Часть 1. Начало бурных и скрытых отношений.
Для начала ознакомление с персонажами данного рассказа, которые будут упоминаться в первой части (также некоторые факты о них и их портрет):
1. Зонтик — восемнадцатилетний парень. В возрасте тринадцати лет был найден пиковой троицей и также приючен ими. Стал для них приёмный младшим братом. Также его обучают там, чтобы он мог нормально жить да поживать в будущем. Хоть и пять лет (считая по дню рождению) находился среди пиковых, он всё оставался таким же наивным, простым, весёлым и, порой, надутым мальчишкой, коим был до встречи. Голубоволосый и короткостриженный. Глаза ярко голубые с серым оттенком. Рост около 168-169 сантиметра.
2. Ромео — мужчина около двадцати пяти — двадцати шести лет. Считается тем ещё ловеласом среди горожан и аристократии. Хоть и порой любитель внимания, но часто раздражается, если его слишком много. Можно сказать «воюет» с Пиком за статус лучшего в окрестностях города. Также порой встречаются некие отблески клептомании. Ненавидит Куромаку и всё что с ним связано, но это не касается Зонтика. Тёмно-розовые волосы выглядят короткими, но при этом ухоженными, за спиной есть длинный и тонкий хвост. Глаза пепельно-розовые с фиолетовым оттенком. Рост около 182-183 сантиметров.
3. Пик — мужчина около двадцати семи — двадцати восьми лет. Самый спокойный при публике и нелюдимый. Невзлюбил Ромео с самого начала их встречи. Яро отгораживает своего «младшего брата» от рук розовизны. Учит грамоте Зонтика, чтобы в будущем создать и дать ему лучшую жизнь. Чаще всего на собраниях или праздниках молча сидит за столом, загружая голову мыслями и идеями. Искренне не понимает почему, по его мнению, Куромаку бросил своего брата и не особо хочет забивать этим головушку, чтобы не думать о плохом. Волосы до плеч, пепельно-фиолетового цвета, также с хорошей укладкой. Чаще всего руки в перчатках. Глаза немного тусклые и бордовые, уставший взгляд. Рост около 185-186 сантиметров.
4. Вару — мужчина около двадцати двух лет. Является, на удивление, лучшим другом для Зонта. Язвит тогда, когда знает, что это не принесёт вреда. Лучший счетовод у Пика, поэтому ему и дают все эти задачи и поручения о «Посчитай мне сколько там надо дать этому, а ещё помоги Зонтику с математикой, ну и вот ещё вот это тебе и вот». Первый кто рассмешил «младшего братца» и всё ещё гордится этим, а также припоминает другим. Нейтрален к Ромео и Куромаку. Чаще всего скучает на мероприятиях. Волосы короче, чем у Зонтика, но пышные с зелёным отливом. Цвет глаз что-то вроде болотного оттенка. Рост около 174-175 сантиметров.
5. Эмма — женщина около двадцати четырёх — двадцати пяти лет. Лучший оратор и вестник среди пиковских. Преподаёт Зонтику знания о политике и финансовых вещах, хотя это бывает трудно. Она не любит язвительные шутки Вару, но при этом очень чувствительна к какой-то беде своих «родных». Любитель мероприятий из-за сплетен и интересных моментов на них. Любит Зонтика и ассоциирует его исключительно, и от начала до конца знакомства, с «братишкой» (из-за этого между ними крепкие семейный будто узы, а также Зонтик её очень сильно уважает). Не особо долюбливает всех червовых из-за их весёлых порой нравов, но любит их за сплетни. Брюнетка с длинными и кудрявыми волосами, которые собраны в свободный хвост. Носит чаще всего фуражку. Глаза красного оттенка, будто наполнены жизнью ярче, чем у других пиковых. Рост около 171-172 сантиметров.
6. Куромаку — мужчина около двадцати трёх лет. Также является спокойным, но любитель доказать и отстоять своё до конца. Много с кем и много где не соглашается. Перфекционист. Не любит ни Пика, ни Ромео и их сожителей тоже, не включая Зонта. Хочет вернуть брата любым способом и раздражается от отказа. Его «семейное» дело достаточно скрытное, но известно, что они самые хорошие помощники в борьбе за достоверную истину. Мало появляется на мероприятиях, чаще за него приходят помощники. Волосы тёмно-сероватого цвета, до плеч, уложенные. Глаза тусклые и даже безжизненные. Рост около 175-176 сантиметров.
А теперь приятного чтения!
Холодная и густая темнота съедала всю комнату и улицу за окном. Посреди этой черноты виднелся маленький, но яркий огонёк свечи, которая стояла на столе. Был слышен быстрый и чёткий звук написания пером, которое будто легко бегало по бумаге и заканчивало всю картину. Вдруг пёрышко остановилось и вслед за ним был слышен спокойный и мягкий вздох. За столом сидел голубоволосый парень, его день рождение уже давно прошёл, но к сожалению учёбу — никто не отменял ему. Мысли кружились за друг дружкой и не давали сообразить, да поставить чёткую цель в задании. Мальчишка потянулся, что аж суставчики похрустели и выдохнул полную грудь воздуха. Ему надоедало вечные домашние задания и вся эта пурга. Это было очень скучно и неинтересно. — Ску-ко-ти-ща! — Произнёс по слогам паренёк и, подпирая голову своими тонкими ручонками, рассматривал лёгенький огонёк на фителе. Это было намного впечатляюще и расслабляюще, чем какие-то там задачки и письмо! Но отказаться от этого Зонтик не мог. Он прекрасно понимал, что это пригодится в жизни ему, что за него ни одна девушка замуж не выйдет, узнав что он глупый. Мало того, что это его расстраивало, так ещё и ему был поставлен ультиматум: либо он учится хорошо и всё выполняет, а взамен получает всё что захочет, либо не выполняет задания — получает лишь долгие и муторные монологи от учителей и никаких выходных. Просто тихий ужас! Издевательство над парнем, которому вот уже исполнилось восемнадцать лет! — Не хочу ничего делать, но надо… Лучше б я поспал подольше, а не этой чертовщиной занимался! Тьфу! — С ноткой грусти и ненависти произнёс тот и положил руки на стол, а после и улёгся головой на них. Самое страшное пойти против слов и действий Пикового, это ещё хуже, чем остаться без каникул! Бог знает, что там надумает за такое поведение мужчина с грязно-фиолетовым оттенком волос. Что уж говорить о его слугах, к которым конечно Зонт привык, но всё же те не были просто серьёзными людьми, они могли и напугать своей негативной аурой. Вдруг парень услышал какой-то странный звук позади него, там за окном. Он повернулся, чтобы выяснить, что так старательно пытается не шуметь, но при этом делает всё с точности да наоборот. Так как окно было немного приоткрыто, из этой самой щели потянулась длинная, изящная и тонкая рука, с такими же вытянутыми пальцами. Она схватилась за подоконник с узорами и послышался также некое кряхтение. Изначально Зонт перепугался, встал и, схватив свечку и перо, направил в сторону окна, чтобы спастись от этой жуткой особи. Как вдруг уже этот силуэт вваливается весь в комнату и приземляется всей своей тушей на пол. — Мистер… Ромео? Это Вы? — Недоумевающе спрашивает у мужчины парниша, всё также держа перо и свечу наготове. — Ох ты ж… Ай… А? — Пытаясь встать, произнёс высокий человек и, повернувшись к голубоглазому, улыбнулся, — А, да, да, Зонтик, боже мой, прости меня, что я тебя так напугал! Сначала парень не признавал того, но протянув немного ближе к своему знакомому, обрадовался не на шутку. Он поставил свечку на стол, а перо положил на листок бумаги и, подбежав к мужчине, обнял его крепко. — Ха-ха, Вы пришли, Вы вправду пришли, я так рад! — Он не мог отпустить того из-за своего счастья. Хоть и мальчик привык видеть того, а также ждать когда тот приползёт через окно в комнатку, всё равно радовался как в первый раз. — Да, мой уже повзрослевший и мужественный друг, как же я могу бросить тебя? Кстати, почему ты ещё не спишь? Поздновато на улице. — Улыбался добродушно Рома и гладил того по голове. Конечно, можно было спросить, зачем же он сам пришёл тогда в такую позднюю ночь, но ответ был таким: голубоволосый попросил его прийти сегодня в кромешную тьму к нему домой, так как он бы к этому времени сделал бы все дела, что кинули ему Эмма и Вару. — Я же Вам объяснял, не успеваю я всё доделывать, поэтому только так и могу встретиться с Вами! — Зонтик хоть и был уже взрослым, готовым к замужеству, но всё равно оставался таким же надутым маленьким мальчиком, но с упёртым порой характером. — Точно, точно… Ах, как печален тот факт, что твой приёмный брат — меня так ненавидит! — Наигранно начинал мужчина, переплетая между пальцами волосы своего друга. — Ну, не грустите! Уверен, он Вас вскоре полюбит и будет дружить с Вами, а ещё Вы создадите много всяких полезных вещей для других! Вас будут все любить и обожать, много денег давать и… Ну… — Тут Зонтик немного стал тише, так как он не мог придумать, что ещё сказать такого, чтобы воодушевить своего знакомого. — И даже ты нас будешь любить и обожать, а также помогать нам? — Мягко спросил тот. — Я вами и так восхищаюсь! А помогать… Я не настолько опытен, мне ещё учиться и учиться, но про учёбу уже даже слышать тошно, просто ужас! — Проскулил жалобно парень и прижался сильнее к мужчине. На это в ответ был лёгкий смешок и поглаживание по голове. Конечно эти двое были близки, как друзья, коем считал так Трефовый. Червовый же думал иначе. Он размышлял, что как только тот станет постарше, можно и схватить его, да быть с ним навеки вечные вдвоём. Удивительны эти чувства, что так презирал Ромео, но не смог потушить их, смотря на счастливое лицо своего знакомца. Его голубые волосы, улыбка, добрые и нежные глаза, тонкие руки и шея, миловидное тельце — всё было чертовски завораживающе. Но это же простая месть за украденную Куромаку сумму. Обычное зло, которое должно погубить его брата, но нет. Это всё переросло настолько, что теперь приходится думать не об убийстве молодого парня, а о том, как же добиться взаимности чувств. — Зонтик, солнышко моё… — Вдруг резко и серьёзно произнёс Ромео, от чего тот немного вздрогнул и глянул на мужчину. — Что? Я что-то не так сделал или не то сказал? — Заволновался вдруг Трефовый, бегая взором то с одного глаза Червового, то на другой. — Нет, не беспокойся! — Улыбнулся вновь высокий и продолжил, — Я просто хотел спросить, ты ведь, ничего не знаешь об иной близости двух людей, верно? — Что Вы имеете в виду? — Вопросительно глянул мальчик. — Ну, например, когда один человек поглаживает не только по голове, но и по плечам, по шее, по спинке, медленно переходя к рукам или ногам. — Его очи будто стали смотреть на того не тем самым тёплым взглядом, а каким-то хищным и диким. — Я… Я даже не знаю, я читал конечно художественную литературу, но я особо не вчитывался в такие моменты, просто мне было, как-то, не по себе от таких сцен… — Смущенно отвечал парень, смотря уже вниз и прекращая обнимать того. — Вот оно что, хочешь я помогу справиться с этим недугом? — Что Вы, не стоит! Всё в порядке! Пройдёт как-нибудь, да прочту до конца эти все строки! — Неуверенно улыбался Зонтик и, уже окончательно отпуская того, шагал назад, чтобы облокотиться об стол и быть чуть дальше от источника непонятного напряжения. — Но всё же моя помощь будет полезна, с ней ты легко справишься с проблемой, всё будет хорошо, доверься мне, мы же друзья. — Ромео никогда не упускал своё, даже в такой ситуации он не терял своей истинной цели и медленно шёл на голубоглазого. В какой-то момент была такая картина: весь смущённый Зонт, который стоял спиной к столу, облокотившись тощими ручками о поверхность, пытался не дать показать себя каким-то потерянным и запуганным. А розоволосый мистер с ярко выраженным взором змеи стоял в упор к парню, положив свою руку на кисть другого, легонько проводя своим изящным пальцем от одного конца ручонки до локтя. — М-мистер Ром-мео, пож-жалуйста, не стоит т-такое вытвор-рять и пом-могать мне не н-надо… — Произнёс скромно тот. — Всё хорошо, я не сделаю тебе больно и тебе даже не будет противно, я обещаю. — После слов, мужчина поправил в свою пользу ночную рубашку парня и подвинулся чуть ближе к шее того. — Нет, нет, стойте, щекотно и… И страшно! Погодите! — Умоляя говорил Зонт, пытаясь несильно оттолкнуть знакомого, но это мало чем помогало. После дыхания, парень почувствовал на шее мягкие, но тонкие губы, которые ласково играли по коже голубоволосого. Они переходили от долгих к быстрым и наоборот поцелуям. То это была почти вся поверхность шеи, то это были плечи. Невольно всё-таки проскакивали и странные звуки от Трефового. Мало того что первое мешало сосредоточиться, так ещё и собственные стоны заставляли краснеть от стыда того. Эти ласки не заканчивались лишь на прикосновениях губ к коже, они продолжались и поглаживанием рук младшего партнёра, а после вдруг резко перешли чуть ниже к бёдрам, что сильно смутило голубоволосого. — М-мистер Ромео, пог-годите, нет, нет! Только не там, это слиш-шком! Этим же занимаются то-только женщины с мужчинами! — Яростно отпихивая от своих бёдер говорил тот. — Я и не собирался ничего такого вытворять, Зонтик… Или ты очень хочешь этого? И откуда же ты знаешь чем таким занимаются люди противоположного пола и не только? — Хитро улыбался Рома и, приближаясь к лицу возлюбленного, не прекращал свой хищный взор. — Я? Я, не в к-коем случае! Просто, пр-росто мне рассказывали, точ-чней я прочитал в научных книгах, ну… — Все мысли собирались в кучку, не давая сообразить и составить нормально предложение, поэтому всё что оставалось — это бегло глядеть по сторонам. — Да что ты говоришь, как интересно. А сам утверждал, что не нравится вся эта романтика, какой ты у нас любознательный и милый однако. — Хмыкнув напоследок Ромео придвинулся настолько лицом, что дыхание его ощущалось на губах Зонта, — Успокойся, смотри мне в глаза, а потом постепенно закрывай свои глазки и считай до пяти, всё будет в полном порядке, доверься мне, солнце. Конечно Зонт не мог просто взять, да сказать «ну уж нет, я не буду», уж слишком он в этой ситуации потерянный и беспомощный. Его как бедного кролика загнали в угол и готовы съесть в любую минуту. Настолько он был готовым к любым просьбам, что аж руки уже ослабели. Сделав как попросил старший, незамедлительно после чёткого «пять» в мыслях, были ощутимы те самые мягкие и тонкие губы, которые будто вцепились в парнишу. Тот толком не умел целоваться, а тут уже такое вытворяют, что дай боже выжить и не быть высосанным. Но чудо, поцелуи хоть и были глубокими, но будто излучали некую теплоту и уютность, которую не хотелось от себя убирать. Но после таких слов, приходила мысль о том, что это чёрт возьми твой старший знакомый, который был твоим лучшим и понимающим другом, но каким-то чудом он стоит тут, буквально прижавшись к тебе и ещё и целует тебя. Это вообще как понимать и как тут действовать в итоге? В конце концов, Зонт будто уже и забылся совсем, приняв ту помощь, что даёт ему Ромео. В долгих и страстных ласках, всё-таки Роме удаётся проскользнуть своими руками вниз к бёдрам партнёра. — Зонтик, я думаю лучше перейти на кровать, если мы хотим добиться лучшего эффекта, ты же понимаешь меня? — Остановив сцепление языками прошептал тот, но ему можно было и не ждать ответа. Весь разум парня уже был глубоко забит всей этой ситуации, да, трезво обдумывать всё — это уже в неком прошлом. Поэтому на слова Романа последовал лишь смущённый кивок, после которого оба рухнули на мягкую простыню. Мужчина стал необдуманно расстёгивать свою рубашку, тяжёло дыша и смотря на возлюбленного. Конечно же после выброса одежды на пол, Зонт тихонько касался широкой, но всё же будто такой же элегантной, как и сам хозяин тела, груди. То ли он вновь ушёл в свои мысли, то ли настолько был возбуждён, что уже готов на всё, только чтобы просто выйти наконец из транса охотника. А тому это было лишь на руку. Он лишь убрал лишнее, а то есть снял ночную рубаху с того, и продолжил целовать хрупкое, но бойкое тело. Он гладил и тут и там, стоны начинали нарастать и сил сдерживать их уже не оставалось. И это было просто прекрасное ощущение в котором утопал Зонтик. Это было просто невероятно. Кто-то ласково трогает тебя, без какой-либо опасности. — Мистер Ромео, я… Я сейчас сойду с ума окончательно, можем ли мы, немного остановиться? — Тяжко вдыхая и выдыхая спросил паренёк. — Зонтик, дорогой, это лишь начало, а вот если я коснусь тебя тут… — После этих слов, он дотронулся то того места, что находилось ниже живота, о котором даже Зонт боялся упоминать, — То тебе будет ещё лучше, хотя, если я сделаю ещё так. После этого голубоволосый закрыл рукой свой рот, ибо стоны от таких то действий стали куда громче и сдерживать именно их уже было куда труднее. Хотя Ромео всего лишь поглаживал пах того, это было слишком для него. Поэтому прикусывая себя за пальцы и кисть, Зонт выгибался как мог, показывая всё своё возбуждённое состояние напоказ партнёру. — Какой чудесный вид, не могу не ускориться в помощи и не смотреть на такое великолепие, ты просто чудо, Зонтик! Милый, маленький, но очень похотливый лучик в тёмном царстве, это прекрасно. — Ухмылялся тот, ускоряя свои движения вниз вверх, что заставляли утопать в ещё большей любви мальчонку. В конце концов, с закрытым рукой ртом, но ошарашенными и закатившимися глазами и громким мычанием, а также изогнувшись настолько, насколько было возможно в тот момент, Зонтик впервые в своей жизни кончил от чьей-то руки помощи, да даже в принципе впервые это сделал. Он никогда не трогал себя, ему до этого не было дела, а тут такое! Тело медленно начинало опускаться на кровать назад и, открыв свой рот, тяжело дыша, он смотрел в потолок. — Поздравляю тебя с первым семяизвержением, ура! — Шутливо посмеялся Роман и, подвинувшись чуть ближе к лицу тому, поцеловал того в лоб в знак похвалы. В такой момент мысли не возвращались назад, очень долго Зонт тупо не мог ничерта сообразить. Это было всё слишком для него неожиданным. Но Ромео это даже понравилось, он просто легонько гладил того по голове, говоря о том, что это всё нормально и что парень большая умница, раз пошёл на такое со своим знакомым.
