I
18 ноября 2022 г., 16:59
Беретта – не лучший пистолет для совершения убийства, но заряженный серебряными пулями для достижения цели подойдёт отлично.
У вампиров нет крови, значит, одежда не испачкается. Кусуке примерил кружевную маску с длинным носом, отчасти, если не присматриваться, похожую на маску чумного доктора. Что ж, в маске его личина будет успешно сокрыта, а уже это в свою очередь значит, что шанс уйти с места преступления будет больше.
Перчатки, бархатные, дорогие – чтобы на пистолете следов не осталось. Охотники на вампиров нынче зарабатывают много, достаточно, чтобы позволить себе бархатные перчатки и новенький блестящий "Роллс-Ройс". Но никакие деньги не могли заполнить пустоту внутри. Никакие деньги не могли спасти от пожирающего изнутри желания быть лучше всех, и никакие деньги не помогали разбежаться и сделать тот самый прыжок – тот самый, что выше головы.
Заказом сегодняшнего вечера был знаменитый богач Владислав, устраивающий каждый год балы-маскарады, доступные лишь элите, сливкам общества, и каждый год, по слухам, на этом балу кто-то да бесследно пропадал. Чудом (и с помощью верного товарища господина N), охотнику на вампиров удалось достать пропуск на имя господина Лоуренса, отличавшегося белокурыми волосами и бледной, как снег, кожей, чего, в принципе, было вполне достаточно.
Кладя "беретту" в дорогую сумку, сочетающуюся с кроваво-красными тонами костюма от Шанель, охотник усмехнулся в тридцать два острых, почти как у вампира, зуба.
Это был его первый заказ. В этот раз он точно не проиграет.
***
В это время в городе N, находящемся на севере Британии, в том графстве, где море бьётся о скалы и практически не выглядывает солнце, было холоднее, чем обычно, и ветер хлестал по щекам, заставляя кровь приливать к ним. – Пропуск? – вышибала, тоже в маске, оценивающе взглянула на Кусуке, будто бы заподозрила, что он охотник на вампиров. Сам охотник чувствовал, что та может расправиться с ним одной левой и уже готова ринуться на него, словно озлобленная пантера, стоит только подвернуться ситуации. Возможно, тоже вампирша. Или оборотница, судя по шраму, уходящему из-под маски вниз по щеке, а следом и по шее. – Так, мистер Лоуренс... добро пожаловать на наш бал! Вас давно заждались... Зал сверкал яркими огнями софитов и был наполнен оживлёнными голосами под аккомпанемент классической музыки. Примерно так себе охотник бал у вампира и представлял – до ужаса весёлый и до боли помпезный. Пришедшие наверняка даже подумать не могли, что они здесь – совсем не гости, а будущие жертвы кровопийцы – хозяина этого бала, а заодно и особняка. – Извините, где живёт господин Владислав? – спросил охотник у одной из охранниц. – У меня с ним запланирована важная встреча. В сумке – "беретта", а в кармане – кинжал. – Вверх по лестнице и направо по коридору, – вздохнула девушка и поправила рукав пиджака. Даже не спросила, зачем. Хотя, для участников бала он Лоуренс. Это всё, безусловно, объясняет. Комната вурдалака была тёмной и просторной, и в ней пахло пылью и чем-то затхлым. Найти вампира в темноте было трудно, почти так же, как найти в той же самой темноте чёрную кошку. Вампиры сами по сущности своей отчасти – чёрные кошки. Молниеносные, вооружённые клыками, когтями... Шаг, бесшумный, затем второй, третий... главное не спугнуть вампира, не дать ему понять, что он – охотник – здесь. И вдруг, в комнате включился свет.***
В дверях стоял Владислав. Кусуке машинально выхватил пистолет и наставил дуло на вампира, в любой момент готовый нажать на курок. – Охотник, да? – вампир хрипло усмехнулся в усы. – Ловко тебя обманули... смертные так доверчивы! Что же, станешь моей следующей жертвой, охотник. – Да никогда в жизни! – палец Кусуке соскользнул ближе к курку. Однако вампир, казалось, не испугался, а только подошёл ближе. Так близко, что можно было ощутить его дыхание... постойте, а вампиры что, дышат? – Я догадался, что ты не Лоуренс, с самого начала. Ты мне нравишься, так что предлагаю договориться кое о чём. Сражение на шпагах, до первого укола. Побеждаю я – ты становишься моей жертвой. Побеждаешь ты – я тебя отпускаю и делай что хочешь. Пойдёт? И опусти свой пистолет с серебряными пулями. Вот он. Момент. Кусуке нажал на курок и выстрелил. – Хорошо, но недостаточно, – прорычал голос Владислава откуда-то из-за спины. – Думаешь, убить вампира легко? Всё ещё предлагаю сразиться, смертный. Выбирай. Кусуке умел хорошо обращаться с оружием, как с холодным, так и с огнестрельным, и знал все отличия шпаги от рапиры и мачете. Он вполне мог обхитрить в бою любого человека, но Владислав, успевший за секунду уклониться от шальной пули, человеком не был. У Кусуке был шанс и жажда победить, но вампир был в сто раз хитрее, умнее и опаснее. Что ж, это его только раззадоривало. Не впервой. – Хорошо, но в этот раз победа за мной, – охотник улыбнулся, злобно вперившись прямо в красные вампирские глаза. Владислав улыбнулся улыбкой-укусом и достал из-за резного комода, принадлежавшего, казалось, бабушке самой королевы Виктории две сабли-шашки – Кусуке знал, что это называется шашка, а совсем и не шпага, но вурдалаку, видать, это было невдомёк. – Тогда сразимся же, смертный, и посмотрим кто из нас сильнее – кровопийца или же охотник. Вампир сделал несколько шагов назад, обернувшись к Сайки спиной. Второй стиснул зубы в вежливом оскале, но ничего не сказал, вместо этого сосредоточив все свое внимание на статной фигуре в черном, которая в любой момент могла исчезнуть из поля зрения и подло вонзить оружие ему в спину - что такое честь для вурдалака! Охотнику в общем и целом не впервой сталкиваться с тем, что даже люди не воспринимают его всерьез, чего уж говорить о тупиковой ветви эволюции в лице этого кровососа. Но какая разница, если Кусуке все равно всегда получает то, что хочет? Лезвие шашки блеснуло в свете ламп, оружие очертило дугу в воздухе, охотник нахмурился и ловко ухватил деревянную рукоять, искусно оббитую шагренью. Взгляд, слишком длительно задержавшийся на клинке, в панике метнулся обратно к вампиру, но тот за это время не только не попытался подготовиться к бою, но и все так же стоял к Кусуке спиной! – Почему ты поддаёшься мне? – с дрожью в голосе прокричал охотник. – Хочешь быть убитым? Владислав обернулся, мягко улыбнулся и выставил оружие вперёд, чуть не задев Кусуке. Тот же, в свою очередь, вдруг понял, что вампир... красив. Даже несмотря на то, что охотнику была чужда красота, а люди для него поголовно выглядели как обезьяны. Либо он просто хотел так считать, чтобы не давать проникнуть предательским лучам сострадания в его холодное и каменное охотничье сердце. Клинки со звоном скрестились, сверкнули в искусственном свете. Вампир либо слаб, либо поддаётся – в любом случае, он даже не пытается, и у Кусуке есть шанс победить. Он шумно выдохнул и вдруг почувствовал, что руки мелко трясутся, а челка темнеет от выступившего пота. О ужас, они еще даже не начали! Во всяком случае, у Кусуке есть цель, и никакое жалкое неуправляемое тело не встанет между ним и его желанием убить этого упыря. Последняя сверкнувшая в голове мысль отдалась болью в висках, а вампир все так же умиротворенно улыбался, не двигаясь, и напоминал скорее большого выжидающего кота, чем убийцу. Конечно, кота, который ждет, пока сможет отведать мяса из миски! Охотник нахмурился и резко подался вперед, полоснув клинком по чужому в направлении шеи, но обтянутая черной тканью широкая ладонь перехватила оба лезвия, и, на секунду остановившись, вампир резко ударил в ответ так, что своё оружие Кусуке едва удержал в руке (не избежав, впрочем, болезненного толчка рукоятью), а от второго резко увернулся, почти сразу отскочив в сторону. На пол упала отсеченная прядь волос. Конечно, все не может быть так просто! Таким ударом вряд ли можно победить школьника на турнире по фехтованию, а он рассчитывал убить вампира. Ну, попытка не пытка. Охотник убрал спавшие на лицо волосы и опасливо попятился, прикидывая, как бы лучше подойти к этой шайтан-машине, но «кот» лениво улыбнулся и снова вытянул саблю, приглашая Кусуке подойти и попытаться снова. Отвечать он, очевидно, не посчитал нужным. Неужели Сайки выглядел настолько жалким? Он даже не удивился, просто весь этот напускной пафос выбивает из колеи! Так или иначе, они во второй раз скрестили клинки. Вампир снова смотрел, но не бил. От этого изучающего взгляда охотник невольно поежился — «как на еду», но не смотреть в ответ просто не мог. Верно говорят, что вампиры совсем другие, и Кусуке на это "другое" хочется смотреть вечно. Но он одергивает себя, снова наступает и снова бьет, в этот раз прямо по подставленному для защиты клинку, а потом хватает чужую рукоять и, удерживая, наотмашь хлещет по открытой щеке шашкой в свободной руке. Охотник прикрывает глаза, будучи уверенным в том, что клинок так и не встретит вампирского тела – от пули же увернулся, – но лезвие резко останавливается с ударом. Кусуке распахивает глаза: «Неужели смог удержать рукой?» Но перед ним только лицо. И зияющая трещина на мраморной коже. – Ты победил, охотник, – ухмыльнулся Владислав. – Ты поддался мне! Зачем ты это сделал? Вампир улыбнулся. – Когда ты живёшь столько, сколько живу я, о победе особо не задумываешься. К тому же, если честно, не особо тебя есть хотелось. Ты бледный такой, анемия у тебя, наверное, на ногах еле держишься... анемия, если не знал, это... – Малокровие, – холодно закончил фразу Кусуке. Он был разъярён не столько тем, что этот кровосос позволил себе сомневаться в его знаниях, сколько тем, что он поддался. Владислав даже с трещиной на лице был невероятно красив. До ужаса красив. – А теперь делай что хочешь или уходи, – лениво произнёс Владислав. – Можешь использовать свой пистолет. Или на солнце меня вытащить. Кусуке резко понял, что не хочет убивать упыря. В голове его роилась куча мыслей, но убийство... на него он способен точно не был. По крайней мере, убийство этого вампира. «Ну и какой из тебя охотник на вампиров, если ты даже ни одного вампира убить не способен?» А вампир был тут. Прямо под рукой, готовый к своей трагической участи. Этот ужасный, наводящий страх кровопийца, отвратительный, противный, красивый... стоп, красивый? – Я не выиграл. – Что? – Владислав не понимал, что Кусуке имеет в виду. Либо просто притворялся, что не понимал. – Я проиграл. Снова. Ведь нельзя выиграть битву против того, кто даже не сражался, правда? – усмехнулся Кусуке, забыв, что его работа – убивать вампиров. – Я сражался честно. Если бы я бился в полную силу, от тебя не осталось бы и пылинки. А так, наши силы были равны... – Что тебе нужно от меня? – нахмурился охотник. Владислав ухмыльнулся. – Ты прекрасно знаешь. Как я и сказал с самого начала, ты мне нравишься, – Кусуке попятился и чуть не сбил древнюю вазу, стоившую, наверное, целое состояние. – Я... тебе... да быть такого не может! – Твоя горделивая стать, твоё желание быть во всём лучше, твоя беспощадность... мы очень похожи, охотник, – Владислав приобнял Сайки за плечо, а тот подумал о кинжале, лежащем в сумке рядом с бесполезным куском нержавеющей стали, начинённым такими же бесполезными кусками серебра. – А теперь пойдём вниз, гости уже меня заждались. Только вот следы преступления надо замаскировать, – вампир надел маску, закрывающую добрую половину лица. – К тому же, знаешь... у меня было много поводов, чтобы тебя убить. И только один аргумент против – ты мне нравишься. Дверь открылась, и охотник с кровопийцей под руку, словно двое влюблённых, пошли на залитый радостным светом софитов бал-маскарад.
