Кандид Северус Принц.

Декабрь выдался снежным и морозным. Гарри всё думал о зеркале. Рон рассказывал про него уже несколько раз — кто-то из старшекурсников видел, кто-то слышал, кто-то пробовал подойти, но его отогнал Филч. Слухи росли, обрастали подробностями, и Гарри понимал, что рано или поздно он всё равно пойдёт. — Ты сегодня сам не свой, — заметил Блейз за завтраком. — Просто задумался, — ответил Гарри, отодвигая тарелку. — О чём? — О разных вещах. Блейз не стал допытываться. Драко, сидевший напротив, бросил на Гарри короткий взгляд, но ничего не сказал. После ужина Гарри поднялся на пятый этаж. Коридор был пустым. В конце, за поворотом, висело старое зеркало в позолоченной раме, доходившее до потолка. Гарри подошёл ближе. Зеркало Еиналеж. Оно было таким же, как в его памяти — огромное, величественное, с выгравированной надписью наверху. Он сделал шаг вперёд и посмотрел в отражение. И замер. В зеркале стоял не один он. Рядом с ним стоял Северус — живой, спокойный, без обычной хмурости на лице. С другой стороны — Джеймс Поттер, молодой, с растрёпанными волосами. Он не улыбался, как можно было ожидать. Он смотрел на Северуса странным, сложным взглядом — в котором читалось что-то трудно обьяснимое, пополам с горечью. А чуть позади — Лили. Лили с ярко-зелёными глазами, такими же, как у Гарри. Они не говорили. Просто смотрели на него — трое взрослых, связанных ритуалом, войной и им, Гарри. Гарри переводил взгляд с одного лица на другое. Джеймс положил руку на плечо Северуса — жест, который в жизни никогда не случился бы. Северус не отдёрнул плечо. Он стоял ровно, но Гарри видел, как напряжены его плечи. «Что между вами произошло на самом деле?» — подумал Гарри. — «Не только травля. Что-то большее». Он протянул руку к стеклу. — Папа, — прошептал он. Северус в отражении кивнул. Джеймс повернул голову и посмотрел на Гарри. В его глазах было сожаление. Лили улыбнулась. Гарри чувствовал, как к горлу подступает ком. В прошлой жизни он видел в этом зеркале родителей — и это разрывало сердце. Сейчас он видел отца. Настоящего. И двух людей, которые подарили ему жизнь. — Это всего лишь отражение, — раздался голос за спиной. Гарри обернулся. Северус стоял в дверях, скрестив руки на груди. — Откуда ты… — начал Гарри. — Я искал тебя, — ответил Северус, подходя ближе. — Ты пропустил ужин. Блейз сказал, что ты пошёл на пятый этаж. Гарри опустил глаза. — Прости. Я хотел… — Увидеть то, чего не хватает, — закончил Северус. — Это зеркало опасно. Дамблдор предупреждал. — Я знаю, — тихо сказал Гарри. — Но я должен был. Северус подошёл к зеркалу и посмотрел в него. Гарри не знал, что он видит — лицо Северуса оставалось непроницаемым, но пальцы, сжимающие палочку, побелели. — Что ты там увидел? — спросил Северус после долгой паузы. — Тебя, — ответил Гарри. — И Джеймса. И Лили. Северус медленно повернулся к нему. — Ты называешь её по имени. — Она не была моей матерью, — сказал Гарри. — Но она участвовала в ритуале. Она хотела, чтобы я появился. Я уважаю её за это. Северус молчал долго. — Я никогда не рассказывал тебе, как всё было на самом деле, — сказал он наконец. — Расскажи, — попросил Гарри. Северус отошёл от зеркала и сел на подоконник. — Джеймс и Лили хотели ребёнка. Не могли зачать. Лили нашла ритуал в книгах Принцев — древняя магия крови. Она пришла ко мне. — Ты согласился, — сказал Гарри. — Я был глуп, — ответил Северус. — Влюблён. Думал, что если помогу ей, она будет счастлива. Что я смогу быть рядом. — А Джеймс? Северус усмехнулся — без обычной горечи, скорее устало. — Джеймс… это сложно. Мы враждовали с первого курса. Но к тому времени, когда Лили предложила ритуал, что-то изменилось. Он не просил прощения. Я не прощал. Но мы оба понимали, что это нужно. Ради неё. — И ради наследника, — добавил Гарри. — И ради наследника, — кивнул Северус. — Поттеры всегда хотели продолжения рода. А Джеймс… — он помолчал. — Джеймс хотел, чтобы его ребёнок жил. Даже если для этого нужно принять мою кровь. Гарри слушал и чувствовал, как правда укладывается в его сознании кусочками пазла. — Он не ненавидел тебя? — спросил он. — Ненавидел, — ответил Северус. — Но не только. Иногда я думаю, что он завидовал мне. Моим знаниям зелий. Моей близости с Лили. А я завидовал ему — его популярности, его деньгам, его уверенности. — Вы были похожи, — тихо сказал Гарри. Северус посмотрел на него с удивлением. — Не говори ерунды. — Правда, — Гарри пожал плечами. — Оба упрямые. Оба талантливые. Оба любили Лили. Просто не могли найти общий язык. Северус молчал. — Он согласился на ритуал, — продолжил Гарри. — Не из ненависти. Из чего-то другого. — Из отчаяния, — сказал Северус. — Как и я. Они помолчали. — Ты не жалеешь? — спросил Гарри. — О чём? — Северус поднял бровь. — О том, что согласился. Северус посмотрел на него долгим взглядом. — Иногда, — сказал он. — Когда думаю о том, что ты мог вырасти у Поттеров. Что я бы не знал о тебе. Что ты бы никогда не пришёл ко мне. — Но я пришёл, — сказал Гарри. — Да, — кивнул Северус. — Пришёл. Он встал с подоконника и направился к выходу. — Пойдём. Завтра уроки. Нужно выспаться. Гарри бросил последний взгляд на зеркало. В отражении Северус всё ещё стоял рядом с Джеймсом, и Джеймс всё ещё держал руку на его плече. «Может быть, когда-нибудь, — подумал Гарри. — Может быть, я смогу понять, что между вами было на самом деле». Он развернулся и пошёл за отцом. --- По дороге в подземелья они не говорили. Гарри думал о том, что знал. О том, что Лили не была его матерью, но хотела, чтобы он появился. О том, что Джеймс и Северус — не просто враги, а что-то большее. О том, что ритуал объединил их кровью, которую никто из них не выбирал. — Папа, — позвал Гарри, когда они подошли к входу в гостиную Слизерина. Северус обернулся. — Ты хороший отец, — сказал Гарри. — Спасибо тебе. Северус кивнул. Ничего не сказал. Но когда Гарри уже заходил в гостиную, услышал за спиной тихое: — Сын. Он обернулся, но коридор был пуст. Северус ушёл. Гарри улыбнулся и шагнул внутрь.