Верь мне

Следующие несколько дней прошли одинаково – эльф спал, ел и настороженно пялился на него из своего угла. Другой плюнул бы на обузу, но Стэш всегда был миролюбивым, что бы там о нем не думал найденыш. Поэтому ухаживал, менял повязки, временами пытался завести разговор, но эльф отмалчивался, так и не сказав больше ни слова. Стэш, подумав, оставил его в покое. В душу лезть не хотелось. Скоро найденыш уже самостоятельно садился на постели. Стэш с интересом наблюдал, как он пытается шевелить сломанными пальцами. Сначала не получалось ничего, и вокруг фонило безнадежной злостью. Потом пальцы начали шевелиться, а через неделю – послушно сгибаться, и эмоции утихли. Похоже, ничто не утешало эльфа так, как возможность есть самостоятельно. Стэш периодически уходил на охоту, стараясь добыть мясо понежнее. Нынче же он решил немного разнообразить пищу, и, не долго думая, отправился на рыбалку. Ловить рыбу сетью было немного не честно, но зато очень эффективно. Всего два часа ожидания – и он вытащил на берег неплохой улов. Речка была маленькой, рыба непуганой, поэтому это было плевым делом. Домой Стэш возвращался гораздо раньше, чем обычно, шел не спеша, тихо насвистывая под нос. Об эльфе он даже не думал, поэтому открыв дверь, сильно удивился обнаружив, что тот роется в его сундуке с вещами. «Полуживой» найденыш, обмотав вокруг бедер простыню, достаточно бодро перебирал одежду и трофеи, аккуратно складывая их около себя. Стэш двигался бесшумно, поэтому его заметили не сразу. Только когда легкий сквозняк от открытой двери коснулся голой спины, эльф резко обернулся. Оскалился, поняв, что его поймали с поличным и метнулся в угол, выставив перед собой найденный кинжал. Стэш несколько раз глубоко вздохнул, подавляя злость. Сжал зубы, стараясь не щелкать клыками. Он категорично не любил, когда ему врали. А эльф, судя по его состоянию, просто притворялся слабым. "Гневом здесь не поможешь", - убеждал он себя. Окинул напрягшегося эльфа многообещающим взглядом и вперевалку двинулся к кухне. Принялся выкладывать рыбу в котелок, чувствуя спиной недоуменный взгляд. Сжалился и бросил, обернувшись через плечо: - Одежду мы тебе подберем. Вещи назад сложи. И будь аккуратнее, некоторые артефакты опасны до сих пор. Острое смущение и досада, затопившие комнату, немного примирили Стэша с создавшимся положением. Отдраенный до зеркального блеска щит, висевший на стене, позволил увидеть, как эльф возвращает все на место, изредка бросая на него осторожные взгляды. Яркого румянца на его щеках Стэш не видел, но мог себе представить. Улыбнувшись про себя, он подхватил ведро и ушел за водой. Заодно и умылся, прогоняя остатки злости. Ледяная вода приятно холодила лицо, тонкими струйками стекала за шиворот. Несколько прядей, выбившихся из небрежно заплетенной косы, намокли и прилипли к коже. Стэш отфыркался, подхватил тяжеленное, собственноручно сделанное ведро, и обычным медленным шагом двинулся обратно. Сундук был закрыт как раньше, а эльф сидел на кровати, рассматривая противоположную стену. Лицо не выражало ничего, но во всей позе читалось явное замешательство. Стэш окинул его фигуру задумчивым взглядом. Его собственная одежда на худосочном эльфе явно будет висеть, как мешок, но кажется у него было что-то… После некоторых раздумий и коротких поисков, были обнаружены штаны и рубаха, пошитые на человека. Они давно валялись без дела, да все руки не доходили выбросить. Эльф покосился на одежду, брошенную рядом, с некоторым сомнением, но взял. Конечно, его теперешний наряд, состоящий из простыни, явно был не очень удобным. Стэш задумался, вспоминая прежнего владельца одежды. Тот, наверное, давно уже умер. Люди живут поразительно мало. Отвлекшись, он даже не заметил возмущенного взгляда, брошенного на него из-под ресниц. Эльф замялся, но орк даже не подумал отвернуться. Чертов дикарь! Анерелин злобно дернул простыню и встряхнул предложенные штаны – вроде не слишком большие. Поспешно натянул их на себя, почти физически ощущая взгляд, скользящий по его телу. После тюремных застенок он как-то неспокойно относился к подобному вниманию. Стэш лишь краем сознания отметил, что эльф безумно тощий – даже крепкие, хоть и не рельефные мышцы не могли скрыть чрезмерной худобы. "Надо его кормить получше", - вздохнул орк, зацепившись взглядом за торчащие ребра и острые ключицы. Но эльф быстро натянул рубаху и отвернулся. Штаны пришлось подвязать, они оказались чересчур широки в поясе, зато коротковаты. Пожалуй, для своей расы эльф был слишком долговязым. Стэш довольно ухмыльнулся. Почему-то считается, что эльфы все поголовно красавчики. Этому, видимо, не повезло. Поиграв немного этой мыслью, орк вернулся на кухню. Конечно, такое разделение избы было чисто символичным, так как она состояла всего из двух комнат. Да и то, вторая являла собой кладовку, давно и надежно забитую разными нужными вещами. Уже успев взяться за нож, Стэш ощутил за спиной чужое дыхание. Эльф переминался с ноги на ногу, сурово хмурясь. На вопросительно поднятые брови презрительно скривился: - Я могу рыбу почистить, - хриплый от долгого молчания голос звучал не менее недовольно. Кажется, он ожидал, что Стэш будет издеваться. - Ну ладно. Ножи на полке… - Стэш намеренно сделал паузу, ожидая, и найденыш нахмурившись еще недовольнее, неохотно буркнул: - Анерелин. - Отлично, Анерелин, - Стэш покатал на языке непривычное имя и улыбнулся. Эльф опять залип взглядом на его клыках, но орк не стал их прятать. Пусть любуется. Анерелин морщился и ругался сквозь зубы. Он занимался очень неблагодарным делом – пытался расчесать колтун, в который превратились волосы. Гребень, одолженный Стэшем, был крепким и острозубым – самое то для буйной гривы орка. Но не для эльфа. Намучившись, он махнул рукой на гребень и взялся за нож. Резать было неудобно, поэтому получившееся безобразие оказалось разной длины. Но Анерелин махнул рукой, решив что никому не будет дела, даже постригись он налысо. Непривычно короткие волосы все время падали на лицо и он с трудом собрал их в куцый хвостик, перевязав лентой. Убрал за собой. Побродил по дому, не зная, чем заняться и поплелся на улицу. Зеленый опять сбежал на охоту, поэтому он был волен делать все, что угодно. Правда, загвоздка состояла в том, что заняться было абсолютно нечем. Желание уйти Анерелин душил в зародыше. Он еще не настолько поправился, чтобы обошлось без неприятных последствий. К тому же неизвестно, что по этому поводу думает сумасшедший орк. Рассердится, что игрушка сбежала и прикончит, не моргнув. Анерелин смотрел на ситуацию трезво – без оружия, сил и знания местности он не сможет ничего противопоставить этому зеленому. Стэш. Не имя – собачья кличка. Хотя, животным его назвать нельзя. Даже привычная ненависть не могла скрыть того факта, что орк далеко не глуп. Да и не так уж страшен, честно говоря. - Взлет густых бровей, как крылья птиц, синевы хмельная глубина… - Стэш напевал смутно знакомую песенку, споро потроша косулю. Тащить ее домой целиком не было смысла – только лишний вес. Мысль о доме напомнила и про эльфа, который, наверняка, опять сует свой длинный нос куда не просят. Внезапно, Стэш вспомнил, что у найденыша тоже синие глаза, и насмешливо осклабился. Допел, похрюкивая от смеха: - Я сейчас смотрю в твои глаза, плещется в них страсти океан! – Да уж, стоило только представить, как вытянется постное, вечно недовольное лицо эльфа, если он это услышит. Мысль о том, что дома его кто-то ждет, оказалась на удивление приятной. Пусть даже это бледная моль, готовая перегрызть ему горло, как только представится случай. Главное, сделать так, чтобы этот самый случай не представился.