Маска правит балом

Шли дни. Между влюблёнными царили мир и взаимопонимание: полная идиллия. Жан де Картье с того памятного вечера не пересекался с Арамисом. Дружба, и до того не бывшая тесной, дала трещину. Но обид вслух никто не высказывал. Как ни крути, а Жан ожидал такого развития событий: Д’Эрбле – известный сердцеед и дамский угодник. Что до Рене, то он, из чувства такта, старался не сталкиваться с юным приятелем. Но однажды друг-астроном пришёл к нему сам. Он возвращался из салона мадам де Рамбуйе, где один литератор интересовался, когда г-н Арамис закончит перевод греческой поэмы. Но, войдя в дом, застал хозяина собранным, как на войну. Кроме шпаги при нём имелся кинжал, а за пояс заткнуты два пистолета. И это не считая седельных. Арамис явно волновался: руки, застёгивавшие плащ, слегка дрожали. - Что случилось, Д’Эрбле? На Вас лица нет. - Простите, друг мой, некогда объяснять. Не обижайтесь, Вы не вовремя. Я очень спешу, нельзя терять ни минуты, - с этими словами он выбежал из дому в конюшню, вскочил на свою вороную лошадь и помчался прочь по направлению к южному выезду из Парижа. Ошеломленный Д’Картье остался стоять посреди комнаты. В сердце закрадывались дурные мысли. Об объявлении войны слышно не было. В какое приключение ввязался Арамис, и чем был так встревожен? Взгляд его упал на стол, на котором лежало вскрытое письмо. Жан вскрикнул от удивления. - О, это совсем не похоже на Арамиса, скрытного и аккуратного! – мгновение и беспокойство пересилило правила приличия. Плотный, шероховатый пергамент содержал следующие строки. «Любезный г-н Д’Эрбле! Простите поспешность и фамильярность моего письма: слишком велико потрясение. Произошло ужасное событие: моя дорогая дочь Маргарита похищена. Я был бессилен, что-либо сделать. Похититель – граф де Бюсси, приближённый герцога Орлеанского. Человек жестокий и беспринципный, способный на всё. За мной тоже неусыпно наблюдают, и мне стоило немало труда передать эту записку с верным человеком. Заклинаю: помогите! Избавьте мою дочь от бесчестья. Нам больше не на кого надеяться. Маркиз де Ренуа» - на письме была родовая печать с тюльпаном. Отбросив колебания, он со всех ног бросился к себе, за оружием, и дальше, пустив коня галопом, двинулся вдогонку за Рене. Не задумывался он ни над тем, что никакого опыта в стычках и дуэлях не имеет, его умения не выходят за рамки фехтовального зала, а на деле, всё, как известно, часто оказывается гораздо сложнее. Ни над тем, что лишь приблизительно знал, где находится замок Клермонов. В голове стучала только одна мысль: «Беда. С Маргаритой!». Нагнать Арамиса ему удалось уже за воротами Сен-Жак. - Жан, - удивлённо воскликнул тот, непроизвольно называя его по имени. – Вы что здесь делаете? - Я всё знаю, Д’Эрбле. Простите, прочёл письмо, оставленное Вами на столе. - Кто Вам разрешил?! – несмотря на угрожающую ситуацию, Рене не терпел вмешательства в свои сердечные дела. - Оставим это до лучших времён. Нужно спасать маркизу де Ренуа. Неужели Вы ничего не поняли в тот вечер?.. - Понял. И запрещаю Вам со мной ехать. Вы, мальчишка, хоть понимаете, куда мы едем? Граф де Бюсси – один из лучших фехтовальщиков, первая шпага Франции. - Пусть он хоть сам дьявол! Я еду с Вами, и не спорьте. Прикрою, если что. М-ль Маргарита дорога мне не меньше Вашего, - Арамис лишь кивнул. - Чёрт с ним! Вразумлять – бесполезно. И вдруг действительно пригодится. Вот только слышать о том, чтоб Луи де Клермон похищал женщин - не приходилось. Ни к чему, этот человек умеет понравиться дамам, - он ещё сомневался с минуту в подлинности письма. Но присутствовала гербовая печать и, в придачу, Марго сама недавно говорила о своём небезопасном положении. Всё сходилось. Что до Жана, то, будучи горяч и безрассуден, юноша не вникал в суть дела. Так, в молчании, они въехали в лес, принадлежащий «злодею». Откуда-то доносились странные звуки, похожие на латинские песнопения. Тут же нашим друзьям открылась мистическая, отдающая чернокнижием, картина: на просторной поляне горел ритуальный костёр – перевёрнутая пентаграмма. - Прибавим ходу, не нравится мне это, - не успел Жан ответить, как из-за поворота им навстречу выехали трое всадников в чёрных плащах с капюшонами. - Вы приехали, господа, - зловеще отчеканил один, и в тот же миг отовсюду посыпались выстрелы. Стреляли спереди, с боков. Лошади наших путешественников испуганно заржали, и рванули назад. Но и там путь был отрезан. - Засада! – Арамис отстреливался с двух рук. В темноте получалось не очень. Первый раз промахнулся, от двух выстрелов пали двое нападавших, последний подстрелил коня. - В любом случае, это не призраки, - теперь оставались шпага и кинжал. Но, сколь бы ловко он не защищался, стороны не равны. Ещё и Жан бесследно исчез. Рене хотел скрыться с помощью хитрости, провернув какой-нибудь обманный трюк, но не мог бросить приятеля. - Д’Картье, чёрт побери, где Вы?! – не отзывался. За то нападавшие лезли со всех сторон. Выпады сыпались градом, Д’Эрбле яростно отражал их, наносил ответные. - Прощайте, сударь, я помолюсь за Вас!.. За Вас – тоже, - в этот момент в кустах мелькнул зажжённый фитиль мушкета, кто-то крикнул: - Лошадь на дыбы, сударь! – мушкетёр дёрнул поводья, однако не успел – пуля задела плечо. - Этого ещё не хватало... – со временем, к звону стали прибавился гул в голове, раненую руку жгло огнём, силы стали сдавать. Но противников становилось меньше - ему явно помогал какой-то неизвестный. Внезапно издалека послышался приближающийся топот, знакомые голоса. Мелькнула мысль: «Друзья! Я спасён». - Один за всех! - И все за одного! – видя, какой оборот приняло дело, противники обратились в бегство, впрочем, их настигли Д’Артаньян и Портос. В итоге, многие нападавшие были убиты, двое скрылись. Последний, лошадь которого сразу подстрелил Д’Эрбле, не знал, куда деваться со страху, и был схвачен Портосом. - Кто тебя послал?! – грозно спросил он, приподнимая одной рукой, и наставляя на него пистолет другой. - Сударь, ради Бога, не убивайте! Я не знаю этого человека, но он говорил с иноземным акцентом, чужестранец, видимо, - гигант отпустил его: - Прочь! - Арамис, Вы ранены? - Легко, царапина. Но пропал мой приятель, Жан де Картье. Мы вместе угодили в эту западню. Вы появились как нельзя вовремя, но как Вам удалось меня найти? - Мы возвращались с дежурства и решили устроить пирушку. Зашли за Вами, а встретили Вашего Базена, чрезвычайно обеспокоенного. Он-то нам и рассказал, где Вас искать. Простите, полагаю, это лучше Вам вернуть, - Атос протянул Арамису сложенное письмо. - Раз Вы уже знаете, - в интонации мелькнула досада, - нет оснований скрывать остальное. Необходимо вызволить м-ль де Ренуа. И отыскать, наконец, г-на де Картье. - Сдаётся мне, будь он жив, уже дал бы о себе знать. - Наёмные убийцы – орудие трусов, скверная штука, - всеобщее внимание привлёк показавшийся из темноты всадник, в богатом одеянии. Красивый и статный дворянин, хотя, несколько высокомерный. Дерзкий взгляд серых глаз, чуть насмешливая улыбка. Особенностью лица был тонкий шрам на скуле, не портивший, но, с первого взгляда, выдававший в своём носителе заядлого дуэлянта. Он подъехал к нашим героям. - Луи де Клермон, граф де Бюсси, сеньор д’Амбуаз, - все четверо изумлённо переглянулись. Атос первым отправился навстречу вновь прибывшему. - Граф де Ла Фер, - остальные последовали его примеру, и раскланялись с новым знакомым. - Господин дю Валлон. - Д’Артаньян, лейтенант королевских мушкетёров. - Шевалье Д’Эрбле. Вы, верно, заметили, г-н де Бюсси. Меня и моего друга заманили в ловушку. Я благодарю Вас за помощь в этой схватке, ибо обязан Вам жизнью, - тот наклонил голову. - Это долг каждого дворянина. Однако позвольте узнать, что Вас и Ваших друзей так удивило в моей персоне? - он скрестил руки на груди, глаза сверкнули недобрым огоньком. – Вы просто замерли от изумления. - Я уже говорил о ловушке. Сегодня мне принесли письмо, извещавшее о похищении одной, - Рене замялся, - знакомой мне особы. И виновником, похитителем называли... Вас, - Бюсси побледнел от гнева. Но ради выяснения истины ещё держал себя в руках, и не торопился бросить вызов немедленно. - Кем подписана эта сомнительная эпистола? Кого я похитил? Назовите. - Письмо подписано маркизом де Ренуа, речь идет о его дочери, м-ль Маргарите, - де Клермон расхохотался. - Вас обманули, господа. А меня – оговорили. Маркиз не мог написать ничего подобного. Уже три недели, как он уехал на Юг, в Бордо. Сеньор Эркюль ездит туда каждый год. Я хорошо знаю г-на де Ренуа и его дочь, мы соседи по имениям, - граф умолк, довольный произведённым эффектом. - В таком случае, нам предстоит многое выяснить. Кто подделал письмо? - И устроил эту чертовщину в моих владениях? - И куда пропал Д’Картье? - вставил Портос. Принялись за поиски. Решено было зажечь факелы и объехать место побоища. Но, кроме поверженных наёмников, никого не было видно. Юного астронома и след простыл. И тут внимание Д’Артаньяна привлёк одиноко стоящий, оставшийся, по-видимому, без седока, конь. Остальные-то давно разбежались. Гасконец приблизился. - Арамис! Сюда! Мы нашли то, что искали... – Подъехав к другу, Рене остолбенел от увиденного: в траве лежало тело Жана де Картье. Шпага была зажата в его руке, рыжие волосы падали на лицо. Пуля нашла свою жертву, попав прямо в сердце... ... Теперь путь наших путешественников лежал в поместье Ренуа. Необходимо было лично убедиться в безопасности Маргариты. Ничто не мешало автору подложного письма самому похитить девушку. А, если всё в порядке, Марго не лишним будет знать об интригах, которыми оплели её фамилию. Впереди этой кавалькады ехал граф де Бюсси, за ним - Арамис и Портос. Замыкали шествие Атос и Д'Артаньян. Все пятеро были мрачны и немногословны, словно чёрная тень нависла над всадниками. В таком же настроении они въехали во владения маркиза. Забегая вперёд, скажу, что с м-ль де Ренуа всё было в порядке. Девушка ещё не ложилась. Весь вечер она за столом, у камина, разбирала хозяйственные дела в расчётной книге. И нечаянно задремала, когда её разбудила взволнованная горничная. - Госпожа, проснитесь, к нам гости. - Какие гости? О чём ты говоришь, Софи? В такой час? Кто они? - Пятеро всадников, и все мрачнее туч! – служанка была растерянна не меньше госпожи. – Среди них г-н де Бюсси и г-н Д’Эрбле. Остальных я не знаю. - Как странно... – подумалось ей. – Трое оставшихся, должно быть, друзья Арамиса. И каким образом пересеклись Рене и граф? Что их сюда привело? - Что прикажете, г-жа? - Впустите их и проведите в парадную залу для приёма гостей. Я сейчас спущусь, - но церемонная встреча превратилась в полнейшую суматоху, спешное знакомство с новыми для хозяйки дома лицами. Первым делом было послано за доктором. Марго поразил сокрушённый вид возлюбленного, она никогда не видела его таким. И дело было не только в ране, но и в муках совести. Несостоявшийся «аббат» винил себя в смерти приятеля. Маркиза не стала его ни о чём расспрашивать, правильно предположив, что сейчас Рене лучше не беспокоить. Её успокаивало лишь то, что эскулап нашёл рану несерьёзной, и Арамиса отправили отдыхать в одну из спален. Остальное общество, тем временем, разместилось в гостиной. Атмосфера в воздухе царила натянутая, если не сказать тягостная. Из сбивчивых объяснений в начале встречи Маргарита поняла лишь то, что Рене пытались убить, с помощью какой-то аферы с письмом. - Сударыня, просим нас простить за столь неожиданное вторжение. Причина этого более чем серьёзна. Сегодня вечером был осуществлён преступный замысел. Это письмо, - Атос протянул ей бумагу, - расскажет Вам о его сути лучше любых разъяснений, - девушка вгляделась в витиеватые строки. - Какая низость! – в её голосе зазвенело негодование. – Заманить г-на Д’Эрбле в ловушку, подделав почерк и печать моего отца! И придумать эту грязную историю, обвинить нашего благородного друга, г-на де Бюсси, - граф любезно поклонился Маргарите. Атос же продолжал. - Это ещё не всё. М-ль, Вы знали г-на Жана де Картье? - Да, это было мимолётное знакомство. Мы несколько раз встречались в литературных салонах, - она умолчала о вечере астрономии, памятуя данное Жану обещание. - Вынужден сообщить Вам прискорбное известие – г-н де Картье погиб в сегодняшней ловушке, - Марго тихо охнула. Губы её побелели, румянец отхлынул от щёк. - Боже мой... Ведь он почти ребёнок, такой наивный... – но тут же спохватилась, стараясь вернуть самообладание. - Это ужасное событие. Я буду молиться за упокой его души. У него были родственники?.. Нужно им написать... - Нам это неизвестно. Он был другом Арамиса, - повисла неловкая пауза. - Как он там очутился? – чуть сдавленным голосом произнесла Маргарита. - Вероятно, узнал о письме и поверил, - вновь наступило молчание. Вся ситуация, кроме того, что печальной, выходила крайне неловкой: компания едва знакомых людей пытается распутать сложный клубок, в котором слишком много личных мотивов. Роль импровизированного «судьи», стремившегося сложить имеющиеся факты воедино, неожиданно взял на себя граф де Бюсси. Ещё дорогой Луи сказал себе: «Я не буду Бюсси, если не разыщу этого мистификатора. И, клянусь смертью Христовой, ему несдобровать!» - Поговорим немного о живых, господа. Г-жа де Ренуа, у Вас нет никаких предположений на счёт автора письма? - Увы, пока нет. - Ничего, если Вы не против, я попробую в этом разобраться. Что нам известно? У г-на Д’Эрбле имеются враги? - Явных мы не знаем, Арамис всегда очень скрытен, - справедливо заметил дю Валлон. - Рогатый муж? – предположил Д’Артаньян, но осёкся, вспомнив о присутствии м-ль де Ренуа. - Как я уже заметил, у неизвестного не хватило смелости решить дело с помощью честного поединка. - Но хватило средств нанять убийц. - Верно. Теперь обратимся к поддельному письму. Оно может многое рассказать о нашем неприятеле. - Этот кто-то имел образец почерка, и мы отсылали ему письмо со своей печатью... – задумчиво протянула Марго. – Я вижу, печать переклеена, подмазана сургучом. Взгляните. - Да, кажется, так. - Прибавьте к этому, что сей человек знаком с Вашей семьёй меньше года. Если не знает о традиции маркиза уезжать зимой. За то он точно знает о Вашей... нежной дружбе. - А также имеет страсть к мистификациям. - Вот это меня сбивает с толку! – воскликнул Портос. – К чему эти дьявольские штучки? - Маскировались. Если бы план удался – убийство приписали бы к чёрному ритуалу, - вставил, до этого молчавший, Атос. Он внимательно слушал весь разговор, но и неусыпно следил за Маргаритой. Её реакциями, жестами. Граф де Ла Фер давно не доверял женщинам, шпионкам кардинала – в особенности. О принадлежности хозяйки дома к службе Ришелье он догадался ещё в Даксе. Впечатления второй Миледи она, будто, не производила. Хотя ничего нельзя сказать наверняка. Остальное – личное дело Арамиса. «Заседание» же продолжалось. - Не следует забывать об иностранном акценте, наш злопыхатель – не француз. - А кто? Испанец? Англичанин? - Хм... насколько я знаю, не так давно в окрестностях появился один немец, он арендовал поместье у некого разорившегося г-на, затем и вовсе выкупил, - граф провёл рукой по непослушным каштановым завиткам. – Кстати, у меня назначена с ним дуэль. - Кто он? Как его имя?! – воскликнула в чрезвычайном негодовании Марго. Озарение, очевидная догадка пришла мгновенно. И Бюсси подтвердил это предположение. - Зовут его: курфюрст фон Бергманн.