Между Мирами

Она приходит в себя тогда, когда чувствует, что ее прилично укачало. Что случилось? Может, она перепила вчера, вот голова и кружится? И болит? Разлепить веки кажется непосильной задачей, но даже с закрытым глазами Флоренс понимает, что трясёт ее что-то из вне. Слышится цокот лошадей по каменной плитке. Она что — в повозке? И уже тогда, испугавшись, девушка резко подскакивает, принимая сидячее положение. Ее ведёт в сторону, но чья-то рука крепко удерживает ее от падения на пол кареты. Резкое торможение. Ржание лошадей. Экипаж стоит на месте. Блэкфайер замутнённым взглядом смотрит вокруг, и лишь затем он фокусируется на лицах. Прямо перед ней двое мужчин и девушка. Ее лицо кажется очень смутно знакомым, словно она уже видела ее на празднике. — Что… кто… Фло пытается задать вопрос, но каждое слово отдаётся болью в затылке. Один мужчина, в шляпе, смотрит на нее хмуро, и его недобрый взгляд пугает. Второй мужчина — полноватый и в очках. Держит в руке подобие.. камня? Вдруг открывается дверь кареты, внутрь проникает белый дневной свет, и внутрь заглядывает третий мужчина. Темнокожий, с торжествующе-нагловатым видом. Все они смотрят на Флоренс, которая пытается снова пошевелиться, но чувствует болезненные путы на руках. Что происходит? Последнее, что я она помнит — разговор между ней и матерью Дарклинга. Затем она отправилась его искать и… — Вы очень глупы, если решились на похищение, — еле хрипит девушка. Она попыталась сосредоточиться, чтобы телепортироваться, но внезапно ощутила пустоту в том месте внутри себя, где раньше была энергия. Что за?.. — Я бы так не торопился с выводами, — обаятельно улыбается темнокожий парень, кивая на мужчину в очках. — Магнитное поле, — горделиво поясняет очкарик и крепче сжимает камень в своей руке. Камень — магнит. Должно быть, он действует примерно тем же способом, что и купол, что не давал Флоренс покинуть Равку, вот только в непосредственной близости от магнита она не могла переместиться вообще никуда. Она думает отбиваться, кричать, но сталкивается взглядом с молчащей девушкой, глаза которой были очень выразительны и буквально вопили о том, что, если Блэкфайер хоть дёрнется, все будет очень, очень плохо. — Сменим лошадей, и едем дальше, — обращается темнокожий парень к, видимо, своему боссу. Тому хмурому мужчине. — Нам ещё пересекать Каньон. Им.. что? Именно эта фраза действует на Флоренс, как удар кнута. Она максимально резко и неожиданно брыкается, ударяя каблуком туфли очкарика с магнитом в руке, и отталкивается от сидения кареты — падает прямо на того парня, что стоял в дверях. Девушка с выразительными глазами делает рывок вслед за Флоренс, надеясь вернуть ту внутрь кареты, но блондинке повезло — похитители остановились в неизвестном ей городе рядом с каким-то базаром. Вокруг сновали люди, и теперь Флоренс завопила во все горло: — Помогите! Несколько мужчин обернулись. Перед ними предстала картина: валяющаяся на земле Блэкфайер, и темнокожий парень, пытающийся затолкать ее обратно в экипаж. Верно решив, что девушка в беде, некоторые из прохожих ринулись ей на помощь. — Эй, что тут происходит? Святые, спасибо, что на свете ещё остались участливые граждане! Завязывается перепалка, в ходе которой Флоренс удаётся подняться на ноги. Руки ее связаны, но бежать.. Бежать она может. Едва не заплетаясь в собственной юбке, она задыхается, надеясь не потерять сознание, и несётся вдоль рыночных прилавков мимо ничего не понимающих граждан. Она знает, помнит, что Дарклинг оставил в ней частичку тьмы, благодаря которой он всегда сможет ее найти. Перемещаться она по-прежнему не может — слишком слаба сама, и влияние магнита тоже ещё не ослабло. Ее платье привлекало слишком много чужого внимания, и, стоило ей завернуть за угол на другую улицу, Фло врезалась в какого-то мужчину, что, взглянув на ее декольте и связанные руки, тут же омерзительно облизнулся. Как животное. — И откуда ты к нам такая? — Извините, — Флоренс склонила голову и попыталась пройти мимо, когда мужчина схватил ее за плечо и дернул на себя. — Нет-нет-нет, ты пойдёшь со мной, — оскалился он, таща вырывающуюся и брыкающуюся девушку в двери таверны, из которой до этого и вышел. Пожалуйста, генерал, найди меня скорее!

***

След девушки слышался на западе. Туда генерал и его люди и направились. Чем ближе становился Балакирев, тем Кириган отчетливее понимал, что след Флоренс — здесь. Ему мешало что-то видеть ее отчётливее, но он все же чувствовал, как тьма притягивает его. — Прочешите местность, — отдал он приказ солдатам, а сам, спешившись, в компании Ивана, пошёл в сторону города. На рыночной площади Иван начал опрашивать торговцев, называя им приметы пропавшей, в сам генерал, повинуясь тьме, двинулся прочь, и… Узел на запястьях ослаб, позволяя Флоренс освободить руки, но схвативший ее мужчина все равно был сильнее. Из таверны, куда тот пытался ее затащить, слышался гогот, видимо, таких же уродов, как он сам, так что помощи было ждать неоткуда. Неоткуда… Или она ошиблась. Дарклинг услышал ее голос. А потом — крик. Он увидел, как какой-то плебей тащит упирающуюся Флоренс куда-то, и из кончиков его пальцев заструилась тьма. Он взмахнул руками и крестьянина разрубило на две части. Кровь хлынула фонтаном заливая собой все — землю, стены таверны, Флоренс, к которой генерал тут же протянул руку. Флоренс не успела ничего осознать. Вокруг все потемнело, а затем послышался чавкающий звук разрезаемой плоти. Кровь хлынула во все стороны, напоминая фонтан. Металлический привкус обосновался даже во рту. То, что осталось от нападавшего, странно качнулось, чтобы затем сразу распасться на части. Блэкфайер, все ещё не оправившаяся от удара по затылку, почувствовала, что ее сейчас стошнит. Но тут она услышала голос. Его голос. — Пойдём отсюда, — сказал Дарклинг, и голос его не выражал ничего, — Пойдём же. Генерал. Он призвал Фло уходить абсолютно бесцветным, стальным тоном, и она, поражённая, замерла. Замерла лишь потому, что не могла поверить, что этот кошмар кончился. Она правда видит его перед собой? Это не какая-то дурацкая галлюцинация? Она замешкалась, и Кириган притянул ее к себе, не боясь испачкаться в крови. — Ты, что, боишься меня? Так, может быть, Багра права? — Издеваешься? — Флоренс почти что истерически хохотнула, а в следующую секунду чуть ли не с радостным писком повисла на шее генерала. Он нашёл ее. Нашёл. Кровь стекала по стенам, и в воздухе повис тяжкий аромат железа. Он забивался в ноздри, ощущался во рту чем-то неприятно густым. Никогда Дарклинг не обращал внимание на запах чьей-то крови, в сейчас обратил, сам не зная почему. Он смотрел на девушку и не мог наглядеться. Даже желание скормить ее волькрам куда-то пропало. Если она, действительно, сбежала он сделает это позже. Не сейчас, а тогда, когда узнает все то, что ему надо. Однако все пошло не по плану. Флоренс в буквальном смысле слова падает в его объятия. — Что случилось? — наконец спрашивает Дарклинг. — Какого черта происходит? — Это было ужасно, — начала бормотать девушка в шею Киригана. — Я не знаю, кем они были, но, кажется, они нехило огрели меня по голове во дворе. Я очнулась в карете, и там был мужчина, который сдерживал мои силы магнитом. Что им всем нужно от меня? Наконец, почувствовав себя в безопасности, Флоренс смогла расслабиться и дать волю слезам. На истерику то не походило, но отчаянные всхлипы было не подавить. — Я так ждала, когда ты меня найдёшь. Забавно, но некоторая деспотичность ее будущего мужа в итоге сыграла им на руку. Если бы тогда, в библиотеке, он не оставил на ней метку, то неизвестно что бы сейчас с ней уже сделали в этой таверне. И за всем этим фарсом Флоренс даже и думать забыла о том, что ей наговорила мать Александра. Нет, конечно, это было важно, но важнее сейчас было вновь оказаться в его руках, чтобы больше никогда, никогда его объятия не покидать. Фло слегка отстранилась, посмотрела генералу в глаза. — Поехали домой, пожалуйста. Он осторожно повёл ее вверх по улице, обнимая за плечи. Вскоре их уже встретили гриши из Второй армии. Они окружили генерала и его невесту, чтобы без лишних проблем доставить их к экипажу Киригана. И только, когда мужчина и женщина сели туда, к генералу подошёл Иван. — Докладывай. — Один из группы был убит, — начал тот. — Но вот другие… — Что же? — с легкой злой улыбкой поинтересовался Дарклинг. — Им удалось бежать. — Очаровательно. Может быть вы будете наконец исполнять то, что вам приказывают? С мгновение Дарклинг смотрел на сердцебита. Смотрел так, словно желал растерзать его. Но затем просто скрылся в глубине экипажа. Она все ещё дрожала, когда Дарклинг усаживал ее в карету. Все же этот мир был опасен — ни в каком из предыдущих, где она бывала, никому и никогда не удавалось блокировать ее способности. А здесь — сначала злосчастный купол, а теперь и вовсе какой-то идиотский магнит. Генерал сел напротив Флоренс, и она тут же ощутила нехватку тепла его тела — почему так далеко? — Расскажи мне поподробнее о том, что случилось, — попросил он девушку, когда экипаж тронулся. — Я говорила с твоей матерью. Блэкфайер внимательно следила на взглядом Киригана. По лицу Дарклинга прошла судорога. Обычно он хорошо держал себя в руках, но сейчас ему было до того неприятно, что он даже не сдержал себя. Значит Багра не только наготовила Флоренс всего, что могла, но и солгала ему, сказав, что та сбежала. Проклятая старуха. — Она сказала, что ты — и есть тот самый Чёрный Еретик, создавший Тенистый Каньон. И живешь уже очень долго. Вообще-то, из всего рассказала Багры Фло сделала лишь один неутешительный вывод, о котором тоже поспешила сообщить. — Если ты способен жить вечно, то что будет с нами? — голос дрогнул. — Я ведь не бессмертна. Конечно, может, глупо было торопить события и рассуждать об этом сейчас, но, тем не менее, в свете последних событий это казалось очень важным. Однажды она постареет, умрет и оставит его одного. Ее даже больше волновала не собственная смерть, а именно факт, что Кириган останется в одиночестве. Карета катила вперёд. Рядом с ней ехали гриши из личного отряда Дарклинга. На этот раз он позаботился об исключительной безопасности для себя и своей невесты. Вряд ли он бы потерпел второй подобный промах. Кириган думал над тем, что он все пустил на тормоза — даже обучение Флоренс рукопашному бою. Она должна учиться защищать себя сама, так как ее сила была крайне специфична. Конечно же он увеличит защиту, и теперь она никогда не останется одной. Тем не менее — его будущая жена должна уметь дать отпор тем, кто захочет ее убить. А таких будет не мало. То, что произошло сейчас, всего лишь первая ласточка. Перед ним теперь стоял выбор — подтверждать или не подтверждать слова матери. Но в итоге Флоренс вдруг сказала ему о возрасте, и это ударило по мужчине флэшбеком из прошлого — Люда точно так же беспокоилась об этом , а он пытался переубедить. А потом они поменялись ролями. Люда… — Не думай сейчас об этом, — глухо сказал он. — Я не хочу… В смысле, мы попробуем решить эту проблему. Обязательно. Кажется, генерал желал обсудить немного иную сторону вопроса. И вновь вздох со стороны Флоренс. — Слушай, я ничего не знаю о вашей политической ситуации, но я знаю вашего царя и не особо верю, что с таким правителем у Равки может быть светлое будущее. Только не с жирным ребячливым насильником. Я верю тебе и.. Я думаю, что, какую бы цель ты не преследовал, это пойдёт на благо. Ну не может она выдержать расстояния — даже в метр. Девушка поднимается со своего места и переживается к Киригану, беря его руки в свои. — В любом случае, я на твоей стороне. Он не сказал ей прямо: «Я чёрный Еретик», но это было очевидно. Как так же очевидно и то, что мужчина был шокирован и обрадован словами Флоренс. Тьма живущая в сердце генерала радовалась и пела. Ее не только узрели. Но и признали, а это много стоит. Очень многого. — Я думал ты не поймёшь, — Дарклинг прижал ее к своей груди. — Это очень трудно осознать. Он поцеловал Флоренс в губы. Легко, быстро, словно вздох. Эта женщина — подарок небес, не иначе. — Будешь, значит, помогать мне завоевать Равку? Это было сказано в шутку, но… На самом деле, Флоренс не всегда была беспечна и иногда все же держала ухо востро. Например, когда дело касалось каких-то интересных сплетен и слухов. Она внимала так же и все, что ей говорила о Равке Женя. Девушка прекрасно знала, что Дарклинг — второй по значимости человек во всей стране. Теперь лишь получила подтверждение своему предположению, что реальным правителем является именно ее будущий супруг, умело дёргая царя за ниточки. Так что, если, по сути, Равкой и так занимается генерал, то разве что-то изменится, если он станет делать это публично? Страна бы точно давно загнила, если бы не он. Так же точно Флоренс знала и о том, что именно благодаря ему гриши здесь имеют столько высокое положение. Она не видела злого умысла в том, чтобы и дальше развивать государство. — Знаешь, в моей парадигме восприятия отношений партнёры всегда поддерживают друг друга, — изрекла Блэкфайер в ответ после быстрого, лёгкого поцелуя. Поможет ли она в завоевании? — Конечно, я помогу, — улыбнулась Фло, закидывая свои ноги на колени генерала. — Может быть, мне впервые в жизни предоставился шанс сделать что-нибудь значимое. Флоренс, и правда, менялась рядом с ним. Она была уже не настолько легкомысленна, сколь раньше. Ее уже не прельщала мысль о том, чтобы потратить свою жизнь на одинокие странствия по чужим мирам. Ей нравилось чувствовать себя с Дарклингом единым целым и разделять его убеждения и цели. Она все это делала отнюдь не из тщеславия, но все же в голове мелькнула забавная мысль: если он сам займёт место царя, то и ей положена корона? Блестящие штучки Флоренс очень любила. Похитители не успели увезти ее далеко от Ос Альты, потому обратно во дворец Фло и Киригану удалось вернуться за какие-то пару часов, после чего девушка тут же направилась в ванную, отдав приказ служанкам, чтобы добыли ей горячей воды. Кровь того крестьянина успела запечься на ее коже, и теперь приходилось с неприязнью ее отковыривать. И затем, набросив на плечи все тот же халат генерала, она вернулась в их покои. У неё, конечно, уже были тут и свои вещи, но Фло не могла отказать себе в удовольствии носить именно его. Самочувствие все ещё было слегка странноватым, так что девушка плюхнулась на кровать и погрузилась на какое-то время в беспокойную дрему, проснувшись от звука открывающейся двери. Дарклинг вернулся.

***

За его невесту предложили миллион крюгге. Эту информацию получил Дарклинг после того, как вернулся в Малый дворец, и окунулся в искусственно созданный круговорот из сплетен и доставленных ему новостей. Он ожидал, что подобное возможно, так как шуханцы, фьерданцы и керчийцы вряд ли могло упустить своё в этом стечении обстоятельств. Генерал женился. Проклятый Кириган обзавёлся слабым местом. Теперь все главы этих государств спешили ударить по нему первыми. — Иван, — Александр стоял перед мужчиной и задумчиво глядел в сторону, — Нам нужно окружить Флоренс самой лучшей охраной. Самой лучшей и верной. Ко всему прочему позаботься о том, чтобы лично проинспектировать всех ее слуг. — Так точно, генерал, — Иван все ещё чувствовал себя виноватым за то, что те трое сбежали и потому выражал как можно более ярую готовность на все. — Можешь идти. Сам Кириган устремился в спальню. Флоренс спала, и потому генерал принялся раздеваться сам, без помощи слуг. Однако когда он расстегнул ворот кефты, он почувствовал на своих плечах ее руки. Сладко потянувшись, девушка поднялась с кровати и подошла к мужчине, чтобы схватить его в кольцо рук. — Захват власти — это, конечно, хорошо, — лукаво улыбнулась она. — Но я хочу.. нет, требую пышную свадебную церемонию. Раньше бы Флоренс презрела подобное, но ей слишком нравилась местная культура. То не должно быть похожим на типичное бракосочетание в Нью-Йорке. И ей вдруг казалось очень важным скорее связать себя официальными узами с Дарклингом. Привязать себя к нему любыми возможными способами. — Насколько пышную? — с улыбкой уточнил Кириган. — Всю в золоте или как в том ночном клубе, где мы отдыхали? Это было бы забавно. — Прости, что снова затрагиваю эту тему, но тебе необходимо соблюдать меры безопасности. Например, почему ты не носишь кефту? Если ты не знаешь, то ее не пробьет пуля. Если тебе хочется выделяться — выделяйся моим цветом. Он повернулся к ней. Не злой, в скорее смешливо сердитый. — Ну-ка покажите мне эту плохую девочку, — Кириган поднял Флоренс на руки и шепнул на ухо. — У тебя будет такая свадьба, какую ты только захочешь. Его дыхание на вкус отдавало эвкалиптом и тьмой. Он поцеловал ее сейчас особенно проникновенно. Она приняла его мерзость.