Смертельно живые 2. Душа вампира

      Очнулся Эллиот от слишком громкого пения птиц, доносящегося из окна, в которое лениво бился рассеянный солнечный свет. Юноша зажмурился, сглотнув слюну, чтобы смочить саднившее горло. Чувствовал он себя, откровенно говоря, паршиво. Парень искренне надеялся на то, что всё произошедшее с его ногой и капканом было не более, чем сном, однако резкая боль в сломанной конечности говорила об обратном. Эллиот тихо заскулил от осознания абсурдности произошедшего. Видимо, судьба и вправду сама силой снова толкнула его на столь смелые приключения. Сначала костяные пауки и Шиза, а затем древняя богиня и теперь поиск филактерий лича вместе с путешествием в лес, где по слухам расхаживает оборотень-ликантроп. Эллиот посильнее завернулся в одеяло и, превозмогая боль, как мог, согнул ноги в коленях. Юноше сейчас хотелось расплакаться от страха и беспомощности. Не готов он был к таким поворотам судьбы и не хотел расставаться с собственной жизнью, вырванной когда-то давно из лап самой Смерти. Эллиот судорожно вздохнул, борясь с собственной слабостью, и явно одерживая проигрыш в этом внутреннем сражении. Сейчас парень больше походил на брошенного на произвол судьбы маленького ребёнка, а не на сильного и мощного ракшаса.       Эллиот так бы и провалялся до конца своей никчёмной жизни неизвестно где, сжираемый изнутри, словно кровожадным паразитом, своими мыслями, но тут одна вещь переключила его внимание от самобичевания. Нос юноши учуял отчётливый сильный запах псины, как и тогда в доме у лесника. Парень поёжился и прикрыл нос одной из рук, покосившись из небольшой щёлки в одеяле на выход. Он ожидал увидеть питомца хозяина, уже представляя гигантскую косматую овчарку, способную завалить в одиночку целого медведя, однако на пороге стоял сам хозяин дома.       Одет он был почти так же, как и в их первую встречу, а на его лице красовалась неизменная приветливая улыбка. В руках у лесника находился поднос с глубокой тарелкой, наполненной бульоном, приятный запах которого заставлял пустой желудок юноши недовольно ворчать, будто бы выпрашивая столь желанную еду. - Доброе утро! Как спалось? - Приветливо воскликнул Том, постепенно приближаясь к кровати Эллиота. - Нормально, - пробурчал себе под нос парень и накрыл лицо подушкой, пытаясь избавиться от нарастающего неприятного собачьего запаха. - Я принес тебе еды, и сменные бинты. Нужно осмотреть твою рану и перевязать, - продолжил лесник. - Нужно вызвать скорую и отвезти меня в больницу, - огрызнулся Эллиот, - а не заниматься самолечением. Последняя фраза оставила на языке юноши ностальгический привкус боли от весьма варварских, но эффективных методов врачевания Евы. И, если, парень всё еще не в палате, значит его ногой займётся костлявый изверг. В голове Эллиота буквально на несколько секунд возникли картинки зверского вправления и сращивания перебитых костей. Кровь почти мгновенно отступила от его головы и ушла в ноги, отдаваясь неприятным покалыванием. - Боюсь, это будет немного проблематично, да и среди твоих друзей нашёлся вполне неплохой врач, - ответил лесник, будто бы намеренно подтверждая догадки Эллиота.       Парень сглотнул, стараясь как можно меньше показывать свой страх перед грядущими событиями, однако выходило у него весьма плохо. Лесник не видел округлившиеся от испуга и неопределённости глаза юноши, но прекрасно его представлял, и от этого улыбка на его лице растягивалась еще сильнее. Том поставил поднос на прикроватную тумбу и, нависнув над Эллиотом, отодвинул в сторону одеяло, осматривая полученное ранение. - Не переживай, я часто помогаю животным выбраться из похожих капканов, и вполне неплохо обрабатываю их раны, так что и твоя нога будет, как новенькая, - успокаивал юношу хозяин дома, поглаживая по посиневшей конечности. - Но я не животное! - Сорвался на фальцет Эллиот, пряча сквозь боль ногу в складки одеяла. - Какая разница, если мышцы, кости и связки срастаются одинаково, - пожал плечами лесник и резко притянул его ногу к себе. Эллиот зажмурился от проникнувшего в его нос резкого запаха мокрой псины вместе с металлическими нотками собственной застаревшей крови. Желудок сжался, вызывая рвотные позывы. - Что случилось? Больно? - Подметил нарочито обеспокоенным тоном лесник.       Юноша кашлянул, отрицательно покачав головой. От едкого неприятного запаха все остальные ощущения в теле у Эллиота отодвинулись далеко на задний план. Парень в который раз уже жалел о том, что может по собственному желанию отказываться от весьма острого обоняния ракшаса. - Я понимаю, что жизнь в лесу тяжелая, но одежду можно стирать и почаще, и не спать вместе с собакой, - выпалил Эллиот, между тем тут же зажавший себе рот, чтобы подавить рвотные позывы. Томас удивлённо поднял брови, понюхал рукав своей кофты. От него пахло хвоей, землей и отдалённо мылом, но не как не зловонием. Лесник приложил руку ко лбу Эллиота. - Вроде, температуры нет, - пробубнил он себе под нос, - странно тогда… Пожав плечами, он принялся неспеша очищать от грязи ногу юноши и обрабатывать края ран, оставшихся от острых зубьев капкана. - Видимо, от боли у тебя пошли галлюцинации. От меня не пахнет собаками, да и домашних животных дома не держу. Они в лесу - лишняя обуза, - с улыбкой проговорил хозяин дома. Эллиот обмяк от весьма неожиданной информации и еще раз принюхался. Гадкий запах оставался на месте, как бы юношу не пытались переубедить обратно. Он даже немного приподнялся на локтях, щурясь от весьма сильной боли, чтобы убедиться в своей правоте. Но тут, как бы случайно, Томас сильнее надавил пальцем на открытую рану, заставляя парня сдавленно вскрикнуть и повалиться на кровать. - Где все остальные? - Продолжил спрашивать лесника юноша, как только оправился после боли. - Они ненадолго вышли, решили изучить территорию леса, пока еще светло, - небрежно бросил Том, сшивая края раны между собой так, будто бы делал это уже миллион раз, уж больно обыденными были его движения. Эллиот всё это время кривился, закрывая себе рот подушкой, чтобы не кричать и не глотать смрадный воздух. Однако, чем дольше растягивал процедуры лесник, тем более привычной становилась боль, превращаясь в некое подобие белого шума, заглушающего все остальные ощущения и мысли. Томас отрезал кусок бинта и, обернув несколько раз вокруг опухшей ноги, завязал, оставляя бедную конечность в покое. - На этом всё, если, что будет нужно, зови, - улыбнулся хозяин дома. - Мне бы…костыли тогда, - буркнул парень, пряча свой нос в складки одеяла. Однако реакции на его слова не последовало. По-видимому, это никто не услышал, или же лесник сделал вид, что не обратил никакого внимания на просьбу гостя.        В любом случае, Эллиоту было сейчас не до этого. Как только хозяин дома ушёл, парень тут же привстал и, опираясь на небольшую прикроватную тумбу, распахнул единственное окно, чтобы впустить в насквозь пропахшую псиной комнату свежий лесной воздух. Парень глубоко вдохнул, наслаждаясь тонкими ароматами хвои, свежей листвы и тёплого солнца, однако радость его было недолгая, так как его комната была на чердаке, а, значит, самостоятельно спуститься и выйти к ребятам не получится. Он вздохнул, ощущая себя запертым в узком пространстве чужой комнаты, словно тигр в клетке. Невольно ему вспомнились хищники, блуждающие взад-вперед по своим вольерам в цирке. Он часто их видел, будучи маленьким, когда посещал тётю, и всегда хотел выпустить на свободу, представляя, насколько несчастна их жизнь в неволе. А потом детский альтруизм сошёл на «нет» ровно тогда, когда он узнал о том, что эти животные не выживут в дикой природе. Добрый дрессировщик объяснил ему, что хищники были выращены в неволе, и уже привыкли к тому, что человек им дает пропитание, воду и физическую нагрузку, поэтому никуда не убегут из привычного дома.       Эллиот посмотрел на заботливо оставленную еду и, отодвинув от себя поднос, уселся на кровать. Раннее разгоревшийся аппетит сейчас был полностью поглощён не самыми радужными мыслями. Юноша до сих пор не мог уложить в голове, почему его не отправили в больницу. Повреждение серьёзное, от наложения шины и швов ноге явно лучше не станет. К тому же, это не огнестрельное ранение, а просто неудачное стечение обстоятельств и капкан, ничего криминального, скрывать ничего не требовалось бы. Навряд ли все настолько были поглощены идеей поимки неизвестного ликантропа, что решили вот так вот бросить его практически одного. В голову Эллиота потихоньку стали пробираться самые тёмные мысли, затмевая собой любые попытки думать позитивно. Он схватился за волосы, несколько раз помотав головой. Пожалуй, лучше стоит дождаться возвращения остальных, и уже у них выведать ответы на все интересующие вопросы, а не гадать в неизвестность.        Но, сколько бы парень не ждал, так никто к нему в комнату не поднялся ни сегодня, ни завтра. Несколько раз только заходил Том. Он менял повязки, приносил свежую еду и помогал спускаться в ванную комнату, но дальше себя никуда не отпускал. Эллиот взволнованно спрашивал, где же остальные, на что получал разные и весьма расплывчатые ответы о том, что они решили разбить в лесу лагерь, чтобы наверняка поймать чудовище, а своего товарища оставили на попечение хозяину дома, чтобы лишний раз его не тревожить Эллиот кивал, мысленно понимая друзей, ведь это он изначально так сильно рвался домой и никуда не хотел идти, и именно из-за его пробудившейся трусости случилась трагедия с капканом. Если раньше от парня была хоть какая-то польза в поиске информации, то теперь, с появлением почти всеведущей Румпель, он стал обузой. Осознание этого тяжёлым камнем упало на сердце Эллиота, придавило суровой правдой, от которой ему уже некуда было бежать.

***

- Элличка! Ты где? А ну вылезай! Я в такие прятки не играю, - надула губы Шиза, по второму кругу осматривая каждый мельчайший закуток в доме лесника. - Сколько раз тебе говорить, что его отвезли в больницу со сломанной ногой, - с раздражённым вздохом ответила ей Динь. Девушка сидела неподалёку и перебирала собранные травы, которые, согласно найденной литературе и словам отца, должны помочь справиться с оборотнем. -Не может такого быть, - снова принялась за своё вампирша, - я чувствую его запах где-то неподалёку. Он прячется от меня. Она принюхалась, прикрыв глаза и, представив себя в роли собаки-ищейки, упала на пол и ползком попыталась взять след. - Я так больше не могу! - Прохрипела монашка, - ещё один день с ней я не вынесу. - Да ладно тебе, подумаешь, ищет Элли, хоть ничего еще хуже не вытворяет, - усмехнулся вышедший с кухни Охотник с чашкой чая в руке. - Мне уже этот болван снится по ночам. Такое ощущение, что он где-то плачет, скребётся и зовёт на помощь. А всё из-за её пряток, - буркнула Динь, ткнув пальцем в неугомонную вампиршу, - каждый день одна ищет его, и это уже начало влиять на мои мозги. -Эй, Шиза, не хочешь со мной сыграть в одну интересную игру? - Решила переключить внимание Шизы монашка.        Девушка достала из кобуры револьвер и вставила в него одну пулю. Шиза немедленно остановила все свои розыскные работы и заинтересованно посмотрела на Динь. Играть вампирша очень любила. - Называется она «Русская рулетка». Правила просты, нужно всего лишь… Не успела Динь закончить свои объяснения, как тут же ей в затылок прилетела подушка. - Прекрати, - ледяным тоном произнёс Август, которому которую ночь тоже не спалось, как и девушке. Лицо его, и без того бледное, осунулось ещё больше, а под глазами появились большие синяки, делающие священника похожим на ожившего мертвеца из видеоигр. - О, Господи! - Вскрикнул Охотник, обернувшись на появившуюся в дверном проёме чёрную тень нефилима, - Вам бы, отче, отдохнуть немного не помешает. - Некогда предаваться праздности. Мы сюда приехали делами заниматься, а не на курорт, - устало вздыхая, ответил священник.       Август уже которую ночь вместе с личем в подряд патрулирует местность вместе, чтобы найти хоть какие-нибудь признаки существования оборотня. И, судя по тому, насколько долго они задержались у весьма радушного лесника, поиски оставались безрезультатными: ни клочка шерсти, ни косточки, ни отпечатка лапы - ничего, кроме размытой фотографии из интернета. И это уже потихоньку начинало мужчине надоедать. Да еще и это недоразумение умудрилось в капкан попасть по собственной глупости. - Вы звонили в больницу? Не знаете, когда Эллиот поправится? Мне кажется, что здесь ловить нечего, а рассказы про ликантропа - не более чем городская байка, - произнёс Август, - нужно брать его под мышку и улетать. - С этим всё немного сложно, - ответила Румпель, клацкающая ноготочками по экрану смартфона, - я обзвонила все близлежащие больницы, однако наш дорогой пациент ни в одну не поступал. Возможно, конечно, лесник решил увезти его подальше, где врачи лучше, однако что-то я в этом сомневаюсь. - Вот-вот, я тоже того же мнения. Элличка просто сбежал из больницы и теперь где-то прячется в доме, наблюдает за нами и хохочет, - закивала Шиза. - В любом случае, нам нужно забирать нашу кошечку и уезжать, здесь ловить нечего, - хрипло заключил Охотник. - Какую кошечку? - Раздался удивлённый вопрос.       Все остальные переглянулись и задержали взгляды на стоящем в дверном проёме леснике. Судя по тому, что юноша еще не снял свой плащ, он только недавно пришёл, и не застал всего разговора. А, может быть, и всё слышал. Том передвигался крайне бесшумно и почти незаметно, будто хищник, поэтому не всегда можно было догадаться о его присутствии. В воздухе застыло неловкое молчание, прерываемое щёлканьем маятника от настенных часов. Ребята переглядывались, будто разбившие любимую мамину вазу дети, судорожно обдумывая, что бы такого сказать в свое оправдание. - Я что-то не то спросил? - Продолжил интересоваться недопонимающий сложившейся ситуации лесник. - Да нет, просто мы тут обсуждали кота, которого Август оставил на передержке дома, - решил-таки извернуться Охотник. - О, Август! Так у тебя был кот? А я думала мы про Эл…- Рот Шизы тут же заткнула большая мужская рука, чтобы вампирша не сболтнула лишнего. - Кстати, пока Вы тут, Том. Не подскажете, в какую больницу Вы отвезли нашего друга Эллиота? - Решила переключить внимание на более важные вопросы Румпель.       Мужчина на несколько минут задумался, нахмурившись, будто пытаясь вспомнить что-то весьма важное, а потом с шумным выходом произнес. - Вижу, что Вы - женщина серьёзная и наверняка уже обзвонили все близлежащие больницы, поэтому врать мне нет смысла. Он виновато опустил глаза в пол, сжав руки в кулаки. С его лица исчезла светлая улыбка, служащая ярким солнечным лучиком среди этой кромешной тьмы непроглядного леса, фигура заметно осунулась. Было и без слов понятно, что лесник собирался рассказать нечто весьма неприятное. Остальные замерли, приготовившись слушать Тома, а Шиза, любившая Эллиота больше всех присутствующих заметно напряглась, подумывая о самом страшном. Лицо её вытянулось, а от былого чудачества не осталось и следа. - Я действительно изначально вёз его в больницу. Однако в машине, как только мы скрылись с ваших глаз, Эллиот стал слёзно просить, чтобы я помог ему сбежать. Он говорил, насколько устал, что не подписывался на такие опасные путешествия, дрожал, причитая, что не хочет умирать. И я поддался на его уговоры, снял ему комнату в мотеле и купил билеты до Ирландии. Мне стыдно было признаться в своей мягкотелости. Скорее всего, Эллиот сейчас уже находится в кругу своей семьи и залечивает ногу, - тихо произнёс Томас дрожащим от собственной вины голосом. - И он сбежал с таким переломом ноги? - Вопросительно изогнула бровь Румпель. Она не верила леснику. Уж больно много недочётов было в его рассказе. - Превозмогая боль. Видимо, уж больно он хотел покинуть этот лес. Но это не мудрено, многие так делают, - пожал плечами лесник, - помню, как один смельчак-охотник тоже угодил нечаянно в капкан и сам выполз из чащи. - Элличка не мог сбежать! Он не такой! - Прокричала в отчаянии высвободившаяся Шиза. - А что же он хотел сделать перед тем, как попал в капкан? - остановила её рукой Динь, - подумай хоть раз головой. Этот парень только и делал, что постоянно ныл о том, как ему страшно, что он ни на что не подписывался, и вот, когда представилась возможность, сбежал, трусливо поджав хвост. - Не правда! Я Элличку лучше знаю, мы с ним прошли и огонь и воду и..и…- Вампирша сорвалась на фальцет на последних словах, желая отстоять честь своего друга. - И он правда мог это сделать, - заключил Охотник, - Шиза, посмотри правде в лицо. - Августушка, ну ты-то, ты-то, - взмолилась вампирша. Она посмотрела на мужчину цепким, полным мольбы взглядом, беспомощно прося его о помощи. Священник молчал. Бессонные ночи совсем лишили его сил, поэтому он просто заснул, усевшись в одно из кресел. Август уже ничего не слышал, и не хотел знать, его организму требовался отдых. Девушка протянула руку, чтобы разбудить его, но в последний момент остановилась, одёрнув себя. Она решила не беспокоить мужчину, уж больно измученным он был.       Лесник подошёл к ней и, пытаясь утешить, нежно погладил по голове. - Я понимаю. Больно, когда таким образом бросают друзья, но это был его выбор. Эллиот сам захотел вернуться к родным. Он мне их описывал, представляя, как вернётся к тётушке, пойдёт по её стопам и станет известным цирковым артистом. Шиза опустила голову и всхлипнула носом, сдерживая слёзы, закрывшие глаза плотной пеленой. Вампирша не хотела верить в то, что её обожаемый Элличка мог так бессовестно поступить, ведь он всегда был рядом, поддерживал и никогда не сдавался. Парень и раньше мог уехать в любой момент, однако же всегда возвращался и продолжал помогать. Да, он был труслив и чересчур осторожен, однако всегда был готов подставить своё плечо поддержки. Невольно Шиза вспомнила про неожиданное предательство Охотника, ловко когда-то втеревшегося в доверие. Возможно, и в этот раз история решила повториться. Слова Тома, подкрепляемые опытом прошлого, в голове девушки звучали всё более и более убедительнее, а его тёплая тяжёлая ладонь растекалась приятной успокаивающей волной, словно шепчущей на ухо о том, какой Эллиот предатель. - Что ж, прошлого не воротишь, а вам нужно набраться силами. Я тут вам кое-чего принёс из города, думаю, вам понравится, - лесник улыбнулся и откинул уголок ткани, прикрывающей большую плетёную корзинку. Внутри находились овощи, куски свежего тёмного мяса и ароматные пирожки.       Шиза сразу же дёрнулась, сгорая от любопытства, и облизнулась, переключив своё внимание на еду. Уж больно сладко пахли кусочки мяса. Зрачки ее глаз расширились, будто она сейчас вдохнула нечто запрещённое, а радужка засияла ровным голубоватым светом. Девушка облизнула свои пересохшие от долгой жажды губы, представляя себе, как впивается клыками в это мясо и наслаждается стекающей вниз по глотке свежей кровью, подобной самой амброзии. Эти перемены в Шизе не могли заметить остальные. Узкая, но тяжёлая ладонь Динь накрыла ее глаза, а вторая обвила грудь и потянула к себе, предотвращая возможную трагедию. Том не должен был узнать, кем на самом деле являлась Шиза. - А что это за мясо такое? - Спросил Охотник, удивившись изменениям в вампирше. Раньше она так не реагировала на продукты. - Говядина, - не задумываясь ответил Том, - что ж, пойду я тогда приготовлю ужин, думаю, вам нужно побыть наедине со своими мыслями после всего услышанного. Лесник, ловко прихватив корзину, ушёл на кухню. И только тогда, убедившись в том, что вампирша не растеряла оставшийся рассудок, Динь осторожно опустила её. - В следующий раз ты будешь путешествовать связанная в гробу, - прошипела монашка. - А это неплохая идея, - хрипло ответил проснувшийся священник, - только, знаю по собственному горькому опыту, с ней не сработает, нужно что-то более весомое. Шиза, охнув от недовольства, демонстративно показала всем язык и отвернулась. - Какая плотоядная муха тебя укусила? Ты чуть не набросилась на эти куски мяса! - всплеснул руками Охотник. - Они…Просто так вкусно пахли, что я не могла ни о чём думать, кроме этого. Я даже чувствовала кровь, что находилась внутри. Она так сладко шептала мне: «Выпей меня всю, сделай это мясо бледным и сухим», - протянула Шиза, проглатывая, скапливающуюся во рту слюну. - Ты ж, вроде, не так давно пила кровь какого-то животного. Зачем тебе этот кусок говядины? - Недоумённо спросил Охотник. - Не знаю, - покачала головой Шиза, - это мясо пахло не коровкой. - А чем? - Поинтересовался священник. - Человечком, - виновато опустила взгляд Шиза. - Наверное, тебе померещилось, - вздохнула Динь Вампирша промолчала, уткнувшись глазами в пол, и вздохнула, подтверждая тем самым слова монашки. Шиза не была уверена в том, что в корзине лесника и вправду лежит человечина, ведь ей так и не дали попробовать. Вполне вероятно, что девушке могло всё и вправду показаться от того, что она слишком давно не пила нормальной крови. - К чёрту это мясо! Румпель, что там дальше у нас по плану? - Крикнул Охотник, обернувшись на женщину.       Она стояла, прижавшись к стене с одновременно мрачным и задумчивыми выражением лица, переваривая всю полученную информацию и соотнося факты между собой, чтобы сплести одну единственную золотую нить правды. Руки ее машинально, по привычке, вытянулись вперед, а пальцы стали перебирать невидимое веретено и тянуть тонкую пряжу. Что-то в этой истории не склеивалось: вечные попытки отыскать Эллиота Шизой, кошмары, мучающие не только Динь, но и её с Августом, внезапный побег юноши и странная реакция вампирши на мясо лесника. Вроде бы, история выглядела гладкой, логичной, но при малейшем рассмотрении, стали вылезать тонкие трещинки-несостыковки, как в склеенном при монтаже видеоряде. Румпель откинула голову назад, прикрыв глаза. Ей нужно было больше времени на раздумья. - Останемся на еще один день здесь и, если ничего не обнаружим, то полетим обратно, - проговорила она. - За Элличкой! - Бодро добавила Шиза. - Ты его не устаёшь подталкивать на решительные шаги, - усмехнулся Август. - На какие? - Переспросила девушка. - На большие и быстрые. Из дома, - ответил с усмешкой Охотник. Вампирша обиженно вдохнула ртом воздух, словно рыба, выброшенная на сушу, и отвернулась.       За обсуждениями время пролетело почти незаметно, Том уже приготовил ужин и позвал всех к столу. Конечно, компании было неудобно от того, что лесник всё это время был сродни домашней прислуги: готовил, убирался, предоставлял чистое белье и сопровождал по лесным тропкам, рассказывая всевозможные байки про лес. Однако, как говорил сам Том, ему не в тягость. А раз так, то можно и воспользоваться таким излишним гостеприимством.       Тем временем на столе уже стояла кастрюля с ароматным рагу, чайник с чаем, нарезанный салат из овощей и красиво разложенные румяные пирожки. От витающих в воздухе ароматов приготовленной еды у всех присутствующих потекла слюна. Настало время ужина. Каждый сел за своё место перед столом. Август, Динь и Охотник помолились, а остальные послушно ждали, косясь на пустое место лича, всё еще не вернувшегося с лесной разведки. - Адама все нет? - спросил Том, раскладывая еду по тарелкам. - Да, задерживается, но, думаю, скоро придёт, - пожала плечами Динь. - Ему стоит быть осторожнее. С этого дня начинаются полнолуния, кто знает, что может случиться в лесу, - загадочно произнёс Том, пригубив стакан чая. Все остальные притихли, всматриваясь в лицо лесника. Подобные слова, после всех слухов про это место, не могли не настораживать. Тишину нарушил глухой смешок лесника. - Да шучу я. Все равно перед сном пойду на обход, заодно и посмотрю, где Адам, - улыбнулся Том и приступил к еде. Все остальные, кто нуждался в питании, тоже набросились на свежеприготовленную пищу, нахваливая кулинарный талант лесника и того пекаря, что испёк столь вкусные пирожки. Даже Шиза довольно втягивала носом запах еды, находя его весьма привлекательным для вампира. Ей всё больше не хотелось уходить из этого приветливого и уютного дома, в котором к ней так хорошо относились. Девушка прильнула к боку лесника, будто котёнок, и прикрыла глаза, наслаждаясь редким моментом спокойствия и почти семейного единения. Только вот мысли подтачивал предательский червячок сомнения в поступке Эллиота. Не верила Шиза, что он так просто мог сбежать. Надо будет его поискать, вдруг заблудился где-нибудь в лесу.

***

      Как только почти семейный ужин закончился, Динь вызвалась вымыть посуду, чтобы хоть как-то отблагодарить хозяина дома, а сам лесник, сославшись на обыденный ночной обход, накинул на плечи плащ и покинул дом, пожелав всем спокойной ночи.       Идти мужчине приходилось осторожно и почти бесшумно, прячась в тени каждого дерева, ведь Адам до сих пор не вернулся, и может как раз бродить вокруг и разнюхивать ту информацию, которую лучше никому из этих людей не знать. По крайней мере, пока. - Бабушка, бабушка, а почему у тебя такие большие ушки? - Раздался насмешливый вопрос за спиной притаившегося Тома. Юноша вздрогнул от неожиданности, но оборачиваться не стал. Так внезапно из тени мог появиться только один человек, а точнее, демон, которого видеть хотелось меньше всего на свете. Лесник шикнул, приложив палец к губам. Он, словно настоящий охотник, принюхивался и всматривался в темноту своими отражающими бледный лунный свет глазами. Завтра уже полнолуние. Том ощущал это всем своим естеством, отчётливо чувствуя, как по коже бегают мурашки от нетерпения, а из горла то и дело норовит вырваться протяжный волчий вой. - Не переживай, костлявого тут нет. Точнее, уже нет. Он, видимо, решил сегодня прочесать весь лес и здесь уже прошел. Но, не переживай, его ты увидишь даже за километр, - усмехнулась тень, приобретая уже знакомые очертания Искусителя, - глаза горят зеленью, словно фонари, а могильная аура, наверное, убила не одно растение в округе. Демон сомкнул пальцы в кольца и изобразил те самые ужасные глаза, пытаясь в шутку напугать Тома. Лесник фыркнул в ответ на этот нелепый жест. - Тебе смешно, а мне не хочется попадаться ему на глаза. Я личу не соперник, - шепнул юноша. - Не так страшна нежить, как её обрисовывают в легендах. Да и я искренне верю в твою осторожность и театральный талант, красная шапочка, - усмехнулся Левиафан, подбрасывая вверх румяное красное яблоко. - Мне стоило больших усилий притупить их осторожность. Не унимаются только лич, священник и вампирша. - А как там тигрёнок? - Продолжил расспрос демон. - Почти сломлен. Осталось ещё чуть-чуть, и его можно будет отдавать на выступления в цирк, - отчеканил бесстрастным голосом оборотень.       Левиафан тихо захлопал в ладоши, выражая свой искренний восторг от столь чистой работы. Если всё пойдёт и дальше, то план его господина претворится в жизнь весьма скоро, и это казалось змею очень скучным. Не было ничего в мире для него ужаснее, чем идеально выполненное поручение. То же самое относилось и к чересчур чопорным и педантичным людям. Левиафан скривился, вспоминая всех идеалистов, с которыми имел дело всю свою весьма длинную жизнь. Демон хищно улыбнулся, незаметно подбросив в корзину лесника своё яблоко. Мелочь, но такая гадкая. И от этого Змея обуяла детская проказная радость. Он потёр ладони и, с нетерпением дожидаясь развития дальнейших событий, скрылся в тени так, будто бы его и вовсе тут не было.       Томас оглянулся, не услышав ответа от демона, и, обнаружив, что тот исчез, облегчённо выдохнул и быстрыми осторожными шагами пошёл к заброшенному охотничьему домику в самое чаще леса.       Там, на чердаке, забившись в самый тёмный угол, сидел Эллиот и бездумным пустым взглядом смотрел на пустую стену в ожидании своего заботливого тюремщика. Нога юноши уже почти полностью восстановилась благодаря ускоренной регенерации, он не был связан и закрыт на замок, и мог в любой момент сбежать, но вместо этого, как щенок, послушно ждал своего хозяина. Юноша время от времени переводил взгляд на настенные часы с кукушкой, отмеряющие тихим тиканьем секунды. Том всегда приходил к одному и тому же времени, стараясь не опаздывать.        Вот, маленькая птичка выскочила из своего «домика» и затянула привычное «ку-ку». Эллиот стал считать звуки, загибая свои тонкие длинные пальцы. Всего десять раз. Как раз в этот момент с протяжным скрипом, отражающимся жутким эхом от пустых стен, отворилась входная дверь снизу, послышалось размеренное тихое дыхание и шаркающие шаги. Юноша сначала дёрнулся, чтобы подняться на ноги, а потом, будто бы наткнувшись на невидимое препятствие, замер, вернувшись в прежнее положение. Шаркающий звук поднялся выше, замерев только на несколько минут у чердачной лестницы, чтобы потом продолжить своё движение.       Из проёма в полу, спустя несколько секунд показалась фигура лесника. Он окинул равнодушно-холодным взглядом сидевшего в углу парня и вздохнул. - Надеюсь, ты спускался вниз, чтобы принять ванну и привести себя в порядок, - проговорил притворно-заботливым тоном Том. Эллиот сжал губы в одну ниточку и отрицательно покачал головой. - Я же тебе уже миллион раз говорил, что за собой надо ухаживать самостоятельно, - закатил глаза лесник, - ну что ж, тогда пойдём за мной.       Он подошёл к юноше и, с нечеловеческой силой подхватив его за футболку, поднял на ноги. Дальше Эллиот шёл уже сам, лениво перебирая ослабшими ногами, сопротивляться всё равно было бесполезно. Лесник непременно догонит и потом сделает еще хуже. Не физически. Задавит морально. Зайдя в ванную комнату, Эллиот послушно снял с себя всю одежду и, поежившись от холода, сел в не менее тёплую ванну. Кожа его мгновенно покрылась неприятными мушками, от которых захотелось избавиться. Эллиот стал лениво растираться ладонями, стараясь хоть немного согреться. Том закатал рукава своей кофты и повернул ручку крана. В этом домике был точно такой же трубопровод, что и в его жилище. Он брал своё начало в выкопанном колодце, поэтому вентиль был только один с холодной водой, а нагреватель здесь уже давно не стоял. Эллиот тихо простонал, когда его спину буквально обожгло ледяной струёй воды. Юноша съежился, сохраняя остатки тепла и обхватил себя своими тонкими руками, пытаясь спрятаться от невольной пытки. Но буквально в ту же секунду, явственно почувствовалась вторая струя и третья, дно стало постепенно покрываться чистой студёной водой, сбежать из которой у юноши уже никак не получалось. От холода, сковавшего своими цепкими руками, у Эллиота свело челюсти так, что послышался противный скрип зубов. Губы его стали постепенно синеть, сигнализируя о чрезвычайно быстром переохлаждении. Но парень сидел, не сопротивлялся, и никуда не уходил. Сопротивление было бесполезно. Он в ловушке. - Ты такой послушный стал, прямо как настоящий домашний кот. Хотя нет, дрессированный цирковой тигр, - улыбнулся Том, доставая жёсткую мочалку. - Знаешь, а твои друзья совсем про тебя забыли. Сначала искали, а потом, услышав, что ты струсил и убежал, бросили попытки вернуть тебя в команду, - продолжил свою речь лесник.       Он с силой стал тереть спину юноши, оставляя на тонкой синей замёрзшей коже красные жгучие следы. Однако Эллиот даже не шевельнулся. Слова лесника, будто меткая пуля убийцы, поразила его в самое сердце, будоража старые воспоминания. Рубцы под рёбрами протяжно заныли той самой тупой болью, которую он прочувствовал так много лет назад, а рот словно бы снова наполнился противной вязкой кровью, напоминая про его истинную натуру труса, скрытую за мощной тигриной шкурой. Эллиот столько раз сбегал и отказывался от решительных действий, что остальные сразу поверили словам Тома. От осознания этого по щекам юноши покатились крупные одинокие слезинки. Лесник же, стоя сзади улыбался, радуясь тому, как легко ему получилось сломать этого слабого и ничтожного человека. Ещё чуть-чуть и внутренний мир Эллиота окончательно рухнет под гнётом давления осознания собственной никчёмности, ненужности и бесполезности. - И даже Шиза поверила? - С тихой надеждой в голосе спросил юноша, еле разомкнув свои посиневшие онемевшие губы. - Практически сразу, да еще и сказала, что другого от тебя не ожидала, - Том на последних фразах точно сымитировал манеру речи вампирши, чтобы еще больнее уколоть юношу. Эллиот осел в ванной еще сильнее, погрузившись почти полностью в ледяную воду. Вот к чему привела его трусость, нежелание преодолеть себя, поменяться. Ему даже не помогла сила, которой его одарил демон. Разве есть толк от того, что ты - сильный ракшас, если в душе - трусливое и жалкое существо.       Печаль и боль, накапливаясь и аккумулируясь в душе юноши, слились в одно целое, превратившись в ярость и злость на самого себя. Она мешала ему ясно мыслить и смотреть на ситуацию вокруг. Юноша не видел сейчас ни радостной ухмылки лесника, ни открытой двери, через которую можно было легко уйти и найти своих друзей. Кожа на его теле лопнула, словно натянутый воздушный шарик. Под ней проступили бугристые мышцы, покрытые короткой жёсткой полосатой шкурой. Из звериной пасти вырвался жалобный протяжный рык беспомощности. Глаза Тома сверкнули победными огоньками. Эллиот окончательно сломлен. Существо, лежащее в ванне перед ним уже не человек.