмыльнувшись, он достал носовой платок, вытер тонкий клинок с широкой бронзовой рукоятью и вложил обратно в ножны. - Дилетанты! – Воскликнул он, покачав головой, и с улыбкой вернулся к празднеству, на котором капитан беседовал с королем, несколькими его гвардейцами в белых плащах и некоторыми лордами этого королевства.

***

“Дисциплина отличает солдата от воина” © Капитан Алексиос Андреос. Он не очень любил празднества. Обычно он стоял на страже на пирах Кайсара, объявляя гостей своим рокочущим глубоким басом, но сейчас он сам оказался одним из гостей, и, как предполагалось, одним из самых почетных, несмотря на то что был простолюдином. Одет он был, конечно же, в свое лучшее парадное снаряжение. Малиново-красная шелковая мантия поверх полированной пластинчатой кирасы, короткие брюки из мелово-белого шелка и такого же цвета туника с короткими рукавами под доспехами. Шлем он носил под мускулистой волосатой рукой, с единственным красным плюмажем на вершине конической стальной конструкции, который, как всегда, висел безвольно. Промасленные сандалии, недавно подстриженные волосы с бородой и незнакомый для этих мест запах благовонных масел создавали… чуждый, но притягивающий образ. Разумеется, он, как всегда, носил на поясе свой меч и кинжал. Простое стальное оружие с обтянутыми кожей стальными рукоятями резко контрастировало с вычурным нарядом, в которое он вынужденно облачился. Потому что это – инструменты его кровавой профессии. В них не должно быть излишеств. Он видел, как на него смотрели довольно многие из присутствующих девушек: все они, конечно, надеялись, что он пригласит их на танец, который вот-вот начнется. Одна или две даже решились завязать с ним разговор – довольно короткий. Вежливый, но короткий, и они вскоре ушли, разочарованные тем, что он не проявил участия. Похоже, в этом мире боевое мастерство ценилось почти так же высоко, как красота, а его шрамы недостаточно обезображивали его, чтобы затмить статус победителя, что добавляло сомнительного обаяния. Интересно, но в конечном итоге – бесполезно. Он говорил о войне и многое узнал о недавнем восстании Роберта: нынешний король узурпировал власть, свергнув предыдущую династию, во главе которой был безумный король Эйрис II. В сути своей, мир этот мало чем отличался от его родины. Хотя истории о том, как предки Безумного Короля завоевали Семь Королевств и объединили континент с помощью драконов, наверняка были всего лишь мифами? - Капитан Андрейос? – Обратился к нему пожилой гвардеец короля в белом плаще. Капитан вежливо поклонился. - Сир Барристан. – Он узнал его имя, а также то, что тот был одним из лучших мечников королевства и считался одним из самых благородных и искусных воинов всех времен, заслужив прозвище "Смелый". - Прошу вас, король просит вашего присутствия. – Произнес рыцарь с улыбкой и поклоном в ответ. Король призвал – ты пришёл. Даже если это, строго говоря, не твой король. - Тогда не будем заставлять его ждать. – Ответил капитан с улыбкой, которую шрамы превратили в… во что-то странное, может, не совсем оскал, но уж точно не улыбку. К счастью, рыцарь смог прочитать эмоцию, скрытую за искаженным выражением Капитана, и повёл его к королевской чете. Королева выглядела раздраженной и довольно скучающей, в то время как сам король – пьян в стельку. Еще одна деталь, которая мало чем отличала его собственный мир от этого. - Ба, да это же наш чемпион! Андрейос резко приблизился и опустился на одно колено в глубоком поклоне: - Ваше Королевское Величество! Его, в общем-то стандартное приветствие заслужило недоуменные взгляды как от рыцарей, так и прочих людей, что пытались урвать место поближе к королю. - Разве так обращаются к королю? – Вопросил король своим рокочущим голосом. Повезло ещё, что выпитый алкоголь привёл его к хорошее настроение, так что нарушение этикета не привело к конфликту. Сир Барристан сделал шаг ближе и прошептал Андрейосу. - Мы обычно обращаемся к королю с "Ваша Светлость" Капитан кивнул, благодарный за старания рыцаря и поспешил объясниться, дабы уж точно не возникло проблем, с которыми потом придется разбираться эквиту: - Я обращаюсь к своему Императору как "Ваше Императорское Величество", а к его сыну, наследнику и наследному принцу, Кайсару, моему господину, как "Ваше Императорское Высочество", Ваша Светлость. Я не знаком с вашими обычаями. Приношу свои извинения. Король громко рассмеялся и потребовал еще вина, для себя и для стоящего перед ним чемпиона. Королева подняла глаза на титулованного мужчину, слегка улыбнувшись ему. Похоже, ей понравилась идея "Величества" и "Высочества". Капитан подавил гримасу, взял предложенный кубок вина и принял участие в тостах за чемпиона боя, Кайсара и короля Семи Королевств. Он надеялся, что никто не заметил, что он лишь поднес кубок к губам, но даже не смочил их. - Итак, скажи мне, Андрейос, кто был твоим первым? – Спросил король, опустошив свой кубок. - Моим первым, Ваша Светлость? – Переспросил он, с трудом подавляя привычку и не позволяя пальцам пройтись по шрамам. Он всегда так делал, когда смущался или оказывался в непонятной обстановке. - Твое первое убийство, конечно же. – Буркнул король. - А. Ну, это легко. Его звали Петриос. Ему было, кажется, девять. Мне было шесть или семь. Он напал на меня с кухонным ножом. – Капитан поднял руку и указал на бледный старый шрам, идущий почти от запястья до локтя. Пожав плечами, он подвел итог истории: – Я утопил его в ванне. Все внезапно замолчали. История о детях, убивающих детей, похоже, не упала на благодатную почву. Относительная тишина стояла до тех пор, пока король не заговорил. - Во имя Семи, Андрейос, а в ваших землях рано начинают, не так ли? – Произнес он с ревом смеха, явно находя собственную шутку уморительной. Его подхалимы вскоре присоединились, и праздничный дух вернулся. Лишь немногие услышали его ответ: - Приют, где я вырос, был немного... суров. – Он отвесил глубокий поклон королю, который милостиво кивнул, разрешая чемпиону покинуть его. Сир Барристан провел его к положенному месту. Они немного поговорили о короле и их встрече, и рыцарь заверил, что несмотря на оплошность с этикетом, - на который королю по большому счёту было плевать, - всё прошло настолько хорошо, насколько это в принципе было возможно. А вот дальше разговор вильнул в иное русло. - Вы не будете танцевать, капитан Андрейос? – Спросил сир Барристан, оглядывая очередь молодых дам, ожидающих приглашения - некоторые из них, похоже, всё ещё питали тщетные надежды. - Я не очень хорошо танцую, сир Барристан. – Ответил он с легкой улыбкой, которую шрамы не могли полностью испортить. - В любом случае, сегодня вечером вы сможете выбрать себе прекрасную девушку. – С похожей легкой улыбкой продолжил старший рыцарь и бросил взгляд на болтающих дам, многие из которых все еще бросали взгляды в их сторону. - Ах, боюсь, мне придется их разочаровать. Увы, но мои предпочтения… лежат в ином русле. Лицо рыцаря в белом плаще превратилось из дружелюбной улыбки в вынужденно нейтральное. - Молодые парни? - О нет, что вы! – Ответил капитан с широкой улыбкой и в явно наигранном испуге. – Как вы могли подумать обо мне такие гадости?.. Я предпочитаю мужчин. Настоящих сильных мужчин, с опытом на поле боя, с волосами на груди и лице, сильными руками и спинами, брутальными и жесткими! – Рассмеялся он и бросил на рыцаря знающий взгляд. – Заинтересованы? Не часто сир Барристан "Смелый" Селми терял дар речи. Еще реже он краснел. В совсем исключительных случаях он краснел от смущения и гнева одновременно. Сейчас был именно такой случай. - Э-э, думаю, нет. – Наконец смог промолвить он, удерживая нейтральный тон. Капитан улыбнулся и отвесил рыцарю короткий, но вежливый поклон. - Очень жаль. Если когда-нибудь передумаете, то вспомните обо мне. С этими словами он удалился в свой угол, предоставив обескураженному рыцарю вернуться к своим обязанностям. «Наверное, надо было предупредить, что мужеложество у нас не в чести. – Последнее, что подумал Барристан о капитане, прежде чем выбросить его из головы. – В любом случае, это не мои проблемы»