Гробница со светлячками

В Бездне тяжело следить за течением времени, Аякс даже не может быть уверенным в том что оно вообще течёт. Тут нет жизни, нет восхода солнца и пришествия луны, только мрак. Всякий неокрепший ум, которого угораздило попасть сюда, ждёт безумие и смерть, мучительная смерть. Нельзя даже с точностью сказать если это место реально, а не очередная иллюзия и обман. Но проще ведь не думать над этим. Какая разница, если он давно уже не человек, уже сто лет как не скучает по чьим-то тёплым прикосновениям, и давно позабыл всю красоту звёзд на ночном небосводе. Живёт лишь сражениями и битвами, упрямо заглатывает свою же наглую ложь и продолжает мучиться и извиваться в грязи. Ведь… ведь он привык. Что ему ещё остаётся? После того как его наставница обучила нужной мудрости для сохранения жизни в подобной среде и оставила его, маленькому, только окрепшему мальчику ничего не оставалось кроме как нести за собой её наследие, наследие Скирк. Однажды, когда он станет достаточно сильным, она снова объявится и бросит ему вызов, но не сейчас. Сейчас ещё рано, несмотря на то сколько времени прошло с тех пор. С времён, когда Аякс оставил мир людей и погрузился во мрак, настолько глубоко, что даже позабыть успел о давней жизни на поверхности. Он забыл что у него всё ещё есть семья, которая навсегда потеряла дорогого сына и брата в лесу, родные, которые до сих пор ищут и скучают по нему. Эти воспоминания медленно перетекли в стальные, необъятные шипы, сделав рыжего самым сильным и выносливым человеком из всех возможных. Всё что он помнит это речь, пища, чтение, и собственное имя… воин, которого наставница Скирк прозвала Тартальей чуть было не забыл собственное имя. А это, на данный момент, самое ценное что у него есть. Аякс сейчас медитирует, стоя в позе лотоса на холодной поверхности земли, пытаясь очистить свой разум. Конечно, сильного воина отличает не только физическая подготовка, но и духовный настрой, и хоть последним голубоглазый и может пренебречь, совсем не означает что не уделяет внимания. Трудно достичь спокойствия, как же трудно, но тут, ощущение что у тебя всё время во вселенной. Звёздный плащ развевается на ветру, доспехи медленно вздымаются от глубоких вдохов, и перед глазами возникают знакомые тёмные тучи. Она пришла. Аякс первый поприветствовал пришедшую, размеренной фразой: — Я ждал тебя. Принцесса бездны обещала прийти, и она пришла. Всё такой же холодный взгляд, и даже ни следа улыбки на таком красивом лице, с мягкими и женственными чертами. Блондинка протянула руку и проговорила: — Следуй за мной. Рыжий встал, медленными шагами подходя к ней, спросил: — Куда мы идём? Портал за спиной Люмин увеличился в размерах, но она также продолжила держать протянутую руку, ожидая что голубоглазый возьмёт её, что он в конечном счёте и сделал, немногословно повернулась к порталу, и потянула за собой и нового компаньона. Несколько мгновений, и они оказались в совершенно другом месте, перед огромным зданием, похожим на церковь, чёрного цвета, с тёмно-лиловыми кружевными шторами. Принцесса отпустила его руку и спокойно пошагала вперёд, оставив рыжего в лёгком недоумении, но второй быстро собрался и догнал её. Это почти ничем не отличается от остальной бездны, тот же мрак, тьма и холод, потрескавшиеся стены забиты до отказа отчаянием и болью. Аякс смотрел сначала на здание, потом в спину блондину, если приглядеться, то женские плечи слегка подрагивали. Интересно, от холода? Или от исходящей отовсюду боли? Или же ему только кажется? — Что это за место? Люмин не сдержалась и цокнула языком. — Ты всегда такой любопытный? — Не то чтобы. Скорее бдительный. Мало ли в какую ловушку меня сейчас заманивают. Желтоглазая не переставала идти, но сменила темп на более быстрый. — Я не тащу тебя силой. Если не веришь мне, можешь уходить в любой момент. Закрытая и прямолинейная. Интересно. После этой фразы, прошли всё расстояние молча, оба в раздумьях. Блондинка открыла дверь, посмотрела на компаньона через плечо, затем молча вошла. Голубоглазый сначала быстро оглядел здание изнутри, опустил голову, чтобы не удариться у входа, так и проследовав за ней. Дойдя до определённой точки, воин остановился, а блондинка осталась рядом с большим, красивым алтарём. Повсюду в комнате разбросаны засохшие, почерневшие розы, и она, наконец, заговорила: — Отвечаю на твой первый вопрос, человек. Это церковь, священное место где люди приходили с пожеланиями о здоровье и процветании. Где провожали своих близких в мир иной. Где заключали любовные узы, браки. Тот удивлённо моргнул, пристально наблюдая за белобрысой, и как она выглядит под слабые, красные лучи. — Так вы для этого позвали меня тут? Уже успел вам понравиться? Люмин почти никак не отреагировала на эту глупую шутку, лишь вытянула руку и спросила: — Как тебя зовут? — Моё имя? — Твоё имя. Его имя. Тарталья улыбнулся, сверкая голубой орбитой на чудовищной маске, томно прохрипел в ответ: — Нет. Мне нравится это обращение, и заносчивый тон с которым вы произносите. «Человек». Девушка просто хмыкнула, убрала руки за спину и поинтересовалась: — Зачем скрываешь его? — Свои причины. Какой загадочный. Но принцесса таких раскалывает в одно мгновение, и всё же проявление характера с чьей-то стороны это не так уж и плохо. Пускай будет так, скажет когда будет готов. — Лучше назовите мне своё имя. А вот это уже интересно. Даже нечестно получается, сам отказался представляться, и задаёт такой вопрос? Белобрысая моргнула, слегка подрагивая ресницами, и промолвила: — Последний раз когда кто-то звал меня по имени, я услышала. Люмин. Почему стоящий рядом почувствовал какую-то перемену в ней, хотя лицо осталось таким же терпеливым и смиренным, что изменилось? И что она имеет ввиду под «в последний раз»? — Люмин… Рыжий попробовал произвести, имя легло подобно мёду на его языке. Красивое, подумал он про себя. Зачем-то поставил эти глупые рамки, обращался к ней официально, которые сейчас так же случайно решил убрать. — И когда же к тебе обращались в последний раз, Люмин? Если не секрет. Она промолчала, давая ненадолго воспоминаниям заполнить голову, да и всё существо о тех временах. Дальних, дальних временах. Затем задумчиво опустила голову и выдала: — Давно. — Можно ведь просить своих слуг. ах, простите, последователей называть по имени. — В этом нет нужды. Опять молчание. Аякс гармонично перевёл тему, прерывая его: — И это место как-то связано с тобой? Или с целями бездны? — Да, как я уже говорила, это священное место. Оно совершенно, как и народ построивший его, но увы, у этой церкви есть один большой изъян. Можешь сказать какой? Она сейчас спрашивает насколько он знает историю? Не так много, будучи мальчишкой, рыжий слышал разные истории и легенды, исходящие из самых разных точек Тейвата, и что-то всё-таки слышал о жившим когда-то народе, Каэнри’ах, который разозлил богов и в следствии исчезли. Не знал насколько это правдиво, и почему вдруг вспомнил старую сказку, но это первое что пришло на ум. Но принцесса перед ним не может толком и прочитать эту идею на его лице, которое скрыто маской. Но какой недостаток у этого храма? Всё же решил продвинуть свою догадку: — Может, эта церковь проклята? Белобрысая осмотрелась. Действительно, похоже на проклятое, отвергнутое всеми святыми место. И в чём-то он прав. — Самый большой недостаток этой церкви это поклонение, кому она посвящена. Можешь предположить кому именно? Мужчина снова подумал, и сделал логический вывод: — Бездне? Принцесса еле заметно нахмурилась, спрашивая: — Думаешь, кто-то построил это в знак восхищения тьмы? Интересная мысль, но ты прав только отчасти. Ему уже самому интересно. Люмин говорила плавно и размеренно, совсем не торопясь: — Это построили люди. В знак величия и процветания людей, эта церковь построена в знак поклонения людям. Можешь себе представить? Рыжий удивлённо опешил, а девушка продолжила говорить: — Когда-то давно жил народ, Каэнри’ах, которые считали себя великим, мудрым и сильным. Их технологии и учения намного превосходили других стран. И единственной нацией без бога. Белобрысая начала ходить кругами, развела руки и добавила: — Каэнри’анцам хватило наглости и высокомерия построить храм поклонения людям, а не богам, ведь они верили что им не нужно божественное настовление. Удивительно, не так ли? Рыжий вглядывался в блестящие глаза цвета янтаря, которые с каждым словом обретали более тёмный и устрашающий оттенок. — Да, именно они и построили это. Но скажи, человек, знаешь ли ты где сейчас Каэнри’ах? Что с ними? Хриплый и негромкий голос прозвучал вслед за ней: — Исчезли? — Почти. Острый взгляд блондинки резко направился в сторону разбитого окна, за которым последовали слова: — Их уничтожили. И навсегда прокляли. Божья кара обрушилась на бедных, ни в чём не повинных людей за их высокомерие, и они все превратились в монстров. В самых уродливых, обезумевших демонов, что со временем забыли своё происхождение, и стали блуждать по мирным землям и убивать. А это… то что осталось от когда-то великой нации, то что сегодня считается бездной. Затем, принцесса подняла руку и показала своей магией небольшую парящую картинку, где всё было в огне. Тарталья тихо вздохнул, посмотрел на картинку и сказал лишь: — Это. — Распад Каэнри’аха. Помимо огня, можно было ещё увидеть много больших кубиков. Но взгляд Люмин направленный к картинке, легко можно распознать тот оттенок боли и отчаяния, которые голубоглазый видит впервые. Больше не нужно слов, по её лицу и так всё ясно, скорее всего она лично видела эту ужасную катастрофу. Хоть Тарталья и оторван от внешнего мира и погрузился в свой собственный, но всё же ошарашен этой историей. Стало интересно, как именно она связана с Каэнри’ахом, или с Бездной, раз именно она тут правит. Так же резко, словно порез ножом, она убрала голограмму и посмотрела на человека в чудовищных доспехах перед ней. После небольшой паузы для осознания, он спросил: — Ты хочешь отомстить? — Нет. Я не ограничусь этим. Я восстановлю справедливость, и самое главное, восстановлю свой народ, отменю проклятие. Сильное заявление. — Отменишь проклятие? Каким образом? Блондинка слегка сжала челюсть и честно призналась: — Мы ещё ищим способ. Но мы не остановимся ни перед чем, пока не склоним всех богов к этой участи. И твоя сила была бы нам полезна. Рыжий молча наблюдал за ней, нависая огромными формами. Забавно, что на фоне воина, девушка выглядит такой хрупкой и маленькой. И он пришёл с уже готовым ответом насчёт этой авантюры, причину попросил из любопытства. Но Люмин убрала прядь коротких волос за ухо и заключила: — Я не прошу ответить сейчас, всё же многое нужно обдумать, и готов ли ты пойти на такое. Девушка вытянула руку и коснулась ладонью груди Аякса, а он позволил к себе прикоснуться. Первая задумчиво хмыкнула, один из её немногих даров это эмпатия. Хорошо сконцентрировавшись, при касании, она может увидеть спектр эмоций и переживаний существа. Как и ожидала, от человека перед ней исходит опустошение и мрак. Как и от любого живого что обитает тут. Затем, тихий женский голос раздался посреди тёмной комнаты: — Как ты оказался тут? Затем подняла на Аякса глаза и сама же ответила: — Ах да, ты же не любишь личные вопросы. Больше не буду спрашивать. Через мгновение, он всё же сказал: — Я упал тут в четырнадцать лет. Блондинка медленно кивнула, тихо повторяя: — Четырнадцать. почему? В ответ услышала смешок, и слова: — Длинная история. И это было очень давно, ощущения что столетия назад. Они прищурилась. Всё ясно, он попросту уже не помнит. Тёмная энергия пожирает изнутри любого попавшего сюда, все эмоции и воспоминания… Аякс попросту не помнит своё прошлое. То что он в первую очередь смог пережить всё это уже достижение. К тому же сама принцесса чувствует эту пустоту в сердце через прикосновение. Последовал другой вопрос: — Ты что-нибудь помнишь из тех дней, когда ещё жил на поверхности? — На поверхности? Рыжий кратко хмыкнул, заметно напрягая плечи, голова медленно скользнула в сторону и из-под маски снова раздались эти слова: — На поверхности. Люмин сама уже всё поняла, не нужно переспрашивать. К тому же, слишком много вопросов только усугублят ситуацию, она ведь осторожно пробила небольшую трещину в эмоциональной скорлупе этого необычного человека. Белобрысая женщина убрала руки за спину и спокойно кивнула, со словами: — Это всё что я хотела поведать и спросить, человек. В дальнейшем решение за тобой. На этом мы прощаемся. Повернулась и уже хотела создать портал, как Тарталья резко выдохнул и остановил словом: — Стой. Она замерла и оглядела через плечо. Даже когда эта маска всё скрывает, всё равно эту растерянность, и даже небольшое отчаяние можно легко распознать. Снова хриплый и бархатистый голос произнёс: — Зачем прикасалась ко мне? Простой жест. или мысли мои читала? Медленный хлоп ресницами. И приподнятый подбородок. — С чего ты взял? — Я. почувствовал как что-то роется внутри меня. Чья-то энергия, и всего на мгновение. Люмин удивилась. Брови на секунду поднялись вверх, но под контроль вернулись в исходное положение. Он смог почувствовать это? И в правду выдающийся. Принцесса полностью повернулась к нему и скрестила руки, затем прямо заверила: — Нет. Можешь быть спокоен, в твою голову я не влезала. Короткий смешок, и Аякс поднёс руку к груди, где находится сердце, и мягко прошипел: — За то влезла тут. На что та сжала челюсть. — Так что же тебя так интересует? Моё прошлое? Или шанс что если я приму твою сторону и предам? — Нет, меня уже не интересует твоё прошлое, человек. Мужчина сделал небольшой шаг в её сторону, всё так же с опаской поглядывая, и спросил: — И почему же? — Я уже и сама поняла что ты не помнишь. Эти слова заставили рыжего застыть на месте. Как кол в сердце, больно и резко. Несчастный, жалкий человек, без прошлого, без имени, без жизни… наверное, это сейчас у неё на уме? Он хотел что-то сказать, ответить на безобидные слова, которые по какой-то причине глубоко задели, но не смог и слово выдать, и блондинка, после небольшого вздоха, продолжила: — Ты отличаешься от своего рода, не похож на других людей, и я даже удивляюсь как тебя раньше никто не заметил, из высших чинов. Ты провалился в бездну в таком раннем возрасте, и похоже что не хочешь возвращаться на поверхность. Обычный человек и месяц бы не протянул с этой энергией, но ты. даже смог обрести иную форму. Тебя кто-то научил втягивать в себя силу монстров, так ведь? Он продолжал молчать. Принцесса не спрашивала его о мнении насчёт только что полученной информации о Каэнри’ах, а пробиралась сквозь запутанный психологический барьер. Человек и сам не понял как его сердце забилось быстрее. Ему попросту было проще не думать об этом, о том что он когда-то оставил позади, это было настолько давно, но в голове что-то заклинило. Вдруг, в груди прояснилась тяжесть, это. злость? Или грусть? Или может, серая печаль? Голубоглазый вдруг снова почувствовал себя ребёнком, который впервые очутился в этих краях, которого чуть не разтерзали демоны. Это правда что воспоминания о жизни на поверхности очень размыты, но день когда он упал сюда не забудет никогда. Это невозможно забыть. Начал дышать глубже, и принцесса снова коснулась его груди, на этот раз чтобы успокоить. Но рыжий стиснул зубы и отбросил её руку. — Тебе нехорошо? — Со мной. всё хорошо. — Я лишь хотела успокоить. — Я спокоен. Ритм бешеного сердца указывает на обратное. Всё вокруг стало размыто, эта старая церковь вдруг загорелась пламенем, или это просто его лёгкие?.. непонятно. Принцесса озадаченно посмотрела на оппонента, со словами: — Прости что взъерошила эти воспоминания. Он внимательно посмотрел в её лицо, и хмыкнул. — Тебя так задело что я не назвал своего имени? Или может, ты хотела увидеть меня без доспехов, в человеческой форме, но стеснялась спросить? Затем, он опустился ниже, чтобы их лица были на одном уровне, и добавил: — Или хочешь чтобы я снял маску? Блондинка поджала губы, с интересом смотря на яркую голубую орбиту перед собой, и раздражающую маску. Слова вырвались из женских уст быстрее чем та успела осознать: — Сними маску. Смех. Это он рассмеялся. Словно подловил на чём-то. Резко выпрямился и промолвил: — Нет. Интересно, почему она проявляет такой интерес? Не может быть такого, чтобы холодная и беспристрастная принцесса была также одинока, как и он. Он точно так же не знает ничего о ней. И всё же… необъяснимое влечение, связь, так и притягивает. И она хочет увидеть его без маски, это ещё более любопытно, чем всё то что белобрысая рассказывала до сих пор. — Так что ты увидела? Люмин молча опустила руки, и он уточнил: — Когда прочитала мысли, что ты увидела? — Ничего. — Ничего? Правда? Он обошёл белобрысую, глядя на неё как лев на свою добычу, и остановился прямо за спиной. Она не боялась, потому даже не двинулась, хоть и немного напряглась, почувствовав что-то у задней части шеи. Это Аякс дотронулся когтем, тем временем продолжая прощупывать: — Мне так не кажется. — Хочешь узнать что я увидела в //твоей же голове//? Тогда, это я неправильно выразилась. я увидела пустоту. От этих слов, Аякс подсознательно вжал коготь чуть сильнее в кожу Люмин, она по прежнему никак не пыталась остановить его, наоборот, со стороны могло показаться что она сама склоняет к этому голову. Затем, женщина подняла ладонь, и в её руке возникли несколько тёмных, но блестящих узлов, к которым рыжий тут же потянулся. Но едва ли его пальцы успели коснуться магии принцесса, как то что было на ладони исчезло, а она незаметно улыбнулась. — Всё же, кое-что тебя связывает с остальными людьми. Тебя тоже тянет к тому что тебя разрушает. Тянет? Разрушает? Слишком много глупых слов, глупых и лишних. Нужно поскорее остановить их поток, пока не стало слишком поздно, пока этот заброшенный храм не полетел в щепки. Пока он не потеряет контроль. Но он уже успел вонзить коготь в шею белобрысой, и тонкая струя крови уже покатилась вниз, уже пачкая белое платье, и принцесса даже бровью не пошевелила, только сказала: — Ты так показываешь характер? Или пытаешься скрыть страх? Голубоглазый всё же пришёл в чувства, но не убрал руку с плеча, наоборот, провёлся пальцем чуть ниже, оставив царапину как след, и тихо переспросил: — Страх? — Так ты меня не боишься? Она посмотрела на него через плечо, казалось что на лице играет искреннее удивление. — Не боюсь. — Тогда дрожь в твоём теле, которое я ощущаю до сих пор, не из-за страха? Какой интересный вопрос. Рыжий почти что пропустил его мимо ушей, так завороженно наблюдал за маленькими каплями крови, и сам поинтересовался: — Ты разве не чувствуешь боль? Она прикрыла глаза и беспомощно вздохнула. Этот диалог правда движется в никуда, фразы их бессвязные, но сейчас, почему-то, это не имеет значения. — Чувствую. — Тогда почему не велишь мне остановиться? Белобрысая задрала голову, чтобы снизу вверх взглянуть на чудовище сзади, и ответила: — Я всё ещё пытаюсь понять что ты делаешь. Секунда, и мужчина негромко рассмеялся. Он сделал шаг ближе к белобрысой, убрал с её кожи коготь, который уже испачкался в её крови, и поднёс к своей пасти. Облизнув, снова вздрогнул, и промолвил: — Я тоже. Глубоко наклонился, и сам вонзил зубы в плоть её тонкой шеи, но не слишком сильно, и спустя некоторое время отпрянул. А взору голубых глаз попался удивлённый взгляд Люмин, удивлённый и немного растерянный. Её розовые губы слегка приоткрыты, а янтарные глаза, которые до сих пор скрывались какой-то тенью, вдруг слабо засияли. И новая струйка крови теперь пошла по её плечу. Он и сам не понял зачем оставил этот укус, что натолкнуло, откуда такое желание, а увидев лицо, накрыло будто бы сожалением. Аякс опешил, без лишних слов взял женщину за руку и снова подошёл к её плечам, на этот раз не вонзил клыки, лишь игриво прошёлся зубами, задевая кожу, и поцеловал в этом месте, в знак извинения. И она снова не оттолкнула, терпеливо ждала. Рыжий снова отпрянул, он сам и не знал зачем это делал, что же настигло его бедный разум, но он снова это сделал. Снова поцеловал тот участок кожи. Вторая рука нерешительно пошла исследовать ногу белобрысой, за платьем. В какой-то момент голубоглазого заклинило, и он замер, с неким ожиданием искал её ответного взгляда, одобрения, чего угодно, а Люмин спокойно повернулась к нему лицом. В таком холодном и отдалённом месте тёплые прикосновения могут обжигать. Принцессе даже нравится растерянность этого необычного человека, поэтому и обняла его одной рукой, другую поднесла к багровой маске. Удостоила его таких нежностей, хотя и имени не знает, но такие вещи происходят уже естественно. Никто из них не решается сказать хоть что-нибудь, никто даже не уверен если слова сейчас к месту. Она гладила его маску, пока синий оттенок орбиты менялся на более нежный и чувствительный. Насколько. настолько же он был одинок тут? И как же больно ему самому осознавать это? Аякс поймал эту руку, лёгким укусом, затем провёл языком по запястью, всё так же смотря Люмин прямо в глаза. Он даже наклонился чтобы лучше дотянуться до её руки. А когда рыжий снова захотел обнять, прижаться, прикоснуться, хоть что-нибудь, что угодно чтобы убрать эту удушающую пустоту из сердца, женщина отошла от него, сделала несколько шагов и остановилась на месте где несколько алых лучей падали на горку мёртвых лепестков, чёрных роз. Затем, она упала на колени, соединила ладони и устремила лицо вверх. Пробормотав что-то под нос, улыбнулась, и протянула руку, созывая за собой и мужчину. Тарталья вдохнул, но так же не торопясь подошёл к ней, и тоже опустился на землю. Он внимательно смотрел на белобрысую, и спросил: — Кому. ты молишься? — Наверное, тому кто услышит меня. Если кто-то подобный и существует там, наверху… есть ли им дело о том что тут происходит? Есть ли вообще смысл пытаться дотянуться до таких божеств? Голубоглазый особо не задумывался о подобном, хоть и именно сейчас понимает одну вещь: женщина перед ним далека от обычной смертной. И то что сейчас произойдёт полностью вскружит ему голову. Блондинка теперь казалась более расслабленной и податливой, что позволило ему быть немного смелее. Он навис над ней, полностью отгородил от алых лучей бездны, а взгляд янтарных глаз только сильнее щекочил нервы. Необратимое желание, всё так естественно- Особенно когда когда сама белобрысая тянет к нему руки. Несколько взмахов руки, и мужчина высвободил свой член на волю, он был покрыт венками и уже пульсировал в ожидании. Люмин разъединила ноги и подняла платье, хоть и не понимала как это поместится в неё. Сняв с принцессы бельё, рыжий притянул её ещё ближе к себе, когда головка уже касалась её складок, сделал глубокий вдох и протолкнул его внутрь. Не полностью, пока по всему телу дрожь не пробежала. Но он отчаянно отыскал искал её взгляда. Люмин снова обняла Тарталью за спину, и ухватилась тонкими пальцами за деталь доспеха, и тот начал наконец двигаться. Но только осторожно, чтобы не задавить её. Плащ ритмично болтался за спиной Аякса, пока тот царапал пол своими когтями. Блондинка наклонила голову, и задумчиво хмыкнула, подумав о чём-то, а когда он посмотрел, решила озвучить: — Раз. ты считаешь себя монстром, ты же делал это. с другими чудовищами. разве нет? За этими словами сразу же последовал более резкий и грубый толчок, из-за чего принцесса вскрикнула. Хриплый, но уверенный голос раздался из-под маски: -.Нет. — Но. ты хоть видел как другие монстры этим занимаются?.. Неприятные, по-видимому, воспоминания тут же охватили, и рыжий вздрогнул, но покачал головой и в итоге ответил: — Не хочу. говорить об этом. Но Люмин не лишена всяких эмоций и переживаний, пусть и эта связь со смертным так же мимолётна как и закат на поверхности, но это новое знакомство открылось для неё с новой стороны, в прямом смысле. К тому же, в такой близи, женщина ещё лучше может ощущать его переживания и душу. Пустоту. А чем лучше может чувствовать, тем более уязвимой и нежной становится, даже если не знает ни лица, ни имени. Их тела разгорелись до отказа, эта пошлая близость доводит до кипения, от проникновения почти что больно, но ни за что не остановятся, никто из них. Белобрысая, между вздохов и стонов, целовала участки чужого тела до которых могла дотянуться, рёбра, руки, и водила рукой по его спине. Ведь она может ощущать его отчаяние, пустоту, скорбь, из-за которых хочет согреть ещё сильнее. А со временем, толчки стали размеренными и уверенными, Тарталья хорошо справлялся с разницей в росте. Его самого настолько переполняли эмоции, он едва мог что-то выговорить, кроме стонов и хрипов из-под маски. А мозг просто отключился, сознание усыпано густым туманом. Только звуки, что издаёт Люмин, и её успокаивающие касания напоминают о том где он и что сейчас делает. Войдя в блондинку и взяв её за бедро, он ненадолго остановился. Он пьян, он точно пьян, это не может происходить на самом деле, его опьянила прекрасная женщина, которую рыжий сейчас вдавливает в горку сушёных лепестков, ведь с трудом может подчинять собственные мысли. Из-за этого мандража, расплывается в глупой улыбке, хватает и второй рукой бёдра Люмин, и приподнимает вверх её торс, сам садится на колени, мгновение тишины, и Аякс снова насаживает принцессу на свой член, словно куклу, и повторяет эти действия, снова, снова, снова… пока стенки её влагалища не разорвали его по частам от того как сильно сжимаются, пока на её коже не останутся настолько хорошие синяки, что они ещё долгое время не отойдут, и пока он сам не проснётся из сладкого делириума. Женщина тем временем внимательно смотрит на него, прикрыв губы тыльной стороной ладони. Теперь алые лучи выдавали её розовые щёки и капельки слёз в углу глаз. И конечно же он заметил. Снова замедлился, потянулся и поцеловал белобрысую в щёку. — Аякс. Она удивлённо отразила его взгляд, спросив: — Что? — Моё имя. Аякс. — Ая-. Она не успела выговорить, как он снова приступил к действиям, и желанное имя буквально утонуло на женских губах. Аякс. Люмин мягко улыбнулась. Неужели сексом можно было так легко получить доверие этого человека? Или он сразу собирался говорить его, но просто так дразнился? И всё же- — Аякс! Негромко вскрикнула принцесса, от чего его обладатель тут же вздрогнул. Когда кто-то в последний раз называл его имя, наверное его наставница. Голубоглазый так сильно в этом нуждался, и так же сильно отрицал это, что сейчас просто бросился в объятия принцессы, только чтобы избежать одиночество, что мучает на протяжении уже более десяти лет. И как только не сошёл с ума?.. Но то как блондинка произнесла его имя, просто останется очередным порезом на его душе. А когда они закончили, благополучно свалилась на засохшие лепестки и начали с жадностью глотать воздух. Из лоно Люмин, а затем и по всему бедру, стекала вниз липкая субстанция, вместе с капельками пота. Тарталья привстал, удерживаясь руками о пол, и смотрел в дырявый потолок, откуда просачивались несколько алых лучей. Это всё ещё было похоже на сон, но интересно, когда же он проснётся? Белобрысая тоже поднялась и села на его колено, затем взяла его обеими руками за маску. И потянула. Тот всё же поддался навстречу, и позволил снять её с себя. И принцесса впервые увидела лицо Аякса в полной красе, мёртвые, синие глаза, дикие рыжие волосы, такие красивые и острые черты. Он улыбнулся, а она молча смотрела. Каким же красивым может быть несчастное дитя бездны.