Сильверхенд
3 марта 2024 г., 15:24
Он всегда считал, что существует разница между гражданскими полными боргами и военными полными боргами. Первые были роботами, которые просто ходили на работу. Конечно, они работали на чёртовы корпорации, но нельзя злиться на строителей, которые просто пытаются жить, надо злиться на корпорацию, которая снесла бульдозером ебучий лес, чтобы построить новую парковку. Гражданские борги в большинстве случаев были просто обыкновенными мирными людьми, попавшими в дерьмовую ситуацию. Настолько дерьмовую, что замена тела на сталь и продажа души казались им лучшей сделкой.
Военные борги, с другой стороны, были специально созданы для убийства. Они были грёбаным сапогом на горле мира. Стальные руки, держащие население в цепях. Они были закованными в сталь рабами, которые обменивали кровь на то, чтобы прожить ещё один грёбаный день.
Хорошенько жрите, как будто единственная цель в жизни это просто выживать. Неспроста он их недолюбливал: какими бы душещипательными ни были их истории, они всё равно оставались инструментами корпораций, чтобы держать всех на поводке. Конечно, существовали ББПИ и всё такое, но они не были оснащены рабскими чипами в твоём ёбаном мозгу.
Адам Смэшер не был военным боргом, как он успел понять.
Адам Смэшер не был инструментом, который корпорации использовали для удержания населения в подчинении.
Адам Смэшер был целой ебаной машиной. Он был для военных боргов тем же самым, чем военные борги были для гражданских боргов.
Одним его присутствием можно было утихомирить целое население. Как он узнал, Арасака даже использовала его так последние несколько месяцев. Вся Пасифика перешла под его номинальный контроль. Живи в ящике, работай за долю нормальной зарплаты, получай несколько жалких пакетиков еды в день и оставайся всё время послушным. Хуже всего было то, что это, похоже, работало.
Эти тупые дебилы продали свою гордость за комфорт. Теперь эта часть города была одной из лучших для жизни, потому что, если ты переступал черту, Смэшер убивал тебя. Ему это сходило с рук, потому что Найт-Сити продал весь этот грёбаный район оптом Арасаке.
Ему всё сходило с рук, потому что он был до одури силён.
Альт закричала, когда нога столкнулась с его туловищем, отчего он отлетел назад и ударился об пол. В полёте он не растерялся и активировал Сандэвистан, а затем поднял голову и увидел, как этот блядский Гемини встаёт на ноги.
Ёбаный Гемини. Альт рассказала ему о характеристиках его собственного тела и дала ему сравнительную характеристику с другими телами.
Адам Смэшер был достаточно силён, чтобы разнести его в долбаном Гемини.
Это было нечестно.
Он врезался спиной об пол и начал перекатываться. Его биомонитор завыл, что почти всё его тело оранжево-красного цвета, а вся броня – жёлто-оранжевая. Он поднялся на ноги так быстро, как только позволяли его переломанные конечности, и бросился в сторону.
Как раз вовремя, он успел избежать удара куска из обломков размером с его туловище, тот пронёсся мимо него и впечатался в нижнюю стену того, что когда-то было наружными окнами. Он оглянулся и увидел, как Смэшер поднимает ещё одну глыбу с рухнувшей крыши.
Крыши, которая рухнула после того, как Смэшер всего лишь коснулся ею своим сраным мечом.
— Да когда же ты угомонишься?! — в гневе проревел Сильверхенд, прыгнув-кинувшись вправо. Двигаться с одной рукой было довольно неудобно, а его редакторы боли мало что мог поделать. Всё болело, болело сильнее, чем после самого тяжкого похмелья.
Смэшер молчал, его яростный взгляд говорил сам за себя, пока сам он швырял очередной кусок обломков. Сильверхенд успел вовремя подпрыгнуть и тот пролетел прямо под ним.
***
"Поглощающая Волна", – произнёс Уриэль, его пламя уменьшилось до костра. Сеть Башни Арасаки охватил пожирающий мир огонь. Медленно восстанавливающийся мир снова разлетелся на части, сама реальность страшилась огня. Рука левиафана из звёздного света сгорела дотла.***
Смэшер замедлился до улитки в нормальной реальности, но тот всё равно умудрялся каким-то образом следить своим взглядом за ним и его передвижениями. "АЛЬТ!" – мысленно прокричал Сильверхенд, испытывая самую настоящую панику. Её голос ответил ему, но не в голове, а в его внутреннем агенте. "Джонни. Ты должен выжить. Смэшер без перебоя выпускает поглощающие волны." "Чё за волны нахуй такие?" – сообщением ответил он, вырывая меч Смэшера из своей отрубленной руки, затем поднялся и встретился взглядом с киллборгом. "Программа, которая удаляет участки сети. Я не смогу войти туда, пока он не остановится! Это также вредит ему, так что он не может продолжать вечно! Ты должен выжить!" Выжить, да? Сильверхенд посмотрел на борга, который побежал на него в слоу-мо. ...что-то он не был уверен, что у него получится. Его скоростной киберимплант отключился. Он поднял меч. В следующую секунду Смэшер был перед ним. Он был так же быстр, как и Сильверхенд, в долбаном Гемини. Он ударил мечом. Смэшер отбил его одной рукой. Ничего страшного, это в любом случае был отвлекающий маневр. Он знал, что тот просто собирается повторить ту хрень с кинетическим перенаправлением. Сильверхенд не выдержит ещё один такой удар, поэтому ему оставалось только перенаправлять по-своему. Как только меч попал по руке Смэшера, он отпустил его и сменил стойку. Он знал, что Смэшер не сможет ударить кулаком, а его стойка не годилась ни для чего другого. Нога Смэшера поднялась вверх. Сильверхенд схватил её и потянул. Его миомер напрягся при подъёме. Смэшер был прав, когда говорил о пределе его возможностей для подъёма одной рукой. Это было всё, что ему потребовалось. Оптика Смэшера расширилась в яростном шоке. Он крутанулся, продолжая поднимать, и протащил Смэшера в воздух над головой. В настоящем айкидо надо было как можно сильнее впечатать противника об землю. Его рука опустилась, и Смэшер врезался в пол с такой силой, что бетон треснул. Это должно на мгновение ошеломить его..."Ты сражаешь так, будто боль важна."
Мул-кик Смэшера пришёлся ему в лицо, и он снова взмыл в воздух. В полёте он потерял зрение на один глаз. Оставшееся зрение побелело, пока он пытался осознать причинённую ему боль. Он перевернулся в воздухе и на мгновение упал на пол, врубив редакторы боли на максимум, и снова бросился в сторону. Смэшер дроп-киком разбил пол. От силы удара он снова покатился. Сильверхенд зарычал. Сейчас он был словно чёртов шарик для пинг-понга. Он активировал свой Сандэвистан и вскочил на ноги, подняв оставшуюся половину головы, пока его биомонитор выл, что он находится в критическом состоянии. Только вот его встретила оптика Смэшера, его скоростная аппаратура активировалась в то же самое мгновение. Он поспешно вскинул перед собой руку, когда кулак Смэшера устремился к нему. Он пригнулся, когда кулак отскочил от его плеча, уничтожив там остатки брони. Он схватил Смэшера за лодыжку и потянул. Смэшер упал назад, но его рука вовремя потянулась вниз и успела схватить его пластину на груди. Смэшер упал назад и вместе с тем оторвал ещё один кусок от его брони. Сильверхенд завыл от боли, отскочив назад. Ноги Смэшера взмыли в воздух в том месте, где только что была его голова, а затем он подбросил самого себя с пола одной лишь рукой. Его тело имело достаточно брони, чтобы держать пули, но явно не Смэшера. Его тело было достаточно сильным, чтобы пристыдить строительное кибертело, но явно не Смэшера. Его тело было достаточно быстрым, чтобы обогнать машину, но явно не Смэшера. У него хватало сил, чтобы убить Башню Арасаки. Но явно не Смэшера. Какого хрена он вообще ещё здесь делал? Убийство босса уже свершилось, и не то чтобы это что-нибудь дало, пока овцы не были готовы высунуть головы. Почему он здесь, дерётся с Адамом Смэшером без всякой, мать её, причины? ...потому что, когда Сильверхенд услышал его музыку, он увидел лишь ещё одного гребаного пса войны. Которому досталось гораздо больше, чем просто сраная рука. И это выводило его из себя.***
"Поглощающая Волна", – потребовал Уриэль, и его огонь замерцал и зашипел, сведясь к едва ли рёву печки. Сеть Башни Арасаки охватило всепоглощающим, сносящим город жаром. Медленно восстанавливающийся мир вновь разлетелся на части, а реальность страшилась огня. Рука левиафана из звёздного света сгорела до пепла. На горящего человека обратился колючий ненавистный взгляд. Этому взгляду вторил его. Заработали протоколы аппаратного обеспечения Башни. Реальность начала восстанавливаться быстрее, чем раньше.***
Сильверхенд обрушился ударом ноги, вынудив Смэшера парировать его. Сильверхенд заскрипел зубами, почувствовав острую боль в конечности, и его биомонитор взвыл двойным красным цветом. Смэшер ответил ударом кулака, не успевая достаточно быстро развернуться и ударить ногой, ударом кулака, который Сильверхенд схватил... Смэшер схватил его в ответ, и их оптики сцепились взглядами. Яростный красный встретился с яростным синим. Обе руки одновременно заскрипели, а броня и конструкции затрещали по швам от их хваток. Сильверхенд откинул голову назад и кинулся ею вперёд, столкнувшись с головой Смэшера. Его уже проломленный череп врезался в голову Смэшера, как затупленный нож. Они оба зарычали. Сильверхенд от боли, Смэшер – от ярости. Они отпрянули назад, их предплечья по-прежнему были сцеплены, и они ударились плечами. Его правый обрубок врезался в обрубок Смэшера, а его биомонитор закричал двойным красным цветом. Смэшер присел, резко дёрнул Сильверхенда вперёд и отпустил его руку. Сильверхенд сделал то же самое, подняв руку вверх... Кулак Смэшера врезался в его кисть, которая впечаталась ему обратно в грудь, и снова отправил его в полёт. Два пальца на его последней руке были полностью раздроблены. Он закричал от боли, когда его отшвырнуло назад. Он никогда так и не смог привыкнуть к боли. Сейчас он сожалел об этом.***
"П-поглощающая Волна", – прохрипел Уриэль, из последних сил пытаясь выпустить требуемые искры. Он снова уменьшился, превратившись в слабо пыхтящий факел. Разрушающий здания огонь охватил Сеть Башни Арасаки. Алые угли вновь заставили реальность отступить. Левиафан из звёздного света бесстрастно смотрел на самозатухающий огонь, наблюдая за тем, как он угасает.***
Он поднялся на ноги и тут же отшатнулся назад, когда град обломков обрушился на его открытую грудь. Он снова отшатнулся назад, когда мгновение спустя на него обрушился второй шквал обломков. Биомонитор отключён. Внутренний Агент отключён. Он наклонился вперёд и поднял руку, чтобы укрыться от очередного дождя обломков. Он поднял взгляд, и его оптика замерцала, когда Смэшер поднял из обломков огромный камень. Сильверхенд активировал свой Сандэвистан, но не сдвинулся с места. Смэшер швырнул камень. Сильверхенд впритык увернулся. Смэшер в то же мгновение оказался прямо перед ним. Он обрушил на него кулак. Глаз Сильверхенда округлился. Он вскинул ногу вверх. Его нога была раздроблена. Рука Смэшера лишилась ещё одного пальца. Его зрение заполнилось статикой. Смэшер обрушил на него кулак...***
"...П-погл–..." – начал Уриэль, его пламя изо всех сил старалось не угаснуть. Ему помешали. Рука из звёздного света сомкнулась вокруг него. Сеть Башни восстановилась в регионе. Левиафан из звёздного света направился к ней.***
Разум Сильверхенда помутился. Было трудно думать. Было трудно чувствовать. Была лишь боль. "Я тут, Джонни... о нет..." – голос ангела раздался у его уха. – "Сейчас, погоди." Зрение вернулось к нему, как и все остальные чувства, а вот боль ушла. Он оценил ситуацию. Кулак Смэшера пробил ему грудь. Тот свирепо глядел на него, слегка дрожал, но не мог пошевелиться. "Твой разум хранится на чипе... будь на твоём месте кто-нибудь другой, Джонни, ты бы снова умер..." – подавленно сказала ему ангел. "Как я вообще всё ещё жив?" – спросил он, не ощущая сейчас практически ничего. "Твой чип всё ещё там и подключен к твоей системе. Я насильно поддерживаю сейчас твои соединения с ней. Тебе срочно нужен ремонт!" – практически умоляла его ангел. Смэшера заставили отойти назад, кулак вышел из его груди. На месте его сердца теперь зияла дыра. Он должен быть мёртв. Он проиграл. Жнец опять одолел его, да? Он медленно поднялся на ноги, всё вокруг играло статикой и белым. Как будто смотришь на реальность через мутную призму. Это напомнило ему некоторые из его худших трипов, которые он пережил в прошлом. Не принимайте наркотики, дети, ничем хорошим это для вас не кончится. Он долго смотрел на Смэшера, в нём ни на что больше не оставалось сил. Новенькая машина войны, а не тело, и он проиграл парню в Гемини. Машине войны, которая пристыжала другие машины войны. Машина войны, которая свирепо смотрела на него. ...Он всё ещё обязан был узнать. — ...твой альбом, который «MGR»... зачем ты его создал? — его оптика впилась в оптику Смэшера. Брови Смэшера нахмурились от ярости и растерянности. — ...ты, блядь, стебёшься сейчас надо мной?! — прорычал он, озадаченный заданным вопросом. Сильверхенд зарычал в ответ, потянувшись рукой вниз за Пушкой. Пушки, как правило, развязывают людям язык. В этой конкретной пушке не было патронов, но Смэшер этого не знал. Полная свирепости оптика Смэшера впилась взглядом в ствол, направленный ему в голову. — Отвечай на сраный вопрос, — прорычал Сильверхенд. Смэшер недолго хмурился, а затем ответил. — Мне было нужно что-нибудь, что можно послушать и что не было бы современными помоями. Сильверхенду было тошно от того, что он был согласен с этим утверждением. — ...не для того, чтобы рассказать свою историю? — с нарочитой нейтральностью спросил он. Когда-то давно, в прошлом, он поступил так, чтобы рассказать всем и каждому чёртову правду. К нему обратилась музыкальная корпа, которая узнала, что он дезертир, и попыталась шантажом заставить его работать на них за копейки. Он послал их на три буквы, и написал целый чёртов альбом о том, почему он был дезертиром. Вскоре после этого весь мир изменил своё отношение к этой теме. В этом и заключалась сила музыки, она формирует людей, показывает им правду, как бы сильно они ни хотели от неё спрятаться. Петь – значит ставить печать своего голоса на мир, заставлять его прислушиваться к твоей боли. — Какое мне нахер дело, что они там могут думать? — прорычал Смэшер. — Они мешки с мясом, они живут, чтобы сдохнуть, их мнение ничего не стоит. — О? Это включает и меня, а? Парня, который приставил сраную пушку к твоей башке?! — ...Разница между всеми этими хреновыми лодырями и тобой в том, что ты реально убиваешь, чтобы получить то, чего ты, блядь, хочешь. — Они ходят в магазины корпораций, покупают антикорпоративные футболки и удивляются, почему никто не слушает их никчёмное мнение! Они ноют на весь мир, но не делают ни хрена, чтобы изменить его! Если они чего-то хотят, они должны, блядь, это прийти и взять! ...что? — Типа как сраные корпы, что ли?! Убивать всё на своём пути, пока мир не станет им как раз?! — Не притворяйся, блядь! Не притворяйся, что хоть одному из них не похуй на то, чтобы быть ебаным рабом. Их самое большое стремление это чтобы из них выжали все соки, а потом забили к хуям! Буквально ебаный скот! Жрать! Работать! Сдохнуть! Пока они получают свою порцию стимуляторов и брейнов, они, блядь, вполне довольны своей вонючей жизнью! ...Это словно смотреть в искажённое зеркало. — Каждый раз, когда они пытаются поднять головы, их давят такие выродки, как ты! Каждый раз, когда кто-то пытается сделать хоть что-то лучше, кто-то вроде тебя приходит и убивает их ради быстрой наживы! Так из-за чего ты убиваешься?! — Люди убивали друг друга на протяжении всей истории человечества, по самым, сука, разным причинам. Во что бы они, блядь, ни верили, они убивали друг друга за это. Не притворяйся, что это какая-то злоебучая тайна, чирлидер. — В отличие от всех вас, ублюдков, мне не нужно такое дерьмо, как философия. Мне не нужна какая-то тупая там идеология или религия! Мне не нужно оправдывать себя какими-то дебильными моральными принципами! Я Адам, мать его, Смэшер! Я убиваю, потому что хочу этого! — И это твои, блядь, причины?! Быть машиной для того, чтобы держать мир в цепях, и ты делаешь это, потому что тебе нравится эта грёбаная работа?! — А мне ничего больше не нужно! — А у тебя ничего больше нет! Между ними воцарилась тишина: две машины войны смотрели друг на друга, сцепившись взглядами, и ни один не отступал. Неожиданно, но именно Смэшер первым нарушил тишину, произнеся тихую, медленную и закипающую речь. — Ты знаешь, что сегодня называют легендами, а, Сильверхенд? — Они называют их эджераннерами. И их критерий для того, чтобы стать легендой? Сдохнуть так, чтобы их запомнили. И вот это их грёбаные герои. Особенно тупые овцы, которых усыпляют их сраные хозяева. — Не притворяйся, блядь, что они стоят заботы. Они – мясо на убой, и ничего больше. Ты называешь меня машиной? Хорошо. Так нахера мне тогда желать становиться человеком? Сильверхенд прикрыл глаза и опустил Пушку. Зачем желать становиться человеком? ...Потому что он хотел быть героем. Он хотел спасти мир. Даже если от самого себя. Весь мир являлся наследием корпорацией, да? Он не был обделён умом, он не знал, как это исправить. Он уже пытался поднять пением мир на восстание, но ничего не вышло. Лучшее, что он мог сделать, это убить худших людей в руководящих креслах, которых он только мог найти, и надеяться, что на их месте появится кто-нибудь получше. Это был не самый лучший план, но это было лучшее, что он мог придумать прямо сейчас. Он перевёл взгляд на труп Сабуро. Внезапный шум насторожил его. Смэшеру удалось сдвинуться ещё на полдюйма, металл скрежетал по металлу и камню. Он ещё сильнее боролся с хваткой Альт. ...но почему? Он просто взглянул на труп, верно...? "...проверь его шею, Джонни", – попросила его ангел. – "У Арасаки есть улучшенная версия Душегуба, которую они заставили меня сделать для них... возможно, они улучшили его с тех пор. Если Смэшер так сильно сопротивляется..." ...Тогда Сабуро, может быть, ещё не мёртв. Да идите вы нахуй, сегодня он добьётся хоть чего-то. Он подошёл к трупу и ощупал шею. Гнездо для чипа. Он надавил на окружающую плоть, сомкнул пальцы вокруг высунувшегося чипа и вытащил его. Тот был громоздким, ещё странный на вид. Не маленькая и минималистичная модель, как другие чипы, а увесистый, чёрный и наполненный странным красным свечением. Он оглянулся. Смэшер боролся ещё сильнее. Подтверждение, да? Он посмотрел на чип в своей руке. Он вернулся обратно. Он встал прямо перед Смэшером. Держа чип двумя пальцами, он сломал его большим пальцем. Смэшер обмяк и перестал полностью сопротивляться. Его взгляд потускнел, превратившись в абсолютно пустой, а затем вновь обрёл жизнь, но теперь был гораздо слабее. Оу... Смэшер, в конце концов, был всего лишь ещё одним боргом. Логично, что в его мозгу было что-то, что контролировало его. Ведь в итоге... — ...ты был рабом как и все остальные, да? — Сильверхенд не находил в себе сил удивиться, рассердиться или что-либо ещё. Он просто устал. Он глубоко вздохнул и зашагал к выходу из комнаты. "Не забудь захватить меч, Джонни", – прошептал ему ангел. Он взглянул на него и на секунду задумался. Он даже не знал, как пользоваться мечом. Какой в этом, сука, смысл? ...похер. Альт хотела его украсть, он его возьмёт. Убрав рукоять в кобуру на правом бедре, он обернулся и в последний раз обратился к Смэшеру. — От одного пса войны другому... твой поводок сорван... — Ты теперь новый человек, Смэшер. Посмотрим, как ты поступишь дальше. Он развернулся и, прихрамывая, вышел из комнаты.***
Как только Сильверхенд удалился на достаточное расстояние, Альт отпустила свой контроль над Смэшером. Смэшер рухнул на пол. Он смотрел в пол, смотрел пустым взглядом. Впервые за немалую долю столетия. Он был свободен. Он не был уверен, ненавидит он это или нет. Он не мог найти в себе мотивацию пошевелиться. Адам и Уриэль тихо тлели на вершине разрушенной башни.
