Грязь на снегу

      Люмин выбежала из зала. Брат последовал за ней.       — Итер! Итер! Почему они не в клетке? Я хочу уйти!       — Люмин, тише, прошу, — он приобнял сестру, что та упиралась лбом ему в грудь и гладил по голове, в попытках успокоить — ты про то, что было на столике? Это не пауки, все хорошо.       — А что это тогда? Я же ви.       — Это — прервал ее Итер — всего лишь их шкура. — он немного помолчал — пауки сбрасывают свой экзоскелет время от времени. И здесь он выставлен как образец.       — Я поняла. Прости.       Проходящие мимо люди обращали внимание все сильнее и сильнее на странную парочку, из которой один, по мнению окружающих, чем то обидел девушку, а та настолько запугана, что трясется и не может выбраться из рук человека, который держит ее силком. Кто то хотел вызвать даже охрану, но вскоре все успокоилось и обошлось без этого.       Но все же после подобного Итер с Люмин не захотели больше оставаться в помещении и уже через пару минут зашли в кафе неподалеку.       Долго разглядывать меню не пришлось. Они выбрали блинчики, а так же два коктейля: шоколадный и ванильный. Взяли номерок, оплатили заказ и присели за свободный столик напротив друг друга.       Итер положил свою ладонь на руку сестре:       — Ты в порядке?       — Да, спасибо. Я уже пришла в себя, пока мы шли по улице. Свежим воздухом там подышала, все такое — она отшучивалась, чтоб не вызывать беспокойство, но улыбка снова озарила ее прекрасное лицо.       Долго ждать заказ не пришлось. С разносом в руке к ним подошел парень красивой внешности, поприветствовал и начал расставлять на стол еду.       Официант был очень стройным, волосы были светлыми, как и его кожа — гладкая, будто хрустальная. Правой рукой он ставил тарелки и стаканы, тогда можно было заметить на сколько тонкие и длинные у него пальцы, костяшки чуть розоватые, ногти не длинные, но и не короткие, а на бейджике написано имя «Альбедо». Альбедо ушел, оставив после себя сладкий освежающий аромат цветов сесилий, а брат с сестрой принялись трапезничать, откусывая и запивая.       — Хочешь попробовать мой коктейль? Мне кажется, он слишком приторный — возмутился блондин.       — Ага — Люмин пухленькими губами взяла трубочку и начала втягивать жидкость. Во рту разлился приятный охлаждающий шоколадный вкус — И ничего он не приторный. Все в меру.       — Дай я тогда попробую твой. — он сделал глоток коктейля со вкусом ванили — Вот этот мне больше нравится.       — А по мне так оба хороши. Давай тогда обменяемся? Я шоколадный допью.       — Ты уверена?       — Конечно. Говорю же, мне оба по вкусу. Сойдясь на том, они скрашивали времяпровождение милой беседой.       — Ты видел того официанта, Тер? — ободренно спросила девушка       — Ага, он довольно. — парень замялся — необычный.       Люмин аж пошатнулась от подобного заявления, вытаращив глаза:       — Что значит «необычный»? Нормальный. Красивый молодой человек. — последние слова прозвучали довольно заигрывающе.       — Пх, тебе что, он понравился?       — Ну а что, — возмутилась и нахмурилась блондинка — неужели ты думаешь, что у такой красавицы как я ничего не получится?       — А, да нет, что ты, просто дома бывать чаще надо, а не у своих подруг — улыбнулся Итер, отрезая очередной кусочек блинчика, политый клюквенным сиропом.       — Ээ, а это то тут причем?       — Да это же наш сосед сверху. Мы правда с ним ни разу не общались, но я иногда видел его.       — О, неужели? Какое совпадение. Может быть у нас что то и получится, как думаешь? — игриво прошептала Люмин, чтоб это не услышал светловолосый парень, обслуживающий соседний столик.       — Нуу… — протянул блондин, оторвав взгляд от тарелки и сосредоточив его на Альбедо.       Итер еще несколько секунд смотрел на объект разговора, как вдруг тот заметил на себе взгляд и повернул голову в сторону парня. Их взгляды встретились и только только Итер смог разглядеть неистово красивые глаза Альбедо. Голубые. Кристально чистые. Словно тихая рябь на поверхности глубокого, но светлого океана. Официант мило приподнял уголки губ в улыбке, развернулся и направился к другому столику забирать посуду.       — Даже не знаю — проводив голубоглазого парня взглядом, Итер вновь взглянул на сестру — по крайней мере стоит с ним попробовать заговорить.       Выражение лица Люмин на секунду изменилось, но тут же она подняла голову и выдавила из себя улыбку:       — Да что ты, мне до него далеко. Он настолько утонченный, можно даже сказать аристократичный. Сам его вид, образ, походка говорят о изысканности и манерах. А я. Ну. Я ему не ровня. Такую как я. Не думаю, что полюбят.       — Люмин, да что же ты такое говоришь?! Боже, даже слушать тяжко, уши в трубочку заворачиваются. Ты о чем вообще? Да за такой прекрасной девушкой толпы должны носиться, ты же само. само совершенство! Девушка тихо хихикнула, прикрыв рот рукой:       — Да ну тебя. Еще скажи, что я богиня какая то.       — Конечно! Самая настоящая Деметра!       — Какая еще Деметра? — Люмин начала смеяться в полный голос — я по твоему похожа на огородницу?       — Ой. А кто там была эта, ну как ее, богиня красоты?       — Афродита?       — Да, да! Та самая! Люмин, прекрасная моя сестра. Ты самая восхитительная и чудесная. Ты не Афродита. Ты лучше ее. В десятки, нет, в сотни раз. Такой великолепной красавицы еще поискать надо — парень немного наклонился над столом, подставил руку ко рту и продолжил полушепотом — и если этот Альбедо упустит такую принцессу, то это будет равняться тому, что он упустит свое счастье.       — Ну все, все, Тер, перехваливаешь.       — На сколько я знаю, он художник. А ты ведь тоже специализируешься в этом направлении, может там и сойдетесь на почве этого.       — Ты про мою работу?       — Да, ты же делаешь ногти и все такое, дизайн всякий. А он тоже самое делает, но на бумаге.       — Ну это не совсем тоже самое.       — Когда у тебя кстати следующий клиент будет?       — А? Да не знаю, что то пока никто не записывается. Видимо пока всех берет Ху Тао.       — Это та, у которой ты и ночуешь постоянно?       — Да, да.       — Сегодня же дома остаться планируешь?       — Ага.       — Как хорошо. Я наткнулся на хороший фильм, еще не смотрел, с тобой хочу. Сегодня тогда как раз шанс выпадет.       — Да, сегодня я никуда от тебя не убегу.       И как только девушка это произнесла, раздался звук пришедшей смски.       Люмин открыла свою сумочку и начала искать источник звука:       — Это скорее всего Мона, мы собирались с ней погулять завтра. Наверное пишет уточнить что то.       Блондинка вытащила телефон и открыла чат. Итер не видел что там, но точно заметил лицо сестры, выражающее явное негодование и волнение.       — Что такое, Люмин?       — А, да так, — она тот час улыбнулась — это по работе. Тер, прости, но мне нужно бежать — она взяла его за руки и сделала грустное щенячье выражение лица.       — Там что то случилось?       — Это Ху Тао. У нее произошла какая то проблема с нашими материалами и там нужно мое присутствие. Поэтому прости, что так срываюсь, но это правда необходимо.       — Я понимаю, конечно. Все хорошо.       — Спасибо, зай, — она чмокнула его в макушку — тогда я побежала, удачи тебе.       Итер остался допивать свой напиток. А от Люмин уже не осталось и следа.       Она в быстром темпе выбежала на улицу, села в нужный автобус и через 20 минут уже стояла у большого двухэтажного дома и звонила в звонок.       Как только дверь открылась, Люмин сразу задала вопрос с явно недоброжелательным настроем:       — И что все это значит?       — Что именно?       — Твое сообщение. Я вообще то не каждую секунду с телефоном нахожусь и не каждую секунду я свободна.       — Но ведь пришла же. Значит была не так уж и занята. Мы так и будем стоять у порога?       — Сначала ответь. Зачем ты меня позвал?       — А что? Я не могу встретиться со своей старой хорошей знакомой?       — Я не хочу иметь с тобой больше никаких связей, кроме тех, что имею сейчас.       — Но будешь.       Люмин промолчала.       — Заходи в дом. Раздевайся.       Не произнося ни слова она пересекла порог дома и сняла верхнюю одежду, повешав ее на крючок.       — Будешь чаю? — поинтересовался парень.       — Нет, спасибо — холодно, но с осторожностью ответила блондинка, остановившись у прохода в гостиную.       — Может тогда ты хочешь что нибудь сытное? У меня в холодильнике есть пара блюд.       — Сяо. Ближе к теме. Ты явно позвал меня не чаи распивать.             Брюнет улыбнулся:       — Сначала прелюдии. А потом уже все самое сладкое.       Люмин насторожилась.       — Может кофе?       — Да ты что, вообще меня не слушаешь?       — А кто давал тебе право повышать на меня голос? — этими словами он ввел Люмин в явный ступор, что она опустила взгляд и нервно прикусила губу — Не хочешь по хорошему? Будет по плохому, грязная сучка. — он схватил девушку за тонкую руку и, потянув за собой, направился в сторону спальни. Бросив ее прямо на кровать, что та аж скрипнула, он снял одним рывком свою одежду и принялся за Люмин.       — Боже, прошу. Прекрати! — жертва сопротивлялась как могла. Она кричала, билась под тяжелым мужским телом в попытках высвободиться, но все усилия заканчивались безрезультатно. Будто в них вообще и не было толку, было понятно, на что все это тянет.       — Пх, зачем ты сопротивляешься? Я одного понять не могу. Осмелела так, я смотрю. А ведь раньше была такой послушной. Может мне снова взяться за твое воспитание?       — Мы же договаривались! Так зачем тебе я?!       — О чем мы договаривались? То что буду переводить тебе денюжку за твоего братца. Но насколько я помню в условиях был только договор на тело, а не на то, что я должен нянчиться с ним, как с мелким ребенком. Он просто невыносим. Но дырка у него просто шикарная, будто сделана под меня. А тебе напомнить, что ты мне написала совсем недавно? — он остановился, смотря на уже полностью голое женское тело и с явным пренебрежением и выдавливая голос — «Сяо, почему ты обращаешься так с Итером? Не забывайся, вы все-таки встречаетесь. Итер очень сильно переживает ляляля»… Ахахахахахах — он рассмеялся как с самой глупой и нелепой шутки — Разве не об этом кое кто меня просил? Что ты молчишь?       — Да! Я просила! И что с того? — набралась сил Люмин — Я просила просто обращаться с ним как с человеком, а ни как с животным!       — Милочкаа — протянул брюнет, схватил и приподнял ее лицо левой рукой, за подбородок и сжал пальцами в области щек, что губы немного приподнялись. Он сжал лицо в пол силы, но этого уже было достаточно, что бы ощутить невыносимую боль — Твой брат — товар. Такой же, как и ты. Всего лишь вещь. Вы не животные, вы намного хуже. Вы ненужная использованная и выброшенная тряпка. Вы никто. И отношение к вам нужно такое же. А раз ты хочешь, чтоб я удовлетворил твое желание и притворялся каким то прилежным и покладистым пареньком, то будь добра — заплати.       Люмин молчала. Она даже представить не могла чем все обернется. Внутри еще теплилась надежда на хороший исход, но мозг понимал, что в подобном положении его ждать не стоит. Она не знала, что ответить. Как будто все тело ошпарили кипятком и было больно и страшно не только говорить, но и двигаться. Как будто каждое действие уже служило сигналом и если она сделает что то не так, то это может плохо кончиться.       Это парень ее брата. Парень. Ее. Брата.       Она просто не может это сделать! Как после подобного смотреть Итеру в глаза?       Тишина начала раздражать и Сяо принялся к действиям. Поцеловал и прикусил мочку уха и губами стал проходить по всему телу, иногда покусывая или полизывая ту или иную область. Мерзкие прикосновения. Мерзкая близость. Мерзкие ощущения. Все казалось мерзким от рук этого человека. Хотелось уйти. Убежать. Да просто провалиться. Лишь бы не быть опозоренной. Не быть изнасилованной любимым своего брата. Нельзя было позволить этому случиться.       — Нет! Нет! Прошу, остановись! — кричала девушка и изо всех сил пыталась вырваться из этого кошмара.       — Да брось, тебе же не впервой, куколка.       Он отстранился и сел на угол кровати, широко раздвинув ноги. Казалось, это был шанс на спасение, но он оборвался, как тоненькая веревочка:       — Чего ты ждешь? Поработай язычком.       Люмин кое как привстала и облокотилась на руки, в попытках удержаться:       — Сяо. Пожалуйста. Я не хочу. Я не могу поступить так с Тером.       — Как поступить? Ты же наоборот ради него и стараешься. Или ты уже не хочешь, чтобы я вел себя с ним «ни как с животным»?       — Но.       — Что но?       — Разве это обязательно? Почему ты просто не можешь быть более человечен?!       — Хм — Сяо нахмурился и потер пальцами у переносицы — у меня уже голова раскалывается. Знаешь, что я больше всего ненавижу? Тупые вопросы. Но еще больше — тупых людей. Которые не понимают, что им нужно делать даже тогда, когда им все объяснят.       — Но как ты можешь? — девушка срывалась на крик и слезно умоляла остановиться. Прекратить все это безумие.       — Что «как я могу»? Ты сама предложила Итера как подстилку вместо себя. Какая разница, кому и за что я плачу?       — Итер — не подстилка! Он влюбился в тебя, как только увидел! Уж не знаю, что он разглядел в таком уроде как ты, но я лишь хотела ему помочь. Поэтому и пришла к тебе, чтоб ты с ним ВСТРЕЧАЛСЯ, а не просто использовал в своих нуждах.       — Но все же от денег ты не отказывалась.       Люмин молчала.       — Чего притихла? Строишь из себя такую правильную, а ведь на самом деле как была шлюхой, так и осталась.       — Я не.       — Что «я не»? — перебил Сяо — сколько ты уже работаешь в этой сфере? По крайней мере больше полугода, это я знаю точно. Ведь когда мы встретились, ты все так же скакала на чужих хуях и получала за это деньги. Даже сейчас, когда я плачу за твоего брата, ты же не бросаешь свою «работу»? Значит точно получаешь от этого удовольствие, да? — секундная пауза, после которой он продолжил — А про Итера. Этого парнишки. Я даже рад, что ты подложила его под меня. Надо же. Но хоть он и в моем вкусе, да и в постели просто замечателен, но характер — он поморщился — просто отвратительный. Поэтому нянчиться за просто так я не собираюсь. Поэтому, моя дорогая Люмин, — Сяо повернулся, погладил девушку по голове и взял в руку несколько волосков, немного полюбовался тем, как они блестят от света ламп и погладил пальцами — всего два раза в месяц. И твой любимый братик будет в полном уюте и комфорте. А если нет — глаза Сяо загорелись и внезапная боль раздалась на коже головы Люмин. Одним движением он вырвал прядь волос.       — Ай!       Волосы, что остались в руке он положил на прикроватную тумбочку и вновь посмотрел на обнаженную Люмин.       — Давай, устраивайся между моих ног, я жду.       Люмин была полностью разгромлена и уничтожена. Беспомощна. Мысли путались. Было ужасно это признавать. Если сейчас она не будет делать то, что говорит этот человек, то он превратит не только ее, но и жизнь ее брата в полнейший ад. Он может.       Что ей еще оставалось? Она встала на колени и, растеряв последние частички своего достоинства, расположилась между ног парня.       — Неужели тебе так неймется испортить нам жизнь?       — Испортить? Неужели ты так не хочешь сделать что то хорошее для своего брата? Неужели ты его не любишь?       — Не смей так говорить!       — Ну что ж. Тогда приступай, родная. Мое терпение, знаешь ли, не безгранично.       Дрожащими руками она опиралась и держалась за ноги парня, а языком, испытывая невероятное отторжение от того, что он делает, начала ласкать его член.       Это продолжалось какое то время, от чего парень конкретно устал.       — Слушай, мразь ты тупорылая, мне нужно тебе дважды повторять? — он завел руку ей за голову и резким движением оттянул за волосы — Я же знаю, какой у тебя опыт. Не притворяйся, что не умеешь, не пизди мне тут. Заглатывай полностью.       Люмин страдала. Ужасно. Было невыносимо больно. Это слишком унизительно. Слишком даже для нее. Но что можно было сделать? Что? Ей не хотелось. Безумно не хотелось. Но разве у нее был выбор?       Половой орган уже находился у нее во рту и, добросовестно исполняя свои обязанности, она делала просто восхитительный минет, борясь с приступами тошноты. И нет, это был вовсе не рвотный рефлекс.       — Ну вот, так то намного лучше — Сяо держал руку на голове девушки, контролируя процесс — как же я скучал по этому узкому ротику и по твоим ласкам. Все же сосешь ты намного лучше, чем твой брат. Кстати, а расскажи, как это, знать, что сегодня ты сосешь член, который вчера был в дырке твоего брата?       Люмин кое как сдерживала слезы. Ей было противно не столько от того, что она делает, а столько от того, что она думала об Итере. Она знала, что делает это ради него, но на душе скребли будто кошки от понимания того, насколько это неправильно и ужасно.       Что скажет Итер, если узнает. С каким лицом будет на нее смотреть? Она представляет. Но как это можно поменять? Как можно время вернуть назад, чтобы вообще никогда не связываться с этим человеком? Жить хоть и в нищете, но зато в спокойствии. Пока она задумывалась об этом, во рту неожиданно появилось что то липкое и тягучее. Довольно много. Это заполняло весь ее рот.       Сяо выгнулся, а рукой, которой держал за голову, придвинул Люмин ближе, так, чтобы весь член вошел ей по самое горло. Мерзко. Мерзко. Мерзко. Отвратительно.       Люмин сморщилась, когда вся сперма полностью вытекла ей в рот и стекала по глотке. Нужно было проглотить все, не уронив ни единой капли на пол — такое было первое правило у Сяо.       — Какая молодец. Даже все помнишь до сих пор. Тебе полагается вознаграждение.       Люмин все еще сидела на полу, морщась и закрывая рот рукой, проглатывая последние остатки.       — Что, тебе даже не интересно какое?       И снова молчание       — Я сам с собой разговариваю? — веселый тон вдруг сменился на более холодный и угрожающий.       — Какое? — шепотом спросила блондинка.       — Ну нехорошо открывать все карты, узнаешь позже. Вставай.       На ватных ногах она поднялась. Не хотелось ни говорить, ни смотреть в глаза, не хотелось ничего. Просто убежать и забыть это как сон.       — Какую позу хочешь?       — Неважно.       — Какая то ты совсем не разговорчивая сегодня.       — … просто сделай это уже побыстрее.       — Опять рвешься к своему любимому брату? Я не перестаю удивляться. Ладно. Вставай раком.       Люмин послушно залезла на кровать и встала в сказанную позу, широко расставив ноги. На ее лице не возникала ни одна эмоция. Лишь одинокая слеза, скатывалась по бледной коже щеки.       — А ты знала, что это любимая поза твоего брата? Вчера так хорошо провели с ним время.       — Замолчи — совсем тихо прошептала девушка.       — Что сказала? Повтори.       — …       — Ты сказала мне замолчать? Да как только пасть посмела открыть?       Парень замахнулся и со всей силы ударил Люмин по ягодице, что в ту же секунду на ней засиял красный след от ладони. Она сжала зубы от боли, но стерпела, лишь прошипев, ничего не сказав.       — Вот и молчи.       Он прикоснулся большим пальцем к половым губам и провел:       — Ты такая мокрая. Не ожидал. Неужели от шлепка ты настолько сильно возбудилась? Или это еще тогда, когда держала во рту мой член? Так соскучилась?       В ту же секунду большой палец оказался во влагалище. Люмин томно вздохнула. Она вся уже покраснела. Стыдно было признать, но она была возбуждена до предела. Но все же она не могла так. На душе было до жути скверно.       Сяо понял, что не дождется никаких ответов, поэтому сразу приступил к действиям. Вытащил палец и уже влажным членом вошел без каких либо трудностей на половину.       Люмин выгнулась и прикусила губу до крови, чтобы не тешить самолюбие насильника своими стонами.       Он начал двигаться. И с каждым толчком все глубже и глубже входил в девушку. Стенками влагалища она чувствовала каждую выступающую венку на его органе.       Страшно. Больно. Противно.       Как только член смог спокойно двигаться внутри, Сяо начал долбиться без тени нежности. Он совсем не думал о партнере. Ему было важно лишь получить самому удовольствие.       Люмин уже не могла сдерживаться. И каждый толчок отдавался стоном, переходящим на крик.       Он держал ее за руки, завернутые назад. Опорой служили только колени, от чего он мог входить еще глубже и еще резче. Девушка не могла даже отодвинуться от парня или даже просто двинуться. Она просто выступала в роли секс-куклы.       Люмин потеряла счет времени. Она дрожала как осиновый лист и молила, чтоб эта пытка поскорее закончилось. Слезы катились по ее лицу, глаза уже жгло и она не могла их полностью открыть и нормально видеть из-за размытости. Хотелось просто умереть.       Не хотелось больше жить после подобного надругательства.       Эта грубость возвращала ее во времена ее первого раза.       Омерзительно.       Толчки становились все быстрее и быстрее, а крики заполняли всю комнату. Уже было трудно даже вздохнуть. Каждый вдох обжигал горло и отдавался внизу живота.       Внезапно он отпустил ее руки, из-за чего девушка упала прямо лицом в подушку и немного скатилась с члена. Уже промелькнула мысль, что это конец, все закончилось, как вдруг он схватил ее за ягодицы и начал вдалбливать в кровать.       Минуту назад казалось куда уже хуже? Но сейчас это «хуже» настало. И настало очень ощутимо.       Он вбивался так, что доходил до верха матки. Было больно. Очень больно. Но Люмин могла лишь громко кричать и плакать, пока ее слюна стекала изо рта на подушку.       Он кончил. Это животное кончило внутрь. Но что было самое обидное, так это то, что Люмин кончила вместе с ним.       Он сидел на краю кровати и без грамма стыда курил сигарету. В то время, как блондинка лежала, укутавшись с головой в одеяло. Она чувствовала, как внизу все еще пульсирует, а также то, как из нее вытекают остатки семени этого ублюдка.       Она сжимала одеяло и просто лежала без какой либо эмоции. Все слезы уже вышли. Плакать просто не было сил, да и глаза уже сильно покраснели и опухли. Она и сама не понимала, какие эмоции сейчас испытывает. Отвращение? Злость? Боль? Она это должна чувствовать?       Так прошло какое то время. Сяо уже давно покинул спальню и обосновался в своем кабинете, будто совсем недавно ничего и не произошло. Он лишь слышал как сначала открылась, запустив в дом холод, а затем захлопнулась входная дверь.