Яйцо грязехвоста

Мягкое покрывало из нежнейшей шерсти шелковой альпаки ласково баюкало меня, одновременно согревая и даря легкую прохладу. Я лежал в полудрёме, расслабленно думая о событиях прошедших дней. Рыжие, как солнце на закате, струящиеся волосы Линн стекали по её спине красивыми волнами, спускались к округлостям внизу поясницы, которые бесстыдно дразнили меня своим видом. Она уже проснулась и, не стесняясь наготы, совершала утренний ритуал - возносила хвалу богам и духам, что обитали на Шипящих болотах. По хижине растекался и превращался в причудливые фигуры ароматный дым от травяных пучков. Жирные, разноцветные светляки летали под крышей, издавали мурлыкающие звуки в такт пению Линн и переливались всевозможными цветами. Я любовался этой красотой: плавными движениями девушки, ее округлыми бёдрами, изящными руками, что казались мне нереально гибкими и манящими. Прищурив глаза, я лежал и улыбался сам себе - вспоминал те бесконечные ночи и дни, проведенные с Линн. Эта чертовка постаралась и сделала два десятка клубков жизни, а я не ударил в грязь лицом и отблагодарил её, вложив всю душу и умения. Кажется, что сил я наберусь только к следующей луне. Вдруг мой покой прервал истошный вопль рыжеволосой ведьмы: -Хакон!?! Ах ты проклятый недочеловек!! Я вскочил от неожиданности с ложа, снеся кувшин с вином и выпучил глаза. Передо мной было две Линн: одна нагая и смеющаяся, вторая в платье цвета увядшей розы и злющая, как три тысячи диких осоедов. -Что за …? - единственное, что я мог сказать, глядя на одинаковых красавиц с огненными волосами. -Ты настолько слеп, что не отличил мою сестру от меня??- не унималась Линн, поливая меня очередной порцией проклятий. Даже в этот непростой момент я поражался, как из таких прекрасных персиковых уст могут сыпаться скверные ругательства, Вестейну есть у кого поучиться. Быстро надевая штаны и рубаху, я, впопыхах, искал второй сапог, который как назло куда-то запропастился. Слушая краем уха перепалку девушек, я увидел в углу ручного дракона Линн, который, зажав своими когтистыми лапами мой сапог, нещадно грыз его и трепал. -О боги, когда-нибудь я плюну на всё, возьму Йона и мы улетим с ним подальше, на Острова Древних Лесов. Буду ловить диких земляных петухов и слушать песни ночных певуний, - сокрушался я. -Нет, Хакон, - прошипела настоящая Линн, - я привяжу тебя к гнилому столбу на моих болотах и ты будешь ловить диких кровососок на свою голую задницу и слушать рык болотных грязеедов! -Линн, дорогая моя, может ты познакомишь меня с сестрой и мы выпьем горячего чая с медовыми цветами? - тянул я время, стараясь вырвать уже изрядно пожёванный сапог из пасти дракона. Наконец-то мне это удалось, я на бегу натянул его на ногу и выскочил из хижины, минуя цепкие пальцы ведьмы. -Минн, меня зовут Минн! - смеясь крикнула мне вслед рыжеволосая красавица. -Я запомню это имя и наши ночи, - конечно же не вслух подумал я. Нужно будет сгонять к своей древней тётушке Марне, и привезти жемчужных рыб для Линн, она боготворит эти создания морей, ведь на ее болотах не встретить такой красоты. Йон, мой добрый друг, уже ждал меня и топал копытами от нетерпения. Я запрыгнул на него и мы тут же взметнулись ввысь, благо, что мне хватило ума днём ранее привязать к седлу мешочек с клубками жизни. Две сестры, обнявшись, смотрели на нас с земли и обе улыбались. Не удивлюсь, что эти жрицы любви сговорились заранее и теперь наслаждались произведенным впечатление. Я послал им обеим воздушный поцелуй и мы умчали с Йоном прочь, ловя потоки попутного ветра. *** -Хакон, ты серьезно готов к этой вылазке? - спросил меня Вестейн. -Друг мой камнеголовый, думаешь, у меня остались еще душевные силы терпеть твою болтливую башку? Ну, уж нет, я долго не выдержу! - подколол я своего побратима. -Ничего, человекоподобный, как только я встану на свои каменные ноги, я надеру тебе задницу! - ответил Вестейн. -Болтовня пустая не принесет пользы, - пророкотал Аудстейн. - Не в интересах твоих, внучек, с Хаконом препираться, обиду затаить он может и не поедет за цветком хмельной наливницы, сам поползешь ты, языком свои болтливым за неживые камни цепляясь и ветки. Я глянул на пра-пра-стотысячраз деда и с благодарностью кивнул ему, настраивая себя на лучший исход. Хмельные наливницы славились своим жестоким умением порабощать все, что может дышать, проникая в самые дальние закоулки разума. Практически ни одно живое существо не вырвалось из их паутины грез. Знавал я одного старого эльфа, который пожертвовал своей рукой, чтобы хоть как-то занять эти ужасные создания и смочь скрыться от них с добычей - цветком. А нам предстояло наведаться к ним в гости. Вдруг в мои ноздри проник неземной аромат печеного мяса земляного ежа, его ни с чем не перепутать. В животе тут же заурчало, от чего старый камнерок прогремел своим хохотом на всю пещеру. - Мне чудится, Хакон, что не ел ты с позапрошлой луны? - с ухмылкой спросил Аудстейн. -Нет, дедушка, ведьма Линн, вернее ее сестра, накормила меня на долгие луны вперед, такое я точно не скоро забуду. Но, как готовишь ты, так не сумеет никто. Вот, что значит - найти себя и свое предназначение. Как тебе это удается, я не могу понять? - Постигаешь ты тайны все, когда сердце твое будет готово к этому, мой мальчик. - слукавил старый камень. - Ведь всему время и черед свой, созданы для того мы, чтобы миссию исполнить свою и след памятный после себя оставить для потомков наших. Мои мысли о словах Аудстейна моментально улетучились при виде еды. На замшелом плоском камне, по краям поросшем причудливыми грибами со светящимися ножками, стояли глиняные тарелки с умопомрачительными блюдами. Посередине стола, на листьях банана, лежал земляной еж во всей красе, от него еще шел ароматный пар, поджаристый бочок так и манил меня, наполняя рот слюной. Еж был щедро усыпан лепестками пахучей вкусники, она служила противоядием, ведь землеёж - это ядовитое животное, но истинных ценителей деликатесов такая мелочь не пугает. Вокруг этого яства дымились печёные клубни голубого картофеля, сдобренные диким луком и чесноком. Пузатый кувшин с холодной медовухой, овощи под секретным соусом, (состав которого до сих пор не знают многие жители этого края, видимо, Аудстейн так и унесёт его рецепт с собой к праотцам), даже сладкие пирожки из тростника и томленые в мёду сверчки украшали этот стол. А вяленые сливочные лопухи, в изобилии лежащие на каменном столе, служили хлебом в этих краях. Оторвав смачный ломоть лопуха, я обманул его в соус и с блаженным наслаждением стал жевать, закатив глаза от удовольствия. Сразу же моё тело расслабилось и приятная волна тепла прокатилась по нему от макушки до самых пяток. -Старина Аудстейн, ты меня каждый раз поражаешь своим кулинарным мастерством. Я не устану твердить тебе об открытии таверны, к тебе бы стекались гурманы со всего света и прославляли тебя в своих песнях, добрые слова о твоей готовке достигли бы самих богов! -Ха-ха-ха, малыш Хакон, - прогремел Аудстейн. - придёт это время, но, сначала внука собрать надо воедино, тогда, открою таверну я, так и быть. Не отстанешь ведь от старого камня ты, правда твоя есть в этом. Кушаньем наслаждайся, а мы с Вестейном к гроту пойдём, ведь сегодня ночь владычицы Фреи - огненного светляка вдруг поймать удастся, помочь может с делом нашим этот зверёк. Точно, я совсем забыл. Раз в год можно испытать судьбу в поимке огненного светляка. Этот мелкий летающий зверёк обладает несказанной силой и может исполнить самое сокровенное желание. Вот только желание можно загадать тому, кто его поймает. От Вестейна, вернее от одной его башки, толку мало, придётся добывать светляка мне. Налив себе кружку медовухи, я принялся за трапезу. Недалеко от меня Йон пил студеную воду из ручья, фыркая на пробравшихся и сюда ручьёвок. Ну любят они моего коня, и не могут оставить его впокое, зато потом, в благодарность за игру с ними, проказницы расчешут и заплетут Йону гриву в замысловатые косы. *** -Да погоди ж ты, куда тебя несёт, летающий пенёк. - ругался я на огненного светляка. Его мохнатая тушка выделялась из стаи сородичей своим огненным шлейфом. Крылья быстро несли светляка от меня на другую сторону грота. Для поимки его, как нельзя лучше, сгодится огнеплетка, которую Аудстейн спёр ещё по-молодости у волкоклыков, и теперь берег её, как свое дитя. -Хакон, ну что ты тянешь осла за хвост! - распалялся Вестейн, - Хватай уже скорее эту мохнатую печку и шепчи желание! -Сейчас я кому-то в рот суну огнеплетку и пусть этот кто-то, при помощи своего болтливого языка, ловит светляка ! - прорычал я в ответ. О боги, скоро моё терпение иссякнет и я точно зашвырну эту каменную башку за Высокую гору. Подгадав момент, я раскрутил огнеплетку и, изловчившись, зацепился самым ее кончиком за жирную тушку светляка. Посыпались разноцветные огоньки от этого соприкосновения, раздался жалобный всхлип стайки светляков и их мелодичное мурлыкание перешло в плач. Аккуратно, чтобы не повредить создание, я притянул огнеплетку к себе. Обжигая об неё руки, я схватил за лапки светляка и освободил его от плена. Какие же они красивые и разумные существа. Голубой огонь, шедший от тела, не обжигал, а дарил мягкое тепло. Большие глаза жёлтого цвета смотрели на меня с выжиданием и опаской. Пушистое тельце светляка напоминало самое мягкое облако, а крылья трепетали на его спинке, в ожидании свободы. -Мой друг, я не желаю тебе вреда и отпущу тебя, как только попрошу исполнить мое желание. Оно очень важно для меня, за это я отблагодарю тебя нектаром красной матрикарии. Глаза светляка стали ещё больше и он радостно закивал своей головкой, в предвкушении угощения. -Ты можешь вернуть тело Вестейну? - отрицательный кивок. -Быть может, ты можешь дать мне цветок хмельной наливницы? - опять отрицательный ответ. -О боги,- я заскрипел зубами от досады, как мне не хотелось добывать его самому. -Какой толк тогда от тебя, кусок шерстяной?! - заорал Вестейн. -Погоди, Вестейн, чем-то же помочь он нам сможет? - не сдавался я. -Ну хоть язык семиродной огнеглазки ты можешь мне достать?! - уже разгорячился я. Маленький зверёк закивал положительно, я не поверил своим глазам. Он вырвался из моих рук, поднялся к куполу грота и тут же все светляки стали огненными, как и мой недавний пленник. Их движения сначала были хаотичными, потом огоньки стали складываться в картину, где я видел битву, в которой Вестейн бежал вперёд одним из первых на своих ногах. Мой каменный друг радостно заорал: -О, боги! Скоро я обрету былую силу и моим победам не будет конца! Затем картинка сменилась и над озером в гроте появилось огромное древо жизни, в дупле которого и показался язык огнеглазки. Тут же картинка растаяла и ко мне подлетел тот мохнатый огненный зверёк, чтобы получить свое вознаграждение. Я протянул ему мешочек с нектаром и благодарно кивнул, когда он схватил его своими цепкими лапками. Светляки, как и их мелодичное мурчание, расстаяли так же быстро, как появились. Но я не унывал, потому что знал, где растёт это древо жизни. Теперь нужно успеть добраться до него первым, потому что меня не покидало чувство, что здесь мы не одни…