Новый Человек: Попаданец в Адама Смэшера

      Сегодня существовало очень мало вещей, которые могли бы ему угрожать. Ещё меньше существовало вещей, способных дать ему отпор, бросить ему вызов, оказать хоть какое-то сопротивление. В ранние деньки после преобразования он был намного сильнее, чем раньше, но почти всё было всё ещё в состоянии заставить его попотеть. Бандосы с достаточно большими пушками, корпо-самураи с мономечами, почти любая боевая машина, большинство киберформ...       Тогда он был довольно неаккуратен, но его апгрейд дал ему достаточно сил, чтобы всегда идти вперёд, всегда учиться на своих ошибках, всегда становиться лучше. Он был создан, чтобы выстоять, и он выстоял.       К 2023 году он был сильнее практически всех, против кого должны были сражаться борги. Мешки с мясом, элитные соло, другие борги, более слабые ББПИ. К началу Чётвертой Корпоративной войны ему угрожали только другие высокотехнологичные боевые борги и ББПИ. На тот момент в мире оставался только один не-борг, которого можно было победить, только один-единственный человек, которого оставалось убить и доказать, что на тот момент он окончательно превзошёл мясо.       Его всё ещё бесило, что Блэкхенд свёл всё к блядской ничьей.       Впрочем, после этого он всё так же продолжал совершенствоваться, улучшать своё кибертело. И в следующие десятки лет вылезали какие-никакие вызовы. Кагекадзе время от времени надирал ему жопу, превосходя его, когда дело доходило до всякого подлого дерьма. Для победы над каким-нибудь крутым ББПИ ему всё ещё приходилось выкладываться на полную, а крупные группировки боевых боргов всё ещё могли доставить ему немало хлопот.       Но десятилетия шли. И вскоре стало ясно, что уже ничто не способно его остановить. Крупные войны ушли в прошлое, а в теневых войнах не использовалось достаточно тяжёлого металла, чтобы хоть как-то навредить ему. Все эти скрытые вооружения и свистелки с перделками просто отскакивали от его брони, а все эти тяжёлые пушки были достаточно медлительными, чтобы от них можно было увернуться, и у них никогда не хватало количества, чтобы задавить его массой огня.       Как итог, он перестал настаивать на обновлении кибертел. В конце концов, он перестал стараться. Каждая миссия сводилась к одному: выйти и уничтожить всё в округе. Нет, всё ещё было невероятно весело шинковать мешки с мясом, это всегда было и будет приятно. Тем не менее, не оставалось ничего, к чему стоило бы относиться серьёзно. Можно было насмешками заставить их сражаться сильнее, это работало, но это помогало лишь отчасти.       Объединительные Войны больше всего за тридцать лет приблизились к тому, чтобы стать ему настоящим вызовом. На тот момент скоростные киберимпланты были значительно усовершенствованы, и ему не терпелось увидеть всех потенциальных противников и новые тактики их использования. Но этого оказалось недостаточно, и первая битва закончилась решительной победой Арасаки. Он был немножко расстроен, но война всё ещё продолжалась, и он с оптимизмом ожидал, что со временем они станут лучше.       Это была единственная битва, в которой участвовала Арасака. Сразу же после этого был подписан мирный договор, Объединительные Войны НСША закончились, и он вернулся к привычной рутине.       С того дня пацан больше всего приблизился к тому, что он мог бы назвать вызовом. Экспериментальное кибертело, которое само по себе было дерьмом, однако приемлемая скоростная аппаратура и приличный уровень хрома компенсировали это. Этого всё равно было недостаточно, но там он получил больше веселья, чем думал, что получит.       Взять под крыло пацана стало лучшим, мать его, решением, которое он принял за последние десятилетия, потому что все эти ублюдки, которые повылазили на свет, чтобы дать ему пизды, были просто восхитительны. Меньше чем за год он поучаствовал в большем количестве качественных боёв, чем за все пятьдесят лет. Всё то раздражающее дерьмо, с которым ему приходилось иметь дело в перерывах, стоило того в обмен на эти бои.       Ему целые годы не приходилось так стараться.       Когда из огромной дыры в земле вылетел тридцатиметровый металлический дракон, он был раздражен тем, что ему придётся разбираться с этой хернёй, ведь он пытался вернуть своего ученика. Но когда тот же дракон в ту же секунду уничтожил два бронетранспорта, какая-то его часть начала ликовать.       Такое время от времени случается. Какие-то корпо-учёные убеждают начальство потратить миллиарды на финансирование того, что, по сути, было просто влажными фантазиями учёного. Обычно это был какой-нибудь гигантский робот, который был той ещё хуетой в реальном бою, но который имел по крайней мере одно серьёзное улучшение где-то в своих системах, достаточное для того, чтобы начальство оставило учёного, а не убило его.       Хиджиката постоянно таким занимался, и одним из таких примеров являлся «Киберскелет». Прототипы всегда были слишком дрянными, чтобы использовать их на практике, но из их разработок можно было извлечь немало пользы, поэтому Арасака мирилась с ним.       Дракон задрожал, и его образ на миг стал нечётким. Реактивные двигатели, установленные на его крыльях, взревели. Он пронёсся по карьеру с той же немалой скоростью, как некоторые медленные пули, и раздавил БТР под своей тушей. Сотня или две метров были преодолены за пару секунд.       У него была скоростная аппаратура. Это означало, что это должна быть киберформа, или там под всем этим металлом был человек. Он был готов поспорить, что это киберформа, потому что в мире не существовало человека, который выдержал бы нечто подобное и чьё имя не было «Адам Смэшер». В общем и целом, это скоростная аппаратура с многотонной металлической и миомерной тушой, которая обладала ограниченной возможностью полёта.       "...почему у него Санди?" — задал очевидный вопрос Уриэль. — "Разве киберформе не подошёл бы лучше Керри? Это ведь киберформа, она явно выдержит его."       Адам согласно промычал, проигнорировав сам вопрос; он не был учёным. Прямо сейчас дракон не нападал ни на какое из его тел, а защитники были слишком сосредоточены на попытках убежать от дракона и не атаковали его, поэтому они с Уриэлем воспользовались моментом, чтобы проверить состояние всего. У него заканчивался некоторый боезапас, «Они» был немного помят из-за попадания тяжёлой снайперской пули в бедро, и, в принципе, на этом всё.       Его тела пришли в движение и переместились в укрытия подальше от видимости дракона. Они не будут какое-то время мешать ему громить всё вокруг, может быть, кто-то из мешков с мясом ослабит его за это время, а затем он двинется туда и даст ему бой.       Ладно, Уриэль, пора придумать стратегию. У нас есть многотонная киберформа со скоростной аппаратурой. Будем исходить из того, что она бронирована, как сверхтяжёлый танк, она вынесла одним выстрелом лазера СВВП, она намного больше даже ДайОни, и, вероятно, сильнее. Что у нас есть из арсенала, что способно навредить этому?       "Если только ты используешь тот трюк панцеррыцаря, и на этом, пожалуй, всё", — мрачно ответил Уриэль. — "Сверхтяжёлый танк можно вынести только противотанковым рельсотроном, а наша ЭМП даже близко не настолько мощная. Гипермолот может ошеломить его и повредить его внутренности, но это, блядь, должен быть удар на десять из десяти."       "Это Самсон, дальше", — в бок дракона врезалась серия ракет, в ответ тот взмахом хвоста опрокинул БТР и раздавил водителя. Из его похожей на визор морды вырвался ревущий лазер метрового диаметра, который вынес толпу солдат, прятавшихся за грузовыми контейнерами.       "У Гемини есть мономеч, ему потребуется идеальный удар, но им можно прорубить насквозь при идеальных условиях и подготовке. О Хеллбрингере можно забыть, это просто пистолет, тут нужна брешь в броне, чтобы им хоть что-то сделать."       "Дальше", — на дракона обрушился град пуль из нескольких миниганов СВВП, которые оставили тысячи поверхностных вмятин на его бронированной шкуре. В ответ на это дракон дрогнул, стал нечётким и прыгнул. Спустя несколько секунд он врезался в СВВП и отшвырнул его в сторону второго летящего СВВП, уничтожив оба самолёта в огненном шаре и обломках.       "У Драгуна есть Хеликс, который создан, чтобы выкашивать толпы слабаков, а не одну сильно бронированную цель. Микроракеты тоже бесполезны против такой толстой брони. В общем, у Драгуна нет никакого вооружения, которое могло бы пробить эту броню. Он, конечно, может нанести серьёзный урон, но это только в том случае, если мы перед этим раздерём всю эту обшивку.       "Дальше", — дракон вновь завыл, на этот раз выпустив из крыльев две очень большие ракеты, которые устремились вперёд и безошибочно следовали за двумя ударными вертолётами, пытавшимися совершить манёвр уклонения. Покончив с ними, дракон заметил вдалеке движущийся БТР и спикировал вниз, давя его своим весом. БТР сплющился, когда драконьи лапы превратили его в блин.       "У Они есть тяжёлый пулемёт, что вряд ли будет полезно. Его лазеры, наверное, могут нанести урон внутренностям дракона и отрезать кусок брони, если только, конечно, та не жароустойчивая. Возможно, получится деформировать те стёклышки, если мы нанесём пару хороших выстрелов. Дубина тут вообще не усралась."       Адам обдумал всё это, он и так был в курсе всего этого, но другой голос, озвучивающий всю информацию, помогал расставить точки на "i". По крайней мере, если верить воспоминаниям Уриэля.       Дракон направил лазер на контейнер, мигом расплавив его в жидкий металл, который рухнул на мешки с мясом, прятавшихся внутри. Их крики немного отвлекали, пока он пытался думать. Эй, придурки, заткнитесь и умрите тихо.       "Оставь Сандэвистан для уклонений. Никакое из наших тел не выдержит прямого попадания. Пусть Самсон попытается отстрелить те ракеты. Драгун пусть держится вне боя, пока мы не вскроем эту броню. Главная цель Они – те линзы, надо их деформировать, он должен стрелять сразу после того, как это сделает эта тварь. Гемини под твоим прямым контролем, целься в те части, которые я вскрою. Всё ясно?"       Уриэль потратил несколько мгновений, быстро обновляя приоритеты приказов для боевого алгоритма. Дракон взлетел вверх и выпустил ещё одну серию ракет, превратив в горящий металлолом два киберходока на уступе карьера вдалеке. Дальше он с рёвом обрушился на бронированный грузовик и порвал его на части, словно кошка, которая рвёт на части птенца.       "Тела готовы", — спустя ещё пару мгновений ответил он, пока дракон всё это время бушевал. — "...Я знаю, что это киберформа, но, может быть, её удастся хакнуть."       "Уриэль, это блядский робо-дракон. Это может быть нашим единственным шансом сразиться с робо-драконом."       "...Ты абсолютно прав. Это был глупый вопрос", — решимость Уриэля укрепилась, а на лице Гемини появился оскал.       Адам рыкнул и встал. К этому моменту бóльшая часть базы была уничтожена, что было следствием как его недавних действий, так и буйства дракона. Теперь по большей части это было поле горящих обломков и трупов. Самое любимое его зрелище на свете.       Он тяжёлой поступью и намеренно открыто вышел из укрытия, привлекая внимание дракона уже в следующие несколько шагов. Его часть плана была довольно проста. У них не было ничего достаточно мощного, чтобы навредить дракону. Ничего, кроме самого дракона.       И потому, он собирался зазывать его на атаку, уклоняясь от тех атак, которые он не мог себе позволить принять, и ждать возможности контратаковать. Как только броня дракона будет пробита в нескольких местах, вот тогда можно будет начать наносить ему урон другими телами. Этот план был абсолютно самоубийственным для любого, кто не был им, и в значительной степени зависел от его способности исполнить сам план. Одно неверное движение – и он будет искалечен настолько, что станет лёгкой добычей для исполинской киберформы.       Он точно знал, что сможет это сделать. Если понадобится, он сможет убить эту тварь в одиночку. У него были для этого навыки и способности. Молодец, Панцеррыцарь, твой трюк пока что служит ему верой и правдой, спасибо, что убился об его кулак.       Он широко раскинул руки и встал на месте, выпрямившись во весь свой немалый рост. Рост ДайОни составлял около 3,5 метра. Этот дракон был около... 13,5 метров на уровне глаз. Этот факт сильно бесил его. Но он проигнорировал это раздражение и сосредоточился на том, что говорила его поза.       Ну что ты, дракон, будешь что-нибудь делать?       Пасть дракона начала светиться яростным красным светом. Активировав Сандэвистан, он шагнул вправо и повернулся туловищем. Мгновенно промелькнувший луч плавлящего красного цвета проделал кратер в камне возле него, и жар омыл его датчики.       Он взял показания температуры и сравнил их со своими внутренними записями о броне... Он был уверен, что ДайОни реально сможет достаточно долго пережить жар лазера, его броня была достаточно толстой, чтобы выдержать луч хотя бы раз. Однако, тем же не могли похвастаться остальные его тела.       Он спокойно побежал вперёд и по диагонали, избегая разящего луча, когда дракон кинулся за ним и попытался сцапать. Сандэвистан дракона по качеству был явно ниже его, поэтому была не важна мгновенная скорость поражения лазера, ведь того же нельзя было сказать про голову твари.       Тот, у кого есть скоростной киберимплант, почти всегда победит того, у кого его нет. Тот, у кого лучше скоростной киберимплант, почти всегда победит того, у кого он хуже. У Адама Смэшера был один из лучших в мире скоростных киберимплантов. У этой твари не было ни единого шанса.       Несмотря на то, что его Сандэвистан был активирован первым, он отключился сразу после отключения Сандэвистана дракона. Дракон издал синтетический рёв и пригнулся, колёса на его когтистых лапах ожили.       Из-за его спины вырвался лазерный град, который врезался в визорную морду дракона, как раз в том месте, откуда выходил лазер. Дракон начал поворачиваться, но быстрая очередь из автопушки с его руки вернула его внимание к нему. Дракон продолжил атаку, и Адам выждал мгновение.       Затем, как раз перед тем, как дракон набросился и придавил его своим весом, Адам кинулся в сторону. Нужно было дождаться атаки, которую можно было бы перенаправить, а в этой конкретно атаке он не был сильно уверен. Не было смысла действовать безрассудно.       Металлический ошмёток, выпущенный рельсотроном, врезался в одну из ракет, установленных на левом крыле дракона – та сдетонировала. Дракон зарычал от ярости, когда огромный огненный шар охватил его левый бок. Оставшиеся ракеты на этой половине его тела разразились колоссальным взрывом. В следующий раз не останавливайся, дракон.       На самом деле... Давненько он не вступал в старые добрые перебранки, правда?       — Слишком уж с тобой просто, киберформа. Ты жалок, — объявил он.       К его немалому удивлению, дракон действительно ответил.       — Зафиксировано оскорбление. Задействованы протоколы общения. Я сожру тебя, малявка.       Голос был не совсем таким, каким он его мог ожидать. Тот был явно роботизированным, но хриплым и женственным, а не низким и гортанным. Дракон дёрнулся, снова активировав Сандэвистан, и одним мощным рывком отстранился от него.       Он сощурился и активировал свой Сандэвистан, побежав за ним...       Он никак не успел помешать ему расплавить Самсона в полусотне или около метров от него. Тот приземлился на теперь уже кучу металлолома, а когда он повернулся к нему лицом, его ПТУР врезалась в драконью морду, заставив того пошатнуться.       Уриэль врезался в его бок, когда дракон повернулся к нему мордой, после чего он вонзил меч в теперь появившуюся брешь в крыле и пробил что-то, вырывая то. Тварь закричала и дернулась, чтобы повалить его и раздавить своей тушей, но Уриэль отпрыгнул и вновь исчез в горах обломков и мусора, заполонивших поле боя.       Пока дракон восстанавливал равновесие, у него кончился Сандэвистан, но вот у Адама – нет. Из его левой руки вырвалась очередь из пяти гранат, которые врезались в правое крыло дракона, когда тот перекатывался. Ракеты на этих крыльях, начинённые очень отменной взрывчаткой, мгновенно сдетонировали по цепочке и оторвали во взрыве правое крыло, отчего дракон с яростным рёвом отлетел на пару десятков метров.       Итак, простой урон кончился, дальше будет сложнее. Тем не менее, потеряно всего одно тело, и это было тело без Сандэвистана. В целом, хороший размен. Уриэль, кинь ему насмешку.       — Это у тебя такой подсосный голосок? Используй что-нибудь чуть более угрожающее, ящерка! — окликнул дракона Гемини откуда-то из-под груды обломков и тел.       Визор дракона засветился красным, и из его пасти вырвался лазер, превратив груду обломков в расплавленный шлак.       — Как по мне, достаточно угрожающий. Твои прятки меня забавляют.       Ещё одна очередь из пары лазеров с расстояния врезалась в его визорные линзы, и дракон яростно завыл. Как только он повернул морду, его внимание вновь привлекли обратно выстрелы из автопушки и гранатомёта. Взрывы и пули попадали в основном в грудь, нанося максимум поверхностные повреждения.       Дракон снова сорвался с места, норовя раздавить его своей огромной массой. Умышленный прыжок в сторону в нужный момент помешал этому случиться.       — Стой на месте, насекомое.       Он насмешливо раскинул руки. Дракон, явно приняв это близко к сердцу и, похоже, устав от того, что Адам уклоняется от его набросков, замахнулся на него лапой.       И Адам точно знал, что выдержит это.       Его когти на ногах впились в камень под ним, укоренив и зафиксировав его на месте.       Лапа с когтями врезалась в его поднятую левую руку.       Его встроенный в правой руке моноклинок вонзился в драконью ладонь.       Дракон взвыл, когда взорвались его правые когти, запястье и половина передней лапы.       Оптика Адама в зловещем ликовании сверкнула красным светом.       — Как я уже говорил. Ты жалок.