I WANNA BE YOUR

«Надежда — это не убеждение, что что-то будет хорошо, а уверенность, что что-то имеет смысл, независимо от исхода».

      Тишина порой и правда помогает. Она как проверенный друг. Ей от тебя ничего не нужно. Она просто сидит рядом и молчит. Идеально. Самое то, для раненой души.       Главное не впускать поток мыслей в эту тишину. Потому что они могут легко пропустить тебя через эмоциональную мясорубку. И тогда станет еще хуже.       С чем сейчас мне помогала только крайняя степень концентрации. Поэтому своей целью я выбрала верхушки деревьев, которые колыхались от ветра. И за которыми уже занимался рассвет. Я смотрела на них так долго, что, кажется, то и дело выпадала из реальности, будто загипнотизированная. Но это расслабляло. Чему только способствовало отсутствие шума города. Шелест листвы, сверчки и редкий, но далекий, собачий лай.       Я сидела на террасе маминого дома и просто пыталась взять себя в руки перед встречей с сыном. Казалось, даже два дня дома, в компании лучшего друга, вкусняшек и сериалов, не принесли мне должного успокоения. Потому что я раз за разом возвращалась к тому, из-за чего вообще оказалась в таком состоянии. О чем то и дело напоминала рунная вязь на запястье. Она не давала забыться. А ведь поступить с ней как с обычным обручальным кольцом, то есть — снять, было невозможно.       Вообще, эта штука напоминала мне кольцо от наручника, которым я теперь прикована к Локи до конца своих дней. Осознание чего погружало меня то в холодную апатию, то в обжигающий гнев. И ничего не помогало с этим справится. Казалось, меня заперли в невидимой клетке, предоставив мнимую свободу. Но даже невидимая, клетка все равно остается клеткой.       Конечно, со временем я предположила, зачем Локи это сделал. Прежде ведь у него не было ничего своего. Семья, родина, трон — все было чужим. Даже его жизнь, кажется, не принадлежала ему в полной мере. То будучи под контролем Одина, а потом Таноса. Поэтому, поняв, что он может получить что-то только для себя, Локи решил присвоить это себе любым возможным способом. Не думая о последствиях. Такой вот обострившийся детский эгоизм в исполнении взрослого мужчины.       Что, кстати, даже объяснило тот ритуал, на который он подбил Тора в свое время. Ведь чтобы не потерять то самое «свое», нужно, чтобы это «что-то» прослужило долго. А я хоть и обладала Камнем Бесконечности, все же оставалась смертной. И если бы однажды Эфир решил меня покинуть, я бы вряд ли это пережила. А если бы пережила, то со временем состарилась и умерла. Или меня бы убили. Или произошел бы несчастный случай. В общем, случиться могло все, что угодно. Ведь мы, смертные, такие хрупкие в сравнении с асгардцами. Но Локи решил эту проблему. По-своему, как всегда. Никого не спрашивая. Как обычно.       И вот, благодаря всему этому, я буду жить долго, да еще и развестись не смогу. Судя по тому, что мне рассказал Тор про этот брачный ритуал.       По его словам, оспорить или отменить решение Иггдрасиля не может никто. Бред! Из-за какого-то тупого дерева я теперь повязана с Локи на всю жизнь! Вот радость-то! В такие моменты, когда я сильнее всего ощущала себя загнанной в угол, я начинала язвить и злиться. Так что Тор за те два дня выслушал не одну мою речь с матовым покрытием. — Ты материшься или заклинание читаешь? — спросил он тогда, стоило мне начать смешивать маты разных языков.       Но все это было просто сотрясанием воздуха. Криком в пустоту. И литьем воды в море. Бессмысленно. Ведь ничего уже не исправить. Так что оставалось лишь смириться. В противном случае, гнев, злость и обида просто сожрут меня изнутри со всеми потрохами и даже костями. К чему я пришла как раз спустя два дня. Тор, кстати, отправился в Асгард, чтобы рассказать обо всем Одину и Фригге. Освободив меня от этой ноши. За что ему огромное спасибо! Потому что пересказывать все это снова не горела желанием.       А теперь вот я сидела и думала над тем, как бы Дани не понял, что со мной что-то не так? Он ведь такой проницательный. А я сейчас в раздрае.       Но все же, надеялась, что само его присутствие мне поможет. Потому что иначе, думается, не поможет уже ничего. — Мамочка! — Осторожно!       Малыш едва с последних ступенек лестницы не скатился кубарем, когда заметил меня. На что мама, готовящая завтрак, тепло улыбнулась. Она проснулась раньше сына, и за это время я успела ей обо всем рассказать. И даже слегка всплакнуть. Но не сильно. А к тому моменту, как проснулся Дани, я уже взяла себя в руки. И теперь прижимала к себе самое дорогое, что у меня есть на целом свете. — Я так скучал, мамуля! — крепко обхватив меня ручками, произнес Дани, утыкаясь личиком в мои волосы. — Я тоже, мой мальчик. Очень сильно. — А дядя Тор тоже здесь? — Нет, милый. Он по делам в Асгарде. Но обещал скоро вернуться. И сразу заглянет к нам. — Хорошо, — улыбнулся малыш, сидя у меня на коленях. Когда я начала легонько шевелить ногами, изображая поезд. Дани захихикал, стал дрыгать ногами, а потом пустился в долгий рассказ о том, как провел эти дни.       Как Баки и Стив, приехав, учили его строить шалаш в лесу неподалеку. А когда приехали Наташа и Сэм, они там же разожгли костер и жарили на огне картошку, хлеб и сосиски. Также малыш пожаловался на то, что его тогда сильно покусали комары, от которых даже дядя Баки его не спас своей железной рукой. А на следующий день приехал дядя Тони и привез велосипед, на котором его целый день учили кататься. Дани даже показал покарябанные коленки. Мама же со смехом рассказала, как все тогда паниковали из-за того, что Данька упал. Вроде взрослые люди, герои. А тогда самым спокойным был как раз сам Даниил. — Ты умница, малыш, — я поцеловала сына в макушку. Кстати, по моей просьбе мама отвела его подстричь и теперь волосы не лезли ему на лицо, став заметно короче. Теперь стало почти как у дяди Тора. Только чуть длиннее.       Сейчас Дани по-прежнему сидел у меня на коленях и за милу душу уминал мамины блины со сгущенкой. И мне правда становилось легче. Рядом с сыном будто отступали мрачные мысли и прошлые тревоги. Словно меня отгородило куполом. В котором тепло, уютно и спокойно.       И я решила отринуть любые мысли и просто провести время со своим ребенком. Ведь неделя еще не закончилась. У нас было еще четыре дня. И за это время я планировала не думать о проблемах. Думаю, они вполне могут подождать. Хотя бы до понедельника. Мне была просто необходима перезагрузка.       И мы отлично провели это время. Играли в прятки и догонялки, ходили гулять в лес и к речке. Для купания в которой было уже поздно, потому что лето шло на спад. В лесу же Дани нашел гнездо с птенцами, которые вылупились явно совсем недавно. И очень долго наблюдал за пищащими птичками. Даже хотел потрогать, но я не разрешила, не забыв объяснить, «почему?» Ведь сейчас он был в том самом возрасте почемучки. Ежедневно пополняя свой словарный запас и понимая все больше. И я была рада, что у меня получалось не приучить его с пеленок к современным технологиям. Как поступают некоторые современные родители, просто всучив ребенку телефон или планшет, лишь бы его отвлечь. Я же хотела, чтобы детство моего ребенка было таким же, как мое. С играми на улице, лазаньем по деревьям, строительством шалашей и настоящими друзьями, а не виртуальными. Возможно, однажды я даже отправлю его в детский лагерь, если найду подходящий. Где дети будут отдыхать, веселиться, играть, участвовать в тематических мероприятиях, концертах и так далее. Я была в таких в свое время и благодарна маме за то, что она меня туда отправляла. Потому что эти воспоминания до сих пор живут во мне и греют. Да, я могла сказать с уверенностью, что мое детство было счастливым.       Чего я хочу и для своего сына. Чтобы, став взрослым, ему было что вспомнить, поностальгировать и над чем посмеяться. Чтобы он не сросся с монитором компьютера, как большинство современных детей. У которых за техникой проходит все детство. Что они в один миг просто перестают быть детьми. Слишком быстро взрослея.       А потребность в технике вдоволь компенсировалась в гостях у дяди Тони. У которого Дани наиграется и насмотрится всяких крутых примочек настолько, что даже перестает выпрашивать смартфон. Хотя после сада частенько снова заводит свою шарманку. Ведь там, у богатеньких детишек, айфоны почти у всех.       Но у меня пока получалось его отвлекать. Пользуясь также тем, что от техники его могла на раз-два отвлечь магия. Да, в Асгарде Фригга часто показывает внуку всякие фокусы и обещает однажды научить его колдовать. И я в принципе была не против. Уж лучше магия, чем всякие компьютерные игры, в которых он может утонуть с головой. Да, в этом плане, отсутствие техники в Асгарде играло мне на руку, нежели в прошлом, когда я только попала в это их средневековье. — Уложил? — Порой мне кажется, что с этим ребенком труднее, чем на войне, — Тор прошел в гостиную и плюхнулся на диван рядом. Я сидела, поджав под себя ноги, и повернулась к нему, выключая телевизор. — Ну, как прошло? — спросила то, о что хотела уже целый день, изнывая от любопытства. Но за играми с Данькой урвать время на серьезный разговор было нереально. — Мама, конечно, была в шоке, — ответил Тор, вернувшийся из Асгарда буквально сегодня. — А отец… — О, даже думать боюсь! Небось сразу начал просчитывать риски. — Не удивительно, Лисенок, — пожал плечами Тор. — Ты же принцесса Асгарда. Да и Локи никто титула не лишал. А то, что вы теперь… — Не напоминай! — тут же ощетинилась я, передернув плечами. Эти два дня я старалась абстрагироваться от своего статуса. — В общем, отцу пришлось помиловать Локи. Так что, если он появится в Асгарде, то будет в своих правах принца и твоего… ну, ты поняла. — Хах, как же удобно, блять, — помассировала переносицу, ощущая, что меня снова начинает придавливать тот груз, который я сбросила на эти дни. — Вот просто… зла на него не хватает! — Знаю, малышка, — Тор потянул меня к себе и обхватил руками. Я же сжалась в комочек в его медвежьих объятиях. — Как ты, Лисенок? — Не знаю. Честно, — прислонившись щекой к его груди, я стала перебирать подвеску в виде Мьёльнира, лежащую на его футболке. Кстати, подаренную мною. Что отдалось теплом в сердце. — Я вроде бы успокоилась, но еще не смирилась. И не знаю, как буду все это разгребать. — Если что, я всегда рядом, — Тор поцеловал меня в макушку и растер плечи. — И всегда рад устроить братцу взбучку. Только дай знать. — Я вообще была бы не прочь отношений на расстоянии. Ведь, по Земным обычаям, мы с ним не… — Лисенок, но и ты больше не смертная, — с заметным сочувствием произнес Тор. — А значит, законы Мидгарда на тебя не распространяются. — Но ведь у меня есть гражданство аж двух стран. И ни в одном из паспортов не стоит штампа. — Прости, но с такими, как мы, это так не работает, — и снова сочувствие. Я же тяжело вздохнула. — Документы Мидгарда чисто формальные. Чтобы пользоваться некоторыми земными услугами. Но по факту, ты… — Засада, — буркнула я. Хотя, надежда была крайне мизерной, что получится выкрутиться за счет разных юрисдикций. Может, не будь на мне титула принцессы, а также без того древнего ритуала, может, что-то еще и получилось, а так… Локи буквально отрезал мне все выходы. Жук хитрожопый! — Мне жаль, Лисенок. — И развестись никак? — я подняла голову, чтобы видеть Тора и уже по одному взгляду все поняла. — У нас, знаешь, вообще разводы не очень распространены. — Как это? — я слегка выпрямилась и теперь почти сидела напротив, на достаточно близком расстоянии. — А если, ну там: измены, несовместимость характеров, домашнее насилие и так далее? Куда деваться? Не может быть чтобы у вас там браки заключались раз и навсегда. — Нуу… — Да ты гонишь! — воскликнула я, но сразу сама себя приструнила. Ведь наверху спал Дани и мама отдыхала за книжкой в своей комнате. — Не может быть, что вы там все поголовно однолюбы! Это же нереально! — Ну, по большей части… — Охренеть! — выдохнула я в шоке. — Ну хоть с отношениями до свадьбы у вас не все столь же… серьезно? — Нет, конечно! — выдал Тор, на что я прыснула. И видимо, только после этого он понял, как все прозвучало. — Эх, мужики и в Асгарде мужики, — усмехнулась я, опираясь локтем о спинку дивана и подпирая щеку кулаком. — И много на твоем счету девиц с поруганной честью? — Лиса, — со вздохом закатил глаза мужчина. — Это… я не хочу говорить об этом. С тобой тем более. — А чего стесняться? Я уже видела тебя голым. — Лиса! — Тшш! Ребенка разбудишь, — шикнула я на басовитый возглас, толкая его кулаком в плечо.       Тор же успокоился и кажется перестал краснеть, на что я улыбнулась. Но подкалывать не стала. Однако, заметила его ставший задумчивым взгляд, а также нахмуренные брови. — В чем дело? — уже серьезнее спросила я. — Вот только давай без уверток, — прервала, как только он рот открыл. Но тут же закрыл. — Ты из меня информацию вытягиваешь каждый раз, чуть ли не клещами. Теперь моя очередь. Колись давай. — Да, там ничего особенного, — махнул рукой Тор, но, под моим сверлящим взглядом, сдался. Я уже заметила, что у него плохо получается мне отказывать. Вздыхая и опуская плечи, он заговорил: — Я просто… — было видно, что ему не просто дается облечение чувств и мыслей в слова. Так что я его не торопила. С этим он должен справиться сам. — Мы с Джейн ведь решили взять перерыв, помнишь? — я кивнула. — И сейчас она вся в делах. Ну, вся эта ее научная тарабарщина. Премии, конференции, лекции и так далее. А я… я бы хотел чего-то более серьезного, — он взглянул на меня, и по одному его взгляду все поняла. — А чем больше смотрю и провожу времени с Дани, тем больше… — он сел ровно, сцепив руки в замок и опустив голову. — Шутка ли? Но я стал задумываться о семье. О детях. — Это естественно, Тор, — я положила руку ему на спину, слегка поглаживая. — Когда проводишь много времени с ребенком, невольно начинаешь задумываться: «а смог бы я завести своего?» А с Джейн ты не говорил об этом? — Говорил, — еще более хмуро отозвался он, ниже опустив голову. Но волосами уже не мог закрыться, как шторкой. Я же подсела ближе и пристроив руку на его плече поудобнее, уткнулась еще и подбородком. — Но она сказала, что пока не готова. Что ее работа только пошла на взлет, и что семья и дети будут не вовремя. — О, Тор… — Ничего. Я ее понимаю. Наверное. Но и отбросить эти мысли уже не могу, — он повернул голову, глядя на меня своими грустными голубыми глазами брошенного щенка. — И все чаще мне начинает казаться, что этот перерыв, превратится в разрыв. Я уже чувствую, что с каждым днем пропасть между нами становится все больше. Но ничего не могу сделать. Или не хочу? Я не знаю, — Тор провел рукой по коротким волосам и тяжело вздохнул. Я же не пыталась что-то сказать или посоветовать. Вряд ли ему это сейчас нужно. А молчать и слушать я умела. Да и что я могу посоветовать? У самой в личной жизни черти что происходит. — Знаешь, а ведь я завидую Локи. — Что? — честно, я была в шоке от этого его заявления. — Завидуешь? Локи? В чем? Он обманом женил меня на себе. Чему тут завидовать? — Тому, что у него есть ты, — снова повернулся ко мне Тор. — И есть Дани. Даже если он пока о нем не знает. Но вы у него есть. — Но у тебя мы тоже есть, — я взяла его за руку. — Не так, — сказал он, качая головой. — Не так, как я… — Что? — Как я бы того хотел.       Почему-то от его ответа ком встал в горле. Меня настораживало то, во что начал скатываться наш разговор. Особенно когда почувствовала, как Тор коснулся рукой моей щеки, а потом большим пальцем дотронулся до нижней губы. — Тор… — Я понял, что у меня нет шансов, уже давно. Например, в тот день, когда ты прочитала мне лекцию о Локи в моих покоях, — он убрал мои волосы за ухо с одной стороны, пока меня будто парализовало. — Тогда ты так о нем говорила. С таким запалом. А твои глаза так светились, что ими можно было осветить целую улицу. Тогда я позавидовал в первый раз. Но не в последний, — он говорил негромко, но быстро и будто на одном дыхании. — Я никогда такого взгляда не видел. Особенно по отношению к моему брату, — взгляд Тора плавно блуждал по моему лицу, то и дело задерживаясь на губах. — И я столько раз тайком думал о том, что хотел, чтобы однажды ты посмотрела так на меня. — Тор… — Я знаю. Знаю, — он выпрямил плечи и теперь смотрел мне прямо в глаза. — Я вижу, что ты любишь его, — я открыла было рот, но он качнул головой. — Не отрицай. Да, ты обижена на него. Злишься. И может, немного ненавидишь. Но по-прежнему любишь. Даже после всего, что он сделал. Даже зная, что он совершил. Зная все его ошибки и пороки. Все равно любишь. И этому я тоже завидую, — он все еще удерживал руку на моей щеке. — Потому что твоя любовь дорогого стоит. И если бы все могло сложиться иначе, я был бы готов положить к твоим ногам хоть все девять миров, — Тор наклонился и прислонился лбом к моему виску, спустив руку к шее и обдавая горячим дыханием скулу. Я по-прежнему не могла пошевелиться. — Ты настоящее сокровище, Лисенок. И прости, что говорю все это сейчас. Я понимаю, что у тебя и без того полно забот. И ни на что не надеюсь. Ведь я все понимаю. Ты нужна Локи, — он снова слегка отодвинулся, чтобы смотреть в глаза. — Он тебя не заслуживает, но ты нужна ему. Чтобы стать лучше. Ему нужен тот свет, который ты излучаешь. То тепло, любовь и забота, которых ему не хватало все эти годы. И я это понимаю, — кивнул он, слегка улыбнувшись. — Но могу я попросить тебя кое о чем? Сейчас, пока моя решимость все еще при мне.       Все, что я смогла — это кивнуть. — Один поцелуй, — прошептал он, снова коснувшись большим пальцем моих губ. А сам задышал быстрее и чаще, словно марафонец. — Один. Первый и последний. Поцелуй, как будто я — это он. Прошу, Лиса, — он поднял взгляд, и столько в нем было мольбы, что по телу невольно пробежали мурашки. — Обещаю, что больше не заговорю о чем-то подобном. Не вспомню. И не стану ничего ждать или надеяться. Но… мне нужно хоть раз почувствовать, каково это — быть любимым тобой.       Я ахнула от его слов, находясь в чистейшем, незамутненном, концентрированном шоке. Потому что такого я не ожидала вот прям совсем! Особенно от него! Особенно сейчас! Когда всего несколько минут назад мы говорили о его девушке, об их сложных отношениях и его желании завести семью.       Как мы вообще докатились до сюжетной ветки из Дневников Вампира?! Я ведь ненавижу любовные треугольники! Так как я внезапно оказалась прямо посреди одного из них?! Или тут вообще квадрат, если учитывать Джейн? — Я…прости, Лисси, — вздохнул Тор. — Не стоило мне вообще начинать все это, — он опустил руку, собираясь встать.       И уж не знаю, чем я думала в тот момент? Уж точно не головой. Потому что я поднялась, ухватила его за руку, дернула на себя, закрыла глаза и поцеловала. Так, как он и просил.       И да, это сто пудов было неправильно. И дико. Но, как там писал Оскар Уайльд: «Единственный способ избавиться от соблазна — поддаться ему». Ну, я и поддалась. Как и Тор, судя по всему.       С ним все было иначе. Что не удивительно. Но и представлять на его месте Локи я не стала. Потому что это уж точно был бы полный кринж. Я лишь вытащила из запертого ящика в своем сердце те чувства, которые испытываю к Локи, чтобы помочь Тору почувствовать то, что он так хотел. Почувствовать ту любовь, которую я испытываю к его брату. Мда, звучит капец стремно.       Однако поцелуй Тора не смог высечь у меня внутри ни одной искры. Каким бы головокружительным ни был. — Спасибо, — прошептал он, стараясь отдышаться. Его руки были на моей талии, а лбом он прикоснулся к моему. Пока я стояла коленями на обивке дивана, закинув руки ему за шею и также тяжело дыша. — Спасибо, Лисенок, — улыбнулся он. И хотя на дне его глаз я видела тоску, он все же не выглядел расстроенным. — Пожалуйста, — я плавно спустила руки, а он убрал свои с моей талии. — Мы ведь оставим это между нами? — Разумеется, — он провел языком по губам, словно оценивал послевкусие. Я же старательно отгоняла пошлые мысли. — Особенно это касается Локи. — Конечно. Я же не самоубийца, — усмехнулся он.       Атмосфера неловкости и легкой страсти как-то быстро развеялась. На удивление. Я ожидала, что мы даже в глаза будем бояться друг другу взглянуть. Но нет.       Этот поцелуй был похож на тот, когда целуешься с лучшим другом, просто для того, чтобы понять: каково это вообще? По крайней мере, я чувствовала это именно так. Потому что мой первый поцелуй был именно таким. С разницей в том, что у меня это была подруга, а не друг. Да-да, вот такая я проказница была, будучи подростком! — Ты останешься или…? — Думаю, сейчас нам обоим нужно время наедине с собой. — Да, наверное, — кивнула я и пошла его провожать. — Знаешь, тебе вовсе не обязательно… — Я хочу, — Тор не стал спорить. А в прихожей снял свой молот с крючка на стене. — Еще…? — …увидимся, да. — Хорошо, — с улыбкой выдохнул он, словно боялся, что я теперь начну его избегать. Напоследок он сжал мои пальцы в своей руке, после чего вышел на террасу, сменил костюм, спустился по ступенькам и, раскрутив молот, устремился в ночное небо. Так что только плащ развевался за спиной.       Я смотрела ему вслед, пока он вовсе не исчез. Наверняка полетел в Башню. Ведь раз уж с Джейн они стоят на паузе, то на Земле ему, кроме Старка, моей квартиры и маминого дома, податься больше некуда. Что вызвало сжимающую сердце тоску. И понимание, отчего Тор захотел семью. Каждому хочется иметь место, куда хочется возвращаться и где тебя ждут.       Да, у Тора были мать и отец, а еще я, Данька и даже Локи. Хотя, учитывая их отношения, его, наверное, считать не стоит. Есть Джейн, с которой сейчас все сложно. А я не знала, насколько он считает ее своей семьей? Но родители — это родители. Из-под крыла которых Тор уже давно вылетел. Мы же с Данькой тоже не считались в том ключе, который был нужен Тору. Да, мы близки, но все же это не совсем то.       Вот и получается, что он достаточно одинок. Оттого и грустно.       «Только я тебя умоляю, не превращайся в Елену Гилберт!» — подало голос подсознание. «Тебе и одного брата хватит с головой!»

***

— Наташа, мне срочно нужна твоя луженая русская печень! — Интригующее начало, — Романофф отложила в сторону журнал и взглянула на меня. — Выглядишь… — Паршиво, я знаю. — Я хотела сказать — помято. Но и это определение подойдет. Что, встреча с бывшим прошла не по плану? — Вообще нет, — я прошла вперед и рухнула на диван, на котором расположилась шпионка, устроив голову у нее на коленях. Благо, кроме Наташи, тут никого не было. Особенно представителей противоположного пола. Кажется, такими темпами я превращусь в мужененавистницу. — Насколько все плохо по шкале от 1 до 10? — Я думаю, уже можно вводить 20-ти балльную систему. — Хорошо. Из 20-ти на сколько? — 34. — Ого! — Да. — А ты вообще напиться-то сможешь? — Я реквизировала из погреба Асгарда бочонок канеанского эля и пару бутылок дорвинионского эльфийского вина. — Да ты подготовилась, я смотрю, — хмыкнула Наташа. — Уже даже интересно, что учудил твой олень. — И не только он, если честно, — вздохнула, вспоминая вчерашний вечер дома. И тот поцелуй с Тором. Из-за чего я и не спала почти всю ночь. Мысли просто не давали покоя. Наташа вопросительно приподняла бровь, глядя не меня сверху вниз. И я поняла ее немой посыл. — Я все расскажу. Только для этого сперва нужно бахнуть. — Настолько плохо? — присвистнула шпионка, однако в ее голосе послышались нотки сочувствия. А лицо стало заметно участливым. — Ты себе даже не представляешь, — вздохнула я, помассировав переносицу. — Сбор здесь? — Я забронировала караоке-бар на вечер. — Черт! Мне уже страшно, — из нее вырвался нервный смешок.       За прошедшее время мы отлично подружились. Наверное, русские души просто тянулись друг к другу. А потом притянулись с концами и склеились так, что не расцепить. Прежде у меня особо близких подружек не было. Так, приятельницы, да знакомые. Но, видимо, тут нужно просто найти «своего» человека.       Наташа была просто идеальной подругой. С чувством юмора. Дерзкая, крутая и секреты хранить умеет. Даст мудрый совет, если что, а когда надо и поджопник. Также она была искренней и сочувствующей, умела сопереживать и поддерживать. Но, что самое крутое — она не осуждала. А сейчас мне это нужно больше всего.       Ведь когда-то она первая приняла тот факт, что я имела некоторые «отношения» с Локи, а потом вообще залетела от него. Так что, учитывая нынешнюю ситуацию с браком и поцелуем с братом моего, кхм, мужа, мне нужен скорее слушатель и собутыльник, а не мозгоед. С этой ролью я сама отлично справлюсь. *этим же вечером* — Мама, я влюблена в мудака! Расскажи мне, почему от него жду звонка?       Две девушки стояли на небольшой круглой сцене в свете разноцветных софитов. У каждой было по бокалу с выпивкой в руке. Градус уже давно превышен, но кажется, у русских были и правда стальные не только нервы. А песни уже давно не пелись, а кричались. — Слышь, отцепись! Без тебя заебись! Зая, зая Отцепись! Без тебя заебись!       Каждой женщине, как говорится, время от времени нужна перезагрузка. Поплакать, выпить и прополоскать мозги какому-нибудь мужику. Даже если не напрямую, а только между ними, девочками. Важен сам факт головомойки. — Спектакль окончен! Гаснет свет! И многоточий, больше нет! Останови, музыку! Спектакль окончен! Хэппи энд!       Причем у каждой женщины есть свой харт-брейк-топ-лист. Который отлично подходит под выпивку и караоке, в ситуации, когда в деле замешан мужчина. А уж у русских женщин и подавно. — Они нам дуло к виску Они нам вдребезги сердца А мы за ними во тьму А мы за ними в небеса! Они нам реки измен! Они нам океаны лжи! А мы им веру взамен! А мы им посвящаем жизнь! Кому, зачем? А мы им посвящаем жизнь! — Все мужики козлы! — воскликнула Лиса. — Все, кроме Стива, — хмыкнула Романофф. — Он зайка. — А если я скажу, что спустя всего ничего после похорон «любви всей своей жизни» он уже полез целоваться к ее племяннице? — Да ты гонишь! — поперхнулась рыжая. — Да что б мне вдоль треснуть и поперек срастись! — Лиса нарисовала на груди крестик, покрестив сердце. — Ахуеть! Оказывается, мистер мораль не такой уж моральный! — Ага! А потом он вообще съебался в прошлое к той самой «любви» и фактически стал дядей своей бывшей подружки! — Лиска, хватит! Ты рушишь светлый образ Роджерса в моих глазах! — Прости, Нат. Но в этой жизни — непогрешимых нет. — Звучит как тост.       Девушки посмеялись, обновили напитки и, чокнувшись бокалами, выпили. Обеих развезло уже давно, что они не стеснялись в выражениях. Хотя, перед кем им было шифроваться? Учитывая, что, кроме их двоих, в помещении никого не было. Только изредка заглядывали официанты, чтобы обновить выпивку и закуски. Удивляясь тому, что обе еще на ногах стоять могут, да диалоги вести. — Нат, а ты как смотришь на то, чтобы сгонять куда-нибудь, сотворить там что-то невообразимое, чтобы потом при каждом удобном случае переглядываться друг с другом и говорить: «ну да, это конечно не то, что в Будапеште»? — Я за любой кипишь, детка! Ты же знаешь.