Проказа Судьбы

Тсунаеши, застегнув последнюю пуговку на сюртуке, встал перед большим зеркалом. - Ну как? – спросил он. – Нормально? - Да, замечательно выглядишь, - улыбнулся Хаято. – Тебе идет. Савада вновь с недоверием посмотрел на свое отражение. Его фигура, обтянутая в белые парадные одежды, на которых ярким блеском камней и драгоценных металлов мерцали ордена и отличия, казалась слишком тонкой и, как никогда, омежьей, хрупкой. Тсуна повернулся боком, прищурился, рассматривая еще незаметный живот. - Ты себя слишком накручиваешь, - Гокудере удалось сдержать смех. – Все будет хорошо. - Они все будут смотреть на меня, - Тсунаеши прижал руки к щекам и прикрыл глаза, - и ждать, когда я объявлю, что претендую на трон. - И ты мог бы… - Нет. Хаято замолкнул, зная о том, что Савада собирался покинуть страну Солнца и сложить с себя все обязанности, как только за ним вернется Занзас. Дверь в комнату распахнулась, и в нее протиснулся Дино. Он держал в руках два белых конверта. - Тсуна, у меня хорошие новости! – воскликнул Дракон. – Ямамото прислал весточку, что мятеж на юге подавлен. Ха, еще бы! Стоило Энме с моими ребятами появиться в воздухе, а магам постучаться в ворота города, как все недовольства утихли! Здесь все отчеты, - он протянул Тсуне конверты, - и письмо от Занзаса. Савада расторопно забрал у него бумаги и раскрыл письмо, на печати которого был герб Вонголы, быстро достал из него лист бумаги, полностью исписанной мелкими буквами. Хаято все же улыбнулся, наблюдая за Тсунаеши, с радостной улыбкой читающего письмо. - И какие вести от Вонголы? – Гокудера позволил себе взглянуть на строчки послания. - Он пишет, что уже передал людей отцу и готов совершить перелет сюда! – радостно воскликнул Тсунаеши и сунул бумажку в руки Хаято. – Вот, посмотри! - Наконец-то Десятый вернется, а то не доверяю я этим штучкам, - Дино достал из-за шиворота медальон, похожий на те, которые носили на себе Южные Драконы, чтобы уберечь свой разум от безумства. – Слишком ненадежная магия. - Я смотрю все в сборе, - в дверном проеме возникла Луче. – Тогда нам пора идти, думаю, нас уже ждут. Савада разом помрачнел и вытянулся, будто солдат в шеренге. Он не хотел идти на это собрание, именуемом Собранием Выбора и, как его называл сам омега, Собранием Праздника Смерти Реборна, где толстые, жаждущие власти графы и бароны будут выбирать для своего народа самого-лучшего-самого-достойного-короля. Мерзость. Но как бы Тсунаеши не хотелось остаться в уютной теплой комнате, он подошел к Луче. -Да, идем. Женщина благодарно улыбнулась ему и крепко сжала его ладонь. Она разделяла чувства мага и сама бы с радостью вернулась в свою страну. «Я глава Аркобалено, значит, должна быть там и приветствовать нового короля Солнца, а ты – единственный Защитник этих осиротевших людей, значит, должен посадить на трон достойнейшего», - эти ее слова гремели в голове Савады, когда он ложился спать, ел, разбирал бумаги, отдавал приказы. Они преследовали его, куда бы он ни пошел, и не давали покоя. Кого он должен посадить на трон? За кого должен отдать свой голос? *** Просторный, светлый зал Собраний был полон народу. За большим столом, похожим на овал, толпились люди, разодетые в свои самые лучшие одежды. Здесь были и лорды, и бароны, и просто те, кто потом разнесет великую весть по всей стране. Савада и Луче двинулись к своим местам, к удобным мягким креслам, расположенным практически в самом центре стола – по левую и правую сторону кресла главы государства, которое сегодня обретет своего нового хозяина. Тсуна шел вперед уверенно, с прямой спиной, кивал головой в ответ на приветствия или стойко сносил обжигающие насмешливые взгляды. На глаза ему попался молодой лорд Солис, который, заметив Тсунаеши, радостно и открыто ему улыбнулся. Савада не смог не улыбнуться в ответ этому умному, честному, справедливому бете. Маг все больше уверялся, что он примет правильное решение, отдав свой голос за лорда Солиса. Он будет хорошим королем. - О, вы все же решились занять это почетное место? – раздался приятный уху голос лорда Ангуиса, стоило Саваде опуститься в свое кресло. - Думаю, я вполне могу занимать это место, - вежливо отозвался на издевку Тсунаеши. – Но если вы имеете что-то против моего решения, прошу вас, лорд, выскажитесь и вынесите это на обсуждение в сегодняшнем Совете. - Ох, что вы, господин Савада Тсунаеши, я ничего такого не имел в виду, - засмеялся лорд Ангуис и примирительно поднял руки. – Просто из поколение в поколение этот стул занимали исключительно уважаемые люди!.. Тсуна хмыкнул. Ему не нравился лорд Ангуис, что-то было в нем отталкивающее и противное, скользкое, грязное, и, кажется, эта неприязнь была взаимна, потому что подобные колкости и замечания они отпускали друг другу с первого дня знакомства, состоявшегося где-то шесть лет назад. Сегодня лорд Ангуис не мог в открытую выступить против Тсунаеши: омегу признали не только Первая, Третья и Четвертая Сотни магов, но и половина армии, а в народе его называли не иначе как Лорд Защитник, Лорд Регент, Лорд Протектор. Народ был прав, и лорду Ангуису оставалось только тихо шипеть и строить пакости, маленькие и большие. Когда рядом с Луче сел Фонг, прозвучал гонг, призывающий к тишине. Люди закопошились, засуетились, стремясь быстрее занять свои стулья и лавочки, разойтись к стенам и замереть там, готовые слушать. - Сегодня, согласно традициям, в день последнего дня траура смерти Его Величества Реборна мы собрались здесь, чтобы выбрать нового короля! – громко и пафосно объявил глашатай. – Сегодня под сводами этого зала… Тсунаеши с тихим вздохом возвел глаза к потолку, на изображениях которого кружили в небе золотые и красные драконы. Создатель, кто же придумал перечислять всех присутствующих на подобных заседаниях? Кто придумал это занудство? Как только глашатай замолк, Луче поднялась и заговорила: - Лорды и бароны, позвольте мне, как главе Союза Аркобалено, сегодня взять слово первой. Я провела последние часы жизни Его Величества Реборна вместе с ним и хочу исполнить его последнее желание, - она достала откуда-то из складок своего пышного платья шкатулку, осыпанную драгоценными камнями, с щелчком открыла ее и взяла в руки конверт, Савада заинтересованно уставился на него. – Как видите, уважаемые лорды и бароны, здесь стоит печать Его Величества, и я смею заявить, что это не подделка. Вы мне верите, лорды и бароны? Доверяете моему слову? Конечно, лорды и бароны верили и доверяли, никто не посмел и рта раскрыть, чтобы высказаться против. - Тогда я продолжу, - Луче надломила печать и достала письмо, аккуратно уложив конверт обратно в шкатулку. – Хм… Готовы ли вы, уважаемые лорды и бароны, услышать последнюю волю Его Величества и принять ее? - Ах, Ваше Величество Луче, мы всегда были готовы принять и исполнить любой приказ Его Величества Реборна, - ответил за всех находящихся в зале лорд Ангуис, - готовы и теперь. - Вы подтвердили дважды свое согласие, уважаемые лорды и бароны, и теперь я могу прочитать письмо. «Мои подданные, - начала Луче, голос ее проникал в каждый уголок зала Собраний и творил свою особенную магию, заставляя людей податься вперед, - не всем вам было известно, что детей я иметь не мог. Эта болезнь ставила под сомнение мое правление, она лишала меня наследника, который бы смог занять мое место и с достоинством нести бремя короны. Зная участь своего рода, мною было принято решение найти достойного преемника, и я обратился к существу высшему, мудрому, рассудительному. К Духу Великого леса. И это величественное создание откликнулось на мои мольбы и указало мне дорогу и человека, который бы смог сесть за место меня на трон…» У Тсунаеши все похолодело внутри, он выпрямился в своем кресле и с ужасом в глазах уставился на Луче, мысленно моля ее замолчать, поднести эту проклятую бумагу к пламени свечи и сжечь ее! Но Луче не слышала стона мага и продолжала все громче, все увереннее читать: - «Так слушайте же мой последний приказ, люди Солнца! Я, Реборн, наследник великого победителя Южных Драконов, объявляю своим преемником Саваду Тсунаеши, достойнейшего из достойнейших!..» Тсуна дальше не слушал. Тсуна задыхался, глотал ртом воздух и хватался побелевшими пальцами за край дубовой столешницы. Тсуна хотел кричать. - Это возмутительно! – лорд Ангуис подскочил со своего места под взорвавшийся шум голосов в зеле. – Возмутительно, чтобы какой-то омега родом из диких Равнин!.. - Возмутительны поднятые вами восстания на юге страны! – рыкнул Гокудера, стоявший за спиной Савады, как когда-то сам Тсуна стоял за спиной Реборна. - Что-о? – проголосил кто-то из лордов. – Так это вы устроили, лорд Ангуис?! Как это низко! Как недостойно человека из высших родов! Крики, вопли, возмущения перемешались в зале, топот ног и хлопки в ладоши. Звуки оглушали дрожащего Саваду. - Тихо! – усиленный магией голос Фонга прогремел под потолком. – Лорды и бароны, вы дважды подтвердили, что готовы принять волю вашего короля! И мы, двое из Аркобалено, засвидетельствовали это! Так замолкните и преклонитесь перед тем, кто отныне будет править вами, направлять вас! Или ваши слова ничего не стоят, лорды и бароны? Тишина вновь накрыла зал, закупорила уши, но вдруг кто-то прокричал: - Король умер, да здравствует король! Его подхватили другие голоса. Лорд Ангуис побелел, а Тсунаеши, поднявшись на негнущихся ногах со своего места, склонил голову перед своими людьми, принимая их выбор. И выбор, черт бы его побрал, Реборна. *** - Все будет хорошо. Тебе нужно будет просто пройти вперед, - успокаивала Тсунаеши Луче. - Да, да, знаю, - прошептал ей Тсуна. – Занзас? - Еще не прибыл, - Дино виновато посмотрел на него. – Но будет здесь с минуты на минуту! Он же обещал. Савада со свистом втянул воздух в легкие. - Тише, Тсуна, тебе нельзя волноваться, - Луче сжала его лицо в своих пальцах, заставляя посмотреть на себя. – Поверь мне, это гораздо легче, чем кажется. Нужно просто пройти до трона и дать клятву. Это такая ерунда по сравнению с тем, что встретит тебя во время правления, но и тогда ты будешь не один. Рядом с тобой всегда будут Хаято, Ямамото, Занзас. - И я! - ободряюще воскликнул Дино, положив свои тяжелые руки на плечи мага. - Иди, тебя все ждут. И двери в тронный зал отворились. Именно в это мгновение Савада отчего-то догадался, что тронный зал дворца столицы Солнца абсолютно схож с залом во дворце Тимотео, где ярко горит Очаг. Только здесь вместо огня лежали аккуратно сложенные бревна, которые никогда не загорятся. Обычная дань традициям и истории. Бархатный красный плащ, обшитый густым мехом, приятно оттягивал плечи и даровал уверенность в своих силах. Савада выпрямил спину и сделал первый шаг в залитый магическим светом зал. Он месяц готовился к этому событию, терпел постоянные примерки костюмов, нудные визиты графов и баронов, нравоучения старейшин и сможет с достоинством пройти до скрюченного старостью старичка, держащего в руках массивную корону. Он сильный! Ему все по плечу! Только бы быстрее пришел Занзас! Толпившиеся в зале люди кланялись ему, заглядывали в глаза, выкрикивали приветствия, но Тсуна заметил всех их только тогда, когда поднялся на три порожка и развернулся лицом к залу. Люди завороженно застыли, запоминая каждую черточку в лице Савады, каждую деталь в его одежде. - Когда-то давно так же стоял Реборн, совсем еще юный был. И так же мелко дрожал. Вы похожи, - тихо, чтобы его слышал только омега, с искрой веселья проговорил старик. – Готов ли ты? Тсунаеши осторожно кивнул. - Тогда встань перед своим народом на колено, дай ему клятву. И Тсуна уперся одним коленом в пол, и громко произнес слова клятвы, обещая заботиться и оберегать свою страну, своих людей, и холодный металл короны обжег его лоб, и его народ в ответ опустился перед ним на колени, склонив свою голову. - О! Смотрю, я как раз во время! – громкий рокочущий голос Занзаса приятно коснулся слуха Тсунаеши. – Ваше Величество Тсунаеши, позволите ли вы, мой дорогой и любимый муж, сделать вам подарок в этот замечательный день? Саваде показалось, что за его спиной распахнулись крылья, и он, смеясь, ответил: - Не смею вам отказывать, Десятый Вонгола. Занзас зубасто улыбнулся и подошел к Очагу. - Надеюсь, это станет началом нового мира! Его руки, объятые драконьем пламенем, опустились на поленья, которые тут же загорелись.