Часть X
19 декабря 2022 г., 18:39
Примечания:
Astiqmatizm: бляха-муха, почему мне всегда выпадает писать какие-то стратегически важные главы, из-за которых я убиваюсь.
— Папа!
Ленников-младший кинулся в объятия отца, как только вся компания, уже забравшая свои сумки, поспешила к выходу из аэропорта.
— Сынок, тебя уж и не узнать, — Дмитрий слегла наклонился, чтобы взъерошить отросшие сына, который тем временем крепко держал отца в объятиях. Видимо, Кристина разрешает ему не стричься совсем.
При виде такой картины Паше даже стало немного грустно. Неужели это всё из-за него разрушается такая милая семья? Он стоял вцепившись в ручку от своего чемодана рядом с сонным Грибочкиным, который в свою очередь пил кофе из автомата в аэропорту. Паша попросил у него сделать глоточек, хотя понятия не имел, что именно из-за него с Димой Роману сейчас приходится пить уже второй по счёту стакан.
Дмитрий поднял взгляд и встретился взглядом со своей женой. Она была... Неотразимой, как и всегда, но сейчас Диме казалось, что с момента их последней встречи, она изменилась в ещё более лучшую сторону. Стала выглядеть как-то ярче, живее что ли. Она подошла к нему и заключила его в объятия, поцеловав в щёку.
— Я очень скучала по тебе... — призналась она.
У Димы сжалось сердце и он не смог ничего сказать в ответ. Он, конечно, представлял, что всё это будет тяжело, но не думал, что когда-то его жизнь настолько перевернётся с ног на голову. Он хотел было обнять её в ответ, как она отстранилась и, мило улыбнувшись всем остальным, взяла сына за руку и повела всех к выходу. У Дмитрия внутри поселилось странное чувство.
До квартиры они добрались довольно быстро, попрощавшись в аэропорту с Дашей, Борисом и Грибочкиным. Все они договорились встретиться вечером в квартире у Димы и Кристины, чтобы встретить новый год одной большой компанией.
По приезде домой Дима всё ещё переживал. Он сел наедине со своими мыслями, закрывшись в туалете, и ничего не мог никому сказать.
Тем временем Паша уже успел познакомиться и пообщаться с женой Димы, которая, к удивлению Паши, сама к нему подошла. Она была очень милой женщиной, которая была настолько ниже его, что Паше приходилось при разговоре склонять голову вниз. Он, параллельно обсуждая с ней какие-то бытовые вещи, с удовольствием помогал ей готовить блюда на новогодний стол.
Короче, Паша успел везде, пока Дима сидел на полу в туалете.
В один момент Паше приспичило сходить отлить и, спросив у Кристины местонахождение санузла, он направился вдоль по коридору, пока не заметил, что у пункта его назначения заперта дверь.
— Занято! — из-за двери донёсся раздражённый голос, в котором Паша сразу узнал голос Димы.
Паша сделал вдох и выдох, прежде чем невесомо постучать костяшками пальцев по двери.
— Дим, это я.
— Кто "я"?
— Ты издеваешься? Я обоссусь сейчас!
Дверь туалета наконец-то открылась. Дмитрий сидел на полу, что-то читая в телефоне и курил уже чёрт знает какую по счёту сигарету. Он бросил на Павла жалкий взгляд и отвернулся, продолжая сидеть с поникшим видом.
— Дим, — Паша опустился и сел на бледный кафель рядом с ним. — Что случилось?
Ленников выпустил дым изо рта и покачал головой.
— Холодно, простудишься.
Паша смирил его взглядом в стиле "Ты это сейчас серьёзно?" и выдохнул, поворачиваясь в его сторону, чтобы успокаивающе погладить мужчину по голове. Дима убрал телефон, и, поддавшись таким приятным действиям со стороны Паши, лёг ему на колени, пока тот продолжал гладить его волосы, лицо...
Так они просидели минут 10, а Паша всё ещё хотел в туалет.
— Ты два часа здесь сидишь, если не больше, — Паша решился заговорить первым, спустя несколько минут от того, как Дмитрий затушил сигарету. — Что случилось?
Ленников громко выдохнул.
— Я переживаю за сына. И за тебя.
Паше сначала показалось, что он ослышался.
— За меня?
— Да, — Дмитрий сделал небольшую паузу, обдумывая, как ему лучше объяснить свои чувства. — То есть... Я знаю, что такое расти без отца, и я бы не хотел, чтобы мой сын это узнал тоже. Если и расторгать брак с Кристиной это очень... Тяжело. Делить имущество, делить нашего единственного ребёнка...
Паша продолжал проводить руками по его волосам, пока тот говорил.
— Зачем тебе разводиться с ней? Она же вроде хорошая женщина.
— За тем, что я хочу быть с тобой.
Паша теперь тоже задумался, чувствуя, как Дмитрий хмыкает и тянется за очередной сигаретой, прежде чем Макаров успевает перехватить его руку. И, конечно, ему бы тоже хотелось быть с Димой. Но то, что у него была семья, из-за которой он изначально отказывался от того, чтобы быть ближе к нему — это заставляло задуматься обо всех вещах под другим углом. И это ещё при том, что и у самой Кристины тоже появилась любовница за время отсутствия Димы.
— Ох...
Дмитрий погладил пальцы Паши и нежно сжал его ладонь в руках.
— Мне бы так хотелось, чтобы мы были с тобой только вдвоём.
Паша наклонился, чтобы посмотреть ему в глаза и погладить его ладонь в ответ. Он не знал, что сказать. Сейчас Дмитрий лицом к лицу встретился со всеми проблемами, которые он игнорировал во время службы, поэтому в нём обратно выросли все те противоречия. Паша не мог и представить, что он делал бы на его месте. Хотелось взять телефон и поискать в гугле "что делать если...", но он сомневался: ведь если подобная ситуация и существует, то вряд-ли она когда-либо выносилась в свет в интернете.
— Знаешь, ты не поможешь ситуации тем, что закрываешься здесь и нагружаешь себя мыслями обо всём этом. Я думаю, что нам стоит собраться вчетвером и обсудить это. Но не сегодня, милый, хорошо? Позволь расслабиться себе и всем остальным, это же праздник.
Ленников молчал, понимая, что Паша прав и это — самое рациональное решение на данный момент. Он грустно кивнул и продолжил держаться с ним за руку, поглаживая тыльную сторону его ладони большим пальцем.
Паша наклонился, чтобы поцеловать Диму в лоб.
— Не хочу портить такой момент, но... — Паша неохотно отпустил руку. — Я уже минут сорок хочу в туалет.
Дима рассмеялся, поднимаясь на ноги и подавая руку Паше, чтобы тот встал следом. Ленников встретился взглядом с его блестящими глазами и, обняв его за талию, нежно поцеловал в губы.
— Хочешь подержу твой член? — прошептал Дмитрий на ухо парню.
— Иди уже!
***
Спустя спокойные три часа, за которые Дима всё-таки успел посидеть с сыном и влиться в готовку Кристины и Паши, наконец пришли гости. Борис с Дашей подарили хозяевам дома аж три бутылки шампанского, которые Дмитрий, глубоко оценивший такую признательность, сразу поставил на стол вместе с бокалами. Кристине же они вручили не просто какую-то хрень, а кофемашину, которой, по всей видимости, никто кроме Димы всё равно пользоваться не собирался. Паша усадил гостей за стол и включил музыкальный канал на телевизоре на фон, поддаваясь непринуждённой беседе с другом и его девушкой. Следующим, где-то спустя ещё минут 20, заявился Грибочкин в компании своей дочери и какой-то очень экстравагантной девушки. Дмитрий выглянул из кухни, встречая гостей, и поднял брови от удивления. Так у Ромы всё это время была подружка? И он ему не сказал? — Э-э, всем привет, — немного смутившись такой реакции произнёс Роман и помахал рукой в пустоту. Девушка рядом с ним как-то хитро улыбнулась, всматриваясь в лицо Ленникова. Дмитрий вышел из кухни в прихожую, опираясь локтем о стену. — Добро пожаловать, Роман, милая Алина и... — Рита. — Ага. Чувствуйте себя так, как будто вы дома у себя и бла-бла, всё такое, — Дима махнул рукой в сторону гостиной, куда и направилась Рита, провожая их высокомерным взглядом. Алина убежала в комнату Ленникова-младшего, а Грибочкин остался стоять столбом, пока Дмитрий смотрел на него просто неописуемым взглядом, выдыхая через нос и поднимая брови. — Что не так? Дима покачал головой и ушёл обратно на кухню, чтобы помочь Кристине.***
Когда уже всё было накрыто и все сидели за столом, обсуждая самые рандомные вещи, в дверной звонок позвонили. Кристина, улыбнувшись, поднялась со своего места и пошла открывать дверь. Через пару минут в комнату зашла девушка с длинными тёмными волосами. Паша посмотрел на неё и... — Какого...? Полина подняла взгляд на него и раскрыла рот от удивления. — Ты что здесь делаешь? — произнесла она, прикрывая рот рукой. Все сидящие за столом устремили свои взгляды на них двоих. Все, кроме продолжающего орать песни Валерия Меладзе телевизора, все замолчали, с интересом наблюдая за происходящим. — Нет, это ты скажи мне, что ты здесь делаешь! — Паша вскочил с места и чуть ли не бегом направился к ней, умудряясь наступить Диме на ногу. Полина смотрела на него так, будто только что увидела что-то страшное. Примерно с таким же лицом люди стоят в фильмах, когда перед ними неожиданно появляется какой-нибудь зомби. — Я пришла к своей девушке, чтобы отпраздновать новый год, — она сложила руки на груди, глядя на парня сверху вниз. — А ты что здесь забыл? Паша усмехнулся, всплескивая руками по обе стороны. — Ха-а! Не поверишь! Приехал к своему парню, чтобы отпраздновать новый год! Ещё вопросы будут? Полина переводила взгляд то на Пашу, то на Диму, то на Кристину, а потом в её голове сложился пазл. Она резко рассмеялась, схватившись за живот, а Павел начал смеяться в ответ. Дмитрий нервно тряс ногой под столом. — Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит? — сказал он громким голосом, привлекая внимание этой парочки. Паша протёр глаза и лицо ладонью, прежде чем повернуться к Диме. Он всё ещё не мог прекратить смеяться. — Это моя сестра старшая. Мы... Мы... — он снова зашёлся в приступе смеха, пока Дмитрий, недоумевая, посмотрел на Кристину в поисках помощи. Та в ответ кинула ему такой же сочувствующий взгляд. Дима покачал головой, наливая себе водки, доставая бутылку из-под стола. — Мы своей семьей вашу... Развалили...***
Прошло ещё где-то полтора часа. До 12 ночи было примерно столько же. Все успели и поесть и поболтать, за столом стало скучно. Кто-то уткнулся в телефон, кто-то смотрел телевизор, захмелевшие Дима с Пашей спали друг на друге, держась за руки. — Предлагаю поиграть, — объявил Борис, предварительно прокашлявшись. Он покосился на тарелки с бананами и потянулся, чтобы взять один. — Правила просты: побеждает тот, кто съест банан целиком, и при этом сделает меньше всего укусов. — Борь, дети всё ещё тут, — Даша ткнула его за рукав, хоть и застенчиво улыбнулась, улавливая суть. Борис закатил глаза. Протестующих не было обнаружено, поэтому всем раздали по банану. В Пашу и Диму тоже кинули парочку, из-за чего они проснулись уже окончательно. Начать решили по кругу, возможность опозориться первому выпала Роману Грибочкину, который выглядел очень нервным, когда вскрывал банан. Все взгляды были устремлены на него, а Рита даже достала телефон и включила камеру. Он выдохнул и засунул добротную часть банана в рот, проталкивая его себе глубоко в горло. Все вокруг рассмеялись, аплодируя и в шутку улюлюкая. Паша с Димой сидели и молча наблюдали за этой странной картиной, пока Грибочкин, с бананом в горле, не поднял сосредоточенного взгляда на Дмитрия. Дима в ответ на такое поперхнулся и поспешил отвернуться. Роман же закашлялся. Потом очередь дошла до Паши. Он покачал головой, расплываясь в улыбке и щуря глаза. Он наклонился к Диме, и, положив руку ему на колено, прошептал: — Папочка, дай мне банан... У Димы электрический удар вдоль позвоночника. Ему сразу захотелось дать ему кое-что другое, что он мог бы заглотить, но нет, точно не банан. Паша смотрел на него пьяными глазами снизу и улыбался, продолжая гладить его колено и ожидая дальнейших действий мужчины. Сидевший рядом сын Дмитрия, Рома, резко переменился в лице. Паша, как оказалось, "шептал" не так тихо, как ему казалось. Он переглядывается с Алиной обречённым взглядом и говорит ей что-то по типу: "Куда я попал?". Дима всё-таки передаёт ему банан, не отрывая глаз с Паши, пока за всей этой сценой, с самого момента её начала, наблюдают ещё 7 человек. И как только Павел было начал открывать банан, соблазнительно, как он думал, маневрируя ртом и руками, из-за стола резко поднялся Роман Грибочкин со словами: — Всё, — он поднимает руки. — Я больше не могу на это смотреть. Рита смотрит на него, искренне не понимая, что вызвало такую реакцию у её молодого человека. — Почему? — спрашивает она. Роман осматривает присутствующих. Дима смотрит на него, нахмурившись. Грибочкин нервно сглатывает скопившуюся в горле слюну. Из аккомпанирующего телевизора доносятся звуки "Модного танца" из "Служебного романа". — Да эти двое просто посвящены друг другу до такой степени, что на это уже попросту мерзко смотреть! Дима поднимается из-за стола. Правда с трудом, потому что несколько рюмок выпитой водки, которую он прятал под столом, не могли пропасть даром. — У тебя какие-то проблемы или чё? — спрашивает он, подходя к другу и шатаясь из стороны в сторону. — Даже если у меня и есть какие-то проблемы, то я с ними без твоей помощи справлюсь! — Роман толкает Диму, который из-за своего и без того шаткого положения рискует упасть, но всё-таки сохраняет равновесие и остаётся стоять на ногах. — Другим некомфортно смотреть, как ты на каждом углу лижешься с этим своим педиком... Дима, при упоминании "педика", под которым, очевидно, подразумевался пребывавший сейчас в состоянии шока Паша, резко схватил друга за ворот и, замахнувшись, вмазал прямо по носу. — Рома! — Рита с Кристиной вскочили со своих мест, пока тот держался за свой ушибленный нос. Дима закатил глаза. — Кристин, ну чё ты лезешь к нему, тут вон медсестра сидит, — Дмитрий ткнул пальцем в сторону Даши с Борисом, которые просто сидели молча и не знали, что вообще говорить в такой ситуации. Чуть позже Романа отправили на кухню, сидеть с ледяным компрессом. Дима, спустя какое-то время продолжительного молчания, выполз из-за стола и зашёл к нему. — Ну чё, как ты? Сильно досталось? — он сел рядом с ним, пытаясь заглянуть в его поникшие глаза. Роман опечаленно выдохнул аккурат в пакет со льдом. — Прости, что я так. Не знаю, что на меня нашло... Дима улыбнулся, дружески толкая его в плечо. — Пить тебе нельзя много! — Хах, это точно... — Роман усмехнулся, вспоминая все истории, которые приключились когда-то с ним пьяным. Дмитрий какое-то время сидел молча. Он полез в карман за сигаретой. — Не знал, что ты вот так к этому относишься. Ты же вроде мне наоборот помочь пытался с этим делом, а мог бы и меня тогда педиком обозвать. Роман грустно рассмеялся, качая головой. Если бы Дима только знал обо всех его переживаниях и навязчивых мыслях, которые продолжали преследовать его. — Нет. То есть... Я нормально отношусь к этому всему, просто проблема немного в другом. Ленников задумчиво стряхнул пепел в пепельницу, что так удобно оказалась на столе, за которым они разговаривали. — А что тогда? — он затянулся вновь. Из гостиной доносились звуки смеха. В одном из них он узнал Пашу. Роман отодвинул компресс от носа, и, покачав головой, завершил. — Если я и решусь рассказать, то мне понадобится сигарета. А ты и так только что последнюю выкурил. — Вот блять!***
Дмитрий с Романом вернулись в гостиную, бурно обсуждая что-то. Дима даже обнял его одной рукой, притягивая к себе за плечи. Паша невольно улыбнулся, посмеиваясь со всей ситуации. — Что? — Дима покосился на Пашу, когда тот пытался перехватить его взгляд. — Банан-то я так и не съел. Паша подождал, пока все отвлекутся на дальнейший просмотр "Служебного романа". Дети убежали в комнату под предлогом быть в гостиной хотя бы за десять минут до двенадцати. И так, ненадолго лишившись всеобщего внимания, Павел вновь берёт уже открытый банан в руку и помещает его в рот, надавливая на середину своего языка и начиная облизывать его так, как сделал бы с головкой члена. Дмитрий завороженно смотрит за его действиями, а он ещё и не останавливается на этом, покрывая поцелуями и задевая языком мякоть. Вскоре он берёт банан в рот чуть ли не полностью, смыкая губы вокруг и двигая головой вверх и вниз. Паша убирает банан изо рта, прежде чем наклоняется, чтобы горячо зашептать Диме в ухо. — Хочу, чтобы это был твой член. А Дима как этого хотел. Член Дмитрия тоже оказался заинтересованным перспективе поддаться ласкам рта Паши, поэтому Ленникову пришлось дотянуться до первой попавшейся подушки, чтобы скрыть ей свою эрекцию. Паша смотрит на это и почти начинает смеяться, потому что на коленях Димы лежит большая красная мохнатая подушка в виде сердечка. Паша замахивается со всей дури, прежде чем расположить свою руку на этой самой подушке. Он смеётся с выражения лица Ленникова и начинает выводить на этой самой подушке узоры пальцем. А до нового года остаётся тем временем совсем немного, поэтому дети прибегают обратно за стол, а взрослые переключают канал с кино. Роман открывает бутылки шампанского и передаёт Полине, чтобы она помогла разлить напиток всем, кроме детей. Детям полагалась Добрый кола. — Ну что, кто хочет сказать тост? — предлагает Рита. — А зачем так рано? — Борис, хоть и держит в руке бокал, но откровенно не понимает всей спешки. — Ну а что кота за хвост тянуть? Что ж... — Роман Грибочкин поднимается со своего места и осматривает присутствующих, в момент, когда он поднимает бокал, начинается первый звон колоколов, предвещающий поздравительную речь от президента. — Вот, смотрите как вовремя! Так вот, что я хочу сказать... Все мы в этой жизни во что-то верим, потому что не можем прожить без этой веры. Но верить во что-то — любить это что-то. Это значит, что без любви прожить невозможно. Так что, друзья мои, любите и будьте любимы! Все тянутся к бокалу Романа, чтобы чокнуться с ним. Одни Рома с Алиной чокаются вдвоём кружками с Добрый кола и выпивают их залпом. Все считают до двенадцати, наполнив свои бокалы снова. Все по-настоящему чувствуют себя счастливыми. Где-то за окном уже пускают первые салюты, звук от которых доносится из открытого окна. Дима переводит взгляд на ёлку, мигающую в полумраке разноцветными огоньками. А на ней не только шарики, но и бумажные игрушки, которые Рома делал ещё в детском саду. Он рассматривает их издалека, а потом переводит взгляд на Пашу, сидящего рядом, и расплывется в глупой улыбке, но такой, такой искренней. Когда завершается отсчёт, количество салютов за окном увеличивается в раз 5. Дима допивает свой бокал, держа Павла за руку. Он наклоняется, чтобы оставить невесомый поцелуй на его губах. Из-за чего Паша хихикает и притягивает его к себе за подбородок ближе, чтобы страстно поцеловать. Дмитрий начинает было отдаваться прикосновениям Паши, как вдруг у того начинает звонить телефон. Глаза Паши загораются, когда он видит входящий видеозвонок от какого-то Жоры. Он нажимает на кнопку ответа спустя секунду. — Паш! Паша! Привет! — Жора машет ему рукой в камеру. — С новым годом, дружище! — Жор! — Паша пытается перекричать шум на фоне. — С новым годом и тебя. Спасибо, что позвонил! Жора показывает большой палец в камеру и улыбается. — Да, всё хорошо. Ты в порядке? Ты с кем там? — Жора делает вид, что пытается заглянуть за спину Павла, где сидит Дмитрий. Паша резко краснеет, но всё-таки поворачивается к Диме так, чтобы их обоих было видно на экране. — Дим, это мой лучший друг — Жора, — Паша улыбается, указывая ладонью в экран. — Жор, это мой парень. Жоре сначала кажется, что он ослышался, но он понимает, что нет. Учитывая, как близко они сидят друг к другу... — Оу, — Жора поправляет свои волосы. — Ну, э-э... Совет вам да любовь! — Вот уж спасибо, — ворчит Паша. — Ладно, давай-ка мы лучше завтра созвонимся, может получится увидеться ещё. Расскажу тебе про всё...***
Утром, когда все уже улеглись спать по спальням и гостевым комнатам, единственными, кто оставались в сознании были Дима и Паша. Осадок от смешавшегося внутри алкоголя приятно отдавал в голову, контрастируя с заполнившим кухню резким запахом натуральных зёрен кофе. За окном было ни темно, ни светло, — серо. Паша стоял, оперевшись задницей о стол позади и, сложив руки на груди и закрыв глаза, слушал как Дима пытается разобраться с этой кофемашиной, доставшейся в подарок от Бориса. Паша был одет в футболку Димы, которая на нём смотрелась ещё более менее, и в спортивные штаны, которые приходилось туго завязывать, чтобы они не спадали, — тоже позаимствованные у Дмитрия. Павел в блаженстве закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Где-то на фоне шумел телевизор. Спустя минуты две такого спокойствия, Дима подошёл к Павлу с белой чашкой в руке. — Эспрессо, — представил напиток он, пародируя своим видом какую-нибудь девушку из рекламы. Дима подставил напиток Паше под нос, отчего тот открыл глаза. — Хочешь попробовать? Паша немного изменил свое положение, садясь на стол и растекаясь в улыбке. — Ты сам-то это пробовал? — он немного поёрзал на месте, пытаясь сесть удобнее, и слегка раздвинул ноги, чтобы Дмитрий мог переместиться ближе. — Не-а, — Дима оценивающим взглядом оценил напиток. Выглядело странно. — Будешь моим подопытным. Паша аккуратно взял чашку и поднёс к носу, проверяя на аромат. Несмотря на то, что внешне эта субстанция выглядела не очень, она довольно здорово пахла, поэтому Павел наклонился и сделал несколько небольших глотков. — Кофе как кофе, — Паша пожал плечами, хмурясь, словно он тщательно пытается выявить недостатки у напитка. — Сам попробуй. Дмитрий покачал головой. — Ну вот сейчас ты мне в этом и поможешь. Мужчина ухмыльнулся, после чего забрал напиток из рук Павла и переместил его на столешницу рядом. Паша в недоумении свёл брови, а Дима наклонился к рядовому, чтобы страстно поцеловать, притягивая парня к себе за талию и исследуя языком в его рту. Пахло шампанским, водкой и кофе с вокзала, да и на вкус было примерно так же. Паша застонал от ощущения сильных и горячих рук на своей коже. Он выгнулся навстречу, шаловливо прижимаясь своей промежностью к паху Димы. Ленников отстранился, смотря на парня сверху похотливым взглядом. — Вот так, значит? — Дмитрий прильнул к его шее, посасывая кожу. Одна его рука скользнула вниз, чтобы погладить бедро Павла в опасной близости от места, где ему становилось всё напряжённей и напряжённей. Другой рукой он продолжал сжимать талию мальчика, выводя пальцем незамысловатый узор на коже живота. Паша ахнул куда-то примерно за ухо мужчине, обнимая его за шею и ещё шире раздвигая ноги, чувствуя, как приятно давит выпуклость мужчины напротив. Он вспомнил, как ощущается член Димы внутри, как он прекрасно прижимается к его простате, и от желания у него появилось ощущение, будто его неплохо так наэлектризовали. Теплые пальцы Димы невесомо проводили по коже живота Павла, отчего тот в блаженстве закатывал глаза и краснел, словно девственница перед первым разом. — Блять, да... — Паша толкнулся бёдрами навстречу, когда Дима накрыл его член ладонью, пусть и через ткань спортивных штанов. Дима аккуратно сжал его, заставляя рот Паши открыться. — Блять, Дим, хочу тебя... Они слишком долго не занимались сексом. Последний раз это было ещё до того, как они поругались. Паша в те времена не был уверен, действительно ли он нравится своему лейтенанту, или же он был просто временным развлечением для него. Потом они просто этого не делали. Нет, хотели но... Все их попытки были обречены на провал, так как у них никогда не было много времени на то, чтобы уединиться. Сейчас, когда это время появилось, даже движения Димы немного отличались. Паша уже понимал, что тот был нетерпелив в плане секса, но сейчас он вдруг резко стал нежным и не требующим большего, пока Паша не попросит сам. Поэтому Паша попросил. — М-м, я хочу твой член, — он нетерпеливо подвигал бедрами в поиске трения и сам опустил руку между ног Дмитрия, поглаживая его возбуждение, и как бы подтверждая этими действиями свои слова. Дмитрий оторвался от шеи Павла. — А я хочу твою задницу, — произнёс он с загадочной улыбкой, поглаживая руки рядового. — Поможем друг другу? Паша расплылся в улыбке, глядя на лейтенанта сверху из-под прикрытых век. — Тогда нам стоит, наверное, переместиться в спальню. Дмитрий тихо рассмеялся, когда его рядовой замедлил свою речь и начал читать чуть ли не по слогам, чтобы правильно произнести слово "переместиться" с первого раза. Паша, всё ещё продолжая глупо улыбаться, положил свои ладони ему на лицо, обводя пальцами скулы и поглаживая щёки. Он притянул лейтенанта к себе, чтобы ухватиться зубами за его нижнюю губу. Дима, в ответ на такие заигрывания, начал целовать его с большим напором, от которого у Паши кружилась голова и начинало сводить живот от желания. — Как скажешь, принцесса, — пробубнил Дима прямо в его губы и отодвинулся, улавливая на языке вкус оливье, две тарелки которого пару часов назад съел Паша. Они многозначительно переглянулись, прежде чем Дмитрий подошёл к столу с другой стороны и взял Павла на руки. — Ты что творишь? — прошипел Паша, вскидывая брови и хмурясь. — Перемещаю тебя в спальню, — Дима скопировал ту манеру, с которой Паша произнёс "переместиться", отчего тот закатил глаза и обречённо взглянул на него. — Ты всё равно не знаешь куда идти. Паша побёжденно выдохнул и, обняв Диму за шею, положил голову ему на плечо. Спустя три минуты бесконечного спотыкания о какие-то вещи на полу в тёмном коридоре (Дима даже умудрился сбить спящую кошку с её лежанки), они наконец добрались до спальни Дмитрия, где Паша ещё не был ни разу. Паша хотел было попросить его включить свет, чтобы он мог рассмотреть картины на стенах и большое количество фотографий на полках, как тот аккуратно уложил его на кровать и, оставив поцелуй на его губах со словами по типу "Осмотришься позже", принялся стаскивать с него футболку. Павел блаженно выдохнул под звук приземляющейся футболки куда-то на пол и раздвинул ноги, сгибая их и расставляя по обе стороны, давая Диме больше места. Дима же наклоняется, чтобы схватить сосок Паши губами, а руками продолжить гладить его тело. Рядовой откровенно стонет, поддаваясь ласкам, и Дмитрий мычит в ответ, когда тот бесстыдно выгибается ему навстречу. Паша тянется рукой к поясу штанов любовника, и, с расширившимися от возбуждения зрачками, смотрит на Диму и одними губами просит: "Сними". Тот вряд-ли понимает его просьбу, но определённо соглашается с ним, избавляя их обоих от оставшейся одежды, делая их полностью голыми. Они оба стонут, когда их горячая кожа наконец скользит друг по другу. Дмитрий прижимает свой член к члену Павла и тот импульсивно качает бёдрами навстречу. Кровать под ними издаёт тихие скрипы с каждым их движением. — Я уже не могу терпеть, — прохныкал Паша. Дима крепко схватил его за запястья и сжал их над головой парня. — Думаешь я могу терпеть? Ты, ненасытный, дразнил меня весь вечер на людях, — он приблизился к нему так, чтобы их носы почти соприкасались. — Ты даже не представляешь, о чём я тогда сидел и думал. Паша хихикнул, двигая тазом и создавая такое необходимое сейчас трение. — О чём? — спрашивает он, изображая невинность. На лбу Дмитрия выступает пот, отчего его волосы приобретают ещё более волнистый вид. Он гладит член Паши свободной рукой, задерживая пальцы на его головке. Паша в ответ дрожит со вздохом. — Я уже думал, что не выдержу, и мне придётся вывести тебя за ручку из-за стола и трахнуть где-нибудь у стенки прямо в коридоре, зажимая тебе рот. Паша довольно улыбается и сжимает Диму между своих ног, притягивая его тем самым ещё ближе. Но Дима отстраняется и стремительно поднимается с кровати, чтобы пройти в другой угол комнаты и начать шариться у себя в сумке. Павел понимал, что он ищет смазку, которую Дмитрий и купил в аптеке в аэропорту за бешеные бабки, поэтому он остался лежать на кровати, наблюдая за тем, как вдалеке маячит голая задница лейтенанта. Сам лейтенант себя долго ждать не заставил, возвращаясь в кровать с этим несчастным тюбиком. Дмитрий выдавил себе немного на пальцы и опустил ладонь между ягодиц Паши. Он осторожно коснулся его отверстия и резко подал голос. — Ароматы ванили... — напел он известный мотив, уловив запах ванильной смазки, и тихо фыркнул от смеха под недовольное шипение Павла. — О боже, я не буду с тобой заниматься сексом, можешь идти, — Паша сделал разочарованное лицо и отвернулся, чтобы скрыть улыбку, но резко переменился в лице, когда внутрь него так легко скользнуло аж два пальца сразу. — А-ах, беру свои слова обратно. Только без "Седьмого лепестка", умоляю. Дмитрий загадочно улыбался, исследуя отверстие Павла изнутри, меняя положения пальцев. Он аккуратно коснулся его простаты, заставляя того метнуться вверх, сжав пальцы на ногах. Хорошо, что подушка спасла его от столкновения с изголовьем кровати. — Блять! Дим, если ты мне сейчас же не вставишь... — голос Паши колебался, пока он двигал бёдрами, насаживаясь на пальцы Димы самостоятельно. Дмитрий застонал и снова открыл тюбик, чтобы размазать ёбаные "Ароматы ванили" по своему члену, который и так уже который раз за день истекал предэякулятом, и одним толчком скользнул внутрь Павла. Паша застонал от ощущения растяжения, по которому так скучал. Дмитрий делал размеренные толчки в податливое тело, которое двигалось навстречу, усиливая скольжение внутри. Дима положил голову на плечо нетерпеливого Павла, продолжая двигаться внутри с большей скоростью. Паша притянул мужчину к себе за плечи, чтобы оставить влажный поцелуй на его губах, позволяя их движениям стать ещё грязнее и похотливее. Вскоре он застонал Диме прямо в рот и свёл брови, когда тот начал каждым своим движением попадать по его простате. Паша взял в руку свой член, но не смог сосредоточиться на том, чтобы подрочить себе. Дима заметил это, и, не прерывая быстрых толчков, обернул ладонь вокруг руки Павла на члене, двигая ею вниз. Он трахал его до звёзд в глазах. Он был таким чертовски твёрдым. У Паши почти потекли слюни от того, какие мерзкие звуки они издают вдвоём. Он притянул его за спину, хватаясь ногтями за кожу, и, кусая собственные губы, стонал каждый раз, когда член Димы входил внутрь него. Паша даже не осознавал, как близко он был к тому, чтобы кончить. В один момент Дмитрий укусил его за шею и толкнулся, попадая прямо по простате, из-за чего Павел вскрикнул и излился между их телами, делая их животы липкими. Дмитрий пришел за ним, оставляя свою сперму внутри него чуть ли не спустя секунду, наслаждаясь ощущением того, как сжимается задница Паши, пока тот кончает. Глаза парня блеснули озорным блеском, когда он двинул бёдрами навстречу, чувствуя, как сперма заполняет его изнутри. Дима в ответ на такое действие охнул и повалился на Павла в бессилии, тяжело дыша. — Я люблю тебя, — прошептал Дмитрий в вспотевшую шею Паши, который уже ласково уместил свою ладонь в волосах мужчины. — Так сильно. Паша улыбнулся, заправляя волосы ему за уши и целуя его в лоб. — И я тебя, глупый.
