Блуждающие.

Кватра ходил из стороны в сторону, стараясь разглядеть что-то новое, в уже вдоль и поперёк изученном здании. Так как на какое-то время, не мог посещать двадцать четвёртый этаж днём, он решил вновь, в поисках новых секретов, исследовать двадцать третий этаж. Этот этаж, в контраст своему адскому подземелью, был весьма дружелюбным. На его просторах практически не встречали враждебные мобы. То тут, то там, были расположены озёра, а ветер приятной прохладой обмывал каждого на своём пути. Вопреки ожиданиям, на этаже не было расположено ни одного города, или даже захудалой деревушки с жителями. Вот уже три этажа не было новых жилых пунктов. С двадцать первого под двадцать четвёртый, игроки не обнаружили ни одного. Последний ныне открытый этаж уже был полностью исследован, позволяя понять, что на просторах полей, не было даже одного жилого здания. Зато заброшенных было навалом. И в каждом из них был потенциал сокровищницы с интересным лутом. Одну такую, потенциальную сокровищницу, ранее должным образом не осмотренную, Кватра и проверял. За первые несколько заходов, ничего стоящего найдено не было, но зато спустя каких-то пару часов топтания в небольшом здании, искатель таки нашёл искомое. Небольшой книжный стеллаж, спустя множество вариантов расположения книг, двинулся. Виола, ответственная за появление Улько в сфере искателей сокровищ, скорее всего покрутила пальцем у виска, когда ей сказали, что этот книжный стеллаж был частью механизма. Он был слишком хорошо замаскирован. Для одного только нахождения книг пришлось перерыть весь дом, найдя два тайника. А их ещё и нужно было расположить в определённом порядке, на определённой полке. Для почти любого игрока это была сложная многоступенчатая головоломка, без единой подсказки. Но для Кватры, это очевидная последовательность действий, для получения результата. Он видел всё это как на ладони. Можно было понять, что такая лёгкость решения, убивала весь интерес в поиске сокровищ. Но это было не так, каждая такая задачка, даже с самым очевидными решением, вызывала удовлетворение при своём решении. Экс-Арранкар, не мог до конца сформулировать в чём именно было это удовольствие, но оно точно было. Иначе он бы не стал заниматься подобным на протяжении столь долгого времени. Скользнувший стеллаж, открыл путь в подвал, который Улько приметил ещё при первых шагах по полу этого дома. Уже тогда стало очевидно о наличии чего-то большего под этим зданием. С небольшой, едва заметно улыбочкой, он спустился по каменным ступенькам, оглядывая небольшой винный погреб. Он был по большей части пуст. Но не полностью. Всё ещё, словно забытые в спешке, в нём находилось несколько бутылок спиртного, что можно с немалой ценой продать в одном из городов какому-нибудь НПС. Долго не церемонясь, Улько отправил всё что мог в инвентарь и простучав стены на потайные проходы покинул глубинное помещение, а следом и сам дом. На улице, его уже ждала Виола, ранее рассказавшая об этом месте. — Ты и здесь что-то нашёл. — Это был не первый раз, когда Кватра находил что-то там, где остальные ничего не могли даже подметить, а потому девушка не была удивлена, уже привыкнув к подобному. Ещё ни разу пришедший на новое место Кватра, не уходил с пустыми руками, каким бы скупым на скрытый лут и сокровища не казалось то место. — Что хоть нашёл? — В доме было пару тайников, один в стене кухни, для открытия которого пришлось приготовить блюдо из некоторых находящихся на кухне продуктов. Второй был в спальне под кроватью. В них были книги. Если разместить их определённым образом на стеллаже в гостиной, чтобы слова на корешках образовали название первой главы первой книги, то откроется проход в скрытый винный погреб. Очередное доказательство его не простой увлечённости этим делом. Так много говорить, он мог только о вещах, которые ему по-настоящему нравятся до глубины души. — Продашь их или отдашь Атаману? — Отдам, он продаст дороже. С нетерпением, словно даже не до конца услышав ответ, она сказала. — Я знаю, это не прилично, спрашивать такое. Но вы, в смысле ты, Узуки и Учива, знакомы с Атаманом в реале? — Девушку уже долгое время беспокоил этот вопрос, диалоги, между этими четырьмя, всегда казались ей словно… даже не до конца понимая в чём причина, она чувствовала себя лишней, когда завязывался диалог между ними. —Ты не подумай! Если не хочешь отвечать, то не говори! — Атаман наш опекун. — Опекун?! Кватра, увидевший в восклицании только вопрос, спустя пару секунд тишины ответил. — Это человек, который должен исполнять обязанности родителя для несовершеннолетних. — Да ему же на вид едва ли двадцать пять… — Виола находилась в прострации, даже не услышав ответа собеседника. — Учитель намного старше чем кажется. Он старше чем ты. — Ха? И сколько же тогда мне по-твоему? — Около двадцати трёх. — Слишком точно! Ты точно человек? — Нет. Виола только покосилась на бледного подростка скептичным взглядом. — Атаман тоже работал учителем, до всего этого? — Ничего кроме самого на и тапорнейшего перевода темы, она придумать не смогла. — Нет. — Улько, своими максимально короткими и односложными ответами лучше не делал. — А почему тогда ты назвал его учителем. — Очередная попытка продлить диолог. — Он меня обучает. — Очередной максимально короткий ответ. Будь Виола не знакома с этим подростком, точно бы посчитала что он таким оброзом пытается нахамить или отгородиться от неё. Знание что он умеет говорить длинными предложениями, как парой минут раньше, лучше не делало. Но на деле, ничего о чём можно было подумать, её собеседник не подразумевал в краткости своих ответов. Он просто не мог иначе. Говорить для него подобным образом, так же естественно, как для неё дышать. — [Что за родители воспитали подобное в своём ребёнке? Атаман? Нет, я с ним говорила, у него не мог вырасти подобный ребёнок, там бы скорее вышло что-то вроде Учивы. Хотя… Бывало что-то не самое приятное проскакивало в нём. Может расспросить? Не зря же я исполняла роль школьного психолога. Это моя работа, помогать таким замкнутым в себе детям!] — Ведомая своим воодушевлением она продолжила свой опрос. — А как давно ты попал к Атаману? — Мне было одиннадцать, когда моих родителей убили, тогда же я и повстречался с ними. — [Бедняжка! Так вот почему он так замкнут, у него убили родителей! Надеюсь, он этого не видел… Вот чёрт, надо срочно перевести тему, он, кажется, ушёл в воспоминания!] — Правильно интерпретировав чуть рассевшееся внимание собеседника, Виола вновь поспешила перевести тему. — А Узуки и Учива, ты не знаешь как они… ну попали к Атаману. Ответ не заставил себя ждать. — Родителей Наруто убили ещё когда он был младенцем, тогда же он и попал на попечение к Учителю. Молчание чуть задержалась, а потому Виола попробовала подтолкнуть Кватру говорить дальше, только бы услышать что-то по позитивней, только что сказанного. — А… — Но это было лишним, в тот же момент подросток продолжил. — Учива попала к ним позднее, когда ей было шесть, всю её родню убил её старший брат. Учитель был не в ладах с её семьёй, но она дружила с Наруто, так что он согласился её принять. — [Да что же это такое-то?! Что не воспоминание, то смерть родителей. Стойте! В смысле брат?! Аргх!] — Даже до конца облечь в мыслях всё своё мнение об подобных ситуациях, не получалось. Рисковать и дальше переводить тему, Виоле не хотелось и поэтому она молчала. Шанс того что она очередным вопросом пройдётся по кровавой мозоли слишком велик. Но на сколько это было правильным решением, в угоду психической стабильности подростка, с её стороны. На столько же это было нелегко. Как только диалог окончательно завял, она стала раз за разом перебирать всё только что услышанное. И с каждым витком мысли, появлялись всё новые и новые вопросы. Как серьёзные, вроде, насколько же психами была эта тройка, нет четвёрка, Атаман такой же. Ни один здравомыслящий человек не мог отпустить своих подопечных на вольные хлеба в этой игре, с настоящим риском смерти. Так и менее серьёзны, вроде, Каким образом Атаман выглядит столь молодо в свои, в лучшем случае около тридцати пяти. Ранее она этому не придавала внимания, но теперь с новыми вводными… Та улыбочка, с которой Учива режет мобов, эмоциональность камня Кватры и постоянная опека по отношению к Учиве от Узуки, скорее всего даже не замеченная девушкой, играли совершенно в ином свете. На фоне всех этих размышлений, мысль о неправильности расспроса сокомандника о том мире, по ту сторону нейрошлемма, уже и не беспокоила Виолу. Будем честны, в тот момент, как опция выхода пропала, мир САО стал для многих столь же реальным, как и настоящий, а потому грань понемногу стиралась. И не только у тех не многих принявших этот мира, а у всех игроков. Теперь ей всё же хотелось продолжить расспросы, чтобы... а чтобы что? Чтобы сдать Атамана органам опеки? Не, поведение его подопечных конечно заставляет задуматься, но-о-о... В то же время, чётко формируется мысль, в их смерть в этой игре не особо вериться. Это должна была быть заслуга их опекуна, раз смог вырастить столь сильных не только в силе сколько в воле детей. Не пересчитать сколько человек не смогло пережить заточение здесь, сведя счёты с жизнью. Эти же с первых дней, уже были на переднем крае. И дети и их опекун смогли занять высокое место в этом мире. Виола готова поверить что они внесут огромный вклад в прохождение Айнкрада, выгрызая свободу из безвыходной для смирившихся ситуации. Может это и есть правильное воспитание, когда твои дети не ломаются под напором судьбы, а с первых секунд невзгод, невзирая на невзгоды, прокладывают дорогу? Вдруг Виола поймала себя на мысли, что шагает одна. Кватра до этого шагавший рядом куда-то пропал. При первом же осмотре, он обнаружился у пальмового дерева, расположенных по всему этажу. О любви к этому продукту у Кватры, она уже знала, а потому подбежала, не дав использовать взрывное копьё для сбивания кокосов, вместо этого использовав своё, не взрывающееся при любом контакте с чем бы то ни было. Уже передав в руки добытый плод, она решила что хочет побольше узнать о всех четверых. Хотя бы для себя и своего праздного интереса.