То, чего не может быть.

      Удовлетворённый жизнью Сергей вышел из душа, завернувшись в махровое полотенце. В коридоре его «оглушил» запах свежесвареного кофе. Он завернул в сторону кухни. И — сюрприз, «сюрприз». Около окна на любимом стуле Топина сидел воевода в костюме. На столе перед ним в хрустальной паре дымился кофе, а в вазочке, о существовании которой Топин давно позабыл, лежало печенье.       — Неожиданно, — Сергей облокотился плечом о кухонный косяк.       Владимир улыбнулся и, вытащив из кармана пиджака смартфон Сергея, положил его на край стола.       — Забирай. Я за тебя отработал.       — Боюсь спрашивать — чем?       — Давай без пошлостей, — Строгонов отпил кофе.       — Тебя завербовали «Кроты»? — озвучил очевидное Топин.       — Особого выбора у меня не было. Прошлое неизменно. Меняя события прошлого, человек создаёт новую временную параллель. Но! Возвращается путешественник всегда в свою «ветку». В этой реальности уже есть я.       — Я прыгал несколько раз. Если бы это было правдой, то мы не встретились бы у Кучума.       — Ты не успел вернуться «назад» и продолжить жизнь здесь. Если бы ты «не доехал до старта», то узнал бы чем закончилась история моего мира.       — И как у них?       — Интересно. Год я учился жить в разном будущем. Меня учили, я учил…       — Интересно чему?       — Тренировал ребят стрелять из лука, драться на мечах. Заполнял пробелы в истории. Пару раз встречал тебя в той реальности, где учился, — Владимир достал из кармана связку ключей с брелоком в виде дракона.       — Это ключи от моей квартиры, — Сергей рванул вперёд, удерживая от падения полотенце, чтобы забрать свою вещь, но Строгонов ловко убрал обратно, во внутренний карман пиджака.       — Ты сам дал их мне. В той реальности, я выкупил у Егора найденный клад ещё в Москве. Он купил мотоцикл и укатил в Крым сразу после экзаменов.       — Не удивлён. Он звонил мне вчера, просил добавить на мотоцикл денег, — Сергей забрал с барной стойки смартфон, не рискнув отнимать у Владимира ключи.       — Дал?       — У меня сейчас нет. Раскошелился на адвоката для тебя! — Сергей обвиняющие ткнул в Строгонова рукой.       — Я знал, что ты меня не бросишь.       — Раз тебе не нужен адвокат — разорву договор. Задаток мне, правда, никто не вернёт, — Сергей в упор посмотрел на Владимира, проигнорировавшего намёк. — Вернется крупная сумма, обрадую Егора.       Топин, сделав глоток из предложенной ему чашки, сходил в спальню за телефоном, который был куплен взамен изъятого. К Строганову он вышел одетым, набирая сообщение для Петрова. Когда поверх дисплея легла ладонь Владимира, Топин поднял на него взгляд.       — Давай к нам.       — Ты меня вербуешь? — усмехнулся Сергей.       — Да.       — Ничего себе…       — Помоги Родине.       — Чем? Ты сам сказал — прошлое неизменно.       — А будущее очень даже. Можно вернуть атмосферное электричество.       — Это твоя задача?       — Да.       — Возьми штурмом библиотеку гильдии учёных, тряхни Кучума, это же он, паразит, устроил смещение полюсов.       — Кучум просчитался дважды. Купола из атмосферного электричества над городами и богатыми имениями защитили от удара стихии.       — Но не от затопления глиной.       — Когда атмосферное электричество пропало, Московия не осталась в долгу. Годунов точечными ракетными ударами уничтожил татарские города.       — Круглые озёра на Дальнем востоке и в Сибири это воронки от взрывов. Не верится, что тебе позволили мне это рассказать.       — Рано или поздно ты сам бы догадался.       — Но откуда на Руси взялись водородные бомбы?       — Почему не атомные?       — От атомных радиационный след. Прошло не так много времени. Счётчик Гейгера там бы с ума сходил. Постой. А от меня чего вы хотите?       — Помоги найти библиотеку Петра и отдай вторую часть машины времени.       — Я так понял, у вас есть своя.       — Если дело в деньгах, скажи, и тебе нарисуют любое количество нулей на счёте. Я вижу, что тебе интересно. Почему ты не соглашаешься?       — Считаю, глупо искать библиотеку полуграмотного подмененного царя, сжигавшего книги и переписывавшего истории под надобности иностранцев, заполонивших Русь, ставших новым паразитирующим на народе классом. Разделение народа на элиту и остальных началось с Петра, приведшего своим руководством страну в разруху и мор. Флот, его дорогая игрушка — сгнил после его смерти, да и при жизни он мало в чем поучаствовал. В основном, его топили. У Выборга, около Кронштадта. Запомни, воевода, в любой непонятной ситуации — топи флот.       — Я понял, — перебил Владимир Сергея, явно желающего высказать «наболевшее». — Твои предложения?       — Разбомбить Ватикан. Уверен, все наши книги у них. Думаю, академия, основанная Петром в 1724 году, сплошь состоявшая из иностранцев и никого не учившая толком, пока там не появился Ломоносов, занималась переправкой книг за границу.       — Одних штурмовать, других разбомбить. Ты сегодня совсем не дружелюбен, друг мой.       — Всё лучше, чем застрять в петровской эпохе не имея возможности вернуться.       — С чего ты взял?       — От чего будет работать машина времени? Или нам придётся взять с собой чемодан батареек?       — В Сколково придумали зарядку от огня. Неужели не слышал?       — Слышал. Подумал — фейк. Какому разумному человеку это надо, если есть розетка. В трогательную заботу о туристах и военных мне совсем не верилось.       — Странно, что ты не написал статью о грядущем апокалипсисе, связав этот факт и какие-нибудь ещё.       Сергей взял остывший кофе со стола, желая спрятаться за чашкой от проницательного взгляда воеводы. Он хотел написать статью. Не срослось. Его закружили дела, а потом появилась более интересная тема.       — Скажи, что вы уже пробовали.       — Академию. И штурм.       — И после этого я не дружелюбный!       — Не сердись, — Владимир положил руку на плечо Сергея.       Топин бросил взгляд на ладонь на своём плече и отошёл с чашкой к окну. Лето радовало хорошей погодой, и это чувствовалось даже в его дворе-колодце.       — Наш шанс Фёдор Алексеевич. Последний русский в династии Романовых.       — Старший сводный брат Петра, — Владимир подошёл и встал за его спиной.       — Да. Он был хорошо образован, умён, энергичен. За пять лет, что правил, сделал для России массу хорошего. Жаль, что помнят его как модника, а не как человека, снизившего налоги, прекратившего все войны на своих границах, открывшего трудовые училища и планирующего отменить крепостное право. Единственный недостаток у этого красавца — отравили в двадцать лет, но с этим мы можем ему помочь. Посмотрим, куда выплывет Россия, если древо Романовых пойдет от его ветви. .