Между Мирами

Некоторые люди стоят сто крюгге, за некоторых отваливают тысячу. Невеста генерала Киригана стоила миллион. Эту цифру ему назвал купец Ван Эйк, заявив, что когда на кону такая сумма, то лучше поспешить. Мистер Каз Бреккер криво ухмыльнулся — он не спешил, но делал все вовремя. Из всей банды «Отбросов» он выбрал двоих — Джаспера и Инеж. Первого за меткие пули, вторую за ловкость. То, что нужно, чтобы похитить миллион. — Это почти политика — украсть невесту генерала Равки, — глаза Джаспера весело блеснули. — Тебе не кажется, что нам рано в политику, босс? — Не кажется, — хрипло, холодно бросил Бреккер. — Лучше заниматься политикой прежде, чем политика займётся тобой. Сложно спорить. Особенно, когда на кону миллион. Они нашли проводника, который за энную сумму согласился перевести их через каньон. Про себя Бреккер сделал зарубку о том, что нужно поискать себе знакомства среди физиков института в Кеттердаме, ибо проводник с лёгкостью обходил ловушки гришей именно благодаря физике. Вот тебе и Малая Наука. По счастью им удалось пересечь каньон без лишних потерь, а так же пробоваться на территорию Большого дворца — исключительное мастерство Инеж стало ключом к золотым дверям. И теперь, стоя в костюме слуги, Каз цепким взором следил за добычей — а ее не трудно было узнать, ибо невеста генерала была одета столь необычно, что любой бы заинтересовался. Нужно было просто подождать.

***

— Пошли со мной, девочка. — Простите?.. Флоренс попыталась вывернуть собственную руку, но старуха не позволила ей этого сделать. — Ты должна кое-что знать, — тихим тоном начала она, приблизившись к Фло почти вплотную. — Насчёт своего будущего мужа. Хах! Прям так она и повелась. Блэкфайер уже было хотела разозлиться и воспользоваться своим даром, чтобы сбежать от этой женщины, когда она вдруг прямо перед ее лицом предъявила на ладони крохотный клубок тьмы. Конечно, Багра сделала это специально, понимая, что девчонка догадается и сломается. Только семья Киригана могла управлять тьмой. — Вы его мать? — внутри все задрожало из-за банального мирского страха перед свекровью. Флоренс удивлённо распахнула глаза и сразу же смягчилась, боясь произвести дурное впечатление. О матери Александр ей тоже не собирался рассказывать? Обидно вообще-то. Но ладно, главное сейчас — не опростоволоситься. — Да, конечно, пойдёмте, — Фло натянула улыбку и последовала за женщиной по коридору в сторону выхода из дворца. Вопреки ожиданиям Флоренс, они с матерью Дарклинга не вышли просто на улицу. Женщина открыла какой-то секретный проход, повела ее через плохо освещённые катакомбы, напоминающие подземелье. Или это оно и было? С каждой секундой пути уверенность Фло таяла, но она подогревала себя тем, что лишь семья Александра могла управлять тьмой. Значит, женщина не врала. Но все же.. — Что происходит? Наивность Блэкфайер в эту секунду не знала границ — она даже успела подумать, что просто настолько не понравилась матери будущего мужа, что та решила ее хлопнуть. Может, все-таки стоит переместиться обратно в зал?.. — Даже не думай, — Багра остановилась и резко обернулась, пригрозив Флоренс пальцем так, словно она прочитала ее мысли. Блондинка опешила, ощутив отчего-то дикий стыд. Женщина двинулась дальше, ожидая, что невеста сына пойдёт за ней, и все же начала свой рассказ: — Что он тебе наплёл? Что хочет помочь Равке и гришам? Девочка, он тобой манипулирует. Обещает светлое будущее с ним, но, на самом деле, вас ждёт впереди лишь тьма. — Простите, но с чего вы взяли? — даже как-то оскорбившись, Флоренс засопела. Тем временем, Багра отперла дверь, в которую упирался коридор, и провела Блэкфайер внутрь. — Я понимаю, что могла не понравиться вам, потому что-то я чужеземка, но.. — Да не в этом дело! — женщина резко обернулась, теряя терпение. — Что он говорил тебе о Каньоне? — О, эту историю я знаю. Я знаю, что один из ваших предков создал его, и теперь Александр пытается… Но Багра перебила ее: — Александр пытается расширить его. Он — и есть Чёрный Еретик. Он живет уже не одно столетие, постоянно прикрываясь разными именами. Это тоже абсолютно не шокировало блондинку. Она знала, что сильные гриши могут жить очень, очень долго, а вот информация о Чёрном Еретике… — Это не правда, — сложила руки на груди Флоренс, недовольно сведя брови. — Он говорил тебе о волькрах? О том, что все они прежде — люди? Багра наступала все ближе, но в какой-то момент остановилась и резко развернулась, направляясь вглубь помещения. Она подошла к какому-то полотну и сдернула с него старую, пыльную ткань. Прямо перед Флоренс расцвело изображение Дарклинга. Картина. Шестерёнки активно заскрипели у неё в голове. Да, Александр не раз недоговаривал правду, но.. — И зачем по-вашему это ему нужно? — Укрепить свою власть, неужели ты не понимаешь? Какую-то совсем тугую на голову он выбрал девку. Тем временем, Флоренс впилась взглядом в портрет. Нет, ну а что? Александр был на нем хорош. — С твоей помощью он собирается не упразднить каньон, а расширить его, — настаивала Багра. — Ты не понимаешь, за кого собралась замуж. И.. и что? Блэкфайер, возможно, перебрала с квасом, но она искренне не понимала, что не так. Да она даже толком не знала ничего о политической ситуации в Равке. Знала только то, что у них крайне мерзкий царь, который, по сути, регулярно насилует Женю. Да, Александр — тоже иногда не подарок, но он точно знает, что делает. Тем более, раз так долго живет. Ну, создал каньон, и что теперь? В голове Фло внезапно сложилось «два плюс два». Дарклинг рассказывал ей, что потерял женщину, которую любил. А в Нью-Йорке он погасил свет на всей улице, когда они поссорились. Что, если это вовсе — случайность? Что бы там ни говорила его мать, Флоренс не верила, что любящий ее мужчина может быть злом. Да, в нем определенно таилось временами что-то очень, очень тёмное, но… У него должны быть свои цели. Если вдруг эта женщина думала, что Флоренс теперь сбежит в ужасе, то она очень, очень сильно ошибалась. Как минимум — она должна поговорить с Дарклингом, дать ему шанс рассказать все самому. Это будет честно и правильно. А потом уже они вместе решат, что делать. Потому что так и поступают партнёры. Так и должно быть в здоровых отношениях. Блэкфайер понимала, почему он мог от неё это утаить — боялся напугать. Это логично. Вот только ей не страшно. Флоренс ещё раз с недоверием посмотрела на его мать. — Не желаю ничего слушать. И затем… — Стой! — Багра шагнула вперёд, пытаясь схватить ее за руку, но было поздно. Фло перенеслась на задний двор дворца. Так, все. У неё уже голова пухнет. Надо вернуться в бальный зал, найти Дарклинга и.. Вдруг она ощутила тупую боль в затылке, и дальше все погрузилось во тьму.

***

Алая лента обвивала хрупкое тело сулийской акробатки. Она вращалась на ней, спускалась вниз, то поднималась вверх. В Большом дворце всегда устраивали роскошные праздники, но этот превзошёл всякие ожидания. Должно быть, чтобы порадовать царицу. Столы ломились от угощений, а гости могли похвастаться роскошными нарядами, которые сияли в свете свечей. Воск капал на пол, и в воздухе пахло розами и сладким сахаром. Роскошь. Каз Бреккер ценил ее. Ведь роскошь означало лишь одно — деньги. Он любил деньги больше всего на свете. Ибо деньги дарили свободу — ключ ко всему. Грязный мальчишка из Бочки как никто понимал, что без денег нельзя получить ничего. Его ждал один миллион крюгге. Силой воли сдерживая хромоту, Каз крался за невестой Киригана не привлекая к себе внимания. Ещё немного и он подойдёт к ней и скажет, что ее ждёт генерал и он проводит ее, в там… Все идёт по плану. Нужно было торопиться до прихода Киригана. Однако... К цели подошла какая-то старуха и потащила ее за собой. Черт бы ее побрал! Идти за ними Бреккер не мог, поэтому он сделал знак Инеж, которая болталась под потолком. Сулийка почти сразу же закончила номер и поспешила выполнять план Б. …Который не увенчался успехом, так как цель пропала. Словно провалилась сквозь землю. Такого поворота Бреккер не ожидал. В его фантазии не было старухи и тайных ходов, и эта деталь заставила его сжать губы в тонкую линию. — Спускаемся вниз и попробуем следить с нижнего этажа. А что он мог ещё предложить? Он ведь не знал, что в это время Джаспер, заправляя экипаж под видом элегантного кучера не менее элегантной дамы, отошёл в сторонку, чтобы отлить, и каким-то чудесным образом узрел явление невесты генерала из ничего. Земенец был легкомыслен, но не был глуп. Он сразу просек, что цель босса от него усвистала. Так-так. Ему не нужно было лишних движений — шаг, удар рукоятью револьвера по голове, и вот уже невеста в его руках. — Вот так милочка, — Джеспер уложил девушку в экипаж и связал ей руки. Скорее бы босс явился. — У меня тут курочка в панировке, босс, — показывая ровные белые зубы пропел земенец. Бреккер был хмурым, когда явился, и сейчас остался таким же. Лишь по огромным глазам Инеж было понятно, что Каз доволен тем, что случилось.

***

В письме не было ничего существенного, однако то, что узнал генерал, в итоге скорректировало его планы. И так, беспорядки на границе. Призывы к свержению властей. Эти доказательства помогут доехать царю, что нужно действовать жестко и наверняка. А пока… Пока генерал снова оказался в центре праздника. Вот только найти свою невесту он никак не мог. Может быть Флоренс решила пойти к себе и отдохнуть? Странно, это на неё не похоже. Уходить из зала Кириган не спешил, но какое-то тяжкое чувство внутри него заставляло его думать о самом плохом. Она исчезла. Она больше не вернётся. Чушь! Но в эту пугающую чушь иногда хотелось верить. Просто потому, что она кормила его чудовище, которое начало просыпаться. Ему нужно ее найти. Но ее не было ни в зале, где уже собрались все приглашённые гости. Ни в их покоях, где, по словам слуг, госпожа не появлялась уже давно. Ни в его кабинете. Это походило на какой-то страшный и изматывающий сон, в котором Кириган блуждал и не мог найти выхода. Он почти сразу же отдал приказание Ивану и Фёдору искать Флоренс, а сам решил выйти в дворцовый сад — возможно девушка решила подышать свежим воздухом? Однако там генерал ее тоже не обнаружил. Он чувствовал, что девушка находится на территории Равки, однако по какой-то причине ощущал это недостаточно сильно. Значит она здесь, рядом. В обратном случае девушка бы сбежала в свой мир. Дарклинг настолько был погружён в свои мысли, что даже не заметил, как со спины к нему подошла Багра. — Ждёшь, что она придёт? — поинтересовалась женщина, глядя на сына в упор. Кириган не вздрогнул, но выражение лица генерала выдавало его настроение. — Какое тебе дело? — грубо спросил он. — Мне есть дело до нашей семьи. Тебе не стоило бы брать в жены слабую женщину. — Что ты хочешь сказать? — То, что что есть. Эта женщина слишком слаба, чтобы знать правду. И одновременно сильна, раз решила уйти. — Что ты сделала? — То, что была должна. Лицо Дарклинга побелело в эту минуту. Нет, этого не могло быть. Флоренс не могла уйти. Просто так — не могла. Это было бы глупостью, а Флоренс не была трусливой. Она бы обязательно поговорила с ним. Иначе и быть не могло. К тому же, он определенно чувствовал ее здесь, в Равке. Если бы женщина ушла, она бы ушла в свой мир. — Я не знаю, что ты сделала, — прошипел он, — Но ты не дождёшься того, чего хочешь. Развернувшись, Дарклинг ушёл. Нужно взять людей и отправиться на поиски. Она не может быть слишком далеко. Тем не менее, слова матери тупой иглой засели в его сердце. Она не может быть права. Она лгала, как делала это огромное количество раз. Вот и с Флоренс она обманывала его. Заставляла поверить в то, что девушка его предала. Но злость — та самая, что создала Тенистый каньон, та самая, что пожирала огни Нью-Йорка, начинала гнездится в его сердце. Если это так, то Флоренс пожалеет. Ему чуждо милосердие. Он никогда не был милосердным и по отношению к Флоренс не будет. Он лучше скормит ее волькрам и будет оплакивать, чем отпустит на свободу.