«Хранить я вечно буду образ твой»

*** Узнав от Олиной тётки то, что Оля теперь учится в первом меде, Паша ни секунды не думал и по возвращении ринулся туда. Чтобы ждать. Навстречу ему Вышел Шац и как-то осуждающе, словно тот не сдал очередной экзамен посмотрел на него. Взгляд у мужчины был суровым, и даже несколько пугающим. – Здравствуйте, Леонид Ефимович! – с опаской произнёс Рыков и вжал плечи. – Руки подавать не буду. Ты чего за женой не следишь, она у тебя вся измотанная, дочку через день с собой на пары таскает. На неё смотреть больно. М-да, не ожидал я, что мой лучший ординатор на курсе окажется таким паскудой. – Оля здесь? – спросил он и в глазах ещё тот час появился свет. – И Оля здесь, и Вика ваша. На редкость спокойная малышка, точно не в тебя, папаша. – Могу я её увидеть? В какой она аудитории? – он сыпал вопросами и перестал замечать укоризненный взгляд профессора. Главное, что Оля сейчас ближе, чем когда-либо за почти год их разлуки. – У них сейчас перерыв будет, жди её у выхода, они с Викой обычно воздухом выходят подышать. Май на дворе, духота, а ребёнку, сам знаешь, воздух нужен. – Спасибо. Май с первых дней радовал москвичей теплом и безветренной погодой, поэтому Оля с Викусей на руках осторожно спускалась с крыльца в алом брючном костюме. Она ворковала над малышкой, та что-то бессвязно гулила в ответ и хлопала ресничками. – Оля? – окликнул её знакомый до дрожи в коленях голос, и на секунду ей показалось, что она сходит или уже сошла с ума. Арефьева немножко вздрогнула и крепко прижала к себе дочку. – Ч-ч-ч, не падаем, я здесь, Оль. – В горле у Ольги встал противный ком, сквозь который она ничего не смогла ответить и едва сдерживалась, чтобы не зарыдать. Нет, не зарыдать — завыть белугой. – Паш, ты правда здесь? Паш… – Он подошёл к ней со спины и аккуратно придерживал, чтобы та не оступилась. – Пойдём домой? Вике спать пора, наверное. – У меня пара через полчаса у Шаца, я и так две предыдущих пропустила. И потом, куда я сейчас пойду? – Как хочешь. Можно на дочку посмотреть? – Оля бегло смотрела то на Пашу, то на засыпающую Вику и тряслась от осознания того, как сильно дочка похожа на папу. – Давай хоть до твоего дома вас провожу? На пару ты сегодня явно не пойдёшь. – заключил он. Оля осторожно передала дочку Паше и зарыдала навзрыд. Она больше не могла сдерживать поток эмоций и чувств. Больше всего на свете ей хотелось никогда больше его не отпускать. Но она замужем за Ромой. – Я замужем, Пашка. – она говорила это так обречённо, будто в эту минуту ей предстоит положить голову на плаху. – Ты его любишь? – Рыков. – выдавила она из себя. – Ты делаешь мне больно. Почему ты тогда исчез? – Пожалуйста, не плачь, Викуся будет волноваться. Спасибо, что дала увидеть дочку. Если ты захочешь, я больше никогда не приду. – Какой же ты идиот. – все ещё со слезами на глазах, но с улыбкой и долей иронии ответила девушка. – Я не могу от него уйти: у меня ничего нет, кроме Вики. А на пару, действительно, уже не пойду, видишь, какая красавица? – иронизировала она, прекрасно понимая, что глаза опухли от слёз, а остатки макияжа размыло слезами. – Ты самая красивая девушка! – уверенно сказал Паша, глядя в её голубые, мокрые от слёз глазища. – Коляску помочь вынести? – Угу. – Вика уже уснула, Оля дала ей пустышку и Паша аккуратно, чтобы не разбудить дочку, положил её в коляску. По улице они шли долго, Паша всё-таки, вызвался сопроводить их до дома, и когда они почти подошли, его ладонь накрыла Олину тонкую кисть. Обоих пронзило молнией, и кажется, они уже не сомневались ни в том, что друг друга любят, ни в том, что всё это чертовски неправильно. – До свидания, Оленька. Поцелуй Викусю за меня. Ольга абсолютно потрясённая случившимся степенно завернула в закрытый двор и машинально поднялась в квартиру. – Как ты сладко спишь, моя ягодка, – ласково обратилась она к дочке и поцеловала носик. Оля осторожно взяла её на руки, приоткрыла дверь в спальню и застыла. – Оля, это не то, что ты подумала… – оправдывался Арефьев, прикрываясь одеялом. – А что я подумала? Что любимый муж трахается с моей бывшей подругой? Привет, Лен, как жизнь? – Ленка оторопела и не могла ничего ответить. Рома бессвязно бормотал что-то о любви, и о том, что его «бес попутал». – Нет, Леночка, расскажи, я никуда не тороплюсь. Как тебе Арефьев, ничего? А то мне знаешь, не нравится, как он трахает. – Знаю я, кто тебе нравится, чё ж ты здесь забыла? – А ты права. Я сейчас соберу вещи и уйду. Совет да любовь. – Оля положила дочку в коляску и быстро скидывала всё, что попадалось под руку. – Знала бы я, что Арефьев так взлетит, стала бы я ваше с Рыковым счастье рушить? Тоже мне, повелась: москвич, на практику приехал. Тьфу. – Дрянь. – Рома зарядил ей пощёчину, а затем демонстративно рухнул на колени, пытаясь замолить грехи. – Арефьев, дай мне уйти. – Оль, я всё знаю: что Вика не от меня, что ты Пашу любишь, что воешь по ночам. Дай мне шанс, я исправлюсь. – Я хочу развод. Лен, Арефьев свободен, забирай — даром отдаю. – Оля решительно закончила сбор и покинула квартиру. Правда, ни адреса, ни телефона Паши, если он вообще, имелся, она не знала.