Дефлорация Банри Сетцу

Время пришло. Они оба были готовы к этому. Они встречались уже целый год и уже были взрослые – на прошлой неделе они отметили своё совершеннолетие и в первый раз выпили сакэ, которым их по этому случаю угостил в ресторане Сакё. Однако, они оба всё ещё были девственниками, если не считать того, что они подрочили друг другу в первый раз тогда, после стычки с гопниками, ну и ещё пару раз после этого. Теперь им была нужна ещё большая физическая близость друг с другом... Они оба хотели, чтобы их связывали ещё более тесные узы... После вечерней репетиции с Осенней труппой они отправились в общую ванную комнату общаги Манкай, где приняли душ и потом быстренько улизнули в свою комнату, не оставшись принимать ванну вместе с остальными товарищами по труппе. Заперев дверь комнаты 104, Джуза притянул к себе за талию Банри, который в свою очередь обвил руками шею Джузы, и они начали нежно и страстно целоваться, стоя посреди комнаты. Наконец прервав этот головокружительно долгий и жаркий поцелуй, Джуза посмотрел Банри в глаза и начал расстегивать пуговицы на его клетчатой рубашке. Пальцы Джузы слегка подрагивали от возбуждения, а его голова шла кругом от происходящего. Сетцу был так красив… Краше любой девчонки… Где-то в глубине души Джуза чувствовал – после встречи с Сетцу он не сможет полюбить девушку… Нахальный и бесстыжий выпендрёжник, Сетцу был хорош таким, какой есть… Он был весь соткан из противоречий… Мастер на все руки и при этом жалкий неудачник, очень умный, но одновременно такой простак, вспыльчивый задира и одновременно немного трус, довольно спортивный, но при этом всё же слабак... Сетцу был один такой, не похожий ни на кого… Он был единственным, к кому Джуза испытывал такие сильные чувства… Этот самодовольный и дерзкий пижон постоянно выбешивал его своим обезьянничаньем и придирками, но иногда на лице Сетцу появлялось печально-задумчивое выражение, и тогда он выглядел таким ранимым… Да, Сетцу был весьма интересный парень… И так по-гейски привлекательный… Немного нервничая, Джуза неловко возился с пуговицами на рубашке Банри, когда Банри решил помочь ему: он сам расстегнул свою рубашку и затем принялся снимать с себя остальную одежду, наблюдая, как Джуза снимает свою. Конечно, Хёдо был неуклюжий и косорукий долбонавт, но он стал таким потрясающе сильным актёром, в отличие от него… То, какой стремительный рывок Хёдо совершил в своём актёрском мастерстве, и правда впечатляло… Его игра была невероятно убедительной и захватывающей даже когда он только начинал работать над ролью… Банри знал, что он тоже очень талантлив как актёр. Он знал, что умеет подать себя и произвести впечатление, но было кое-что, чего ему недоставало и невозможно было достичь, но что было в избытке у Хёдо: неотразимая мужская харизма, а ещё находчивость и решительность в трудных ситуациях. Когда Хёдо играл на сцене, от него было невозможно оторвать глаз, и он не раз выручал и его, и других товарищей по труппе, когда кто-то из них забывал свою реплику или как-то ещё косячил во время спектакля. Хёдо был такой надежный… Банри и сам не заметил, как стал зависеть от него… Он полюбил театр, потому что полюбил Хёдо… Он знал, что он во всём мастер на все руки и мог стать, например, профессиональной моделью или режиссёром, как Изуми, но посвятил себя сцене только из-за Хёдо, одного лишь Хёдо… Он не знал, что из этого выйдет и какой будет его жизнь через несколько лет, но всё, чего ему сейчас хотелось, — это отдаться Хёдо целиком и без остатка… Раздевшись, Банри забрался на свою кровать, а следом за ним залез Джуза. Банри лёг на бок и, взглянув на Джузу, почувствовал, что занервничал. Хёдо нависал над ним, глядя на него глазами голодного хищника, готовящегося съесть свою добычу… То, что Хёдо будет активом, было ясно как белый день… Банри знал, что сопротивление бесполезно. Хёдо был явно решительно настроен полностью взять контроль в свои руки, как он и делал всегда несмотря на то, что он, Банри, столько раз пытался оспорить у него пальму первенства… Это так заводило, но при этом и немного пугало его… Напористая и мужественная сексуальность Хёдо заставляла его чувствовать мурашки по коже и дрожать от возбуждения, но при этом ему было немного страшно потому, что он не знал, как Хёдо будет с ним обращаться… Будет ли ему больно, когда Хёдо введёт в него свой член?.. И всё же, ожидание этого заставляло его всего гореть в предвкушении!.. Хоть он и трусил слегка, но чёрт возьми, он был совершенно готов дать Хёдо лишить его девственности!.. Горящие желанием глаза Джузы пробежали по лицу Банри, задержавшись на несколько секунд на его глазах, и скользнули вниз по его обнажённому телу. Сетцу был такой сексуальный, и всё в нём было таким чертовски соблазнительным: его красивое лицо с тонкими чертами, его хитро прищуренные, как у лисицы, синие глаза, его атлетично-худощавое телосложение, и его по-дурацки красивые волосы… Осторожно запустив руку в волосы Банри, Джуза поиграл пальцами с более длинными прядями. Они были такие мягкие и шелковистые на ощупь… Он всегда подтрунивал над причёской Сетцу, но делал это просто, чтобы позлить его… На самом деле всё было совсем наоборот — ему очень нравилось это дурацкое каре Сетцу, и он считал, что оно ему очень идёт… Но не мог же он вот так ему в этом признаться! Нет, он не признается в этом ни за какие коврижки, даже самые вкусные… Оставив волосы Банри, рука Джузы медленно переместилась ему на грудь. Плоская и гладкая, грудь Сетцу была тоже очень приятна на ощупь, а его коричневато-розовые соски были возбуждены, как и его налившийся, вставший член с слегка покрасневшей головкой. Член у Сетцу был немного тоньше, чем у него самого, но такой же стройный и грациозный, как и сам Сетцу… Осторожно взяв член Банри в руку, Джуза несколько раз погладил его вверх-вниз, и Банри тихонько застонал от весьма приятных ощущений. Джуза чувствовал, что совершенно не хочет быть пассивом. Тем более, что Сетцу был совсем не против того, чтобы самому быть им. Не то чтобы быть пассивом было так уж унизительно, просто… он совсем не хотел отдавать контроль кому-то вроде Сетцу. Да и вообще, он лучше сдохнет, чем позволит Сетцу сделать это с ним! Чёрта с два он даст ему доминировать! По крайней мере, он этого не допустит ни в театре, ни в сексе. Хотя, может быть, в чём-то вроде моды и стиля он не мог, да и не хотел соперничать с Сетцу. И честно говоря, он был уверен, что никто не мог… Джуза отпустил член Банри, вызвав у него легкий разочарованный стон, и легонько подтолкнул его лечь на спину, после чего подоткнул одеяло под его бёдра, чтобы приподнять их для лучшего доступа, и широко развёл его согнутые в коленях ноги, к огромному стыду и смущению самого Банри. При виде открывшейся перед ним картины Джуза невольно облизнул губы. Внизу у Сетцу всё было тоже очень соблазнительно: и его возбуждённый член, окружённый курчавыми русыми волосами, которые плавно сходили на нет в его промежности, и расщелина между его ягодиц, и это заманчивое отверстие в его теле… Джуза почувствовал, что хочет наклониться и исследовать это место губами и языком… Ему хотелось облизать Сетцу всего с ног до головы, но скорее всего он бы слишком засмущал его этим, так что лучше было бы пока отложить эти ласки на какой-нибудь другой раз… — Ну чего ты так пялишься... — пробормотал Банри в смущении и попытался прикрыть рукой свою интимную область, сгорая от стыда под внимательным взглядом Джузы. — У тебя тут... красиво, — приглушённо ответил Джуза и, мягко отведя руку Банри, погладил его между ног. — Просто сделай уже это, болван, — Банри отвернулся, прикрыв своё красное от стыда лицо тыльной стороной ладони. Он совсем не ожидал, что это будет вот так… Он-то думал, что Хёдо по-быстрому трахнет его со спины в темноте, но свет был по-прежнему включен, а его бёдра были широко раздвинуты перед Хёдо, который пялился на него там, но это его так возбуждало!.. Его гордость была порвана в клочья… — Не прячь лицо, Сетцу… — от возбуждения голос Джузы стал более низким и хриплым. — Ты выглядишь потрясающе, правда… Переплетя свои пальцы с пальцами Банри, он положил его руку на подушку позади головы и поцеловал его в губы, утешая, после чего немного подался назад, чтобы смазать свой член принадлежавшим Банри увлажняющим кремом, который он предусмотрительно прихватил с собой в кровать, и приставил свой член к анусу Банри. — Э-э, придержи коней!.. — голос Банри дрогнул от охватившего его волнения. Он попытался отпихнуть Джузу, уперев одну руку ему в плечо, а другую в лоб, но это было бесполезно. — Боишься?.. — мягко спросил Джуза, не сдвинувшись ни на миллиметр. — Да ни хрена!.. — соврал Банри, стыдливо отвернув лицо. На самом деле он запаниковал. Он испугался, что во время первого секса Хёдо нечаянно сделает ему больно, и тогда он не сможет почувствовать удовольствие… Вдобавок, ему уже было морально больно от того, что он лежал перед Хёдо в такой постыдной и беззащитной позе… Наклонившись, Джуза успокоил Банри еще одним нежным поцелуем. Сетцу явно боялся, просто не хотел в этом признаваться… И это было весьма мило… По правде говоря, он и сам волновался: это был их первый настоящий секс, но он и сам был неопытным девственником… Он мог случайно сделать Сетцу больно и даже вызвать у него там кровотечение, если не будет осторожен… Как-то раз он прочитал в интернете, что не все гей-пары практикуют анальный секс, потому что их тела физически не подходят друг другу для этого, но всё же он надеялся, что у них с Сетцу всё получится… Однако, он не мог знать это наверняка, пока не попробует… Другая вещь, которую он также помнил, — это то, что должен доставить своему партнёру удовольствие. Да, он должен доставить Сетцу удовольствие, чтобы тот захотел повторения в следующий раз… А для этого ему надо приласкать Сетцу, чтобы как следует расслабить его перед проникновением… Джуза нежно погладил ноги Банри. Длинные и стройные, с редкими и мягкими волосками на голенях, ноги Сетцу тоже были очень красивы… Джуза чувствовал, что спешить не следует, хоть он и был очень возбужден от одного вида Сетцу, лежащего под ним в этой заманчивой позе… Но сейчас ему надо расслабить и немного растянуть Сетцу там, внутри… Ещё там внутри него должна быть волшебная кнопка — простата, и ему было ужасно любопытно найти её у Сетцу… Джуза выдавил из тюбика немного крема себе на палец и, смазав им анус Банри, ввел палец внутрь него. Банри невольно напрягся. Хёдо трогал его там внутри… Это не было неприятно, но он чувствовал себя как-то странно… Между тем, Джуза двигал рукой взад-вперед и попеременно взглядывал то на свои манипуляции, то на лицо Банри, пытаясь понять, что тот чувствует. Тугое и тёплое кольцо мышц Сетцу, плотно обхватившее его палец, будоражило его воображение, заставляя гадать в предвкушении, какие ощущения он испытает, когда вместо его пальца анус Сетцу сожмётся вокруг его члена… — Нннх… Не смотри туда… — простонал Банри, сгорая от стыда под взглядом Джузы. Это было так унизительно, но вместе с тем так сильно возбуждало его… В ответ Джуза снова поцеловал его в губы, одновременно введя в него второй палец, и начал осторожно размыкать и смыкать пальцы внутри него, чтобы растянуть анус Банри ещё больше. Затем он слегка изменил угол проникновения, и Банри прерывисто выдохнул, вдруг почувствовав вспышку удовольствия, которая прошла сквозь него, словно электрическая искра. Это было гораздо приятнее, чем он думал… Ритмично двигаясь внутри него, пальцы Хёдо заставляли его хотеть двигаться им навстречу… Видя, что выражение лица Банри смягчилось, Джуза понял, что всё делает правильно. Да, это было оно, то самое сладкое местечко внутри Сетцу, и оно оказалось очень чувствительным, судя по тому, как Сетцу начал тихонько ныть и постанывать от удовольствия… Сделав еще несколько растягивающих движений пальцами внутри Банри, Джуза вынул их из него и невольно облизнул губы — анус Сетцу был расслаблен и слегка приоткрыт, словно жаждал вместить в себя его, Джузы, член… Он уже больше не мог сдерживаться… Торопливо нанеся еще немного крема на свой член и анус Банри, Джуза опять пристроился к нему. — Я вхожу, — приглушенно сказал Джуза, как бы предупреждая. В следующую секунду он осторожно ввел сначала головку, а затем и весь член в Банри до упора. — А-а-ах... — приглушенно застонал Банри и снова напрягся, застигнутый врасплох ощущением горячего члена Джузы, проникшего глубоко внутрь него. Член Хёдо был явно гораздо больше и вошёл в него гораздо глубже, чем его пальцы… Он одновременно обжигал и растягивал его внутри… Банри невольно впился пальцами в предплечья Джузы, в то время как его рот рефлекторно раскрылся, а веки сомкнулись. Он чувствовал себя словно насаженная на иглу бабочка, беспомощно пытаясь приноровиться. — Расслабься, Сетцу… Тебе нужно расслабиться, а иначе может быть больно, — мягко уговаривал его Джуза, при этом его голос был гортанный и низкий. Он замер и не двигался, чувствуя, что должен проявить ещё немного терпения, если хочет, чтобы всё прошло гладко, хотя его член буквально изнывал, требуя движения… Внутри Сетцу было так восхитительно туго, тепло и влажно… Несколько секунд показались ему вечностью, прежде чем лицо Сетцу перестало страдальчески морщиться и наконец прояснилось. Джуза начал двигаться, и это было обалденно!.. Горячая, упругая плоть Сетцу так плотно и так приятно обхватила его член... У него было ощущение полной, идеальной совместимости с Сетцу, словно тело Сетцу было создано специально для него одного… Вид был тоже потрясающий: возбужденный Сетцу лежал под ним с разметавшимися по подушке волосами, а его тело ритмично дрыгалось в такт его, Джузы, движениям в нём. Глаза Сетцу были сладострастно зажмурены, лицо раскраснелось, а раскрытые губы влажно блестели… Видеть Сетцу с таким сладострастно-растрепанным выражением лица вместо его обычной хитрой ухмылки было весьма необычно и тоже нехило вставляло… Джуза плотоядно облизнул губы. Он едва начал, но уже хотел сделать это с Сетцу ещё раз… Долбиться членом в тугое, влажное чрево Сетцу и привести его в такое состояние удовольствия, при этом самому испытывать не меньшее удовольствие — какой же это был кайф!.. И что могло с этим сравниться, помимо театра?.. Приоткыв глаза, Банри сфокусировал взгляд на лице Джузы. Хёдо явно кайфовал, трахая его… Его собственное тело уже приноровилось к члену Хёдо, чьё ритмичное движение внутри него уже начало доставлять ему острое удовольствие… Однако получалось, что он позволяет Хёдо делать с ним всё, что тот вздумает и как вздумает... Неужели же он опять проиграл Хёдо?.. Нет, нет, ни за что!.. Лидер он или нет, в конце концов?! Это он должен быть главным! А Хёдо должен его слушаться и подчиняться всем его желаниям! И если он скажет Хёдо немедленно вытащить из него член и остановиться, то он должен будет подчиниться. Хотя по правде, он не хотел приказывать ему что-то подобное, потому что совсем не хотел, чтобы Хёдо останавливался... — Поцелуй меня, — потребовал Банри полушёпотом-полустоном. Повинуясь, Джуза наклонился и прильнул к губам Банри своими губами, скользнув в его рот языком. Банри застонал в их поцелуй от переполнившего его двойного ощущения — сейчас Хёдо проникал в его тело сразу с обоих концов. Прервав поцелуй, Джуза ускорил своё ритмичное движение. Ощущения от секса становились всё лучше и лучше, а капли пота, стекавшие по ногам Сетцу прямо к эпицентру их интимного единения, играли роль дополнительной смазки, хоть и усиливали непристойные звуки ритмичных шлепков, производимые их телами. — Ближе!.. — снова потребовал Банри и притянул Джузу к себе, обвив его шею руками. Ему был нужен еще больший контакт с Хёдо… Он жаждал почувствовать его ещё ближе — всем телом и всей кожей… Наклонившись ещё ниже над Банри, но не переставая ритмично работать бедрами, Джуза провел языком от основания шеи до уха Банри, тем самым вызвав у него жаркий и сладострастный стон, затем легонько прикусил мочку его уха и слегка потянул за нее, а отпустив, скользнул языком в ушную раковину. Банри не мог сдержать сладких стонов — горячее дыхание и язык Хёдо буквально обжигали его, в то время как горячий член Хёдо, двигавшийся внутри него, заставлял его тело буквально искриться от удовольствия. — Нннх… Быстрее!.. — полустоном приказал Банри. Ему было так нестерпимо и мучительно сладко!.. Хёдо словно был создан именно для него, и его член в нём был словно единственно подходящий ключ в замке зажигания — он чертовски заводил его, доводя до упоительного исступления... — Жёстче!.. — выдохнул Банри, ощущая приближение апогея удовольствия. Немного приподнявшись на руках, Джуза ускорил свой темп ещё больше, и Банри уже не мог сдерживать голос, который стал вырываться из него высокими стонами, в то время как плотское удовольствие заволокло его разум… Он невольно терял контроль над собой… Он невольно терял себя в Хёдо… Джуза двигался, не отрывая от Банри своих опьянённых страстью полуприкрытых глаз. Ему льстило то, что он заставил Сетцу визжать от удовольствия, но их товарищи по труппе могли запросто услышать их сквозь тонкие стены общаги и догадаться, чем они занимаются в своей комнате… Не замедляя темпа, Джуза снова нагнулся и проник языком Банри в рот — он должен был заткнуть Сетцу поцелуем… — Хннн!.. — Банри приглушенно застонал в рот Джузы, когда его тело пронзила сладкая судорога оргазма, излившись ему на живот. В следующее мгновение Джуза тоже кончил, высвобождаясь глубоко внутри Банри с глухим горловым стоном и выгнув спину в пароксизме чувственного наслаждения, после чего обессиленно повалился на Банри. Выдохшиеся и удовлетворенные, они несколько мгновений лежали друг на друге, нежась в волнах пост-оргазменного блаженства. Они наконец сделали это, и это был просто улёт! Гораздо лучше, чем они оба себе представляли… — Ты как?... — тихо спросил Джуза после того, как его дыхание наконец выровнялось, затем осторожно вытащил из Банри свой член и лёг на бок рядом с ним. — Я чувствую себя… так странно… — тихо пробормотал Банри. Теперь, когда он познал близость с Хёдо, всё стало каким-то другим… Он стал каким-то другим и знал, что уже не станет прежним… — Тебе не понравилось?.. — встревоженно спросил Джуза. — Понравилось… Очень… — Банри повернул к нему лицо и поглядел ему в глаза. Джуза мягко улыбнулся в ответ и нежно погладил разметавшиеся по подушке светлые волосы. — Я весь грязный, — устало хмыкнул Банри. — Принеси мне чем-нибудь вытереться. Подчиняясь, Джуза спустился с кровати, достал несколько влажных салфеток и передал их Банри, после чего выключил свет и забрался на свою кровать. На завтра у них была намечена генеральная репетиция, поэтому им нужно было как следует выспаться.

***

Следующим утром Джуза встал как обычно рано. Одевшись, он разбудил Банри, который нехотя выполз из постели и принялся одеваться, при этом тихонько постанывая. Глядя на него, Джуза невольно забеспокоился. — Тебе больно… там? — спросил он робко, и Банри почувствовал, что его уши и щёки моментально вспыхнули от смущения: было совершенно очевидно, какую часть его тела Хёдо имеет в виду. — Да не-е… Почти нет, — Банри попытался изобразить беззаботность, хотя после вчерашнего у него и вправду слегка побаливало между ног. — Почти?.. — Джуза озабоченно нахмурил лоб. Банри покраснел от уха до уха — Хёдо совсем не нужно было знать, что эта лёгкая боль ему даже приятна… — Да замолчи ты, дятел! Пошли уже на репетицию!