Жестокие чебупели

Рука, направленная на висок с силой сжимала револьвер, боясь, что рука дрогнет, или еще что-то. И все. Ничего больше не получится. Но нет. Хватка арийца была твердой и видимо он четко принял решение. И вот, палец резко дернулся. Прозвучал выстрел. ................................ Пожалуй на этом можно было бы и закончить нашу историю. Но нет, она будет продолжаться и дальше, ведь зло должно быть наказано, а не просто отпущено гореть в аду. Или куда там попадают "души" умерших? В любом случае сейчас это не важно, так как этого не случится. Соответственно, как и говорилось, звучал выстрел, было много шума. Хотя... Нет, по сценарию он должен умереть. Ведь это будет самым логичным из всех логик, что вообще существуют на планете. Хм-хм-хм.... Чтож.. Раз уж я сказал, не посмотрев по сценарию и пообещал продолжение... Да. Представьте что этого монолога не было! .......................................... Машина медленно ехала в обратном направлении. Оружие так и не пригодилось. Что было однако хорошо и плохо одновременно. Хорошо то, что все прошло слишком легко и не надо тратить патроны, а плохо потому, что... Слишком просто ничего не бывает. Солдаты этого не понимали, однако это понимал Советы. Видимо была какая-то оченб важная информация или тайна, которую нельзя было никак узнать. И ведь бывший фюрер успел подготовиться. Заманил в эту ловушку, лишь бы его тайну не узнали. Ему определённо было что прятать. Но вот что? Этот вопрос оставался загадкой для него. Поэтому его мрачное настроение, которое должно было смениться искренней радостью, стало только хуже. Он снова нервно курил, выдыхая в открытое окно машины и смотря за бесконечными полями. Еще предстоял вопрос, куда девать немца до суда, где должна была решаться его дальнейшая судьба. Ведь как обычно русские сначало делают, а только после думают. Так и Советы совершенно не знал, куда сейчас девать арийца. Сначало в голову пришла мысль о том, что можно было бы поместить его в камеру, но скорее всего там ему могут помочь сбежать. Не зря он говорил, что у него везде есть свои люди. Да и если честно признаться самому себе, рейх очень умный. Просто решил взяться за то, что ему было не по зубам Хотя, если еще немного подумать, ариец ведь допустил всего одну ошибку. Величайшую ошибку. А так бы он мог пойти и дальше. Захватив союз он стал бы полноправным лидером и нагнул бы остальные страны. Но видимо не судьба. На одного диктатора всегда найдется другой. И в этот раз последний оказался сильнее и смог выиграть. Так решила судьба и уже ничего нельзя поменять. ...................................................... Что же произошло в тот момент? Ведь нацист выжил каким-то образом. Что ж. Без травм не обошлось В тот момент когда палец арийца мягко опустился на курок и прозвучал выстрел, СССР, опешивший от шока успел выстрелить. И благо пуля попала почти что ровно в револьвер диктатора. Только кажется выстрел немного мазнул по его пальцу, разрывая белую перчатку и раня тонкую кожу. Но это же не смертельно. А пуля из револьвера прошлась по щеке Рейха, однако почти что не задевая кость. Нацист же настраивался на свою смерть Он был психологически подготовлен к этому и искренне верил. Все таки он все заранее продумал. Да и никак не ожидал, что в него выстрелят. По крайней мере он не знал, что он нужен живым и его надо спасти. Поэтому, когда глаза немца закрылись, его мозг постепенно отключился. В глазах потемнело и Рейх потерял сознание, медленно падая со своего стула на пол. Он заранее отодвинулся от рояля, чтобы не запачкать его своей кровью. А ведь если бы его настигла смерть, была бы прекрасная картина. Застреленный мужчина, что сыграл свое смертельное произведение и вечно будет покоиться с воспоминаниями об этом. Его тушка лежала на полу, а из ранок медленно текла кровь, расползаясь лужицей по блестящему паркету. Дышал он тихо и потому могло показаться, что Советы промахнулся и спасать его бесполезно. Советы замер на пару секунд. Давящая тишина словно тоненький писк застыл в воздухе. Мужчина медленно подошел к нацисту, после осматривая его и меряя пульс. Слабое дыхание присутствовало в слабеньком сейчас теле. Перчатка слегка разорвана и сейчас пачкается алой кровью, что течет из пальца. Ранка несерьезная, но подушечка пальца будет долго восстанавливаться. Или по крайней мере покалывать. Смотря как залечить рану. Советы тяжело вздохнул, смотря на еле дышащее тело пианиста. В конце концов главное сейчас, что он жив. Поэтому, перекинув его через свое плечо, советы понес бывшего фюрера на улицу, после направляясь к своим ребятам и приказывая оказать ему первую медицинскую помощь, а после связать и положить в кузов. А то везти в штаб окровавленного фюрера было плохой идеей. Надо сохранить его прежний вид, чтобы тот был похож на самого себя и смог подписать договор. А точнее капитуляцию. А перед этим нужно было судить фашиста и там уже решить, как сложится его судьба. ....................................... Очнулся ариец в кузове машины, после чуть приоткрывая глаза и осторожно осматривать. Черт, его план с треском провалился, а бошка безумно болела. Ведь кожа на щеке была распорота и это приносило большие неудобства. Вместе с теми шрамами что у него уже имелись. Тут он понял, что он не может видеть одним глазом. А точнее, когда он его открывает, видит только темноту. Видимо ему так перевязали рану. Это тоже немного удивляло. Как и осознавание того, что его зачем то связали и еще куда-то везут. Пока у тройки не было предположений, зачем он нужен Советом. Но примерно он понимал, что это связано с остальными странами, что захватывал бывший фюрер. Возможно он увидится и со своими союзниками. Хотя по его предположениям их скоро должны были убить. Или же капитулировать, как и его. Возможно просто отберут их территории. По крайней мере ему точно надо увидится с Фашисткой Италией. Хотелось посмотреть в его гадкую рожу. Чтобы взгляд арийца навсегда впился в его память. До тех пор, пока тот оставался фашистом и не до конца перешел на сторону Европы. Все же Японская империя пусть и был своенравным и часто не подчинялся, в итоге он оказался более верным, чем итальянец. Тот был просто боязливой тварью, которая держалась за свою жалкую жизнь и подлизывался, лишь бы его не трогали. С такими весьма тяжелыми мыслями фюрер тяжело выдохнул, вздрагивая от боли, что словно ток насквозь прошибла его тело. Постепенно дорога укачивала его и он медленно начал погружаться в сон. Теперь уже сдаваться ему точно нельзя. Это будет слишком низко. Да и если он зачем-то нужен Советам, значит для него еще не все потеряно. По крайней мере он не позволит самому себе умереть от рук этого поганого русского. Это слишком унизительная смерть для него. Так что пусть тот делает с ним что хочет. Но нацист ни за что не сдастся. На этом третий и закрыл свои глаза, сваливаюсь на бок, а после засыпая. .......................... Немца грубо пихнули вбок, после чего взяли за руки, сцепленные веревкой и потянули на себя, вытаскивая арийца из кузова, а после надевая на него фуражку. Сонный Рейх же что-то пробормотал на своем языке, после чего резко задергался, начав вырываться и осматриваться -не глупи, Рейх. Все что можно, ты уже проиграл Донесся холодный голос Советов, который скрестил руки на груди и смотрел на нациста, что тут же оскалился, зло смотря на него. После чего нацист гордо распрямил плечи и сжал руки, чтобы ему было удобнее. Жутко хотелось поправить чуть смятую одежду и волосы, но это ему не позволялось в данный момент, поэтому он перетерпел, сверля в Союзе дырку -warum brauchst du mich, Union? Ich werde nicht nur aus deiner Laune hier sein. (зачем я тебе нужен, Союз? Я не буду здесь только по твоей прихоти.) Надменно подняв голову вверх, нацист продолжил наблюдать за союзом. Надо было подтвердить догадки и возможно узнать какую-либо информацию. Но Советы только хмыкнул. Он знал эту черту нациста. Выпытывать информацию, забавная краткие вопросы, а после пользуясь чужой болтливостью. Ведь этот черт мог так уболтать, что после и вовсе потеряешь рассудок и не остановишься, пока дьявол не выпотрошит твою душу и не узнает все потаенные секреты. Нацист был словно змей, что утаскивал в свои сети и выжимал до последней капельки, оставляя после себя только то, что осталось от эмоционального состояния собеседника. В этом мужчине мало кто мог противостоять. Но Союз не такой. Он прекрасно помнит контракт, что был предан и теперь точно не собирается раньше положенного отвечать на вопросы бывшего фюрера. Поэтому он кивнул своим солдатам и те повели фюрера за собой, иногда подпихивая его, чтобы шел быстрее. На что мужчина только огрызался и сильнее расправлял плечи, гордо ступая вперед. Все таки надо сохранять свой образ в любом случае. Нельзя просто сдуваться и показывать, что все, он проиграл и теперь его авторитет не имеет значение. Ему до сих пор не доверяли, а значит опасались. Значит его достоинство не полностью проиграно. Значит сейчас на него будет наставлено не одно дуло огнестрельного оружия. Ведь они трусы. Боятся его и не знают что ожидать. Ничтожества, которые боятся арийца. На нем до сих пор веревки, оружие, как заметил сам ариец у нескольких человек оружие в боевой готовности. Хах. Сразу видно, что ведут особую персону. Которая никогда не опустит свою голову и не преклониться ни перед кем. По крайней мере он постоянно твердил это себе. Все время пока шел он думал только о том, как бы не потерять свое достоинство. Еще промелькнула мысль о своих сыновьях, но он мигом сказал, что нельзя об этом думать. А то если начнут спрашивать, можно и нечаянно проболтаться. А его сыновьям нужен хотя бы какой-то шанс на существование и продолжение жизни. Они есть друг у друга. А о нацисте пусть думают как хотят. Ему к тому времени уже не будет позволено знать информацию о них. Спустя пару минут его привели в какое-то помещение. Видимо тут он будет существовать несколько часов, дней. Это уже ему неизвестно. Вздохнув, ариец присел на стул, что находился там же. Руки ему так и не развязали. Все же боятся. Он попытался поправить свою униформу, что получилось не очень. Это место уже раздражало его тем, что здесь было довольно грязно. То есть несовершенно. Ему даже хотелось убраться в этой комнате, главное не видеть эту пыль. Чем больше немец вглядывался в комнату, тем грязнее она казалась. Постепенно у Третьего создавалось ощущение, что стены давят на него, а воздуха в комнате становится все меньше и меньше. Так. Сейчас главное успокоиться и не думать об этом. Закрывв глаза он снова стал представлять себе, какое произведение сыграл бы, находясь сейчас у рояля. И вообще, насколько правильным было именно то, что он играл. Но тут его прервали шаги, доносящиеся за дверью. Тяжелые, грузные. Человек, который шел к нему явно был настроен весьма серьезно и решительно. Как и ожидалось, спустя пару секунд в дверях появился Советы, закрывая за собой дверь и подходя к нацисту -итак, Рейх. У меня есть пару вопросов. И тебе желательно ответить на них. Сам понимаешь, нежничать тут с тобой никто не будет. Итак. Почему ты остался в Рейхстаге и где оставшиеся люди? Принц поднял взгляд на русского. Да уж. Никак не ожидал он такого расспроса с самого начала. Поэтому слегка нахмурился, после чего злобно оскалился, обнажая свои острые зубы -russische Männer sind in Gefangenschaft, wenn du es vergessen hast, Russe. (Мои люди в плену у русских, если ты забыл, русский.) Сухо ответил он, после смотря на Совета, который только сильнее напрягся, смотря ровно в красные глаза агрессора, что словно не замечал того, что он в плену. Это изрядно подбешивало Совета. Видимо бывший фюрер не понимал серьезности своей ситуации. Значит надо напомнить ему об этом. Спустя пару секунд четкий и сильный удар прилетел в челюсть нациста, роняя его вместе со стулом. Тот ничком упал на пол, после хрипло кашляя и смотря в пол. С его губ стекла алая струйка крови, после чего раздался хриплый кашель, а сам он поднял голову, смотря на Союза и приподнимаясь, принимая более менее устойчивое положение. На его губах сверкала жуткая улыбка. Зрачки сужены, а зубы обнажены. Кровь стремительно течет с лопнувшей губы, стекая по подбородку. Довольно таки жутко выглядит. Но обоим такое видеть не впервые. Так что Советы хладнокровно наблюдал за фюрером, пока тот смотрел на союза. Постепенно вена на лбу СССР вздувалась. Его только больше бесил нацист своей гадкой улыбкой и выражением лица. Он словно издевался над мужчиной. Не показывал слабость как остальные допрашиваемые. Никогда не затихал когда он заходил. Как обычно делали это остальные страны в его присутствии. Тройка словно специально выводил его из себя. Иногда это мешало ему и в итоге провоцируя красноармейца, нацист добивался своего. Но сейчас можно было отыграться на арийце. Пусть это несколько аморально и неправильно. Плевать. Главное стереть эту жалкую ухмылку с чужого лица. Чтобы тот умолял о пощаде и смотрел на него бездонными и пустыми, словно стеклянными глазами. Как кукла, с которой можно делать абсолютно все, что захочется. Поэтому ариец был схвачен за воротник и практически подвешен в воздух, заставляя слегка задыхаться от давящего ощущения на шее, что создавала его собственная одежда. Фюрер сразу же запротестовал, начав вырываться из цепкой хватки и стараясь ударить Совета по животу, ребрам и так далее. Но лишь извивался, делая себе только хуже. После чего он гордо посмотрел на союза, резко плюя кровью ему в лицо. От арийца послышался тихий рык, но сам он перестал рыпаться, наблюдая за следующей реакцией красноармейца. СССР застыл на месте, осознавая то, что сейчас этот наглый немец просто плюнул в него. Это окончательно доводило его. А он еще планировал оставить его в покое, оставив всего лишь пару ударов. Глубоко вздохнув, он вытер кровь со своей щеки, с омерзением вытирая руку о подол своей формы. После, глубоко выдыхая, он казалось было спокойно посмотрел на арийца, что сейчас безвольно висел в воздухе, перестав вырываться. Буквально через секунду тело арийца было прижато к стене, а союз беспорядочно наносил удары по его телу, пока тот корчился и стискивал зубы, пытаясь не издать ни звука. Но все же он был не в лучшем состоянии, так что через пару минут из его груди послышался сдавленный хрип, после перерастающий в кашель. Все же он сейчас был ближе в человеку по своей физиологии, а значит удары переносил более болезненно. А СССР совершенно не щадил его, выбивая каждый хрип из его груди и только наслаждаясь этим. Где же твое самообладание, Совок? И все обещания, что ты дал самому себе? Надо не поддаваться на провокации немц.... Арийца! Ты же знаешь, что ему надо. И знаешь, что так ты не выбьешь из него информацию. Но нет, удары все ещё приходились по худому телу до тех пор, пока до него не дошло, что тело арийца не шевелится уже как несколько минут. Осознание пришло к нему только через пару минут после того, как он опустил его на пол. Выругавшись себе под нос, он перетащил его полностью на пол и переложил на бок, чтобы кровь не залилась ему в легкие. Жизнь нациста до сих пор была важна. Но возится с ним он не собирался, поэтому просто вышел из комнаты, почти сразу же закуривая новую сигарету. Ему нужно хоть как-то расслабиться и научить управлять своими эмоциями. Он тоже был жестоким диктатором, как и Рейх. Вот только его таким не считали. Просто все остерегались его, но диктатором не считали. Просто знали, что лучше не стоит соваться к нему. Он же не псинка, что просто гавкает и портит воздух всех остальным. Великий союз.. Вот только правду часто искажают. Да, он герой, спас мир от этого безобразия. Но никто не раскрывает, как это было сделано. Знают только то, что он освободитель. А дальше копать никто не собирается.