Интерлюдия 34: Тигриные Когти
28 октября 2023 г., 04:48
Посреди ночи ему пришло сообщение, в нём говорилось, что ему предстоит сделать. Ему приказывалось присутствовать в качестве одного из телохранителей на прямой встрече двух главарей банд, Сайто Сота и Зверюги из Зверей. Ему предстояло стать одним из немногих, кому выпала честь защищать жизнь главного лидера Тигриных Когтей.
Новость лишь омрачилась, когда он узнал о причине встречи. Тигриные Когти напали на Зверей в Ночь Длинных Пушек, действуя по поручению лейтенанта, который был казнён сразу после этого. Это... стало большим пятном на чести Тигриных Когтей, но он, как мог, сохранял спокойствие, когда узнал об этом.
Его младшая сестрёнка была у них дома и, вероятно, спала, так что не стоило выплескивать своё недовольство здесь. Он прибережет его для Арены. За последние несколько месяцев он хорошо усвоил, что гнев – такое же верное оружие, как и меч в его руке.
Ну, и кроме того, его сестра наверняка будет бесконечно ныть, что её разбудили так рано утром. Она была той ещё егозой без манер и не ценила своего крутого старшего брата. Он хмыкнул и, наконец, поднялся с кровати, чтобы начать одеваться. Сапоги и брюки, харамаки, рубашка и плащ без рукавов. Он хотел было надеть более длинное пальто, но его грубая сестра высмеяла его за то, что он чересчур старается. Он прижал её тогда к себе и давил на макушку, пока она не сдалась.
Он почесал грудь, открывая холодильник, чтобы достать РиалМилк. Кожа чесалась, но док сказал ему, что это нормально первое время. Он сощурил оптику на увиденном. В коробке оставалась едва ли половина белой жидкости. Он зарычал, потянулся за чечевичными хлопьями и высыпал их в миску, готовясь позавтракать чуть суше, чем обычно. Позже ему надо купить ещё упаковку, потому что, конечно же, как иначе-то.
Он недовольно хрустел в слабо освещённой комнате, пережёвывая свой завтрак так быстро, как только мог. Если он сейчас подавится хлопьями, Мотоко не отвяжется от него, даже если он будет в полной безопасности, пока она спит. Лучше не рисковать. Он поднял миску и выпил питательный, но безвкусный... суп?
Что вообще такое хлопья? Холодная жидкость с твёрдыми частицами. Холодный суп? Тушёнка? Он размышлял над этой загадкой, проглатывая последнюю порцию.
Покончив с трапезой, он поднялся и выбросил одноразовую миску и ложку. Он посмотрел на мусорное ведро, которое уже было почти полное, то было заполнено мисками от лапши. Вздохнув, он раздавил содержимое и завязал мусорный мешок, чтобы выбросить его, когда будет уходить. Подойдя к шкафу и взяв ещё один пакет, он как можно тише открыл его и положил в мусорное ведро. Затем, ещё раз проверив, что он взял всё нужное, он закрепил на поясе пистолет с мечом, взял полный мусорный мешок и потянулся к двери.
— ...Джун? — окликнул его сонный голос.
Он повернулся и увидел свою младшую сёстру, выглядывающую через полуоткрытую дверь. Он не был достаточно тихим. Он ругнулся про себя.
— Иди спать, Мотоко. Меня сегодня рано вызвали.
Она уставилась на него, не отрывая глаз. Он уставился в ответ, ожидая ответа. Она всё ещё не полностью проснулась, поэтому ей потребовалось некоторое время, чтобы переварить сказанное. Ну, по сравнению с его усиленными рефлексами.
— ...Смэшзону открыли? — спросила она.
Он вздохнул.
— Нет, мне поручили охранять Сайто-саму на его встрече с другим главарём банды.
Она какое-то время пялилась на него полуприкрытыми глазами, а затем, ковыляя, подошла к нему и обняла его за талию.
— ...Не умирай, придурок, дурак, тупица, — она явно устала, потому что никогда не была так ласкова с «её надоедливым онии-чаном», когда была полностью отдохнувшей. Он фыркнул и обнял её одной рукой.
— Это всего лишь охрана на встрече, никуда я не денусь, иди уже спать.
Она ещё немного так постояла, потом отпустила его и, всё так же ковыляя, пошла обратно в постель, закрывая за собой дверь. Он бросил ей вслед:
— Никуда не встревай, пока меня нет, — в ответ он получил сонное ворчание. Ох уж эта нерадивая сестрёнка.
Снова взяв наполненный мусорный мешок, он открыл дверь и закрыл её за собой. Пройдя по коридорам квартирного комплекса до мусоропровода, он выкинул мешок. Затем он спустился в гараж и сел на мотоцикл. У него было примерно полчаса до начала миссии, а до места, где ему указали быть, было минут пятнадцать езды. Торопиться ему было некуда, но приехать пораньше – значит произвести хорошее впечатление.
Сев на мотоцикл и заведя его, он почувствовал, как напряжение в плечах рассеивается под знакомым урчанием. Это напряжение всегда присутствовало в его плечах. Ему сказали, что это из-за его хромовых рук, они были немного тяжелее нормальных, и, в отличие от рук из плоти и крови, в них нельзя было снять напряжение растяжками.
Напряжение там присутствовало и никуда не уходило. Это раздражало, но руки стоили того, чтобы пережить небольшое раздражение. Теперь он мог развалить бронированного борга пополам своей монотройкой, он знал это, потому что проделал это неделю назад на Арене. То был боец Мальстрём, с бронёй и набором острых лезвий богомола, его звали «Прейман». Тот бой был трудным, но не самым сложным из всех тех, в которых ему приходилось участвовать.
Он дал себе легкую затрещину по лицу, чтобы сосредоточиться, и выехал из гаража.
Демон-Тигр Арены Пасифики, Кусанаги Джун, отправился исполнять свой долг.
***
Старик медленно вдыхал, смакуя запах чая из глицинии. Аромат был знакомым и успокаивающим, его лишь ослабляла тяжесть железного ошейника. Постоянная досада и извечные кандалы на его шее, необходимые для того, чтобы он мог дышать и жить. Шея из хрома, а не из плоти и крови, и каждый вдох, проникающий в его тело, несомненно отравлен его влиянием. Он поднёс чашку к губам и начал медленно пить, как и полагается пить чай. Сделав правильный глоток, он оставил чашку в руках и откинулся назад, чтобы оглядеть комнату. Местом встречи был выбран небольшой дом, расположенный прямо между Пасификой и Уэстбруком. Здание арендовалось у Валентино, которые согласились выступать в этих делах в качестве нейтральной стороны. Было очень важно заключить договор, на который ни одна из сторон не могла бы легко повлиять и который позволил бы сохранить честность в отношении достигнутых договоренностей. Такие вещи были обязательны для подобных переговоров. Валентино были самой многочисленной бандой, располагавшейся между территориями Тигриных Когтей и Зверей – и они ненавидели и тех, и других. Они были идеальной третьей стороной для посредничества этого мероприятия. Здание, в котором они находились, было изолировано от внешних элементов, радиоактивные ветры будут бушевать ещё не один месяц, прежде чем всё зачистят, а минимизировать время пребывания на улице было попросту практично. Он пришёл сюда пораньше, в основном для того, чтобы дать отдых своим костям после такой дороги. Таково бремя старости, а он уже не был молодым юношей времён Красного Времени. Пытаться вести переговоры, испытывая боль, вообще можно счесть дурной идеей. Справа и слева от него находились два его лейтенанта. Им было поручено представлять части большой банды на переговорах: Акухара должен был представлять благородную половину Тигриных Когтей, а Азегами – более прагматичную и экономически мыслящую половину. Таким способом получалось эффективно уменьшить общее количество людей, которые должны были присутствовать на столь важных встречах. Если это окажется ловушкой, которую они не могли предвидеть, то у Тигриных Когтей останется достаточно лидеров, чтобы выжить без них. Это была опасная обязанность, которую Акухара и Азегами были рады выполнять. Акухара выполнял её из чувства долга и дружбы, а Азегами – из бесстрашного прагматизма. Оба были достойны сидеть рядом с ним, если им всем суждено умереть. Такой чести он был готов оказать не каждому из членов его банды. С годами честь Тигриных Когтей, к его немалому стыду и отвращению, только падала. Междоусобицы, пороки и предательства заполонили основную долю подчинённых низшего звена, и он едва ли мог выделить время на исправление ситуации, поскольку конкуренты продолжали набирать силу. Его ополчение защитников превратилось в шайку разбойников и бандитов, и он мало что мог сделать, чтобы исправить ситуацию, не открыв свою подбрюшье остальным силам Найт-Сити. Застарелый гнев наполнил его сердце при этой мысли. Как бы то ни было, сейчас это имело мало значения. Теперь он был стар, и его когти затупились, один из его людей наверняка в конце концов отравит его. Даже знай он о яде, он всё равно выпьет его, лишь бы избавиться от окружающих его глупцов. При всём богатстве, которым он обладал сегодня, он с таким же успехом он мог бы сидеть в бочке без единого клочка ткани, чтобы подпоясаться. Человек, бочка и меч. Так он начинал, так он и закончит, если у него будет хоть чуточку меньше чувства ответственности. Вот так Сайто Сота сидел на стуле, пил свой любимый чай и ждал, когда придёт вторая половина этой встречи. Его кости всё ещё ныли, а брови были нахмурены от злости. Не случись Ночи Длинных Пушек, то те бесчестные отбросы, которых он послал на смерть против Зверей, исчезли бы с этого света, и об их действиях не стало бы никому известно. Но о них стало известно – стало известно, что Тигриные Когти напали на Зверей, а по совместительству и на Пасифику. Хуже того, это было сделано от имени вероятного предателя, вспоминая незамедлительную смерть пятой части руководства Арасаки по завершению ночи и после того, как Ёринобу сел в кресло президента НС. Один из них, вероятнее всего, работал с Шайтаном, а это означало, что Тигриные Когти были использованы как невольные пешки корчащейся крысы. Ярость кипела под его кожей, сдерживаемая морем самоконтроля, накопленного им за долгую жизнь в насилии. Ситуация, в которой оказались Тигриные Когти... была худшей за долгое время, настолько же паршивой, как и до того, как он взял банду под свой контроль. Он испустил долгий вздох и сделал ещё один глоток чая. Единственное, что ему оставалось, это продолжать двигаться вперёд, двигаться и бороться с последствиями своих действий, пока его не убьют. Не было смысла испытывать сожаления. Больше нет. Он услышал топот бронированных ног задолго до того, как в комнату вошёл предводитель Зверей. Его сопровождали только двое его товарищей – старый громила, видимо, решил, что ему не нужна никакая защита, кроме него самого. Быть может, он был прав. Он сел на слишком для него маленький стул, и Сота посмотрел на него через его этот стальной драконий шлем. Не через датчики, что были сверху, а прямо сквозь зубы, где находились настоящие глаза. Он отчетливо представлял себе эту злобную красную оптику. Ведь они были той же модели, что и его собственные. Сторону Тигриных Когтей составляли он сам, его лейтенанты и два телохранителя. Зверей представляли Зверюга и два его товарища. Валентино представляли джентльмен в костюме и четверо его телохранителей. Тринадцать человек в комнате едва-едва укладывались в порог «не тесно», но было близко. Это раздражало, но было приемлемо. Близость означала, что вероятность боя среди профессионалов будет меньше. То же самое было обратно для неопытных бойцов. Да и радиация на улице делала встречи на свежем воздухе плохой идеей. Он сдержался, чтобы не выругаться на мёртвых – это было бы невежливо, а он являлся профессионалом от и до. Первым заговорил джентльмен. — С появлением Зверей на встрече присутствуют все её участники. Есть ли вопросы, которые необходимо решить до начала переговоров? Зверюга прорычал сквозь стальную маску: — Нет. Сайто процедил сквозь хромовый ошейник: — Нет. Мужчина кивнул и вновь заговорил: — Тогда пусть начнётся эта встреча, запись данных переговоров начинается прямо сейчас. Вы можете начать говорить, когда будете готовы, — затем он откинулся на спинку стула, чтобы просто наблюдать, ведь в этом заключалась его единственная цель присутствия здесь. Зверюга сразу же вгрызся прямо в плоть данной встречи. — Тигры беспричинно убивают Зверей. Тигры должны заплатить. Это было ожидаемо, заговорил Акухара, выполняя свою роль. — Это очень громкое обвинение. Какие у вас доказательства? Звери, находившиеся по бокам, сердито завыли и замерли под пристальным взглядом Зверюги. Зверюга обернулся и ответил с фирменными нотками – его голос ударял раскатами, подобно далёкой грозе. — Записанные признания пойманных Тигров. В этот момент заговорил Азегами, с практической лёгкостью выполняя свою роль в данном разговоре. — Человек может сказать что угодно. Какие у вас доказательства того, что это действительно были Тигриные Когти? Звери почти зарычали, но их сдержала вскинутая рука в боевой перчатки Зверюги, который не замедлил ответить. — Записи полиции... указывают на их принадлежность, — Зверюга говорил медленно и подчёркнуто, и хотя он не отличался особым умом, он всё равно был по-своему хитер. Всем сторонам было отправлено сообщение, представляющее собой набор прикреплённых файлов с информацией о различных людях, захваченных Зверями. Это было полезно для того, чтобы знать, кого можно будет казнить позже за этот промах. Они уже должны были быть мертвы, ибо были опозорены за свои неудачи и ненужную трату ресурсов Тигров – потому-то их и отправили на эту миссию. Он сделал ещё один глоток чая и дал своему гневу утихнуть. Азегами продолжил: — А если Тигриные Когти не согласятся заплатить то, что потребуют Звери? Зверюга испустил смешок, сравнимый с лавиной. — Обо всём узнает Адам Смэшер. Ожидаемо. Выражаясь словами его молодости, Звери держали их за яйца. Это довольно-таки выводило из себя. Всё, что он мог сделать сейчас, это договориться о как можно меньшем размере требуемой платы. Он отложил свой чай и встретился взглядом со Зверюгой. — Какие твои требования, Зверюга? Зверюга впился в него своей рычащей маской. — Дуэль. На Арене. Он сощурил оптику, чего он добивается...? Заговорил Азухара: — Поединок чести, вот, что вы требуете? Как будут определяться чемпион–... Его перебил Зверюга, что было невероятно грубо. — Никаких чемпионов. Дуэль. ...А, вот оно что. Он не удержался, и из его железного горла вырвался короткий смешок. Тот стал нарастать, пока он не расхохотался во весь голос, и несколько мгновений он не мог подавить хохот. Его подчинённые сохраняли каменные лица, но было видно, что они растеряны, как и все остальные в комнате, кроме Зверюги. Наконец, он успокоился, его старые рёбра болели от веселья. — Ты просто хочешь добить меня, не так ли, Рюдзаки? Рюдзаки рыкнул, подтверждая, и перекрестил руки. Он почти улыбнулся про себя: Рюдзаки походил на прежнего себя громилу. Он ничуть не изменился со времён их совместных деньков в Инквизиции. Он отпил глоток чая и продолжил. — До смерти, я полагаю? — в ответ на кивок Рюдзаки раздалось бормотание со стороны менее профессиональных Валентино и Зверей. Тигры знали, что нужно молчать. Он оставил чай в руках. — Ставки дуэли? Рюдзаки произнёс: — Если я умру, Звери оставят Пасифику, Тигриные Когти будут рекомендованы как хорошие охранники, — он кивнул на это, ожидая, что скажет дальше Зверюга. — Если ты умрёшь, новый босс Тигриных Когтей будет определяться по силе. Он задумался над сказанным. Он мысленно хмыкнул. — Поподробнее. — Открытый турнир, шестнадцать бойцов, победитель – новый Тигр Уэстбрука. — Открытый турнир. — Открытый. Тигриные Когти, полны змеюк. Должен быть открытым, для надёжности. Он зарычал при этих словах, хотя и не мог их отрицать. Допив чай, чтобы успокоиться, он отложил чашку и прикрыл глаза в раздумье. Через какое-то время он снова открыл их и уставился на своего некогда товарища. — У Тигриных Когтей будет месяц, чтобы подготовить всё и договориться с Ареной Пасифики. — День. — Три недели. — Неделя. Звери всё устроят с Ареной. Сайто уступил и кивнул. — Хорошо. Тигриные Когти согласны на эти условия. Мы проведём дуэль через неделю. Зверюга не стал терять времени, встал и сразу же вышел из комнаты, за ним последовали его подчинённые. Он вежливо попросил Валентино дать ему уединения для разговора с подчинёнными. Они кивнули и ушли; он снял комнату на ближайшие два часа, их это вполне устраивает. Дождавшись ухода Валентино, он обратился к своим подчинённым. — Вам интересно, почему я согласился, — это была констатация факта. — Я старею, и скоро умру от чего- и кого-либо. Но такая смерть открывает перед Тигриными Когтями множество уникальных возможностей. Дуэль между двумя старыми воинами и турнир по определению преемника выглядит чем-то театральным, и у нас есть возможность воплотить это в жизнь. — Азухара, отбери шестнадцать лучших воинов Тигриных Когтей. Убедись в их верности, в остальном действуй по своему усмотрению. Ты должен огласить условия дуэли перед воинами, но не её причины. — Азегами, ты отвечаешь за то, чтобы об этом узнала широкая общественность, ты сделаешь эту историю драматичной и, следовательно, ходовой. При правильной расстановке приоритетов это может принести Тигриным Когтям большую общественную поддержку и богатство. В своих отделах пропаганды делай акцент на общем повествовании и на более благородной и воинственной стороне Тигриных Когтей. — Вы оба должны следить за тем, чтобы мой преемник не нанёс непоправимый ущерб Тигриным Когтям, вам отводится роль советников, не давайте другим лидерам воспользоваться ситуацией. Я уверен, что вы оба воспользуетесь этим шансом, чтобы значительно расширить своё влияние. — Если мы все хорошо исполним свои роли, это может стать для Тигриных Когтей не неудачей, а огромным благом. Он посмотрел им в глаза, каждому из них. — По сравнению с этим жизнь одного старика ничего не стоит.
