Just friends

Такси высадило их у дома Нанона. Ночной прохладный воздух немного привёл в чувство полупьяных парней. Вечер выходного дня, проведённый в клубе, удался. Они отлично повеселились. А главное, можно было позволить себе расслабиться и не торопиться ложиться спать, предстоял недельный отпуск. Пават смотрел на всё еще разгорячённо улыбающегося друга. «Какой же он красивый!.» Глаза блестят в темноте, разгоняемой лишь слабым светом фонаря, белые зубы показываются в улыбке, и то и дело появляются ямочки на щеках… Нанон провёл рукой по влажным волосам, откидывая их назад, и вдруг оказался в объятиях Павата. Он лениво обнял Ома за талию, укладывая отяжелевшую голову на его плечо и всё так же улыбаясь. Ему было очень хорошо сейчас. Тот прижал его к себе, зашептал, задевая ухо горячими губами: — Нон… Давай проведём ночь вместе? — А?.. — Нанон слегка растерялся, озадаченно взглянув на него. — Я тебя хочу, — Ом смотрел ему в глаза. — Я давно хотел тебе сказать, что я би. И я влюблён в тебя. Внезапно Нанон понял, что означали взгляды Ома и его тёплые улыбки, его постоянная забота. И то, что он не был против, когда фанаты начали их шипперить после показа сериала «Bad buddy». Но… Ом опустил взгляд на полуоткрытые губы парня и его потянуло как магнитом. Он припал к этим губам, давно желанным, сводящим его с ума ещё со времён съёмок BB. Поцелуй такой сладкий, со вкусом коктейля, такой тёплый, заставил блаженно вздохнуть, от наслаждения подкосились ноги. Мягкие губы раскрылись под его губами, пуская внутрь язык. «Он ответил!..» Нанон жадно поцеловал его, подавшись навстречу и пустив в ход свой язык… и тут же отстранился, опомнившись. «Блять, нет! Что я делаю! Нельзя! Я же натурал! Я не могу спать с другом! Как Ом может предлагать такое, он же всё испортит, всю нашу дружбу… Как же наша дружба? Неужели она вот так закончится?..» — Не лезь ко мне! — заорал он, вырываясь из рук Ома. Тот отшатнулся. — Ты что же, думаешь, что я тебя изнасилую? И ты правда обо мне такого нелестного мнения? — оскорбился Пават. Его губы горели от поцелуя, сердце быстро колотилось. — А что? Разве неправда? — губы Нанона искривились в глумливой усмешке. Он был в растерянности от неожиданного каминг-аута друга, и не понимал, как ему сейчас себя вести. «Как же объяснить ему, что они не могут…» И собственная реакция на всё это не добавляла ясности. «Как там, лучшая защита — это нападение?» — Ты же на меня давно запал? Что, скажешь, не так? И дрочишь на меня тайком, на каждую мою новую фотку! — Засунь свой поганый язык себе в жопу, Корапат, там ему самое место! — Я сейчас его тебе в жопу засуну! «Блять, и что я ляпнул…» — А что, я не против! Только ты всё равно зассышь! Даром, что язык без костей — мелешь что попало! — Ом ухмыльнулся, но его глаза сверкали от злости. Нанон задохнулся от возмущения. Демонстративно вытер губы тыльной стороной ладони. — Да пошёл ты! И добавил грязное ругательство, зная, что больно заденет Павата. — Ах ты, дрянь! — процедил Ом сквозь зубы. — Вот так просто дать надежду и тут же послать подальше? И коротко, почти без замаха, ударил кулаком в челюсть. Нанон покачнулся, схватился за пострадавшее место, неверяще взглянул на него. И тут же его глаза зло сузились. Ом отпрянул, уворачиваясь, и ударил ещё раз, попав в глаз. Он был сильнее и ловчее Нанона, но пропустил неожиданный и довольно жестокий удар в пах. «Блять… Больно как…» Согнувшись, зажмурившись, он пытался вздохнуть. В крови забурлил адреналин и он резко выпрямился, накинулся на Нанона. Даже костяшки сбил, отделывая парня. Ом опомнился, только улышав сквозь шум в ушах его всхлип. Слёзы застилали Нанону глаза, отчаяние пропитало, казалось, каждую клеточку тела. Сыпавшиеся градом удары причиняли боль, нестерпимо хотелось врезать Павату посильнее, выместить своё разочарование и обиду, но получалось только прикрывать лицо руками, подставляя под удары бока. И вдруг всё прекратилось. Нанон не сразу понял, что плачет, жалобно поскуливая и скорчившись на асфальте. Всё тело ныло, но сердце ныло ещё сильнее, затмевая физическую боль. Вся злость, переполнявшая Павата, внезапно испарилась, сменившись стыдом и горечью. — Нанон! Да как же так, блять… Он рухнул на колени рядом с парнем, протянул руку, но замер, не решаясь дотронуться. — Нон… Нанон затих, пытаясь справиться с душащими его чувствами. Горечь, злость и обида нахлынули разом, он даже дёрнулся, как будто мог уклониться от этого потока… И тут же снова оказался в объятиях Павата. Тот обнимал его дрожащими руками, сидя рядом на асфальте. И тоже подозрительно всхлипывал. «Ом что, плачет? Ему-то с чего слезами заливаться?» Нанон вдруг так ослаб, что даже не сумел оттолкнуть Павата. Он тут же возненавидел себя за эту слабость, но ничего не мог с собой поделать. Руки и колени противно дрожали, отказываясь слушаться. Прижавшись щекой к груди Ома, он старался отдышаться. Вскоре он почувствовал себя немного лучше, и Ом молча помог ему встать и дойти до квартиры. Помог снять куртку и отвёл в ванную. Нанон с трудом стащил остальную одежду, встал под душ. Мысли путались… «Вот что это сейчас было?! Ом всегда смотрел на меня влюблёнными глазами. А я ведь больше не хотел сниматься в BL, и вообще, уже сильно подбешивает то, что нас шипперят фанаты. Ну какая любовь?.. Мы просто друзья. Да, хорошие друзья. Были.» Пока Нанон мылся, Ом приготовил лекарства. Он часто бывал у друга и знал, что где лежит. Нанон вышел в одном полотенце на бёдрах. Он не ожидал, что Пават останется, но ничего не сказал, просто улёгся в кровать, не глядя в его сторону. Ом с мрачным видом промыл его ранки антисептиком, заставил проглотить обезболивающее и приложил пакет со льдом к наливающемуся синевой фингалу под глазом. — Уходи, — пробормотал Нанон. «И почему я позволяю ему ухаживать за мной после того, как он же меня и побил?..» — мысли лениво ворочались в голове, и тут же Нанона неудержимо потянуло в сон. Пават дождался, пока Нанон заснёт, и ушёл, тихо прикрыв дверь. Ему было мучительно стыдно за свою несдержанность. Болели собственные ушибы, но он не хотел их лечить — «это твоё наказание, придурок!»