Осколки

***

Сначала пропал Интернет. Жирные красные буквы «СВЯЗЬ С СЕРВЕРОМ ПОТЕРЯНА» вылезли посреди экрана, когда я уже почти зашёл на шесть этому вертлявому чуваку на «Спитфайре», игра вылетает в лобби, я делаю альт-таб лишь для того, чтобы убедиться, что иконка работающего вайфая сменилась перечёркнутым глобусом. А ещё сирена, гудевшая последние пару минут, всё не умолкает. А ещё… Звук, кажется, доносится не из колонок?! С дико стучащим сердцем, запнувшись босой ногой об угол, едва не снеся стеллаж, я бегу на балкон, распахиваю окно, и звуки с улицы врываются в квартиру. Приглушённое гудение, избавившись от оков звукоизолирующих стеклопакетов, превращается в душераздирающий вой. Воет над школой под моими окнами, издали этому вою вторят рупоры над пожарной частью, и диктор, на прошлой неделе, и на позапрошлой, и в том месяце будивший меня по понедельникам фразой «Техническая проверка систем аварийного оповещения», уже заканчивает свой долгий монолог словами: — Тревога не учебная! И замолкает, и начинает через несколько секунд снова: — Внимание всем! Говорит служба ГО и ЧС города… Неведомая сила заставляет меня повернуть голову на север, туда где должен быть крохотный город-спутник с химзаводами и АЭС, и я замираю. Может, зрение моё чудовищно обострилось от страха, или мне это всё только мерещится, но я вижу, как небо прочерчивает несколько тонких белых линий, я вижу чёрные точки под ними, и не могу пошевелиться. А потом каждая точка вспыхивает ярче солнца, и весь мир заливает слепящим белым светом, я пытаюсь закрыть глаза, но от этого ничего не меняется, я чувствую, что падаю в пропасть, моё тело само собой пытается сгруппироваться, я подскакиваю на кровати и просыпаюсь. — Где я?! — этот возглас мне не удалось сдержать, хотя я уже узнавал знакомые очертания капитанской каюты «Прохвоста». — Мы на подлёте к порту Лонг-Айленда, капитан, — откликнулся бесстрастным голосом Себастьян, мой искин-бортпартнёр, — рассчётное время прибытия: один час и семнадцать минут. Вы просили поставить будильник на семь часов и ноль минут по корабельному времени, но полагаю, это уже неактуально, сэр? Сейчас шесть часов и сорок две… — Вырубай! И подготовь душевую. — Выполняю, сэр. И доброго вам утра. Я бессильно рухнул обратно на подушку, пытаясь унять бьющую тело дрожь. Может быть, к чёрту всё? К чёрту этот осколок камня, обозванный его напыщенным владельцем не то в память о старом Нью-Йорке, не то в честь коктейля, к чёрту контракт, к чёрту заказчика и к чёрту его предоплату. — Сука, почему всё так непросто?! Эй, Себа, выдай случайную цитату! — «Величайшие преступления совершаются из-за стремления к избытку, а не к предметам первой необходимости; так, например, становятся тиранами не для того, чтобы избегнуть холода; поэтому большие почести назначаются не тому, кто убьет вора, но тому, кто убьет тирана», Аристотель, из книги «Политика», — откликнулся искин. Чёрт, кажется, на этих бездушных железках можно гадать. Как же не хочется никуда идти! Как в самые поганые из тех дней, про которые ты понимаешь, что день не задался, ещё на лестничной клетке, а вечером говоришь себе «знал же, что день дерьмовый будет!» Я лежал в кровати и пытался отсрочить момент, когда надо будет вставать и делать дела. — Давай ещё цитату! — «Если ты принял решение убить человека, не нужно изобретать окольный путь, даже если действовать без промедления очень трудно. Ведь ты можешь утратить решимость, упустить удобный случай и поэтому не достичь успеха. На Пути Самурая главное — непосредственность, и поэтому лучше всего броситься на врага сразу же», Ямамото Цунэтомо, из книги «Записи о сокрытом в листве» Да, если бы я гадал по случайным репликам искина, это сошло бы за доброе предзнаменование, слишком уж нужны мне сейчас ободряющие знаки. Видеть во сне старую Землю — плохая примета, а уж видеть во сне собственную первую смерть и подавно. Но обещанная плата так хороша…