В нашем ритме

      Всю неделю Стеклов по несколько часов сидел в приложении для знакомств, чтобы найти Оленьку. Это оказалось сложнее, чем он думал. Совместно с этим, он обдумывал то, что может сделать для неё и как порадовать. Хоть маленький кусочек обиды и был, за то показушничество со свиданием, Дима решил не зацикливаться на нём. На прошедших двух занятиях он выбрал тактику прилежного студента — никаких намёков, только работа, только хардкор. И ему понравилось, что она отреагировала на это неожиданным образом — Ольга Павловна, ожидающая его дальнейших действий в этой игре, была обескуражена, что он «успокоился» по её поводу. Видимо, по её самолюбию это ударило сильнее, чем Димыч мог представить. И эта власть над ситуацией только раззадорила его. Поэтому Стеклов решил наблюдать за ней ещё пристальней. И когда после занятия в понедельник, он краем уха услышал о её желании на счёт огромной шоколадки, никакие преграды не смогли остановить его на пути в ближайший от бизнес-центра супермаркет. Там он выбрал самую большую «Милку» с карамелью и довольный пошёл обратно. Правда, по пути его синие очи наткнулись ещё, до кучи, на цветочный магазин. Вместе с букетом красных роз и шоколадкой на перевес, Дима рыскал по подземному паркингу в поисках её машины. Заявиться на пятый этаж вместе с этим добром он не рискнул. Хоть и попросил у милой девушки флориста убрать с розочек шипы, но вероятность, что жесткие листочки и стебельки пройдутся по его мордашке, всё же была.       Где обычно Оленька ставила свой автомобиль, он выяснил после вечернего занятия в пятницу и ему очень повезло, что она была не склонна изменять этому месту за колонной, около дальней стенки.       Букет из пятнадцати роз примостился на лобовом в пространстве над пластиковой накладкой капота, а карамельная сладость просто легла рядом.       Только подходя к квартире, Стеклов подумал, что не оставил никаких опознавательных знаков. Ведь мог же хоть какую-нибудь записульку положить. Ведь может быть такое, что она не поймёт, кто постарался ей угодить?       Кая в их квартире не было, значит посоветоваться с лучшим другом также не возможно.       Пройдя в свою комнату, парень повалился на кровать пузом и вздохнул. Кажется, мышцы привыкли к танцевальной нагрузке и перестали противиться ей. Он так же ещё посещал качалку, правда всего раз в неделю. Колян, их общий с Каюшей тренер, был немного в шоке от сменившихся приоритетов Димыча. Сам парень тоже. Плюс ко всему и он и тренер заметили, как интенсивные тренировки у Оленьки в студии подсушили его тело. Рельеф стал более выраженым и поэтому Коляну пришлось поменять Стеклову всю программу тренировок.       Дима перевернулся на спину, достал айфон из кармана джинс и зашел в Тиндер. Это уже стало маленькой привычкой — поиск той самой девушки в море других. Какие бы не попадались ему красавицы, всех он смахивал в противоположную сторону, мысленно прося у них прощение.       Спустя два с лишним десятка прекрасниц его палец над экраном замер. Дима нашёл Оленьку.       Все фотки что были в её профиле он видел в инсте, поэтому всё его внимание было уделено лишь строчке описания.

      «Попробуй убедить меня, что ты отличный выбор)»

      Димыч улыбнулся и сделал желанный свайп.       А дальше… Дальше он принялся ждать. И это ожидание выводило его из равновесия. За это время он успел убраться в ванной, поесть и засесть в гостиной рубиться в плойку. Правда, он каждые пять минут проверял телефон на предмет уведомлений, хотя звук и был включен.       В девятом часу вернулся Кай и Стеклов просто вывалил на него весь сегодняшний день. Он как женушка крутился вокруг Меркулова, грея ему ужин. Лучший друг мог бы выслушать его и без этих почестей, но Диме все равно не чем было занять руки, иначе бы он вспомнил свою давнюю дрянную привычку — кусать кожу вокруг ногтей. Он и так еле искоренил её, поэтому такой срыв откинул бы все старания поддерживать руки в ухоженном, а не обглоданном состоянии, назад.       Каюша подшучивал над другом, но уговаривал его не переживать так. Тут два варианта, либо проигнорирует, либо же, наконец-то, клюнет не все его ухищрения.       В момент, когда айфон Димыча маякнул сигналом уведомления, парень застыл. А Кай, схватил его телефон и, кинув всего один взгляд на экран, улыбнулся.       — Ну не томи! Там уведомление о том, что я пропустил пару или то самое?       — Видимо, госпожа Суворова снизошла до тебя сегодня, — друг протянул Диме его айфон.       Стеклов сразу же зашёл в приложение, покидая кухню.       Пока он думал над тем, чтобы ей написать, девушка всё сделала сама. «Лёля» Только не думайте, Дмитрий, что это реальный мэтч) Просто нужно было сказать вам пару слов Подслушивать — нехорошо)

«Дмитрий»

Вам не понравился мой комплимент?)

«Лёля» Шоколадка хоть и вкусная, но не моя любимая А розы — банальность)

«Дмитрий»

Я готов исправиться, если дадите мне подсказку)

«Лёля» С подсказками каждый дурак сможет Если хотите, можете угадать)

«Дмитрий»

А если я угадаю, то вы согласитесь на свидание?

«Лёля» Нет       Димыч вздохнул и закусил нижнюю губу. Финита ля комедия, как говорится. Но вдруг, чат снова ожил. «Лёля» Но если угадаете, то я подумаю над тем, чтобы согласиться на свидание)

«Дмитрий»

Тогда договорились, Ольга Павловна)

Я не упущу этот шанс)

      На последнее сообщение Оленька уже не ответила, поэтому Стеклов полез в инстаграм. Гадать можно до скончания веков, лучше досконально проверить её страничку и поискать зацепки. На помощь Лины рассчитывать было бесполезно. Хоть её и можно было бы уломать, но парень понимал, что может очень сильно подставить девушку друга, а это способно привезти к печальным последствиям. Лучше сам!       Как назло Оленька любила фотографироваться. С одной стороны это было прекрасно — смотреть на её обновления, словно услада для глаз, а с другой стороны… Это тысяча девятьсот семьдесят три фотки! Где-то там, внизу, по-любому есть информация и о цветах, и о шоколаде. Ну или хотя бы намёки на них. Но пока долистаешь… Ладно, это не сложнее, чем выискивать её в Тиндре, правда?       Пока Дима проверял фотографии, сам пытался вспомнить все цветы, которые он знал и сопоставить их с характером Оленьки. На самом деле, сам он всегда дарил только розы и какие-нибудь уже готовые композиции, над составом которых даже не заморачивался. Красиво выглядит, значит пойдёт, а тюльпан там или хризантема какая-нибудь, как-то пофиг. Поэтому вновь пришлось ломать голову. С ней, похоже, ему скучать никогда не придётся.       В соцсети Стеклов не нашёл никаких подсказок. Поэтому пришлось просить помощи у особой артиллерии.       Пока шли гудки, парень думал над тем, как можно более безболезненно для своей дальнейшей жизни задать вопрос. Но трубку на том конце подняли раньше, чем он успел это обдумать.       — Привет, мам, как дела?       — Привет, сынок. Неожиданный поворот — про мать вспомнил! — Римма Александровна имела веский авторитет в семье, поэтому при любом удобном случае и Диме, и его отцу, Константину Васильевичу, очень сильно доставалось.       — Ты так говоришь, будто я вообще тебе не звоню.       — А что, один звонок в неделю — это оптимальное количество для матери? С отцом ты почти каждый день общаешься, — сразу было слышно, что женщина обижена.       — Прости, мамуль, буду звонить чаще, — парень откашлялся и продолжил: — Мам, у меня вот такой вопрос — какие ты знаешь самые интересные и нестандартные цветы?       — У нас появилась будущая невестка?       — Мам! Пожалуйста, только ответ на мой вопрос, — мысленно Димыч себя проклял. Это же каждый звонок будет головомойка.       — Ну под твои слова подходят глориоза, эрингиум, антуриум, протея…       — Ты там дьявола призываешь? Это чё вообще за цветы?       — Не паясничай! Это интересные и нестандартные цветы, которые в букетах встречаются очень редко, — мама Стеклова хоть и не была флористом, но она была дизайнером-декоратором, поэтому что-то да знала и в этой сфере. — Тебе удивить надо или что?       — Угадать любимые нужно, но барышня очень темпераментная.       — Стекловы… Любите вы сложности с Костей, — женщина усмехнулась, а мужской голос на том конце провода что-то пробурчал. — Я назвала прям очень редкие экземпляры. Всё может быть куда проще — ромашки или лютики. То что твоя барышня темпераментная, не значит, что ей непременно нравятся экзотичные цветы.       Дима страдальчески вздохнул от возможного пиздеца всей ситуации. А вот сочетание «твоя барышня» из уст матери ему очень понравилось.       — Не вздыхай. Подумай. Ты же у меня умный мужчина. Не ландыши же в январе принести нужно.       — А вдруг ландыши и как раз в январе?       — Ну что могу сказать, значит не дождемся мы с отцом внуков, — Римма Александровна засмеялась.       — Ноль импакта, мам. Как был на мертвой точке, так с неё не сдвинулся.       — Ничего страшного, шевеление мозгами ещё никому не вредило.       А дальше завелась песнь про работу, питание и воообще планы на жизнь от любимой родительницы. Дима не был настроен на такой разговор, но спровадить мать спать, так как время было позднее, он не мог. А то обидится ещё на сынка и отец ему такое выскажет, что проще потерпеть сейчас.       Спустя час женщина всё же угомонилась и отправилась под бок к мужу, а Димыч растянулся на кровати и уставился в потолок. Загадка сложная, но кровь из носу нужно её разгадать. Он почему-то был уверен, что «подумаю над тем, чтобы согласиться» — это такое «да».

***

      Лёля всё смотрела на кроваво-красные лепестки и «плавала» где-то в своих мыслях. Первым порывом было выбросить букет, но у неё дрогнула рука. Уже очень давно ей не дарили цветов, поэтому девушка решила не отказываться от «банальных роз» и забрала с собой домой. Шоколадка порадовала её ещё больше и пока она стояла в пробке умудрилась умять половину. А это всё месячные! В любой другой день она бы точно не взяла ни то, ни другое. Предательские гормоны!       На счёт переписки в Тиндере с Дмитрием она себя, на удивление, не ругала. Он никогда в жизни не догадается о её предпочтениях, поэтому тут можно было спать спокойно. А если всё же догадается?       Суворова на секундочку представила, чем может обернуться свидание с ним. Хоть Ольга согласилась всего лишь подумать, где-то в глубине её подсознания пятнадцатилетняя девочка уже представляла себя на встрече с настырным Димой. Возможно он смотрел бы на неё тем же взглядом, который она запомнила, так же смешно шутил, как делал это с девчонками из группы. И выглядел бы очень хорошо и пах этим своим парфюмом крышесностным…       — Так! Суворова! Ты о чём, блять, вообще думаешь? — Девушка буквально подскочила на стуле. — Мне срочно нужен мужик. Ещё чуть-чуть и на этого кинусь.       Лёля глотнула кофе из своей любимой чашки и поморщилась от очередного спазма. Настроение было лечь и лежать, но пары и три занятия…       Таблетки ей помогали не всегда, а мучиться с этой болью не самое привлекательное занятие. Поэтому Ольга написала в конфу подругам, что на учебе её не будет. А вот работу никто не отменит. Возможно, к этому времени боль поутихнет и обезбол подействует как надо.       Девушка доела последний кусочек шоколадки и вернулась в спальню в уже остывшую кровать.       Руки сразу полезли в телефон и спустя двадцать минут она переписывалась с довольно приятным, по первому впечатлению, молодым человеком, с которым в приложении образовалась пара. Пока беседа не вела к встрече, но, в принципе, она была бы не против увидеться с ним на выходных.       Пока новый собеседник отключился от диалога, на глаза девушки попался чат с Дмитрием. Она зачем-то перешла в его профиль. Две фотографии, что он выложил, ей были знакомы по его инстаграму (она не тусовалась на страничке, просто помнила!). И в который раз, что-то внутри пропело, что он очень хорош. Высокий, большой и сильный, а кудри эти…       — Лёля-я… — Суворова свернулась калачиком и откинула от себя айфон.       «Не смей! Не смей о нём такое думать! Ни чем хорошим это не закончится!» — она мысленно пыталась себя уговорить.       Девушка закрыла глаза, отгоняя от себя все непрошеные мысли. Ольга всерьёз подумала, что Дмитрий успокоился. Всё три занятия он был тише воды ниже травы. Вёл себя как старательный ученик и, будто, даже не смотрел в её сторону. Конечно, женское самолюбие от этого пострадало. Лёля на него планов не имела (нет-нет, точно не имела), но… Он вроде бы начал проявлять внимание и, поэтому, ей нравилось его прищучивать. Совсем немножко, чтобы знал своё место. И вот когда она увидела цветы всё стало не только прежним, а даже чуть возросло. Точнее самолюбие её возросло. Может даже не чуть, а так, слегонца, до небес.       И вроде бы Суворова не хотела ничего иметь с Дмитрием, но было интересно, на что он пойдёт дальше. Она была готова поставить свою машину и бизнес на то, что в студию молодой человек записался ради неё. Это ей очень льстило.       Так как требования свои девушка выдвинула, следующий ход оставался за ним. Возможно, есть большая вероятность того, что если он сможет её удивить, Лёля сжалится и подарит ему одно свидание. Коротенькое такое. Просто кофе-брейк и ничего больше.       От звука пришедшего уведомление Ольга вздрогнула. Уж больно глубоко она ушла в свои мысли и даже успела чуток задремать.       Писал ей Михаил. Тот самый, по общению, приятный парень. Он пока не делал никаких намёков на секс, но вроде как, типаж этого молодого мужчины был как раз из тех, кто не против встретиться и пообщаться поближе.       Миша предлагал поужинать в субботу и хорошо провести вечер.       Значит, Лёля угадала.       Улыбнувшись своей проницательности, девушка отправила своё согласие. Месячные как раз закончатся к выходным и можно будет, наконец-то, порезвиться.       Остаток дня перед работой Суворова просто лежала, выкладывала видео на страничку студии, отправляла в конфу подружкам смешные тик-токи и просто праздно проводила время. Она давно уже не заботилась о своих оценках и если ей предлагали тройку, девушка сходу давала зачётку и не просила большего. Когда-то ей хотелось пойти по стопам мамы и в плотную заняться бухгалтерией, а потом и перенять бразды правления в аудиторской фирме, но танцы и студия стали большей целью. Ведь потом можно расшириться, проводить мастер-классы, обучать не только любителей, но и профессионалов.       У Лёли уже давно грелась мысль о том, чтобы собрать молодых девочек в одну команду и ездить с ними на разные соревнования, мероприятия и баттлы. Она помнила своё время, когда сама бывала в такой гуще событий. И только они помогли ей справиться с душевной болью. Танцы и та команда вообще очень многое для неё значили в тот момент. Хоть она и не была особо близка с девчонками, но общалась с удовольствием и так же пахала, даже с большим рвением. За это рвение её тогда и отметили — давали более сложные партии, ставили в первые ряды и, в какой-то момент, она стала центром. Главным танцором. И никто из участниц не спорил с этим фактом. Всё видели что Ольга делала каждый день для того, чтобы стать лидером. Хотя сама девушка не думала, что делает что-то невозможное. Просто если она не танцевала, она думала. А думать было больно. Хоть за маской безразличия никто и не видел, что Лёля сломалась, девушка-то это прекрасно знала. Она всем своим видом показывала, что ей всё равно о чём шепчутся в школе и как её называю чуть ли не в лицо. Ольга вычерпывала моральную силу из какого-то бездонного колодца. И чтобы не погрязнуть в мыслях и насмешках выход был один — танцевать.       На уроках она обдумывала движения и продумывала хорягу, после практиковала надуманное. А ночью валилась с ног и сразу же засыпала, не оставляя себе шанса опять окунуться в воспоминания. Бывало, что её почти насильственная танцетерапия не помогала, но таких моментов можно было пересчитать по пальцам одной руки. Суворова делала всё, для того, чтобы не чувствовать себя жалкой и израненой.       Конечно, спустя пять лет она остыла и воспринимала ту ситуацию просто жизненным уроком, который сделал её сильной. Больше никто не смог и не сможет сделать ей больно. А вот она с легкостью. И даже, иной раз, с удовольствием.       К моменту выхода из дома, обезболивающее всё-таки подействовало и Лёля покатила в студию. Весенняя погода уже вовсю разгулялась и лето потихоньку подступало к городу. Девушка обожала именно эту пору, когда уже тепло, но не жарит. Поэтому настроение поднялось и даже послеобеденные заторы на дорогах не так сильно раздражали. Играла любимая музыка, мягко припекало солнце и всё было хорошо. Пока в один момент Ольгин «рав» сильно не качнул влево и не послышался скрежет металла.       — Сука! — В миг удара Лёля успела поспешно нажать на тормоз, хоть до последнего не видела идиота который въехал в неё с правой стороны.       Девушка тут же нажала на кнопку «аварийки», перевела коробку в режим стоянки и дернула ручник. То что она не виновата было и ежу понятно.       — Овца! Ты куда прёшь?! — Как только Суворова вылезла из машины, чтобы оценить ущерб на неё накинулся виновник аварии. По голосу и звукам, что он издавал виноватым мужлан себя не считал.       — Это ты куда прёшь, осёл? На знаки разучился смотреть? У тебя «уступи дорогу»! — У Лёли даже не дрогнул голос. Хоть внутри у неё всё дрожало, но больше от злости и волнения, что она опоздает на занятие.       Черный лексус хорошо вмазал её «равчику». Уже сейчас было понятно, что менять придется фару, передний бампер и часть правого крыла.       — Это ты должна уступать! Или, блять, слепая и не видишь, кто едет? — Мужик был здоровый, стрёмный и злой. Но в добавок ещё и тупой. Черный паркетник кричал о больших деньгах этого товарища. Тоже самое делал и блатной номер с одинаковым набором цифр и букв.       Девушка выгнула бровь и ухмыльнулась.       — Я прекрасно вижу, что передо мной баран с комплексом маленького члена, которому вообще похуй на всех и вся, — видя, что оппонент этого спора уже сжал огромные кулаки, Лёля поспешила добавить: — Давай попробуй мне что-нибудь сделать! Мой регистратор и это запишет!       Мужик вдруг скис и проверил лобовое стекло красной тойоты. Там на присоске была приделана камера, которая и сейчас писала всю обстановку.       — Давай договариваться тогда, — тон голоса понтореза вдруг сменился на примирительный.       — Не, договариваться мы не будем. Я сейчас ДПС-ков вызову, вот они и будут с тобой говорить, — Суворова нырнула за телефоном и поискала в Гугле куда в таких ситуация необходимо звонить. Это была её первая авария за два года.       — Ну не будь козой! Какая разница через страховую или я тебе так отбашляю? — А мужик всё наседал.       — Большая.       Дальнейшие причитания виновника она не слушала. Дозвониться и сообщить об аварии у неё получилось лишь спустя десять минут. На том конце сказали лишь ожидайте. То что Суворова застряла тут на приличное количество времени только ещё больше её разозлило. Пришлось написать Алексе, второму преподавателю, и спросить сможет ли она подменить. Но у Александры, как раз в эти часы была учеба. Ольге больше ничего не оставалось, как разослать всем трём группам в чаты информацию об отмене сегодняшних занятий. Чтобы загладить вину, девушка так же упомянула, что одно занятие будет проведено бесплатно.       Машина с дорожными инспекторами приехали лишь спустя три часа. К тому же они начали возмущаться, что такие случаи сразу проходят по европротоколу и не было нужны дергать их с более сложных случаев. Но Лёля быстро и с нажимом обрисовала ситуацию, что товарищ на лексусе сначала не признавал вину, а потом хотел откупиться. Молодые парни всё же оформили их и Ольга сразу поехала в свою страховую. Там девушка потеряла ещё полтора часа.       Домой она вернулась лишь к вечеру все ещё злая. Готовить сил и желания не было и Суворова заказала себе сет с роллами и нашла в закромах бутылку вина. Сегодня позволительно заесть и запить этот стресс. Ведь не хотела же никуда ехать! А теперь придётся какое-то время пользоваться такси и метро. Сотрудник страховой компании посоветовал ей поставить «рав» на стоянку и не выезжать, так как повреждения, хоть на первый взгляд, были и не совсем серьёзные, но мало ли. Точно могли сказать только в сервисе, а пока одобрят, направят и так далее, может пройти не одна неделя. А Лёля без колес как без рук!       Пока ждала вожделенную еду, девушка набрала номер мамы, чтобы пожаловаться на этот не справедливый мир. Она как раз хотела на этой недели доехать до матери и нормально поболтать, но теперь, нужно было очень хорошо подогнать своё время. Возможность предвиделась, только на выходных. А там свидание… Ладно, Ольга справится. Бывало и похуже.

***

      Всю неделю, после того разговора Дима ломал свой мозг. Он буквально кипел от размышлений на счёт этих дурацких цветов и шоколада. Если первых было дохрена, то вторых ещё больше. Кай вертел у виска, но всё же подкидывал варианты. Их предстояло пробовать, а занятий по танцам оставалось не так много. В один момент парень плюнул и начал палить сторис Оленьки. Вдруг спалится хотя бы со сладким. А там уже будет чуть-чуть попроще.       В субботу ему катастрофически захотелось разгрузить мозги, но одному тусить как-то не комильфо, а все друзья по парам. Это прям выбисило Димку. Никому не нужный одиночка. Но на помощь Стеклову пришёл двоюродный братец Тоха.       Антон был старше на семь лет, но они частенько общались. В основном старшенький очень часто спрашивал совета у младшенького на счёт меню. Антон Сергеевич был шефом в одном неплохом ресторанчике и, когда придумывал очередные позиции сезонных блюд, всегда предлагал Диме продегустировать. Не то, чтобы у него был какой-то утонченный вкус или поварское виденье, просто, Стеклов всегда говорил Тохе правду на счёт его идей.       Вот и в этот вечер парень решил не отказывать пожрать вкуснях и высказать своё мнение.       В заведение было довольно шумно, столики то и дело сменяли посетителей. На входе Дима сказал встречающей девушке, что он по особому приглашению шеф-повара и его почти сразу проводили за стол. По сторонам он особо не смотрел, но когда сел на предложенное место услышал её голос. Воровато оглянувшись, Димыч увидел Оленьку с каким-то мужиком. Самого мужика он не разглядел — тот сидел к нему спиной, зато хорошо слышал. И её тоже он слышал прекрасно.       «Блять. Да я просто везунчик! День меня решил совсем добить?» — Димыч сжал челюсти и уставился перед собой. Предложение брата уже не было таким спасительным. Наоборот, это буквально убивало его.       Он старался не вслушиваться в их разговор, но понятные намёки об их вечере так и лились к нему в уши. Пересесть возможности не представляло, поэтому пришлось «наслаждаться».       Вскоре нарисовался Антон. Они обменялись рукопожатиями.       — Здаров, ну че, как ты? — Братец выглядел хорошо, но чуток измучено. Скорей всего вечерняя запара на кухне уже успела измотать его, хотя вечер был ещё только в разгаре.       — Привет. Да пойдёт. Сам как? Как Света с малявкой? — Дима усилием воле старался сконцентрировать своё внимание на родственнике, но смех Оленьки так и выстреливал звоном из общей массы гула голосов и музыки.       — Потихоньку. Сегодня прям что-то наплыв, заебаться уже успел. Девчонки мои хорошо, одна всё хорошеет, а вторая растёт. Ты приезжай как-нибудь, а то Машуля всё спрашивает где «тятя Тима», — мужчина улыбнулся и обвёл взглядом зал.       — Обязательно! Ща с одним проектом закончу и приеду к вам, — Димыч откинулся на диванчике и забарабанил по столу. — Давай тащи, что ты там накашиварил. Я спецом не жрал в обед.       — Тащить! Смотри, какой важный птиц, шеф-повара официантом хочет сделать. Ща принесут. Только как обычно, по делу и без пиздежа, — Антон поднялся и погрозил пальцем.       — Не беспокойся, если не понравится, обосру мама не горюй.       Брат удалился и Стеклов вновь начал греть уши. Поворачиваться снова было опасно, вдруг она его заметит. Диме бы это не хотелось. Он хотел побыстрее попробовать то, что наготовил Тоха и по-тихому слиться.       Наконец-то, ему принесли два подноса с тарелками, на которых красовались мини порции предстоящего меню. Хорошо, что позиций было много, а то он бы точно не наелся такими скромными размерами блюд.       Как всегда, братец был на высоте. Только одно блюдо у него вызвало сомнения, да и то всё из-за соуса. Либо у Антона Сергеевича дрогнула рука, что он вылил такого количество заправки, либо же, всё же, перемудрил со вкусом в целом. О чём сразу же и написал брату, так как выйти повторно у родственничка не представляло возможности.       Дополнительно Дима заказал себе попить, потому что ему было неудобно просто пожрать и уйти (Антон никогда не брал деньги за дегустации). Да и девчонкам, что притащили ему еду, всё же хотелось оставить на чай. Это было его постоянное правило. Сам какое-то время работал в общепите офиком, поэтому никогда не скупился на чаевые.       Допив остатки лимонада он уже хотел выскользнуть из-за столика, но услышав мужика Оленьки вдруг остановился. Тот почему-то базарил по телефону в самый разгар их свидания.       — Я понял. Да, хорошо, скоро буду, — пробасил неизвестный и по звукам отключился от своего невидимого собеседника. — Олюнь, мне очень жаль, но нужно уехать. Очень хочется продолжить вечер с тобой, но обстоятельства не требуют отлагательств.       — Что-то серьезное? — Было слышно, что девушка раздосадована. Дима замер. Неужели этот кидала ей понравился?       — Есть не большие проблемы… В общем, не забивай мозги, — Стеклов про себя усмехнулся. Так обычно говорят, когда жена домой погнала. — Разделим счёт?       Тут Димыч окончательно выпал.       «Оленька, Оленька… И ты серьезно хотела провести с этим вечер?» — молодой человек покачал головой. Ему было бы стыдно предложить такое девушке. Даже если бы она ему не понравилась и он больше бы не захотел встреч. Отец научил его всегда ухаживать и платить за барышень. И деньги на эти встречи парень должен был зарабатывать сам. Что-то для себя купить, карманные всегда давали, а вот на кафешки и кино с юными леди, будь добр, сынок, сам.       Через несколько минут парочка расплатилась и занятой мужик слинял. А вот девушка осталась сидеть.       Стеклов обернулся и, закинув руку на спинку дивана, окинул Ольгу Павловну взглядом. И сегодня она выглядела ошеломительно. Сама она его не заметила, лишь сверлила взглядом тарелку и медленно пила какой-то коктейль.       — А вот я бы так никогда не поступил. Но, увы, вы не хотите со мной на свидание, — Дима улыбнулся, увидев как Оленька вздрогнула и резко перевела на него свой взгляд.       — Ты что, следишь за мной? — Переход на ты был ничто по сравнению с тем, как бушевали её льдистые глаза. Она была буквально взбешена. Только вот от чего больше — непонятно. То ли бросивший её кавалер так взбесил, то ли внезапное появление Стеклова.       — Нет. Такого в моих привычках нет. Просто стечение обстоятельств. Брат тут шеф-поваром работает, попросил продегустировать новое сезонное меню, — парень решил сразу обозначить свою непричастность к данной случайности.       — Вот и дегустируй дальше, а меня не трогай!       Видимо кошечка и правда была на пределе. Но тем желаннее было её ещё больше расшевелить.       Парень поднялся с насиженного места и лениво пересел к Ольге. Та лишь наблюдала за его действиями, копя свой яд.       — Обычно вы, девчонки, так делаете, да?       — Как так? — Девушка не сводила с него взгляд. На ней снова была та чудесная стойкая помада, которая делала её губы особенным произведением искусства.       — Ну, просите позвонить подружек, чтобы, типа, с уважительной причиной свалить со свидания с непонравившимся парнем, — Дима пожал плечами.       — А что, был опыт, раз такие познания?       — Неа. У меня такого опыта не было. А у тебя теперь есть, расскажешь, как ощущения?       — Да пошёл ты! — Ещё чуть-чуть и Оленька вцепится Димычу в лицо коготками.       — Ладно-ладно, не ворчи! Я шучу, но согласись, что твой кавалер гондон, — парень поставил локти на стол и подпер ладонями подбородок.       — Да вы все гондоны, — девушка одним глотком допила коктейль и отставила высокий стакан в сторону.       — Это ж кто тебя так обидел, что ты всех под одну гребёнку гребёшь? — От слов Стеклова Ольга дернулась и отвела от него взгляд. На вопрос она так и не ответила, но и уходить не собиралась. — Я так понимаю, ты приехала сюда без машины?       — Я теперь надолго без машины, один урод в меня врезался, — вдруг сообщила ему Оленька. От неожиданной откровенности настроение Димы приподнялось. — Неизвестно теперь сколько ждать решения от страховой и сколько займет ремонт.       — Жаль. Представляю, как неудобно будет без мобильности. Если вдруг нужна помощь, то могу помочь в этот период, — предложение и правда было искренним и без подтекста со стороны парня. Он сам был в подобной ситуации и хорошо знал, что такое лишиться машины.       — Нет надобности, но спасибо.       — Ты всегда на все мои предложения будешь говорить нет? — Вопрос излился из его рта раньше, чем Дима подумал.       — Скорей всего, ты слишком настырный, — Ольга улыбнулась. Но эта улыбка значительно отличалась от предыдущих.       — Хоть ты никогда не признаешься, но тебе это нравится. Я уверен, — Стеклов выпрямиться и взлохматил волосы. — Кстати, вот ещё один минус твоего ухажера — он бы мог вызвать тебе такси.       — Если ты такой идеальный, то что собираешь делать дальше? — Кошечка вытянулась и прищурила свои глазки, явно делая ему проверку.       — Если дама желает, могу заказать ей ещё один коктейль, либо же отвезти домой самому, чтобы не волноваться на счёт таксистов, потому что дама шикарно выглядит и за ней нужен глаз да глаз.       Пока Оленька обдумывала предложение Димыча, парень затих, еле выдерживая напряжение их молчания.       — Ладно, — девушка поднялась с диванчика, подхватив сумку и жакет. — Отвези даму домой.       Внутренне Дима ликовал. Да, конечно ситуация не ахти — отвозить барышню после свидания с другим, но… Это же прогресс! Если она не слукавит на счёт адреса, то он будет в курсе того, где она живет. А это упрощало дальнейшие его действия.       Они вышли из ресторана и парень повел Ольгу к своей машине.       Подойдя к поршу, он сразу же открыл дверь со стороны пассажира и подал руку, чтобы помочь сесть. На удивление Ольга Павловна приняла его помощь и не брыкалась словами.       Когда Стеклов сел в кресло и завёл тачку, девушка назвала ему свой адрес, который тут же вбился в навигатор. На печаль Димы ехать было всего пол часа.       После того, как они вклинились в поток машин, Оленька оживилась.       — Сам или родители помогли? — Она кивнула вперёд, давая понять, что вопрос задала на счёт автомобиля.       — Пополам, — лукавить Димыч не стал. Он этого не стыдился.       — Спасибо, что не врёшь.       — А зачем? Не вижу в этом смысла, — парень глянул в левое зеркало и тут же перестроился. — Сильно «рав» помяли?       Оленька вздохнула.       — Ага. Фара, бампер и крыло всмятку. Ублюдок выскочил с второстепенной и сначала даже наехал. Видите ли, это я его пропустить должна. Ненавижу мужланов на крутых тачках с микрочленами. Чувствуют себя богами дорог, хотя по факту им бы всем ещё разок экзамен сдать. Большая часть отсеется, — Ольга смешно сморщила носик и отвернулась к окну.       — Как хорошо, что у меня не микрочлен. А то бы и впрямь пришлось отступать.       Девушка повернулась в его сторону и расхохоталась. Внутренне Дима растаял, у неё был прелестный смех.       — Зато раздутое самомнение и самолюбие в избытке, — Оленька чуть развернулась в его сторону. — Ты наверное каждый день на себя дрочишь, да?       — Конечно. Ты вообще видела моё тело? Я красавчик, — парень пожал плечами.       — Да, видела.       Стеклова вдруг обдало жаром. Свой последний ответ девушка произнесла как-то по-другому. Он усилием воли не отвлекся от дороги и сжал покрепче руль.       — Знаешь, — парень краем глаза заметил, как Ольга подалась ближе к подлокотнику, к нему. — Я бы хотела чуть изменить конечную точку нашего маршрута.       Дима с трудом взглотнул. Что-то в одну минуту поменялось в ней и, если до этого он предполагал, как закончится эта поездка, то теперь у него не было ни одного чертового предположения.       — Конечно, можешь поменять сама, — он кивнул на экран.       Оленька завершила текущую поездку, а Дима чуть замедлил ход. Она быстро порхала пальчиками по клавиатуре и вскоре маршрут снова выделился на виртуальной карте.       Парень мельком глянул и понял, что это, всего навсего, торговый центр, который находился рядом с её домом.       — Настроение отправиться за покупками? — чтобы как-то отвести нахлынувшее на него наваждение, Димыч перевел тему их остановившегося разговора.       — Типа того, — промурлыкала Ольга.       Больше ни он, ни она ни о чём не говорили.       Когда они заехали на крытую многоуровневую парковку, Стеклов корил себя почём свет стоит за свой длинный язык. Он хотел было уже нырнуть на одно из мест около входа в ТЦ, но Оленька подала голос.       — Поднимись на следующий этаж.       — Прям на следующий или же, всё-таки, через один? Тот вроде без входа.       — Меньше вопросов, больше действий, Дима.       Парень вздрогнул. Привыкший слышать от неё только своё полное имя, Димыч не ожидал, что ему так понравится именно этот вариант.       Он сделал, как она просил и тихонько покатился по пустующему этажу. Зачем ей понадобилось именно сюда, Дима даже не представлял.       — Припаркуйся вон там, — он проследил за направлением её пальца и, подъехав, остановил машину между стеной и большой колонной.       Девушка отстегнула ремень безопастности и вновь облокотилась на подлокотник, осматривая Стеклова незнакомым ему, до сегодняшнего дня, взглядом.       — У меня были определенные планы на данный вечер. Но, как ты сам знаешь, Миша меня кинул, — Оленька подалась ещё ближе к парню, не разрывая зрительного контакта. — Придётся тебе и сейчас побыть хорошим мальчиком и услужить даме.       Она провела языком по своим губам и притянула его за шею к себе, медленно заводя пальцы в русые кудри. Пульс Димы уже превысил допустимую норму и, когда губы девушки накрыли его собственные, сердце буквально выпрыгнуло из груди.       Оля, не стесняясь, проникла языком к нему в рот, пока до парня доходила реальность происходящего. Но требовательные касания подтвердили, что это не его жаркие фантазии. Не медля больше ни секунды, Дима ответил на поцелуй, занимая доминантную позицию. Судя по звукам, Оленьке это понравилось.       Он сразу же отстегнул свой ремень и сжал девушку в объятиях, с наслаждением исследуя такой желанный рот. Она запустила ладошки под его футболку, проводя острыми коготками по прессу. Член болезненно уперся в жесткую ткань джинсов и парень застонал в их поцелуй. Свои же руки парень перемещал по её спине и бедрам, куда мог дотянуться, из-за мешающего подлокотника. В даную минуту он Диму дико раздражал, потому что не давал полапать её тело так, как он хотел.       Оля оторвалась от его губ и, тяжело дыша, потянулась куда-то вниз, к своим ногам. Парень чуть подвинул своё кресло назад и сразу, как только девушка скинула обувь, перетащил её на свои колени. Их страстный поцелуй продолжился. Дима уже вовсю поднимал подол её коротенькой юбчонки, чтобы насладиться голой кожей ягодиц. Оленька подалась вперёд, вжимаясь в его эрекцию и вжимая самого парня в спинку кресла. Она покусывала его губы, переключалась на шею, от чего у него маршировали мурашки по всему телу. Сам Дима уже расстегивал её блузку, чтобы добраться до груди девушки скрытой лишь тонким кружевом. Даже на ощупь он мог понять, что бельё было комплектом. Сладкие духи, что вуалью лежали на коже Оли, были словно афродизиак для него. Он не мог им надышаться, пока выцеловывал ключицы, спускаясь к ложбинке груди. Тихие стоны были усладой для его слуха, когда Дима наконец-то добрался до её бюста. Оттянув кружево вниз он с наслаждением припал к соскам, попеременно играясь с ними языком, чуть всасывая. Возможно, где-то он уже и оставил засосы, но это только возбуждало парня. Он хотел, что бы она это запомнила.       За волосы Оля оторвала от себя Диму, чтобы вновь слиться в поцелуе, пока она сама шарила по его паху. Расстегнуть джинсы получилось не сразу, но в момент, когда её ладонь дотронулась до подрагивавшего члена, они оба застонали. Он от желанных ощущений, а она… возможно, тоже.       Получив «зелёный свет», парень так же подобрался пальцами к белью девушки. Даже сквозь ткань он отчетливо ощущал её влагу. Отодвинув полоску кружева в сторону, Дима погрузил пальцы в её жар. В момент, когда он проник в неё, Оленька прикусила его губу аж до крови, но подобная грубость только больше распыляла его. Каждое движение его пальцев заставляли девушку стонать и шипеть. Своей ладонью она не двигала, лишь с силой сжимала его твердую плоть. Такой расклад его не устраивал, поэтому Дима поддался бедрами вперёд.       — Какой нетерпеливый, — с придыханием промурлыкала Оля. Её рука, всё же, двинулась по траектории вверх-вниз и парень шумно выдохнул, продолжая погружаться в неё. То что их могли заметить ушло куда-то на дальний план. — Есть резинка?       Дима кивнул, не прекращая наслаждаться ею.       — В подлокотнике, — его хриплый голос, был почти не узнаваем.       Оленька сама достала презерватив и поспешила расправиться с упаковкой. В мыслях у Стеклова было пусто. В нем осталось только дикое желание, гуляющее по венам. Он наблюдал за девушкой из под ресниц, пока она раскатывала защиту по его члену. Пальцы парня всё продолжали входить и выходить из её влагалища, на что она чуть покачивала бедрами, словно прося ещё и ещё.       Когда с контрацепцией было покончено, Оля подцепила его футболку за край и стащила, откинув куда-то на заднее сиденье. Видимо, у неё в планах было сделать всё самой. Но Дима уже знал, как приятно нарушать её планы. Он резко вышел, от чего девушка недовольно застонала, и тут же подхватил её под бедра и насадил уже на свой член. Оленька выгнулась дугой, откидываясь назад к рулю, выставляя для его глаз свою грудь с затвердевшими сосками. Они так и просились к нему в рот. Он не торопился начинать двигаться, давая ей время привыкнуть к размеру. Ощущалась она так же, как он и представлял — до чертиков тугая, влажная и обжигающе горячая.       — Блять… боже, — она сильно впилась ногтями в плечи парня. Там, наверняка, останутся царапинки после всего этого безумства.       Дима ухмыльнулся и наклонился к её шее, выискивая местечко за ухом.       — Просто Дима, Оленька, просто Дима, — вместе с первыми размеренными толчками он прошёлся цепочкой поцелуев от шеи к её груди. Вылизывал ареолы и чуть прикусывал соски, пока медленно насаживал её на свой член.       — М-м-м, заткнись и будь жестче. Не смей останавливаться, пока я не кончу.       — Будет исполнено, моя царевна.       Как и требовала этого Оля, Дима отпустил свой внутренний поводок, который до этого пытался удержать, и, сжимая ягодицы девушки, начал трахать её почти с остервенением. Она этого страстно хотела, а, по мнению парня, ещё и заслуживала, за все те насмешливые взгляды, свидания с левыми типами и ебучими играми.       Оленька пыталась подмахивать, но место водителя хоть и было комфортным, но давольно узкими. На её коленях, наверняка, останутся синяки от упирающегося в них пластика. На ягодицах, кстати, тоже. Но тут уже постарался сам Дима, впиваясь пальцами в бархатную кожу. Он сам тоже не останется без отметин. Засосы и царапки лишь их малая часть. Девушка серьёзно вонзилась зубами ему в плечо, сжимая челюсти при каждом толчке. Но за это он был ей, отчасти, благодарен. Боль не давала закончить раньше неё.       Дима проклинал дизайнеров порша, за узкие кресла, он никак не мог подлезть рукой, чтобы дотронуться до клитора. Но Оля потянулась к себе сама. Перед ним была по истине охуительная картина. Грудь подпрыгивала в такт его фрикциям, губы закушены, а в льдистых глазах, подёрнутых дымкой вожделения, плескался голубой огонь. Он сам откинул голову назад, чтобы удобнее было смотреть, чувствуя как по спине стекает пот. Стёкла уже давно запотели, выдавая то, чем они тут занимались.       Оленька продолжала кружить пальцами вокруг клитора, помогая подвести себя к черте, а толчки Димы становились более рванными и резкими. Он держался из последних сил. И вся его концентрация не прошла даром. Оля вскрикнула и закатила глаза, откидывая голову назад. Он подхватил её под поясницу и застонал сам, ощущая как её стенки начали сокращаться вокруг него, захватывая член в тиски. Ему потребовался всего один медленный толчок, чтобы самому излиться в презерватив.       Девушка устало склонилась, облокачиваясь об его грудь, горячо обжигая мокрую от пота кожу. Дима всё так же продолжал обнимать Олю, пытаясь восстановить дыхание. Она не отстранялась, что не могло не радовать парня.       — Молодец, — наконец-то, прошептала девушка. — Хороший мальчик. Только не думай, что это что-то меняет между нами.       — Я приму всё, что ты захочешь мне дать, — эти слова дались ему с трудом. Дима отчетливо понимал, что ему просто повезло. Оля всерьёз планировала провести ночь, с тем мужиком, а Стеклов просто попался под горячую руку.       — Глупец, — она отпрянула от его груди и осторожно слезла с его опадающего члена. Тут он всё же помог, придержав резинку презерватива у основания.       Больше Оленька не смотрела ему в глаза. Перелезла на пассажирское, поправляя бельё и блузку. Юбка на ней тоже скрутилась, пока в процессе свободно болталась на талии.       Дима тоже стал приводить себя в порядок. Использованная резинка вместе с упаковкой и влажной салфеткой отправилась на коврик под ноги, а после того, как ширинка застегнулась на его джинсах, он полез шарить рукой по заднему сиденью в поисках футболки. Мятая одежда всё же нашлась между сиденьями и вскоре оказалась на взмокшем теле парня. Напоследок, Стеклов поправил волосы и привёл в прежнее положение свое кресло. Всё это время Оля молчала.       — У меня всё ещё есть твоё обещание на счёт цветов и шоколада, — он привычным движением опустил ручник и перевел коробку в режим «драйв». Так же пришлось открыть окна, запуская в салон прохладный воздух улицы.       — Ты всерьёз думаешь, что угадаешь? — Тон девушки вновь вернулся к обычному. Кошечка насытилась и вернула свою надменность.       — Я всерьёз думаю, постараться над этим, — после этих слов Дима слишком резко сорвался с места, поднимая с покрытия парковки всю пыль, и направился к выезду.       — Ну что же, удачных вам голодных игр, Дмитрий.

***

      Лёля в пол уха слушала маму, лежа щекой на её коленях. Девушка все же доехала до родительницы на следующий день, после… После того, как совершила глупость.       Когда она увидела Диму в том ресторане, после того, как Михаил её опрокинул, она хотела лишь побыстрее избавиться от его общества, а в итоге, зачем-то занялась с ним сексом. Суворова винила во всём «Маргариту» и своё либидо, которое подскочило до небес. Возможно, ещё был виноват сам молодой человек. Он раздраконил её, потом наговорил ворох всего про Мишу (но надо признать, что Дима был прав) и так же эти его комплименты и по истине мужское поведение. В совокупности, Лёля зачем-то сдалась, хотя четко помнила, что обещала не иметь с ним таких дел. Таких дел.       Секс был просто потрясающий. Он не испугался быть с ней грубым и позволил больно кусаться и царапаться. После долгого перерыва даже после одного раза девушка была полностью удовлетворена. Но, конечно же, было «но». Она хотела повторения. Очень хотела. Только уже не на парковке в машине, а в более удобном месте. Хотя адреналин, от того, что их могли спалить тоже подействовал как надо.       — Лялька, ты мне вообще не слушаешь, — из раздумий её вывел голос Евгении Алексеевны. Женщина ласково гладила девушку по волосам. — О чём ты так усердно думаешь?       — Прости, мамуль. Да я всё про машину. Сложно будет без неё, — ложь умело слетела с языка. Оля, так-то, не врала матери, но сейчас почему-то сделала это.       — Возьми мою тогда, если совсем без руля не можешь.       — Ага! А ты как? Тебе со станции переть и переть, а у меня все под боком, — Лёля встала с колен и откинулась на спинку дивана. Они как раз закончили смотреть очередную серию сериала. А до этого были маски для лица и последние сплетни про общих знакомых. Оля с мамой общалась как с подружкой, да и выглядели они так же. Точнее, как сестры. Евгения совсем не выглядела на свои тридцать восемь. Максимум на тридцатник. Такая же худенькая, ладненькая, ухоженная и одетая всегда с иголочки.       — Меня если что подвезут, — тут женщина смутилась, а на лице Лёли расцвела улыбка.       — Так-так! С этого места поподробнее, мамочка! Кто это тебя подвозит? — Девушка прильнула к материнскому плечу и обняла за талию.       — Один мужчина, но, Ляль, я пока не знаю. Он очень хороший и даже прям настойчивый в своих ухаживания, но ему тридцать пять и меня немного это останавливает.       — Господи, мам! Три года это вообще не разница. Ты с легкостью можешь с двадцатипятилетними мутить без зазрения совести. Не думай даже о таких глупостях! Как вы познакомились?       — Он мой клиент. Сначала консультации брал, а потом восстановление учета его фирмы. В конце уже моей работы начал с цветами в офис ходить и приглашать. Я всё отказывалась сходить куда-то, но все же разрешила ему один раз себя подвезти. И вот как-то так получилось, что уже неделю моя машинка стоит на стоянке, — девчачье смущение так и проскальзывало в нежном голосе Евгении Алексеевны.       — Мамуль, у меня прям бабочки в животе от твоего рассказа! Пожалуйста, сходи с ним поужинать и что-нибудь ещё тоже сделай, — Лёля покрепче прильнула к матери. Ей очень хотелось, чтобы, наконец-то, и мама обрела своё счастье. Пока девушка росла, женщина ни с кем не встречалась и не строила отношений.       — А может у тебя эти бабочки от какого-то твоего жениха?       Суворова замерла.       — Нет у меня никого жениха.       — А-то я не вижу твою шею, — в даную секунду она хотела оттяпать Диме его чудесный член. Засосы Лёля увидела уже с утра.       — Это так, без обязательств, — Оля с мамой могла обсуждать и такие вещи. Евгения ей рано рассказала о сексе и о процессах организма в целом. После маминых объяснений, девушка сама толкала секспросвет в массы. Правда учителям и родителям одноклассников, почему-то, это не нравилось.       — Когда делают это без обязательств, таких следов не оставляют. Давай, жулик, рассказывай, — теплая мягка рука, вновь прошлась по её волосам.       — Он тоже очень настойчивый, как и твой. Кстати, как зовут клиента? — Это была небольшая уловка Суворовой — вроде бы начать что-то говорить о себе, а потом неожиданно менять тему.       — Арсений. Продолжай, — но с мамой такие фокусы не проходили. Эту уловку, девушка, скопировала как раз у матери.       — Г-р-р, с тобой вообще ничего не скроешь! — Оля вздохнула, но всё же продолжила. Хотя бы с мамой, но ей нужно было обсудить этого парня.       Девушка рассказала всё без утайки, и про занятия, и цветы, и её свидания с другими, и даже то, как закончился вчера вечер. Без подробностей, конечно.       — Бедный мальчик. Я надеюсь, его мать никогда не узнает, как ты над ним издеваешься…       — Мам, ты на чьей вообще стороне? — Девушка отпрянула от матери и сложила руки на груди.       — Ляль, тебя добивается такой парень. Не перебивай, — сразу же остановила порыв Лёли Евгения. — По твоему рассказу, я могу понять, что он будет очень внимательным и заботливым. А ты нос воротишь. Ну что он страшненький что ли? Или сделал вчера что-то не так?       — Нет. Просто у нас ничего не получится. Я не хочу серьезных отношений в принципе, — тут уже девушка врала сама себе.       — О-ой! Какая ты пустомеля! Сама думаешь о нём и какие-то условия себе придумываешь. Давай так, пока ты не согласишься на свидание с Димой, я никуда не пойду с Арсением, — женщина победно улыбнулась.       — Шантаж, мамуль, — плохое дело. К тому же он сначала должен принести мне мои любимые цветы. От этого его никто не освобождал, — Суворова точно понимала, что с матерью спорить бесполезно.       — Без проблем. Но знай, что счастье матери, теперь, зависит от твоего. По-моему, это очень честно.       — Ничего не обещаю. А вот твой Сенюшка, может и слиться, — Лёля поджала губы.       — Ничего страшного. Переживу. А вот переживешь ли ты, если сольется твой Димочка, вот это уже другой вопрос.       Оля на секунду представила, что Стеклов вдруг реально забросит эту свою идею с ухаживаниями. И то, что девушка почувствовала, ей не понравилось.       Она нахмурилась. В словах мамы была доля истины, но… Лучше всего просто оберегать своё сердце и никого туда не впускать. Так будет намного лучше. И не больно.       — Переживу. Я не успела так сильно привязаться, — Лёля потянулась к пульту, что бы снять сериал с паузы. Но маленький червячок сомнения начал свою работу.       — Ну ладно. Раз так, тут ничего не поделаешь. Просто тогда не мучай парня. Он же тоже человек и ему тоже может быть больно.       На эту мамину фразу, Суворова не ответила, а вновь, не обращая внимания на сериал, глубоко ушла в свои мысли.