те самые бабочки

Лиза пытается понять почему ноги отказываются поднимать её, а разум стремительно затуманивается. За всю свою жизнь Лиза никогда не пила алкоголь, не курила и тем более не пробовала наркотики. Барменша сидит напротив, развалившись в кресле, смотря на девушку с издевательской, до безумия довольной улыбкой. В то время, как, попытки Андрющенко подняться уйти не венчаются успехом. Организм расслабился настолько, что даже поднять руку, казалось непосильной задачей. О том, чтобы встать и пойти, даже речи быть не могло, сколько бы она не пыталась. -Зачем ты это сделала? –Лиза еле подбирала слова и усердно выдавала их наружу. Кира молча смотрела, в то время как Вилка звонко смеялась с какой-то девочкой неподалеку. Сделать девушка ничего не могла, поэтому просто откинула голову на спинку дивана и закрыла глаза. Голова шла кругом, в глазах рябило от ярких вспышек стробоскопов. Спустя несколько минут, в её, казалось, уже безжизненное тело, начали возвращаться силы. Пусть разум всё ещё затуманен, пусть вокруг всё плывет. Она наконец-то может встать. Опираясь на стол, дабы подняться с дивана, девушка побрела в сторону туалета. Не то чтобы она знала, где он, но спрашивать у Киры хотелось ещё меньше, чем сидеть напротив неё. Пусть ей и хотелось проводить с барменшей всё своё время, показывать это, Андрющенко не собиралась. Она считала это слабостью. Кто любит навязчивых? Кто любит дотошных и нытиков? Никто. Лиза прекрасно это понимала и была уверенна, что любое проявление внимания с её стороны – слабость. Кира не из тех, кому нужны слабые люди рядом. И не важно насколько они сейчас близки, дальше лезть нет ни сил, ни желания. В дальнем конце вип-площадки была видна вывеска с женским силуэтом. Лиза наконец добралась до туалета. Она стояла напротив зеркала, всматриваясь в собственное отражение. Хотелось разбить это зеркало. Короткие черные волосы аккуратно ложились на лицо, карие глаза, с ярким, зеленым отливом, казалось вот-вот наполнятся слезами. И в принципе, эта картина могла бы показаться красивой, кому угодно, но не Лизе. Она ненавидела в себе каждый сантиметр. Да и с чего бы ей вообще себя любить. Если это никому не нужно, то ей тем более. Открыв кран, девушка набрала холодной воды в руки. Кто-то нежно коснулся её бёдер, обнимая со спины. Лиза подпрыгнув на месте, резко развернулась и увидела перед собой Киру, поднимающую руки в предостерегающем жесте, мол, не трогаю. -может хватит уже таскаться за мной? –Лизу пробирала злость. -оу, извините мисс недотрога, что позволяю себе столь непристойные вещи. –Медведева с ухмылкой смотрела на девушку, будто стреляя взглядом. Если бы в этот момент у неё действительно вылетали пули из глаз, Лиза бы уже давно лежала на полу, мёртвая. -Ты даже не представляешь, как ты меня заебала! Ты шага сделать не даешь. –девушка переходила на крик. В ней играли вещества. Скорее всего, будь она трезвой, она бы промолчала и просто ушла домой. -Как пиздато ты устроилась! Вроде не при делах, вроде всё хорошо… -Её губ, коснулись губы барменши. Дыхание сперло, сердце пропустило удар, а руки рефлекторно легли ей на плечи. Кира же, резким движением, скинула их, прижимая девушку к стене. Осознание пришло через пару секунд, но разрывать этот поцелуй не хотелось, так же как открывать глаза. Крепкие руки сжимали Лизины бёдра, а раздвоенный язык уверенно сплетался с её языком. Ей хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно, но барменша отошла в сторону. Карие глаза смотрели с такой ненавистью. Казалось, что они не целовались пару секунд назад. -Не смей трогать меня. –с этими словами, барменша ушла. В то время, как Лиза осталась в ступоре стоять у стены. *** Когда Андрющенко пришла в себя и вернулась к столику, она всё ещё плохо соображала. Каждый шаг казался секундным полетом, а всё произошедшее в туалете окончательно сбивало с толку. В то время, как Кира уже была в прекрасном расположении духа. Поэтому, когда Лиза проходила мимо неё, не упустила возможность и усадила её к себе на колени. К ним присоединились какие-то девушки. Судя по всему, Кира с Вилкой их знали, в отличие от Лизы. Поэтому остаток вечера, она провела молча, сидя у Медведевой на коленях и слушая какие-то рассказы. И, лишь когда на часах было уже почти четыре утра, они двинулись в сторону выхода. Барменша подхватила Лизу на руки. Возразить хотелось, но сил идти не было. Её буквально вырубало. Как и в предыдущий раз, они вышли через курилку. Еле живую Лизу, Медведева усадила на переднее пассажирское, а сама пошла курить с Вилкой. «Как у них после всего этого столько сил?» -с этими мыслями, Андрющенко уснула. -Как думаешь, вариант? –произнесла барменша, выдыхая дым. -Братан, ты че? –Изумилась Малышенко, округляя глаза. –Лизка? Серьезно? Ты её хуёво знаешь. -Да блять, вспомни предыдущих. У меня всегда конченные были. -Нее, она не конченная. Она упертая как баран, да и вообще, никого к себе не подпускает. Кира в издевке закатила глаза. -Спорим, она моя через неделю будет? –Виолетта лишь усмехнулась, и они сели в машину. *** На утро Лиза проснулась в отвратительных ощущениях. Сил подняться абсолютно не было, но и оставаться лёжа в кровати наедине с мыслями она не могла. Ей было противно от самой себя, от всего что вчера произошло. Пусть она не помнит почти ничего из вчерашних событий, но ей четко запомнился поцелуй и фраза Киры. «Не смей трогать меня» эхом раздавалось в голове. Думать об этом не хотелось. Разбираться в чувствах тоже. В голову не пришло ничего лучше, чем взять дополнительную смену. На протяжении вот уже пяти лет, она работает на кладбище. Убирает листву, ветки и ухаживает за могилами тех, кого бросили. Тех, к кому никто и никогда уже не придет. Еле оторвав себя от кровати, девушка собрала небольшой рюкзак и побрела в сторону кладбища. Всё здесь было уже родным. Сколько лет она приходит сюда, чтобы, прийти в себя, абстрагировавшись от окружающего мира и в конце концов забыть обо всём, что происходит там, среди смертных. Бродя среди могил и по обычаю убирая листву, девушка замечает чей-то силуэт в дальнем конце кладбища. Вроде ничего странного, но на эти могилы никто никогда не приходит, что здесь делает человек? А может у Лизы галлюцинации? Может она окончательно сошла с ума? Признавать этого не хотелось, поэтому девушка решила дойти до конца и убедиться, что там действительно человек. Сбавив шаг, почти на цыпочках, Андрющенко подходит всё ближе. Силуэт не пропал, лишь подкурил сигарету и повернулся в сторону девушки. В этот момент в груди у Лизы всё сжалось. Сердце пропустило несколько ударов, дыхание перехватило, ноги стали ватными, а в районе живота появилась мерзкая сладость. Ей показалось, что еще чуть-чуть и её вывернет.