Искусство в тебе

Не сказать, что месяц прошёл быстро, ведь были несколько событий в отношениях парней. Но теперь Дазай помимо учёбы ещё и работает, он всеми силами пытается влиться в действия, творящиеся в компании отца. Его новые коллеги относятся к нему очень настороженно, мало, во что посвящают, хотя это их обязанность. Все члены исполнительного комитета обязаны быть в курсе всех последних событий чуть ли не раньше, чем они произойдут. Дазаю же приходится узнавать всё в самый последний момент, ему кажется, что его всячески стараются выжить с этого места. Только они не понимают, что Осаму самому это всё не нравится. От слова совсем. Ему бы хотелось находиться больше времени с Чуей, гулять с ним, издеваться над ним, обнимать его, целовать. Но всё, что он успевает – это сходить на пары с утра, после них пойти в офис и прийти домой уже после полуночи. Чуя в это время уже спит, Дазай аккуратно ложится на кровать рядом и притягивает рыжего к себе спиной, чувствуя, как тело парня в его руках расслабляется и прижимается к нему сильнее. Именно это завершающая часть дня Осаму, единственная радующая его. В последний месяц они буквально видеться не успевают. Чуя же начал свою работу над статуей Дазая, вырывая его в единственный выходной из квартиры Огая домой. Свою мастерскую Накахара устроил в гараже около дома. Раньше там стоял его байк, но Коё каждый раз, когда Чуя на нём куда-либо выезжал, так боялась и переживала, что уговорила сына продать его. Не сказать, что Накахара скучал по ночным гонкам в одиночестве, но иногда это чувство полной свободы вперемешку с адреналином хотелось ощутить сполна. В мастерской он становился совсем другим человеком: сосредоточенным на работе, спокойным и тихим. Наблюдая за таким Чуей, Дазай понимал, что не зря его вытащили из постели в единственный на неделе выходной. Ради таких моментов он готов хоть ночами не спать, просто смотреть за голубыми глазами, изучающими изгибы самого Осаму, когда руки Накахары были полностью в работе. Порой Дазай просто подскакивал с места, куда его посадил Чуя, строго – даже с граммом злости – сказал не шевелиться, и отрывал рыжего, перепачканного парня, вовлекая в поцелуй. Накахара против не был, но подзатыльник парню давал, чтобы тот вернулся на место. Не смотря на напускную строгость, улыбка после такого действия не сходила с лица весь день, а Дазаю было приятно осознавать, что вызвана она только им. Все эти маленькие статуэтки в комнатах были ничем по сравнению с тем, что создавал Чуя. Смотря за движением рук рыжего, Осаму невольно задумался о плавности движений. Не так долго оставалось до срока сдачи скульптуры, поэтому Накахара старался не отвлекаться, у них итак не хватает времени из-за учёбы, а теперь ещё и работы Осаму. Мори был категорически против, чтобы они приходили в дом Озаки, ведь в любой момент их могут опять заметить там, а Дазаю, у которого итак проблем в коллективе исполкома по горло, не нужны были ещё лишние подозрения или козни с их стороны. Но никак остановить парней мужчина не мог, поэтому просто закрыл глаза, предупредив об осторожности обоих. Коё целыми днями пропадала в офисе старого босса, разгребая все бумаги и файлы на компьютерах. Смерть Юкичи неслабо отразилась на отношении лидеров других организаций к Мори и Коё. Но они совместными усилиями старались делать всё, чтобы вернуть прежнее влияние в городе и наконец найти крыс, которые почему-то залегли на дно после той злосчастной фотографии. До сих пор не ясно до конца, что им нужно, чего они хотят в городе. Влияние они могут получить чуть ли не по щелчку пальцев, используя грязные отвратительные методы, они это уже доказали. Не смотря на все свои принципы и слова, Дазай действительно старался выполнять свои обязанности, как полагается. Он быстро понял, что от него требуется, но надежда на какую-либо помощь в том, чтобы направить новичка в масштабные дела огромной корпорации, пропала в первый же день, когда его открыто стали игнорировать, думая, что он сопляк, ничего не смыслящий, которого можно выкинуть за первую же оплошность. По факту так и было, но Дазай не допустил ни единой оплошности за весь месяц. Несколько раз он замечал, как Эйс – один из его «коллег» с исполкоме – пытался открыто подставить его, указывая не те координаты или не предупреждая об опасности перестрелки, хотя был обязан. Остальные же закрыли на это глаза, а когда Осаму этим возмутился, вернувшись уцелевшим не понятно как, без единой царапины, и чуть не накинулся на Эйса, ответом послужило: «Все совершают ошибки, Дазай-кун. Эйс перетрудился и забыл предупредить тебя. Не горячись, иначе надолго ты здесь не останешься.» Иронично, правда? Тогда парень решил, что будет работать, не покладая рук, не столько потому, что надо, а чтобы доказать всем – себе в первую очередь – что он здесь не мальчик по блату, как тот же Эйс, он достигнет большего сам. Работа начинала ему не то, что бы нравиться, но он вливался сюда с неподдельным интересом, думая, что, возможно, именно здесь ему и место. Рядом с цепными псами, готовых сорваться на него в любой момент. Но тогда придётся признать, что отец был прав, а этого он не сделает. Другие люди более низких чинов видели в Дазае отражение Мори. Он никогда этого не признает, но он копирует поведении Огая, когда говорит с людьми, когда ведёт дела, когда зловеще улыбается предателю… раньше, когда он маленьким мальчиком прибегал к отцу с нянькой Хироцу, его все видели милым добрым ребёнком. Все знали его, как гиперактивного сорванца, вечно смеющимся над папиным серьёзным лицом. В один момент этот ребёнок просто перестал появляться в стенах офиса, когда прошёл слушок, что Мори разводится с женой. И все, казалось, и забыли, что у босса есть сын, которого он всегда называл наследником. Забыли до того момента, как в здание не вошёл высокий парень с растрёпанными волосами и холодными глазами, заглядывающими в душу, вырывающие саму суть человека. Следящие, уставшие карие омуты осматривались кругом несколько долгих мгновений, пока сотрудники, которые работают здесь более двадцати лет, узнавали острые черты бледного лица и тот самый маленький шрам над бровью, который он получил, когда носился по первому этажу, в итоге ударившись о ручку двери. Женщина лет пятидесяти переглянулась с Хироцу, который не показывал ни одной эмоции, во все глаза рассматривая своего подопечного, за которым он следил почти до двенадцати лет, но пальцы с сигарой между мелко задрожали. Мужчина, как приближённый Мори, знал, что должен прийти Дазай. Отец собирался выгодно пристроить его, женить, оставить подле себя, после устроить в организацию. Такого холода во взгляде тёмных глаз Рюро не помнил, но мог объяснить его происхождение самому себе. Когда мальчику исполнилось одиннадцать, Огай сказал, что в скором времени освободит Хироцу от обязанности следить за Дазаем, потому что собирался заняться воспитанием будущего наследника сам. Как можно понять, ни к чему хорошему это не привело. Ни парня, ни его отца. Тогда одни лишь бинты на руках о многом говорили. Сейчас же они появились и на шее. Несложно догадаться. Для себя Хироцу решил, что будет наблюдать за Дазаем со стороны, следить за его поведением, повадками. Сейчас же, стоя за спиной Осаму, объявляющего план на неделю исполнительному комитету, он отчётливо видел манеру Мори: в движениях, в голосе, в насмешках, в уверенности в своих словах, во взгляде. -…Поэтому, я думаю, мы должны оставить их в покое, - Осаму облокотился на стену, около которой стоял, расслабленно осмотрел ладонь и вернул тяжёлый взгляд на четырёх коллег, внимательно слушающими его речь. – Они не несут абсолютно никакой угрозы, а мы лишь опустимся до уровня каких-то ревностных конкурентов. Они нам не ровня. Лучше нам возобновить усиленные поиски «Крыс мёртвого дома». Женщина среднего возраста и полных форм подскочила с кресла, уперев кулаки в стол и злобно смотря на спокойно улыбающегося парня. - Ты не понимаешь, что, если мы оставим их в покое, они почувствуют свободу и начнут лезть дальше, совершенно не в свои сферы? – казалось, у неё пар из ушей пойдёт. Дазай усмехнулся в своей манере на одну сторону. Хироцу поднял глаза на женщину, закуривая сигару. Вообще-то весь план парня весьма неплох. Он явно смыслит, о чём говорит. поступить так, как предлагает он, будет самым правильным решением. -Они не лезли всё это время, есть договор, который они нарушать не хотят, - как будто маленькому ребёнку пытается вбить в голову этой истерички Осаму, - Им это не выгодно. Спокойствие парня поражает каждого присутствующего здесь. Мори сидит во главе длинного стола переговоров и следит за всем происходящим. Его самого невероятно забавляет поведение женщины, а Осаму держится на высоте. Гордость пробирает Огая, но покажет он это разве что дьяволу в преисподней после смерти. -Это абсурд! – почти кричит женщина, стараясь испепелить взглядом парня, со скучающим видом рассматривающего свои ногти. Мягкий, тихий смех наполняет гробовую тишину. -Абсурд – это ваш парик. А вот эти действия поднимут не только наш авторитет, но и финансы. Если вы в этом не понимаете, какого чёрта здесь забыли? – парень демонстративно проходит мимо неё и садится на своё кресло справа от Огая. Тот спокойно улыбается, складывая руки в замок на столе. -Какая наглость! Мой парик вас не касается! – кажется, она готова вцепиться когтями парню в лицо. -Как скажете, - Дазай в притворно-примирительном жесте поднимет ладони вверх, а после невинно улыбается, сверкая глазами. – Кстати, он у вас съехал влево. Мори и Дазай синхронно засмеялись, а раскрасневшаяся женщина выскочила из-за стола, выбегая из кабинета.

***

На этот раз выходной от работы день выпал у Дазая на субботу. В квартиру они вернулись вместе с Мори уже под утро. Пройдя в свою комнату, на этот раз Дазай не обнаружил в своей кровати свернувшегося клубочком рыжего парня. Он нахмурился, но зашёл внутрь, переодевшись в пижамные штаны, и пошёл в другую комнату. Открыв дверь, Дазай невольно застыл на пороге и облокотился о дверной косяк. Чуя лежит на полу перед ноутбуком и увлечённо смотрит какой-то фильм. Парень лежит на животе, подложив подушку под голову, обнимая её руками. Дазай не может слышать, что это за фильм, о чём там говорят, Чуя лежит в наушниках и что-то бормочет себе под нос. -Идиот, - парень уткнулся лицом в подушку и с вселенским разочарованием застонал в неё, как будто он не первый раз убеждается, насколько жизнь сволочь. Дазай чуть посмеялся с этой картины и подошёл на цыпочках ближе, закрывая за собой дверь со всей аккуратностью, чтобы Накахара не услышал и не почувствовал его приближение. Осаму тихо опустился на колени и подполз со спины, резко прыгая парню на спину, обхватывая его руками и утыкаясь носом между лопаток. -Блять! – Чуя дёрнулся, но подскочить не смог из-за прижимающего его к полу тела. Вытащил наушники и обернулся через плечо, злобно пялясь на растрёпанную макушку, - Я испугался, скумбрия. Какого хрена? Дазай поднял на него уставшие глаза и вымученно улыбнулся, Чуя моментально расслабился и тепло улыбнулся в ответ. Осаму приподнялся и сел на коленях, чуть сутулясь, Накахара тоже встал и повернулся к нему, зеркаля позу. Он заправил выбившуюся рыжую прядь за ухо и почти слёту упал обнимать Дазая, утыкаясь носом в его грудь. Осаму, чуть опешив от таких действий, обнял в ответ, поглаживая ладонью по спине. Чуя чуть ли не мурчит, как кот, просящий ласки. Дазай счастливо улыбнулся. Два ледника растаяли в объятиях друг друга, утопая в нежных взаимных чувствах. -Почему ты ещё не спишь, лисёнок? – пальцами перебирая золотые пряди, Дазай зевнул и посмотрел на часы, стоящие на прикроватной тумбочке, - Половина четвёртого утра. -Правда? – Чуя повернул голову, смотря на те же часы и снова уткнулся носом в грудь парня. – Мама на телефон не отвечает целый день, где она? -Её не было сегодня в офисе, я думал, у неё выходной. -Нет, не должен быть, она бы сказала, - Чуя поднял голову, заглядывая в карие насторожившиеся глаза, - И она бы тогда отвечала на звонки… -Пойдём спать, а завтра зайдём к ней, хорошо? – казалось, у Чуи просто в секунду загорелись глаза, широко распахнувшись. Он отстранился от Дазая, перемещая свои ладони на его шею, и с надеждой заглянул в улыбающиеся глаза напротив. -У тебя завтра выходной? – было такое чувство, что от ответа Осаму зависит судьба всего мира, то есть настроение Чуи на следующие сутки. Он чуть посмеялся и положил руки на талию, приближая своё лицо к лицу Накахары. -Фактически уже сегодня, но да, - он улыбнулся во все тридцать два зуба, когда Чуя чуть не запищал от переизбытка радости, - Чу-уя-кун, ты что, соскучился по мне? Тот сразу нахмурился и попытался сделать недовольный вид. -Нет, с чего вдруг? – он убрал ладони с шеи Осаму и собирался встать, но руки, сжимающие бока, не дали этого сделать, удерживая на месте. -Соскучился же, - насмешливо выдал Дазай, видя закатывающиеся в недовольстве голубы глаза, - Я тоже. Чуя опустил глаза в пол, бормоча под нос что-то вроде «придурок, как угораздило-то», и, резко подняв подбородок, впился в губы напротив, чувствуя моментальный ответ со стороны Дазая. Пальцы зарылись в тёмные растрёпанные волосы, а язык прошёлся по его нижней губе, заставляя рыкнуть, как зверь, и повалить Чую на пол спиной, аккуратно укладывая на подушку, что лежала сзади. Пока язык продолжал исследовать чужой рот, одна рука уже поднимала растянутую футболку с ярко-жёлтыми рисунками, другая оглаживала бедро, слегка сжимая пальцами. Довольный полустон кружит голову и заставляет тёмные глаза стать почти чёрными. Яркая футболка летит в сторону, а рыжие волосы раскидываются по полу, когда с них стягивают резинку. Чуя не любит, когда Дазай стаскивает её, потому что его волосы начинают лезть во все стороны. Поэтому Накахара не заставляет себя долго ждать и кусает губу Дазая дважды, на что тот сжимает его бок пальцами так, что на бледной коже наверняка останутся их следы. Они улыбаются в поцелуй на выходки друг друга и продолжают терзать губы, сплетаться языками и лапать тела друг друга. Остервенело и дико, но с явной нежностью, испытываемой обоими. Когда Дазай чувствует, что Чуе не хватает воздуха, он отстраняется, перебираясь на скулу, линию челюсти, шею и ключицы, которым он уделяет особое внимание, оставляя еле заметные следы зубов и красные отметины, которые вряд ли скроет даже тональный крем. Его это не заботит, их обоих это не заботит. Чуя упивается губами на своём теле, а Дазай стонами, поощряющими его действия. Дазай приподнимается, осматривая извивающееся тело под собой, проводит ладонью по торсу, пробегаясь пальцами по рёбрам, ведёт другой ладонью по бедру, как бы случайно задевая пах. Чуя выгибается в спине, прикрывая рот ладонью, чтобы заглушить стон, и пытается сжать ноги, но не может, потому что между ними расположился парень, доводящий его сейчас до истомы одними поглаживаниями руками. Настоящий змей-искуситель искушает людей сладкими речами и ложными надеждами, этот же показывает наяву, молчит, но искушает своими руками, телом, взглядом, словно заставляет подчиниться. Парень снова опускается ниже, Чуя приподнимается навстречу на локтях, длинные пальцы сжимают бёдра с двух сторон, изредка нежно проводя вверх-вниз. Губы опять прижимаются, языки сталкиваются, чуть ли не ударяются зубы, прикрываются глаза. Чуя струной вытягивается в удовольствии, выпрямляет руки над своей головой, чуть задевая ноутбук, но совершенно не обращая на это внимания. Дазай на секунду отстраняется, растягивая ниточку слюны и с удовольствием наблюдая за ней, и снова припадает к припухшим губам. Ладони с бёдер поднимаются выше, напор поцелуя становится больше, пальцы пробираются под резинку спальных штанов, очерчивая пальцами линию на теле под ними. Чуя со стоном дёргает рукой и случайно задевает провод наушников, вырывая его из ноутбука, на котором всё ещё шёл фильм. -Убирайся, чёртов эгоист! Видеть тебя не желаю! – крик из динамиков раздаётся на всю комнату. Темноволосый подпрыгивает и отлетает назад, усаживаясь на задницу, ошалело глядя на Чую, такого же перепуганного, как и он. Сердце отбивает чечётку, руки трясутся, глаза готовы выкатиться из орбит, бегая от лица напротив до ноутбука, где девушка теперь красиво разворачивается и уходит в дом, захлопывая дверь. -Я чуть не откинулся, - Дазай глубоко вздыхает и сгибается вдвое, пытаясь перевести дыхание. – Что это было? Чуя оглядывается назад и вглядывается в монитор, тоже стараясь восстановить дыхание. Возбуждение у обоих сошло на нет. Вот же… -Она послала его, - он развернулся назад к Осаму и засмеялся, - Наконец-то, а то я думал, она его до конца фильма терпеть будет. -Я тоже скоро терпеть перестану, - себе под нос, еле слышно говорит Дазай, утыкаясь лицом в свои колени, и тоже смеётся, - С каких пор ты начал смотреть такие фильмы? Парень встал на ноги и подошёл к Чуе, протягивая руку, чтобы тот тоже встал. Он резво засмеялся на недовольный тон, протягивая руку в ответ, подскакивает и по-детски чмокает его в нос, ловя чуть смущённый взгляд и замечая покрасневшие щёки, что немного удивило Чую, он не привык видеть Дазая таким. Ему тоже нужна нежность, а Накахара, может и не часто, но старается её давать. -Идём спать, - оглянувшись на часы проговаривает рыжий и выходит из комнаты вслед за Дазаем. Стоило им упасть на широкую кровать, приластиться друг к другу, обвивая всеми конечностями, глаза закрылись сами собой, предоставляя сладкий и крепкий сон до самого обеда. Ну, почти.

***

Ровно в восемь утра на телефон Дазая пришло сообщение от знакомого номера. Забыв выключить звук ночью, Осаму нехотя открыл глаза, рукой ища на тумбочке мобильник. Ф. Дост.: «Здравствуй, Дазай-кун. Надеюсь, не отвлекаю, но я хотел бы отдать тебе сегодня книги. Следующую неделю меня в университете не будет, поэтому отдать не смогу. Сможем встретиться?» Кое-как разлепив глаза до конца, Дазай начал вникать в смысл прочитанного. Вы: «Привет, Фёдор. Конечно, тебе удобно будет в каком-нибудь кафе?» Ф.Дост.: «Которое около университета сойдёт?» Вы: «Конечно, я подойду к 12.00» Увидев значок «прочитано», Дазай кинул телефон куда-то на ковёр на полу и перевёл взгляд на спокойно дышащего ему в шею Чую. Чуть повозившись около часа, он так и не смог уснуть опять и аккуратно вылез из-под парня и прошёл в душ, планируя освежиться с утра и избавиться от остатков – и желания – сна. Стоя под прохладными струями, стекающими вниз по спине, парень думал о планах на день. Он обязательно возьмёт Чую на встречу, даже если тот будет сопротивляться, кричать и умолять оставить его, парень всё равно вытащит его на улицу с собой. Но сначала его нужно вытащить хотя бы из кровати. Рыжий не привык рано вставать по выходным, особенно в субботу, когда Дазай в шесть утра уже на работе. А в воскресенье уже совсем другое дело, подорвётся хоть с зарёй, с поднимающимся солнцем на горизонте. Через полчаса Дазай вернулся в комнату и обнаружил парня в том же положение, в котором оставлял. Он вообще двигается? Осаму лениво подошёл и резким движением руки стянул одеяло с тела, сразу покрывшегося мурашками. Тот свернулся в клубок, но глаза не открыл. Дазай невольно залюбовался ногами, разложившимися сразу на две стороны кровати. Руки Чуи схватили подушку Дазая, обвивая, сам он уткнулся в неё лицом и замер, размеренно дыша. Осаму подошёл ближе и сел рядом, пальцами начиная водить вдоль выпирающего позвоночника, не оставил без внимания рёбра, спускаясь на бёдра и снова поднимаясь к шее. Парень наклонился и оставил один короткий поцелуй на шее, сразу чувствуя мелкую дрожь по всему телу. Чуя чуть поворочался и вытянулся, опять уткнувшись в подушку и замирая. Дазай закатил глаза и резко шлёпнул ладонью по заду. -Ай! – Чуя оторвал голову от подушки, его растрёпанные волосы смешно обрамляли заспанное лицо, а какая-то прядь каким-то образом оказалась у него во рту, Осаму умилился такой картине и усмехнулся, ещё раз шлёпая по заднице. -Вставай, Накахара, - парень поднялся с места и прошёл к шкафу, скидывая на пол полотенце с бёдер. Вот теперь он точно убедился, что Чуя не заснёт снова, тот следит во все глаза за тем, как Дазай достаёт из глубин шкафа одежду и одевается. Чуя невольно сглотнул и поднялся с кровати, убегая в ванную комнату. Проторчал он там целый час, постоянно слыша крики под дверью, что ему бы стоило поторопиться, но на вопрос «куда?» не отвечал. Выйдя из душа уже похожим на человека, без волос во рту, они собраны в хвост на затылке, передние пряди спадают на лицо. Непривычно. Одевшись в своей комнате, парень заходит к Дазаю. тот сидит за столом в одних штанах и что-то сосредоточенно печатает на компьютере, хмуря тёмные брови. Чуя подходит сзади и осторожно обвивает его плечи со спины, утыкается носом в скулу и не может не улыбаться, когда чувствует, как парень расслабляется под его руками. Продолжая печатать менее агрессивно, Дазай улыбается и отправляет, закрывая после ноутбук. Он разворачивается к Чуе и засматривается на причёску Накахары. Раньше он не делал хвост высоко. Выглядит, как какой-то актёр или певец, звезда Голливуда. -Мы идём сегодня сначала на встречу с моим однокурсником, потом зайдём к Озаки-сан, - Чуя активно закивал головой. Передние пряди дёргались и попадали ему опять в глаза. Может, такой хвост был и не лучшей идеей. Дазай посмеялся и чмокнул парня в нос, поднимаясь с места, беря парня за руку. На кухне сидела Элис, болтая ногами, разговаривала по телефону, мерзко посмеиваясь, будто обсуждает что-то крысиное. Как только она увидела парней и их сцепленные руки, закатила глаза и демонстративно отвернулась, продолжая говорить о каких-то туфлях за баснословные деньги. За завтраком парни успели уже сразиться вилками, Дазай уже одержал победу, а белокурая девушка всё треплет языком, не замолкая ни на минуту. -Хорошо, я скоро приеду, Сасаки, - она откровенно посмотрела на Дазая. Тот в свою очередь широко распахнул глаза и уставился на неё, хмуря брови, Чуя не понял такой резкой перемены в настроении. – Пока-пока-а-а. Девушка повернулся полностью к парням и встала со стула, собираясь покинуть кухню. К полуобнажённому телу привык уже даже Накахара, попросту не обращая на это никакого внимания. -Мальчики, я ухожу на шопинг с подругой, - она кинула острый взгляд на Дазая и высоко подняла подбородок, будто выиграла в каком-то споре. Осаму изящно выгнул бровь и выпрямил спину, расправляя плечи. Девушка что-то буркнула и выбежала из кухни. -Осаму, - Чуя положил свою ладонь на сжавшийся кулак. Глаза заглянули в злое выражение лица парня. -М? – тот перевёл на него взгляд и смягчился, разжимая кулак и сплетая пальцы с Чуей. -Почему у тебя такая реакция на неё? Дазай тяжело вздохнул, но утаивать не собирался. -Сасаки учится со мной в универе, - Чуя кивнул, вспоминая имя, произнесённое Элис минуту назад, - Она, вроде как… бегает за мной. И я никогда не слышал, чтобы Элис знала её. Не знаю, может совпадение, но… - парень замолчал и перевёл взгляд карих глаз на рыжего, задумавшегося над его словами. -Но ты думаешь, Элис что-то задумала? – Осаму пожал плечами, устало прикрыв глаза, и откинулся на спинку стула. Хлопнула входная дверь, оставляя парней наедине. До встречи с Фёдором оставалось буквально полчаса, поэтому парни, тоже не теряя времени, быстро собрались и вышли из дома. -А зачем тебе на встречу? – Чуя шёл почти вплотную к Дазаю, осматриваясь кругом, думая, что именно этим путём парень каждый день идёт к своему университету. -Он хочет вернуть книги, так как потом не сможет, - просто ответил Дазай. -Книги? -По искусству, академическому рисунку и что-то там есть о теории цвета, - нахмуренные тёмно-рыжие брови заставили улыбнуться Дазая. Кафе находилось за огромным зданием университета, в многоэтажном жилом доме. Внутри довольно уютно, всё в неброских тонах. Мягкие бежевые диванчики, стеклянные столики, посетителей немного, играет тихая, спокойная музыка. Дазай сразу заметил приятеля за самым дольним столиком. Тот заказал чёрный чай без сахара и спокойно сидел попивал, пока не заметил Осаму и… кого-то рыжего. -Фё-ё-ёдор-кун! Приветик! – Дазай сел напротив, усаживая Чую рядом. Он чувствовал себя немного не в своей тарелке. -Добрый день, Дазай и…? – парень в белой ушанке посмотрел сначала на Чую, потом на Дазая. -Оу, это Чуя-маленький-человек-Накахара, мой… - парень было опомнился, замолкая на полуслове, но подумал, а почему собственно он должен скрывать это, - Мой парень. Чуя моментально выпрямился, ожидая реакции Фёдора, как и Дазай. Тот лишь устало – даже вымученно – улыбнулся. -Я догадывался, что паренёк, о котором ты болтаешь часами, не просто сожитель, - парень отпил горячий чай и перевёл взгляд с Дазая на Чую, - Я Фёдор Достоевский. Рад знакомству. Спокойная, безэмоциональная речь пробирала до костей. Накахара открыто улыбнулся в ответ. -Взаимно, - парень чуть кивнул и повернулся к Дазаю, сверкая голубыми злыми глазами. Он ткнул в него пальцем, - Ещё раз назовёшь меня «маленьким человеком», я тебе врежу. Достоевский усмехнулся, внимательно наблюдая за поведением нового знакомого. Довольно интересная личность для него. -У тебя рыжие волосы, натуральные? -Да, - парням принесли заказанный кофе и по десерту. -Это довольно редко для Японии, как и голубые глаза, - неотрывный взгляд глаз, отдающих фиолетовым оттенком, заставлял почти съёжиться и одновременно расслабиться. Странное чувство. -Мой отец американец, поэтому я не стандартный японец, - глоток кофе помог чувствовать себя немного лучше. – Фёдор… Ты из России или…? -Да, я родился в России и прожил там до восемнадцати лет, - он до сих пор не сводит глаз с рыжего. Дазай внимательно наблюдает за разговором этих двоих. -А правда, что там всегда стоит ужасный мороз? – Достоевский усмехнулся, прищуривая глаза. -Конечно, - вполне серьёзно ответил парень, делая глоток чая, - А ещё медведи по улицам ходят и водку с русскими пьют. Расширившиеся голубые глаза в неверии и шоке уставились на Фёдора, когда тот спокойно продолжал попивать свой чай, ведь для него это обычное дело, чего уж там. Дазай закатил глаза, цокнул и посмеялся, трепля волосы Чуи на затылке. -Он так шутит, Чуя, - кажется, парни услышали облегчённый выдох Накахары. -А если правда, каково там? И Чуя увлёкся рассказом – хоть и скудным, обыденным и безэмоциональным – о природе, о людях, о стране в целом. На все вопросы Достоевский отвечал в своей манере, но от этого менее интересно не становилось. Наоборот, Накахара спрашивал всё больше. Дазай несколько раз вставлял свои реплики или вопросы, но всё остальное время спокойно сидел, откинувшись на спинку дивана, и перебирал пальцами рыжие пряди. Когда Дазай рассказывал, как они познакомились пару месяцев назад, Чуя слушал во все уши, а когда Дазай с Достоевским начали дискуссировать на тему искусства, построения рисунков, не вставлял свои пять копеек, потому что казалось, что, если перебить их, они даже не услышат, лишь продолжат спорить и усмехаться мнениям друг друга. Они похожи. Невероятно похожи. Стилем общения, речами, схожими мыслями, теориями. Просидев в кафе около двух часов, они всё же вышли, разойдясь в разные стороны. Четыре книги, которые отдал Достоевский, Осаму закинул в рюкзак, и пара направилась в сторону дома Коё, обсуждая по пути, каким же человеком является Фёдор. И каково было удивление Чуи, когда Дазай открыто сказал: -Я понятия не имею, что творится у него в голове. Есть люди, в которых есть некоторая загадка, какой-то секрет, но… но Фёдор и есть сама загадка, сам секрет. Что у него на уме, известно лишь ему одному, и никому более. К таким людям тянутся, но их боятся. Замкнутость в своём мире, в своих мыслях ни к чему хорошему не приводит. Так считают люди, поэтому опасаются. Знаешь, - он остановился и встал прямо напротив Чуи, чуть наклоняясь, чтобы их глаза были на одном уровне, - Возможно, я себя накручиваю, но мне кажется Фёдор не тот, за кого себя выдаёт. -В каком смысле? – парень распахнул глаза, уставившись на задумчивое выражение лица напротив. -Ему нельзя доверять. Опустив глаза, Дазай пошёл дальше. До самых ворот они молчали, находясь в своих мыслях. Прежде чем входить, Чуя опять – наверно, сотый раз за день – набрал номер матери, слыша длинные гудки и никакого ответа. Войдя в дом, повеяло диким холодом, будто отопление не включали несколько дней, а дом совершенно пустует всё это время. Последний раз они были здесь в прошлое воскресенье, когда ходили в мастерскую, но Коё работала, поэтому увидеться не получалось и тогда. Но тогда она хотя бы отвечала на телефон. Обойдя все комнаты, кухню, ванные, оказалось, что дом действительно пуст. Абсолютно пуст. Никаких признаков присутствия человека даже несколько дней назад. Чуя не на шутку перепугался, начиная метаться по дому в поисках доказательств, что мама была здесь недавно. Просто у неё мало времени, чтобы как-то следить за состоянием дома. Нежилой. -Пойдём в офис Фукудзавы? – Дазай осторожно положил ладони на напряжённые плечи Чуи, - Огай сказал, что в его офисе она не появлялась, но на неделе говорила ему, что собирается разобраться в делах Юкичи, поэтому находилась там весь четверг, а потом перестала отвечать. Глаза ненастоящего цвета забегали по первому этажу, выискивая хоть что-нибудь, питая надежду найти подсказку, где Коё. -Я вызову такси, - Чуя кивнул и отошёл чуть в сторону, когда кареглазый говорил адрес диспетчеру. Через полчаса они уже стояли на четвёртом этаже, где и находился прошлый офис, в котором работала Озаки-сан. Вот только пусто здесь не было, как дома. По полу разбросаны бумаги, какие-то осколки, стулья, столы и кресла валялись по всему помещению. Все мониторы разбиты. Жуткий беспорядок, будто… здесь пронеслось торнадо, снося всё на своём пути. Что могло произойти? Коё говорила сыну, что в старом офисе перебирает документы и ищет какую-нибудь зацепку про Крыс, которая поможет им в будущем. Женщина что-то знала. Она определённо что-то знала, но не говорила об этом никому, собираясь самостоятельно докопаться до правды. Погром и никакой Коё Озаки поблизости. Всё, что увидели парни. Под завалами одной из стопок бумаги зазвонил знакомый рингтон. Чуя подошёл ближе, поднимая разбитый смартфон, замечая семьдесят четыре пропущенных от себя, сорок один от Дазая и восемнадцать от Огая Мори. Все оставались без ответа со вчерашнего утра. Какого чёрта здесь произошло!? -Чуя… - Дазай и сам в шоке, но видит, как начинает потряхивать Чую, как руки неконтролируемыми движениями начинают зарываться в волосах, как в глазах появляется отчаяние и безысходность, - Лисёнок, посмотри на меня, - Дазай подходит ближе, переступая осколки, берёт в ладони лицо Чуи и пытается поймать на себе его взгляд. Парень прижимает его к себе, чувствуя, как дрожащие руки обхватывают талию, а тело начинает содрагаться, будто в приступе истерики. Нет, только не это. Не сейчас. Дазай гладит рыжего по спине и говорит слова успокоения. В помещение забегают люди в спецодежде. Знакомой спецодежде. Это подчинённые Дазая. За ними заходят Мори Огай с Хироцу, тяжело осматривая обстановку, весь перевёрнутый с ног на голову офис. -Мы не нашли то, что искали, Дазай-кун, - Мори сжимает пальцами переносицу, от досады жмуря глаза, - И вы не найдёте. Коё сбежала со всем, что здесь было. Мы ошиблись.