Темный Союз I

Глава 16. Обещания — У меня такое ощущение, — призналась Ниама, — будто мы вновь трудимся над хитрым заданием ментора… какой-нибудь замысловатой философской анаграммой… — Так и есть! — воскликнул Фердорча. — Только дозволения ломать головы нам не давали, а никто за решение загадки не похвалит. — Если честно, очень скучаю по тем временам… — Мы тоже. Не раз об этом толковали с Фером. Но давайте сосредоточимся на насущном, прошлое не вернешь. Хотим мы докопаться до истины? Я — да. А вы? Ниама и Фер подняли два пальца вверх, в знак голосования и согласия. После девушка сказала: — Ты прав. Уже вечереет, до Часа Совы мне бы управиться со стиркой и вернуться в спальни. Да и вам незачем околачиваться после отбоя и наживать новые неприятности. И завтра предстоит сложный день… — Не у тебя одной. — Тогда давайте подведем итог и закончим на сегодня. Итак, к чему же мы пришли? — В общем-то, почти ни к чему. Как и почему Фидес пленили, зачем привезли сюда, что с ней сделает Катэль, какая у нее сила? — этого мы не знаем. — Вот так коротко Варлаг подвел черту их общим ментальным мучениям. — Напоследок скажу, что лишать ее обладания никто не собирается, ибо оно какое-то уникальное. — Парень устало потер глаза. Они уже битый час толковали, гадали и спорили. — Если отмести все прочее, получаем следующее: Мэриел населяют пять народов: эльфы, нудары, гуммы, редрины и джархи. И Фидес может принадлежать к любому из них… — Или ни к одному из перечисленных, — промолвил Фер и тут же притих. — Что ты имеешь в виду? — Ниама и Варлаг оживились. Вот же оно! — А вдруг она — представитель иного племени? Нового народа? Или полукровка, нет, даже помесь нескольких кровей, как я… — Это многое объясняет… Она не совсем редринка, но отчасти — да! — Варлаг даже обрадовался, что наконец они нашли ниточку, за которую стоит зацепиться — так ему казалось. — А если Фидес — дочь Гротта?! — Не неси чепухи! — Ниама тут же попыталась разрушить его предположение. — Какой бы гумм возлег с редрином?! Напомню еще раз — это дикие, кровожадные твари, которые убивают и едят эльфов, эльвинов, нударов, гуммов, даже себе подобных — всех без разбору! — И даже джархи? — спросил Фер. — И даже их! Более чем уверена. — Не знаю, не знаю… Видимо, Гротту это ничуть не помешало! — Ну, заняться этим, преодолев убеждения и прочие преграды — вполне возможно… Как и зачать плод… — Фер покраснел. — Только вот я слыхал, что такие дети не выживают… — Редрины и джархи — отличны от нас, мы принадлежим к разным видам, — констатировала Ниама. — Ты не помнишь уроков ментора о естестве всего сущего? — Дело давнишнее, не могу же я все, что там Катэль болтал, держать в голове?! Вы твердите, это невозможно, но встречаются же исключения?! — Он посмотрел на Фера. — При таком раскладе — кое-что сходится! — Будь по сему. Давайте примем суждение Варлага, — сдалась Ниама. Тот довольно ухмыльнулся. — Конксур породил и взрастил некое создание — помесь редрина и гумма. Скрывал это долгие годы. И вот наконец привез это существо в Высьдом. Так? — Так. Потому что в ней пробудилось обладание. И так уж совпало, что ему так и так пришлось бы сюда ехать — из-за меня и Фера. Это объясняет и наличие столь замысловатой темницы и то, что сделали ее заранее. Вот! — И какое же у нее обладание? — озадачился Фер. — Она, кстати, чует запах силы… — А я — ее вкус, — поспешил поделиться Варлаг. — Что до меня, — продолжал Фер, — это похоже будто все обиды мира накатывают разом… — Он сглотнул, умолк, подробности сообщать при Ниаме не стал. Но Варлаг-то знал, что друг чувствует не только обиду, но и зависть, злость, гнев, тягу к разрушению. — Скоро это закончится, — поддержал его принц. — Иногда мы взываем к силе, а порой она — к нам, — напомнила Ниама. — Это именуется предвестием. Да уж, вижу, вы оба наставления ментора Катэля пропустили мимо ушей! Варлаг и Фер, хлопая глазами, развели руками. — Я ощущаю холодок или жар. И зачастую предвестие проявляется у обладателей не одинаково. Так что насчет нюха — не возьмусь утверждать, что это за сила… — Ладно, отбросим ее чуйку. И всякие предчувствия. Наверное, это пока не столь важно. — Варлаг тяжело вздохнул. — Если Фидес — наполовину редринка и гуммка — тогда, хм, у нее может оказаться любое обладание, кроме поглощения, иначе бы она давно отворила клетку сама. — И, конечно же, это не люксис и тем более не подрема… — дополнила Ниама. — А у редринов какое обладание встречается? — Я читала, что такое же, как и у нас. Калидия, шидия, террестрия, арба и ферракс, — перечислила эльфийка. — Или же у нее эскура… — мрачно отметил Фер. — Варлаг, помнишь слова Фидес про тех, кто принесет тьму? Тот кивнул. — Думаете, она — эскурид? — Ниама давно встала и принялась кружить вокруг корзины с одеждой, явно намекая, что пора бы заканчивать. — В таком случае почему бы просто не поглотить ее силу? Здесь есть что-то еще. Предположим, она супракомбус, у которого больше двух сил… Все из них знали — такие комбинаторы существуют лишь в сказках (наподобие тех, которые пишет выдумщик Ментир, или как его звать по-настоящему?). — Или это какое-то новое обладание… — Кстати, ее глаза светились… — Вдруг вспомнил Фер. — Светились? — Девушка вздрогнула, услышав это. — А каким светом? — Желтым. — Странно… Я уже подумала… Ведь белое свечение — признак люксора! А это невозможно. — Если только не считать, что она не редринка-полукровка, а чистокровная эльфийка. — Не просто чистокровная эльфийка, — поправила Ниама, — а потомок первых вераров, родственница Владык. И тогда происходящее еще более немыслимо! — Но в таком случае Фидес — родственница Катэля! И тут снова все сходится… Он хочет держать ее подле себя. — Нет, Варлаг! — Ниама даже топнула. — Достаточно твоих выдумок. Это исключено. Больше ни слова. Я согласна принять, что ваша полу-редринка — дочь главного конксура, но прочее… — А что такого? Фер сопел, а Ниама нахмурилась, оба хранили молчание какое-то время. — Это очень опасные умозаключения, — наконец выдала девушка. Фер же попросту отвернулся, будто искал, где бы спрятаться. — Кому могут навредить какие-то предположения? К тому же, мы обещались сохранить данный разговор в секрете. Не забыла? — Нет. Но то, что мы тут обсуждаем, это, — Она понизила голос, и хоть не призывала холодную калидию, а день так же дышал жаром, — по спине принца пробежал озноб, а волоски на руках встали дыбом, — ересь. — И что это означает? — Что это дело Светоча Вер… — Вот и Фер подал голос. — Люксоров-фанатиков? И уж не собирается кто-то из вас донести им? — Ни в коем разе, — заверила Ниама. — Мы же дали обещание… Но кто-то другой вполне способен. Подобное не стоит обсуждать. — Она вновь начала осматриваться, словно бы любопытные уши таились за давно высохшим бельем. — Кстати, скоро слуги придут его снимать, так что нам лучше начать собираться. — Хорошо. Что-то мы тут засиделись. — А вы не подумали, что Катэль — тоже из Светоча? Уж не по их ли воле все происходит? — И в таком случае — лишнего болтать не стоит. И, поверь, уж лучше ментор Катэль, нежели… Так, этого я тоже не говорила. — Ну и не забываем про Ригана и дюжину эльвинов, они-то кучу времени ехали бок о бок с темницей Фидес — уж не дураки поди, догадались, кто там! И не думаю, что их пленница помалкивала всю дорогу. — Только вот они — не большинство, — учительским тоном (напоминающим Ниаму — эх, с кем поведешься!) поправил Фер, — они до мозга костей верные подопечные конксура, и он найдет на них управу. А как старик ведет дела, нам с тобой догадаться не сложно. — Или щедро заплатит, — Ниама скрестила руки на груди. — Молчание — злато, злато — за молчание. — Эй, это очень напоминает Ментира! — Да кто он такой?! — Найди его побасенки в либрарии! Я серьезно. Почитай! — Хорошо, но уже не сегодня. И давайте-ка на этом закончим. Парни поднялись, разминаясь и потягиваясь. — А еще нужно прибрать сорванное ветром белье, а то некрасиво получается — кто-то трудился, а мы так это безобразие оставим. И вот эту простынь надобно постирать. — Девушка закинула полотно в корзину. — Хорошо, госпожа! — Варлаг поклонился ей. — Исполню немедленно! — И давайте-ка без паясничества! И без пустозвонства. Молчание — злато… — Но нам за него не платят! — Довольно! Варлаг, прекращай! Втроем они устранили следы учиненного Варлагом и Фером беспорядка. — Я тут прикинула, раз уж мы с вами снова друзья и не в обиде друг на друга, не подсобите ли вы мне со стиркой? — Почему бы и нет? До того как пойти к Фидес — успеется… — Вы собираетесь снова пойти к ней? — Как видишь, мы зашли в тупик… А так сможем всё спросить у нее, подтвердить или опровергнуть. И снова попытаться отомкнуть темницу, только так мы и узнаем, как она выглядит, что из себя представляет… И что это еще за «Вы»? Ты с нами не пойдешь?! — Нет! Разумеется, нет! Снова? Что я слышу? Вы уже пытались открыть клетку?! — И мне это удалось. Почти… Ниама только открыла рот и снова закрыла, не найдя нужных слов. После она сразу же пришла в себя и чуть ли не крикнула: — Нет, нет, нет! Я вам не позволю — ни идти туда, ни выпускать ее! Поклянитесь. Поклянитесь оба, что не ослушаетесь! Варлаг омрачился, эх, доверять ей не стоило. — Надеюсь, и ты сдержишь слово. — Он хмурился и таращился на калидитку, а та стреляла искрами (фигурально, конечно) из глаз в ответ. — Сдержу. — Наконец Ниама отвела взор, чуть отошла от парней, подняла корзину и собралась уходить. — А вам хочу посоветовать сделать вид, что ничего вы не знаете, не видели и не слышали. И ничего мы с вами сегодня не обсуждали. Не впутывайте меня в это! — Так и знал, зря тебе рассказали! — в сердцах воскликнул Варлаг. — Дело не во мне. Подумай о будущем. Если не о своем, не о моем и не о его, — Она поочередно указала на каждого из них свободной рукой, — так о том, что ждет Гладию. Ты принц и несешь ответственность за каждый шаг. Если ментор и конксур провернули сию авантюру без ведома Светоча и Владык, то совершили предательство, заговор. И мы станем соучастниками, если не доложим Принципу. Так легко нам не выкрутиться и без наказания не уйти. Фера отправят в шахты, меня — в Жерло, знаешь, что это такое? Нет? Вот лучше и оставайся в неведении! Или лишат обладания… С тобой-то этого не случится. — Ниама подошла ближе и ткнула пальцем ему в грудь, добавив последний аргумент: — А Гладию вышвырнут из альянса, всем известно, что ваши владения — это камни и снег, без поддержки Эльфината твоей стране не выжить. Похвалит ли отец-король за подобное сынка? — Не только камни и снег, но еще и руда. — Ты невыносим! — Я понял, понял. Не злись. — Взвесь еще раз всякое «против», но помни, что никаких «за» не остается. Если ее заперли в столь необычной темнице, сделали это не просто так. И я не хочу, чтобы вы или кто-то еще пострадал. Пусть ментор и конксур несут ответ за содеянное. Кроме того, у нас нет полного понимания происходящего. Да, мы сделали какие-то выводы, но что из них истина? Вдруг каждый — заблуждение? Поэтому мы можем сделать только хуже. — Или станет скверно, если мы ничего не предпримем! — отвечал Варлаг. — Я могу хотя бы обмолвиться об этом с Катэлем? — И что ты ему хочешь предложить? Выпустить ее, потому что конксур не желает? Наверное, есть у него веская причина так поступать — оставлять чудовище там, где ему и место. — Не особо она чудовищная… И это могло бы решить наш с Фером вопрос. Мы кое-что умолчали. И складывается у нас все не так уж хорошо, как тебе думается… Но Ниама не стала его слушать и обратилась к эльвину: — Образумь его, Фер, не дай сделать то, что он задумал. — Она закрыла глаза, чтобы успокоиться. — Не вмешивайтесь. У вас есть шанс с миром покинуть школу и жить счастливо. Или вы можете испортить жизнь себе и даже кого-то погубить. Последствия непредсказуемы. Посему, молю, будьте осторожны. Вы оба. — Не дожидаясь ответа, девушка пошла прочь. — И помощь со стиркой тебе более не требуется? — крикнул вдогонку Варлаг. — Сама справлюсь. На некоторое время воцарилось молчание. Только стрекотали насекомые да птицы насвистывали одни и те же мотивы. — Вот такие дела! — Варлаг картинно взмахнул руками. — А ведь она права… — отозвался Фер. — Или преувеличивает, как обычно. — Когда она хоть раз что-то преувеличивала? — Ну тебя! Не ожидал такого предательства, Фер! Никак нет. — Это не предательство, а предусмотрительность. Пожалуйста, Варлаг! — Ты же понимаешь, я хочу помочь Фидес, точно так же, как и тебе! Только и всего. — Я знаю, тобой движут лишь благие намерения, но… Варлаг, ты не сможешь спасти всех. Придется выбирать. И если ты не принимаешь во внимание опасения Ниамы, то хотя бы ко мне прислушаешься? — Ты переменился… — Варлаг озадачился. — Считаешь, нужно оставить наши затеи? — Если подслушанное Ниамой — правда, то Гротт заберет тебя отсюда. — И если она верно расслышала — не только меня. — Вот именно — «если». Это лишь пересуды Ригана и того эльвина. И далеко не окончательное решение. Ты — новый конксур, с тобой-то предельно ясно… но не в моем случае… А Гротту действительно незачем оставаться в Высьдоме: Фидес благополучно доставлена, задание окончено. Предположу, он спит и видит, как бы поскорее смыться отсюда. Единственное, что удерживает его от отъезда, а заодно и тебя — наличие моей эскуры и желание старика испытать твои силы в поглощении… Разумно заручиться поддержкой конксура, если ты хочешь, чтобы мне дозволили остаться подле. Ты ведь этого покамест хочешь? — Хочу! Что за вопросы?! — Но даже если… — Больше никаких «если», Фер. Я хочу. Хочу, чтобы ты остался со мной. И все для этого делаю. — Но и ментора не списывай. С ним тоже придется считаться. Катэль имеет вес в Эльфинате, он третье лицо по значимости после Владык и Принципа… И Светоч Вер меня беспокоят, даже пугают… с ними лучше не связываться… Ну и редрины — хорошего от них не жди. Фер выглядел бледнее обычного, опять взмок, по коже поползли красные пятна, глаза забегали. Что-то всплыло в его памяти, о чем он говорить не хотел. Суровые законы Владычества и их исполнение? Нападение редринов? Или нечто еще? — Они и вправду едят эльфов, людей и даже себе подобных? Ты что-то вспомнил? На тебя страшно смотреть… — У каждой легенды есть истоки… — Он помотал головой. — Не хочу об этом говорить и думать. Хорошо, что ты не выпустил ее… И, надеюсь, не сделаешь этого в будущем. Не надо. — А если Фидес — не такая? Или ты полагаешь, я слишком наивен — в попытках отыскать свет во мраке? — Во тьме ты найдешь лишь тьму, Варлаг. Фер подошел к нему, прижал сперва ладонь к области своего сердца, потом приложил ее к груди Варлага. — Ох уж эти ваши эльфийские жесты! — воскликнул принц, но накрыл руку Фера пальцами. — Это значит: я буду защищать тебя, пока бьется мое сердце, — пояснил эльвин. — И не дам тебе пострадать. — Я признателен. — Варлаг крепко обнял его. — А если Катэль сам попросит моей помощи? — И ты согласишься? — Фер высвободился и с удивлением посмотрел на друга. — Теперь и не уверен. Тут уж придется выбирать, балансировать, как ты советуешь, между лояльностью эльфа и старика. И очевидно, что с Гроттом общего языка нам не сыскать, а ментор сумеет так или иначе подсобить. — Но ты ведь согласен с доводами Ниамы? Мы не можем предугадать, как себя поведут ни Гротт, ни ментор Катэль, ни Фидес… И чем это для нас обернется. — И что ты предлагаешь? Вообще ничью сторону не принимать? — Оставить, как есть. Если даже ментор придет к тебе с просьбой, откажи… Согласишься — навлечешь на нас гнев старика. — Откажусь — Катэль озлобится. А если они узнают, что мы обнаружили клетку, так оба — одновременно! Кстати, Фидес ведь тоже огорчится, если мы бросим ее… — Еще не забывай про Ниаму. Мы ей доверились, а теперь поди пойми, к какому решению она придет… Остается лишь уповать, что с благоприятным исходом для нас. — Ну да. Забудешь тут, как же! Сам слышал, чего она мне наговорила! Напрашивается вывод — как не крути, никому не угодишь. — Ты и не должен стараться угодить каждому. Но каким бы путем ты не пошел, я останусь на твоей стороне. — Тогда сделаю то, что лучше всего для тебя: закончу обучение у Гротта и уничтожу эскуру. Поступим так, как советовала Ниама — будем думать только о себе, о нашем будущем — раз уж мы не можем переменить весь белый свет! — Это правильное решение. Мне жалко Фидес, но мы не сдержим нашего обещания, — сказал Фер, достал из сумы вяленое мясо, которое приготовил для нее, да так и мял в руке, пока Варлаг не забрал кусок и не отшвырнул в заросли. — А теперь пойдем отсюда. — Да. Пойдем.