Прообраз Чу Юаня — император Юнлэ?

В процессе работы над фан-переводом, зачастую приходится немало вычитывать дополнительного материала, в том числе касающегося династий Поднебесной и китайских императоров. История жизни одного из императоров – Юнлэ (Чжу Ди) - показалась мне довольно схожей, пусть не во всем, но в ряде черт, с той, что была у Чу Юаня. Хочу сразу оговориться, мне нигде еще не попадались сведения, что автор опирается на реальные исторические события (и в какой именно степени, если всё же это так), или же весь мир Стратегии – лишь результат воображения, но тут я задумалась, не мог ли именно этот когда-то живший император послужить прообразом для императора Чу. Тут уже вам решать. А начать все же хочется не с самого императора Чжу Ди, а с его отца – императора Хунъу - Чжу Юаньчжана. Сразу хочу прояснить один момент, а именно об именах императора. Мало того, что их по обычаю было множество, но также в четырёх государствах — Вьетнаме, Китае, Корее и Японии — имя монарха считалось сакральным, и его следовало хранить в тайне. При восшествии на престол монарх объявлял девиз своего правления, который должен был означать какое-либо благое действие и состоял из двух иероглифов. После смерти монарх входил в историю не под собственным именем, а под своим девизом. Поэтому, например, историки чаще говорят и пишут об императоре Хунъу, чем о Чжу Юаньчжане. Но вернемся к истории – на момент жизни Чжу Юаньчжана правила династия Юань, и уже целых 89 лет (1279 — 1368), хорошо ли, плохо ли – было неважно, ведь китайский народ был ей недоволен – и вовсе не тем, как ее представители правили. Если важнейшей эпохой в истории Древней Руси стало её завоевание войском внука Чингисхана — хана Батыя и установление монголо-татарского ига (1237—1240), то для Поднебесной такой же выдающейся эпохой в истории стало завоевание страны полчищами другого внука Чингисхана — хана Хубилая (1260—1271). В отличие от хана Батыя, хан Хубилай объявил себя китайским императором, стал правителем завоеванного государства и основал монгольскую династию на китайском престоле — династию Юань. Он же приказал выстроить для себя новую столицу город Даду, которому позднее дали иное название — Пекин. Несмотря на то, что за прошедшие годы завоеватели полностью ассимилировались в китайском обществе, народ всё равно считал представителей династии Юань монгольскими захватчиками. И недовольство вылилось в восстание «красных повязок». Возглавлял восставших бывший буддийский монах, а после закрытия монастыря нищий и главарь шайки разбойников Чжу Юаньчжан. Он-то и стал основателем предпоследней династии китайских императоров и последней национальной династии китайских императоров — Мин (1368—1644). Основатель династии взошёл на престол 23 января 1368 г. под девизом Хунъу ("Разлив Воинственности"). Тогда же столицей империи был провозглашён город Нанкин. При всех своих талантах, у нового императора была не осуждаемая обществом, но сыгравшая свою историческую роль слабость – женщины, а еще дети от этих женщин. Еще в годы восстания Чжу Юаньчжан женился на Сяо-цзы Ма, приёмной дочери первого вождя восставших Го Цысина. Она и стала его законной женой, а с провозглашением новой династии — первой императрицей Мин. По мере усиления его власти, Чжу Юаньчжан богател и получил возможность набирать наложниц. Поскольку на власть и богатства отца могли претендовать только сыновья от законной жены, по желанию мужа Сяо-цзы Ма признала рождёнными ею детей некоторых наложниц. Так возникла путаница, из-за которой сегодня спорят историки. Получилось, что Сяо-цзы Ма родила 25 принцев и 16 принцесс. И это важно для нас в связи со следующим. Ведь еще до восшествия на престол в конце 1359 г., вождь «красных повязок» разгромил очередного конкурента на власть и захватил его гарем. Законной женой врага была кореянка Гун. Чжу Юаньчжан сделал её своей наложницей, и 2 мая 1360 г. она раньше срока родила мальчика. Чжу Юаньчжан и Сяо-цзы Ма сразу же признали ребёнка своим. Это был уже четвёртый сын в их семье. Мальчику дали имя Чжу Ди (кит. упр. 朱棣, пиньинь: Zhū Dì). Правда, это лишь одна из версий рождения великого императора. Официально Чжу Ди считается родным сыном императрицы Ма. В 1368 г. Чжу Юаньчжан стал императором Китая. Через два года, в 1370 г., он решил для укрепления власти выделить каждому сыну удел с личной резиденцией в большом городе, штатом чиновников и воинскими формированиями. Советники тщетно пытались отговорить императора от столь опрометчивого решения, поскольку опасались неизбежной междоусобицы. Однако Чжу Юаньчжан настоял на своём: он был уверен, что таким дроблением ослабит каждого сына перед могуществом императора, повелевающего единым и огромным государством. Десятилетний Чжу Ди тоже получил свой удел. Резиденцией его стал Пекин. Тогда же отец дал ему титул — Янь-вана (燕王), то есть «властителя Янь» (его удел находился на землях, на которых в древние времена размещалось царство Янь). Целых двадцать лет Янь-ван оставался просто одним из сыновей императора. Правда, его можно было назвать любимчиком отца, но не просто так —по талантам, и заслугам. В 1376 г. император женил Чжу Ди на дочери своего друга, первого полководца династии Мин — Сюй Да. Родство с таким опытным воином в дальнейшем значительно укрепило вана в его борьбе за власть. В 1390 г. наконец-то пришло время проявить сыновьям-ванам свои таланты. На северных границах государства наследники династии Юань готовились к новому монгольскому вторжению в Китай. Император Хунъу задумал навсегда покончить с этой угрозой и поручил третьему по старшинству сыну Цзинь-вану и четвёртому по старшинству сыну Янь-вану разгромить врага. Однако к тому времени у трона постаревшего императора между принцами уже началась скрытная борьба за власть. В поход ваны отправились вместе, но Цзинь-ван при первой же возможности подставил отряд Янь-вана, неожиданно отступив с поля боя, когда монголы ринулись в атаку. Чжу Ди помог его тесть Сюй Да, будучи опытным военачальником, он сумел перегруппировать войска так, что разбил монголов и захватил в плен их полководца. Насколько эти события правда, а насколько политически выгодная легенда, историки расходятся во мнениях. Но в итоге, император Хунъу был доволен победами сыновей и поручил Цзинь-вану и Янь-вану организовать оборону северо-западных рубежей империи. Теперь они ежегодно отправлялись в завоевательные походы, но уже каждый самостоятельно. Пока ваны воевали на границе, в столице — Нанкине - происходили важные события. Наследником престола считался старший родной сын Чжу Юаньчжоу и Сяо-цзы Ма — Чжу Бяо. Он даже не получил во владение собственный удел и титул вана, поскольку отец изначально рассматривал его как будущего императора единого государства. Но в 1392 г. Чжу Бяо заболел и умер. Перед императором Хунъу встал вопрос о престолонаследии. Рассматривались три варианта. Можно было назначить преемником одного из старших сыновей — тридцатишестилетнего Цинь-вана или тридцатичетырёхлетнего Цзинь-вана; претендентом на престол был также пятнадцатилетний внук императора, сын Чжу Бяо — Чжу Юньвэнь; наконец, император мог своей волей назначить наследником самого воинственного и победоносного сына и полководца — тридцатидвухлетнего Янь-вана. Император Хунъу думал пять месяцев и выбрал все же прямую линию наследования по старшему сыну, то есть наследником стал его внук. Есть мнение, что кандидатуру Чжу Ди сняли, потому что он был лишь признанным от наложницы сыном. А дальнейшие события все источники, сходясь в фактах, описывают с разницей в трактовках – всё зависит от того, на чьей они стороне – внука или же четвертого сына. Почитав разные версии происходящего, мне сложно было занять чью-то сторону, ведь, если отбросить эмоции, то обе стороны были по-своему "хороши". По сути, шла банальная борьба за власть, а чистой и красивой она не бывает. Чжу Юньвэнь взошёл на престол 24 июня 1398 г. под девизом Цзяньвэнь ("Создание Цивилизованности"). И по сути свое правление начал с конфликта со своими дядюшками, коих, благодаря любвеобильности деда, было немало. Одни источники говорят, что сам новый император вёл себя враждебно по отношению к своим дядьям, и пытался всеми способами унизить их, и не допустил Чжу Ди даже на похороны и на поклонение могиле его отца Чжу Юаньчжана; другие, что это в завещании покойного императора было указано, чтобы дядюшки-ваны сидели у себя в уделах и следили там за порядком, и именно поэтому им было отказано в приезде в столицу, а внук лишь почтительно исполнял волю деда, а это дядюшки не желали подчиняться приказам Нанкинского двора. Но так или иначе, дело явно шло к расколу империи на несколько десятков небольших государств. И в свете этого, юный император особенно опасался довольно популярного на то время среднего дядюшку Чжу Ди, тем более, что тот изначально был одним из возможных наследников. Он стал готовить новых генералов, чтобы заменить или изолировать Чжу Ди. Со своими советниками он организовал заговор, чтобы лишить власти своих дядьёв, в результате чего один из них покончил с собой, а другие попали в тюрьму. Правда, ряд источников утверждает, что это были просто ответные меры на уже существовавших заговор ванов. Увидев, какая судьба его ожидает, яньский ван заявил, что молодой император оказался под влиянием лукавых злобных советников, а потому он берётся освободить Чжу Юньвэня от этой напасти, и в августе 1399 года поднял мятеж. И не просто так поднял. До этого он принял необходимые меры. Под предлогом замены беглых солдат новобранцами, он провёл мобилизацию в свою армию. Призвал наёмных конников из монголов. На территории дворцового комплекса в Пекине были устроены подземные оружейные мастерские, где дни и ночи изготавливались оружие и кольчуги. Чтобы шпионы не заметили мастерские, стены их покрыли звукопоглощающим кирпичом, а над подземельем устроили огромные птичники. Одновременно лазутчики Чжу Ди разошлись по всему Китаю и рассказывали, что единственный истинный продолжатель дела императора Хунъу - его сын Янь-ван. Янь-ван был популярен среди генералов, был знатоком военного искусства и хорошо изучил классический трактат Суньцзы. Его поддерживало население. Так началась гражданская война, получившая в истории название Цзиннань — «За преодоление трудностей». Война длилась до лета 1402 г. С обеих сторон в ней участвовало почти 2 млн человек. С самого начала победа была преимущественно на стороне Чжу Ди. В июле 1402 г. армия повстанцев осадила Нанкин. Во время уличных боёв сгорел дворец, где укрывались жена, маленький сын и гарем Чжу Юньвэня. Сам император исчез. Существуют три версии его судьбы. Согласно первой, Чжу Юньвэнь сгорел вместе со своей семьёй. По другой версии, он бежал за пределы Китая и более не напоминал о своём существовании. По третьей - император удалился в некий буддийский монастырь, где вёл праведную жизнь до кончины в 1440 г. Став императором, Чжу Ди начал жёстко вырезать всех сторонников Юньвэня, вычёркивая отовсюду его имя, и меняя в записях годы правления «Цзяньвэнь» на продолжение эры «Хунъу», пытаясь снять сомнения в законности своего права на власть. Пока шли казни, оставшиеся в живых ваны, сановники, военачальники и народ униженно молили победителя стать китайским императором. В конце третьего дня (моление проходило с 14 по 16 июля) «утомлённый» Чжу Ди всё же согласился принять эту тяжкую ношу. Он взошёл на престол под девизом Юнлэ (кит. трад. 永樂, упр. 永乐, пиньинь: Yǒng lè, буквально: «Вечное счастье»). Пусть под «горячую руку» попали не только прямые сторонники погибшего Цзяньвэня, но и ученые, вельможи и военные, не признававшие его законным правителем Китая, и репрессии длились все время правления Юнлэ, но этот человек не страдал паранойей и совершил много дел, прославивших его как одного из самых деятельных китайских императоров, и в целом историки рассматривают период правления «Юнлэ» как блистательный, исходя из постулата «сильный император – сильное государство». В старой столице у нового императора было слишком много врагов, так что первым делом он решил перенести столицу на север, так как там он пользовался куда больше поддержкой. В 1420 г. император Юнлэ перенёс столицу из Нанкина в Пекин. Изначально город звался Бэйпин, но был переименован в Бейджин (北京 Beijing [бэйцзин] - северная столица). И это название он носит до сих пор. Мы его называем Пекин. Ситуация, кстати, очень похожа на ту, что была в России с Москвой и Санкт-Петербургом (который тоже «северная столица»). Город был спланирован и перестроен по вкусу Чжу Ди. В Пекине не было дворца, достойного императора Китая, и Юнлэ принялся за его строительство. Почти в центре города был возведён дворцовый комплекс Пурпурный Запретный город — резиденция китайского монарха и его семьи. К западу от Запретного города вокруг трёх озёр был разбит огромный парк. В южной части столицы возвели блистательный Храм Неба, а напротив него в северной части города — великолепный Храм Земли. Строительство Запретного города длилось 14 лет, и в нем участвовало более миллиона человек. Лучшие материалы доставлялись в Пекин со всего Китая. В итоге Пекин стал главным городом Китая на последующие 500 лет. И одновременно с этим, после беспощадных чисток в отношении политических групп, преданных или близких к свергнутому им прежнему правителю, император Юнлэ сразу сосредоточил своё внимание на восстановлении экономики, которая была разрушена в результате гражданской войны. Стремясь наладить экономику, он усердно работал и был очень бережливым. Он продолжал внедрять программу армейского сельского хозяйства, возвращая солдат обратно к крестьянской работе, чтобы они могли обеспечивать себя. Он сохранил низкий земельный налог и стал бороться против коррупции и против тайных обществ и разбойников, а также против возможного возникновения сторонников Юньвэня, привлекая к себе новое поколение чиновников и офицеров. Он принял меры по увеличению производства продуктов питания и тканей. При нем освоили земли в дельте Янцзы, прочистили русла и заново перестроили Великий китайский канал, улучшив судоходство и ирригационную сеть. Водная дорога длиной 1800 км – от Пекина до Шанхая – связала дешевым и надежным путем основные части Китая. Это способствовало развитию торговли и мореплавания. Он устранил противоречия между отдельными племенами и народами и ввел рациональную систему управления, пересмотрев границы провинций и административную структуру империи. Он стал набирать новых советников среди лучших специалистов, тщательно проверяя способности и квалификацию, поощрял науку и образование. Он поручил государственному секретарю Су Цзину составить краткие аннотации по всем книгам и темам. И через 17 месяцев появилось первое, а в 1557-м – следующее издание «Энциклопедии годов правления под девизом Юнлэ», в которой были освещены все достижения человечества, известные в Китае на это время. К проекту привлекли тысячу ученых, энциклопедия насчитывала около 23 тыс. свитков, которые подразделялись на 11 тыс. томов и составляли 8 тыс. статей. Из-за грандиозного объёма напечатать энциклопедию не было возможности, и 370 миллионов иероглифов были переписаны вручную. «Энциклопедия Юнлэ» охватывала астрономию, географию, гуманитарные науки, религию, мораль, политическую систему, описание необычных природных явлений, рассказы, сельское хозяйство, искусство, драматургию и многое другое. В неё вошли и классифицированы свыше 8000 книг, среди которых изданы книги, написанные до начала династии Цинь, а также в последующие времена — до и во время династии Мин. Были собраны и пронумерованы все философские учения даосизма, буддизма, конфуцианства и другие. В сборнике было сохранено большое количество литературных произведений, которые появились до 14 века в Китае, в том числе по философии, истории, географии, языковедению, литературе, искусству, религии, науке и технике и другим областям. В течение 600 лет она была крупнейшей энциклопедией в мировой истории. Только в XXI веке её рекорд побила Английская Википедия. В «Энциклопедии Юнлэ» было более полумиллиона страниц, до наших дней сохранились лишь 4 % их, около 400 томов, остальные, к сожалению, погибли в многочисленных пожарах. Что касается религии, император Юнлэ был терпимым и относился спокойно к даосизму, конфуцианству и буддизму. Он назначил многих конфуцианских учёных советниками при дворе и пригласил знаменитого тибетского буддиста приехать в столицу распространять буддизм. В период своего правления он поощрял распространение и даосизма. И в результате, сравнимый по масштабу с Запретным городом строительный проект развернулся в провинции Хубэй, где силами нескольких сотен тысяч солдат и рабочих был воздвигнут комплекс монастырей и даосских храмов на горе Уданшань. Целью строительства была забота о народных массах и приобретение популярности среди народа, особенно после свержения своего племянника и жёстких мер против тайных обществ. Экономика восстановилась очень быстро, и под его властью люди стали жить в достатке — это было нечто невиданное уже на протяжении многих десятков лет. Император Юнлэ старался восстановить китайскую традицию и подавить монгольское влияние в культуре и обществе, оставшееся со времен династии Юань. Также Чжу Ди организовал пять походов (1410–1424) против монголов, он полностью сокрушил остатки династии Юань. Одержав верх над монгольскими племенами в начале своей военной кампании, император Юнлэ позже стал использовать другой подход. Он поддерживал мир с монголами и другими кочевыми племенами на северной границе. В 1410 году он возобновил военную кампанию, и с помощью заранее продуманных дипломатических приёмов власть Китая на севере была полностью восстановлена. Он отремонтировал 5 тыс. километров Великой Китайской стены и достроил ее, доведя длину стены до 6,5 тыс. километров. Император Юнлэ расширил свою территорию далеко на юг и взял Аннам (старое название Вьетнама), сделав его одной из своих новых провинций. Впрочем, уже после смерти императора там вспыхнул большой мятеж и провинция отсоединилась. Юнлэ был разумным политиком. Он помнил, что, до становления власти его династии Мин, в Китае правили монголы, завоевавшие всю страну. Он хотел, чтобы у Китая были союзники за его пределами. Он шесть раз отправлял евнухов (почему евнухов, чуть ниже) послами в другие страны, до Юго-Восточной Азии и до самой Восточной Африки, — о чём никогда и никто из других императоров за всю историю Китая даже не помышлял. На западе послы Юнлэ доехали аж до империи Тамерлана. В период его правления был значительно усилен экономический и культурный обмен между Китаем и странами Азии и Африки, и свыше 30 стран регулярно платили Китаю дань. Царствование императора Юнлэ ознаменовало самый большой расцвет, который когда-либо был при династии Мин. Кроме дипломатических экспедиций, устраивались и торговые. Около 250 кораблей отправились на юг вдоль побережья Азии. Ими командовал Чжэн Хэ. До этого Китай уже организовывал морские путешествия в Аравию — еще во времена династии Тан (618—907). В 1405 г. стартовала первая экспедиция, за 18 лет до португальских географических открытий. В дальнейшем ещё шесть экспедиций отправлялись в море, достигая Индии, Персидского залива (Ормуз), Арабии и Африки. Последняя из них была осуществлена уже при императоре Сюаньдэ. Как далеко вдоль побережья Африки доходил китайский флот, точно неизвестно, но исследователи единственной дошедшей до нас карты этих путешествий высказывали предположения, что китайские мореходы возможно побывали не только в Малинди (современная Кения), но и у берегов современных Танзании или даже Мозамбика. Что можно о них сказать - в условиях отсутствия технических средств и конкретных знаний о морях и географии Земли семь морских экспедиций Чжэн Хэ были настоящим подвигом. Как всегда, морская экспансия имела довольно прагматический повод, а не только желание «мир посмотреть да себя показать». В том числе, и вопросы безопасности императора. После окончания восстания Цзиннань император Юнлэ был сильно обеспокоен, что свергнутый им племянник Чжу Юньвэнь вернется – после взятия Нанкина труп молодого императора найти не смогли, и, несмотря на официальную версию о том, что он сгорел в охваченном пожаром дворце, в народе ходили слухи, что Чжу Юньвэнь бежал в страны Южных морей, переодевшись буддийским монахом. Поэтому посольства, устанавливавшие контакты с соседними государствами, имели также секретную задачу найти Чжу Юньвэня и доставить его в Китай. Кстати, на протяжении всей истории правления Чжу Ди, регулярно появлялись разные лже-Юньвэни (сродни российским лже-Дмитриям), только разгуляться им не давали и устраняли довольно быстро. К тому же актуальным был и поиск союзников. А вот последующие минские императоры и их мандарины были противниками морских плаваний и приостановили дорогостоящие дальние плавания; и большая часть детальной информации об экспедициях Чжэн Хэ была утеряна или уничтожена. Что можно сказать в заключении – по сути, в начале XV в. император Чжу Ди успешно создал настоящую сверхдержаву. Но если недавние империи Чингисхана и Тамерлана традиционно строились на силе, то империя Чжу Ди была государством особого типа, в котором сплелись воедино многие факторы – и огромная императорская власть, и многомиллионная армия; наличие «сверхоружия» – пороха и огнестрельных пушек и ружей. Но не менее важным было то, что Китай опирался на идеологию. Буддизм отличался исключительной веротерпимостью и позволял «сосуществовать» в империи разным религиозным группам. А конфуцианство, в свою очередь, позволяло удобно сосуществовать различным слоям населения, причем, те слои, которые в других странах считали низшим классом, – например, крестьянство, Конфуций считал основой государства, и это наложило свой отпечаток. Хочется отметить существование еще одной уникальной силы в империи Чжу Ди. Это были евнухи. Добавлю, что евнухи в Китае, так же, как, к примеру, и в Османской империи, всегда оставались одной из самых влиятельных политических сил. Многие юноши сами шли на жуткую операцию, надеясь на обеспеченную жизнь, например, попасть в свиту какого-нибудь влиятельного лица – князя или, если повезет, самого императора. В отдельное время их число достигало 70 тыс. человек. Император мог опираться на слой, который не имел ни семьи, ни детей, ни наследников. Эти люди, кроме интересов государства, ничего не имели. Евнухи заняли при Чжу Ди ключевые позиции в армии, на флоте (тот же адмирал Чжэн Хэ был евнухом), при дворе, и это была весьма влиятельная прослойка. Но главной опорой империи Чжу Ди была китайская цивилизация в целом. Источник пишет: «В отличие от Европы, где после античности наступил провал в виде «темных веков», Китай развивался непрерывно. Астрономия, металлургия, медицина, агротехника – в любой из этих отраслей Китай на сотни лет опередил остальной мир. Порох и бумага, книгопечатание, бумажные деньги, фарфор, шелк. Китайские письменные источники описывают, как на банкете в Пекине присутствовали почти 30 тыс. гостей, гости ели на фарфоровой посуде на 10 блюд. А на свадьбе английского короля Генриха V и Екатерины Валуа, которая состоялась в это же время на другом конце Земли, было всего 600 гостей. Ели вяленую треску на заменявших тарелки кусках черного хлеба. На Екатерине не было ни белья, ни чулок. Даже наложницы Чжу Ди были разодеты в яркие шелка, сверкали алмазами и рубинами, источали благовония. Шестимиллионную китайскую армию, вооруженную пушками и ружьями, нельзя даже сравнивать с войском Генриха V в 5 тыс. человек с луками, мечами и копьями. На рынках Пекина продавались сотни книг – даже любовные романы, а в библиотеке Генриха было всего 6 рукописных томов…» В общем, Юнлэ поистине недаром называют вторым основателем династии Мин и одним из величайших правителей Китая. Но, как это часто и бывает, к концу жизни успех и слава стали угасать. 1 апреля 1424 года Чжу Ди начал свою последнюю военную кампанию в пустыне Гоби для преследования монголов. Кампания ни к чему не привела. Переживая неудачи, Чжу Ди впал в глубокую депрессию и пережил несколько инсультов. Он умер 8 августа 1424 г. Он был похоронен в гробнице Чанлин (長陵) около Пекина. В дальнейшем к усыпальнице Чжу Ди была проведена центральная Церемониальная дорога, а вокруг построены усыпальницы ещё двенадцати императоров. Никто из потомков не осмелился возвести себе большую по размерам или более роскошную внешне гробницу. Весь комплекс получил название 明十三陵 míng shísānlíng - минские гробницы Шисаньлин, или Тринадцать минских гробниц. Это место остаётся одним из самых почитаемых в народе. Ведь властители династии Мин были последними чисто китайскими императорами. Китайцы вновь возглавили свою страну только после победы коммунистической партии в гражданской войне в октябре 1949 г. Как по мне, достаточно много совпадений с образом "просвещенного государя" Чу Юаня. А что думаете вы? // (И лишь немного не  отпускает образ правителя Сина и его многочисленных детей с их борьбой между собой за трон путем попыток достать мистический дарующий бессмертие Философский камень - из "Стального алхимика", но кто знает, чем вдохновлялся уже автор этой истории!)  (использованы материалы книги Корсун А.Н., Лавриненко Н.Е. Лики Поднебесной; а также статей Википедии, https://proza.ru/2019/01/23/630 и http://jj-tours.ru/articles/china-add/china-forbidden-city-builder.html)