Ужасы дома у опушки

— Чтобы ты знала, я уже ненавижу нашу затею поехать в эту Богом забытую деревню. — Чтобы ты понимала, я дико надеялась на то, что из этой затеи мы вывернем что-нибудь интересное. — И, как всегда, твои планы с диким грохотом рушатся, как только мы приступаем к их исполнению. — Просто уже иди, — шиплю я, глядя на подругу. Я в очередной раз закатываю глаза, потому что Мэри вечно из проблемы раздувает трагедию вселенского масштаба. Мы неделю планировали эту поездку, надеясь схватить от нее как можно больше адреналина. Ах, да. Мы из тех, кто вечно ищет приключения на свою задницу. Заброшенные здания, умершие деревни, старые заводы — это все мы любим изучать и обследовать. Мы не из трусливых, но и не самые смелые, потому нагнетенная обстановка вполне может испугать до усрачки, особенно когда одна из нас обожает пугать вторую. Таким мы начали заниматься еще в средней школе, нам тогда было лет по двенадцать. Поначалу мы ограничивались подвалами, сараями на окраине города и ночными парками. Со временем переросло в заброшенные дома, поросшие мрачными мистическими тайнами; старые заводы, вокруг огражденные таинственными существами и химическими выбросами. Байки это все, сколько ездили по таким местам, не было ни одной горгульи или хотя бы фантома. Но ездить мы не бросили, дух авантюризма и тяга к мраку вошли в привычку, а выездки и вылазки стали традицией. Обязательно раз в месяц мы выезжаем куда-то, и раз в неделю ходим по уже на десятки раз исследованным местам. Тонкий слой выпавшего снега хрустит под ногами, морозный вечерний воздух освежает и приятно покалывает лицо, запах хвои наполняет легкие, пока мы бредем вдоль грунтовой дороги в поисках какого-нибудь забытого дома или хотя бы ночлега. Вокруг ни души, даже деревенских собак не слышно. Мы уже минут сорок как прошли жилую улицу. Сейчас идем в сторону леса под софиты падающих под луной снежинок. Как нам сказал пожилой мужчина, встретившийся в середине той улицы, где-то за лесом есть домики, в которых уже много лет никто не живет. — Если тот мужик нас обманул? — Мэри, уймись, пожалуйста, и иди. Я впервые слышу, чтобы ты так долго и протяжно ныла. — У меня от этого рюкзака скоро все плечи сползут на уровень колен. — Дай сюда, — схватив подругу за лямки рюкзака, стягиваю его и перекидываю на свою спину. — Теперь не ной. У нас один рюкзак на двоих. Внутри два фонарика с двумя запасными аккумуляторами, пара теплых вещей и мелочевка вроде зарядников для телефонов и бутербродами с водой. Он не тяжелый, но Мэри решает меня повыводить. Темнота сгущается с каждой минутой вокруг нас все сильнее. Особенно по мере скопления деревьев вокруг дороги. Фонарики в рюкзаках и наличие мобильной связи придают большей уверенности, чем обычно. Я намерена найти те дома во что бы то ни стало. У Мэри просто нет выбора, она со мной до конца. Достаю телефон, чтобы посмотреть карту и проверить время: почти одиннадцать вечера. Мы приехали сюда два часа назад, машина осталась на въезде в деревню, остальной путь проделываем пешком. Для нас с Мэри это в порядке вещей, ходить мы любим. Только обычно по пути травим страшилки, но сейчас почему-то друг друга. — Лен, — осторожно зовет подруга, на что я, шагая сзади, быстрее нагоняю ее, — смотри. Я поднимаю глаза, и мои брови ползут вверх, когда я вижу одиноко стоящий на поляне вокруг леса домик. Бревенчатые стены косо поднимаются вверх, наклоняясь как Пизанская башня, из треугольной деревянной крыши уныло выглядывает полуразвалившаяся кирпичная труба, пару ставен на черных окнах грустно висят на одном шарнире, а некоторые вовсе упали на землю. Вокруг дома возносится почти сгнивший забор из деревянного штакетника, а калитка и того валяется в проходе, уже сильно припорошенная снегом. — Как думаешь, мы пришли туда, про что он говорил? — Не думаю, что туда, но к цели однозначно. — Разве нашей целью было не место из рассказов мужика? — Мэри, — устало разворачиваюсь к подруге, игнорируя радость, нахлынувшую от находки, — мы приехали искать заброшки, тот мужчина нам дал наводку, по которой мы могли бы найти хоть что-то, но мы пошли по собственному пути. И нашли цель. Сами. — Да, ты права, — соглашается Мэри Кинг, прежде чем пойти в сторону дома, прихватив меня под локоть. Хижина выглядит мрачно, даже слишком. В такой тишине на окраине леса, да к тому же и в темноте. Я никогда не трусила перед лицом опасности и таинственности, но осторожность никогда никому не мешала. Особенно, если рядом нет людей. Но даже в такой обстановке есть свой шарм, своя эстетика. — Выглядит нежилым, — подмечаю я. — Ага, а внутри нас ожидает какой-нибудь серийный маньяк. — Я рыла насчет этой деревни, здесь максимум кого можно приписать к убийцам, так это медведей, которые уже упали в спячку. — Значит призрак. — Скорее местный бомж, — усмехаюсь я, оглядывая местами проломанную крышу. — Мэри, а окна-то целые, — подметив эту деталь, я для уверенности прохожусь по двум сторонам дома, и убеждаюсь в своих словах. — Странно это. В таком состоянии, но с целыми окнами. — Я поняла бы, будь тут пластиковые окна, но здесь рамы из тонких реек сделаны. — Я о том же, но черт с ним. Идем? Кивнув, иду вдоль стены и заворачиваю за угол, обнаружив маленькое крылечко с массивной обшитой ватой дверью. На самом деле, дом не внушает доверия, что очень странно. Я была во многих подобных местах, и ни разу не ощущала, чтобы все внутри меня противилось даже приближаться к цели. Вдруг именно здесь нам и попадется что-то из ряда вон выходящее? Дергаю дверь — не поддается. — Шпильку, Мэри. — Рюкзак с отмычками у тебя. — А волосы со шпильками у тебя. Не тяни кота за хвост. До ушей доносится громкое «мяу». Я вздрагиваю и поворачиваю голову: на ступеньках сидит черная кошка, испепеляя нас желтыми глазами так, что все внутри сжимается от одного только взгляда. — О-о-у, привет, — умиляющимся голосом взвывает Мэри, протягивая руки к кошке. Та встает в оборонительную позу и начинает шипеть. Подруга отскакивает в сторону с тихим: «ой!». — Вокруг нет и лая собак, но зато у заброшенного дома с целыми окнами есть черные коты. Шикарно, — как можно сильнее шлифуя сарказм, с улыбкой авантюриста расправляю шпильку и вставляю в замочное отверстие. — А мне кажется странно. — Тебе кажется, — воодушевленно говорю я, скрывая сомнения на счет этого дома. Замок не успевает щелкнуть, ознаменовав, что дверь открыта. Она с тяжелым скрипом открывается сама. Я едва с корточек не падаю на задницу от испуга. Сердце начинает ускоряться, но я быстро успокаиваюсь, уверив себя в том, что дверь изначально заклинило. — Готово? — Да. Кошка, громко мурлыкнув, пробегает вперед и как самая настоящая хозяйка заходит внутрь. Мы с Мэри переглядываемся, она пожимает плечами и проходит вперед, зазывая меня за собой. — Ну, пойдем. Решаю пока отложить разговор о том, что мне действительно боязно заходить внутрь. Скинув рюкзак со спины, достаю фонари и протягиваю один подруге. Встряхнув его, переключаю кнопку с характерным щелчком и устремляю световой луч в темноту заброшенного дома. — Теперь пошли.