Доверься мне

Утро. 10 ноября. Как и всегда, дома у Антона холодно из-за отключенного отопления, а также довольно странно пахнет. Виновник ужасных ароматов — Андрей, который является отцом Антона Шастуна. Запахи алкогольного душка и сырости лениво расстилались по всей квартире, всё больше раздражая юношу. Дойти спросонья в холод утром до туалета — задача непростая. Ступив за порог своей комнаты, более менее тёплой благодаря купленному недавно обогревателю, он двинулся в сторону ванной комнаты. Сказать, что дома у него была неблагоприятная атмосфера, не сказать ничего. Постоянный запах спирта, пива, сигарет, причём настолько дешёвых, что даже Антон их не переносил — это всё с каждым днем убивало последние капли спокойствия и умиротворения в доме. Решив, что одному в школу ему идти неинтересно, впрочем, как и всегда он набрал Диму. Дима жил недалеко от Антона и они часто ходили на учёбу вместе. Приложив телефон к уху, он стал ждать ответа друга, слушая длинные гудки ожидания. — Алё, Дим, ты как? — Да я нормально, как обычно. Шаст, за тобой опять зайти? — с добротой сказал Поз. Он уже привык к ежедневному ритуалу, традиции заходить за Тохой и идти в школу вместе, обсуждая семью, жизнь, кто что ел, да и всю прочую ерунду. Эти моменты были для Антона прекрасными, они согревали душу после запахов перегара и алкоголя в его квартире, давали шанс, хоть чуть-чуть забыть про свою неприятную атмосферу в семье. — Было бы неплохо! — Антону было смешно с того, что Дима уже понимает, зачем ему звонит друг каждое утро. (Да, даже в воскресенье.) — Через 15 минут буду. Успей, пожалуйста. Те, кто там уже с 7 утра говорят, что Пашка сегодня злой, — затараторил Димка, но на последней фразе тон перешел на более предупреждающий. — Хм. Интересно, что с ним такое? — вопрос Тохи был скорее риторическим, они не часто видели учителя в плохом настроении, да ещё и с утра. — Знаю что-ли я? Придём и спросим может, главное успеть. Иди собирайся, — Дима положил трубку и тоже пошёл надевать форму. Да, он не Антон, и потому ему купили школьную форму. Из-за этого он тот самый одноклассник, который ходит в форме, пока другие устраивают показ мод каждый божий день. Спустя 20 минут Антон был готов. Если бы не ежедневный ритуал с кофе, то он бы успел и за 10 минут. Но, увы, без напитка Шастун уснёт на первом же уроке. Вот в 8 он уже стоит у подъезда и курит с Димой. Ещё одна их традиция — закурить перед тем, как двинуться в путь. Докурив, друзья не спеша идут в школу. Идти до неё пешком по просторным улочкам около 30 минут. Но так как денег на проезд у обоих нет — ноги всегда актуальны. А еще можно подышать свежим морозным воздухом, что вызывает немало удовольствия. В 8:35 они уже сидят в классе и ждут, пока придет Павел Алексеевич. Он ведёт у ребят русский и литературу. Помимо того, он их классный руководитель. Классный чувак! Добрый, смелый, наверное сильный. Антон не узнавал. — Всем здравствуйте! — вот в класс и зашёл «Пашка», в мыслях Шастуна он всегда был, есть и будет Пашкой, а никакой не Павел Алексеевич, — Надеюсь, вы не забыли, что сегодня к нам в школу приезжает детектив по делу девочки из 8 класса, у которой украли телефон? Если помните, то, пожалуйста, ведите себя прилично. Детектив также будет ходить по кабинетам, обыскивать рюкзаки и сумки. Его визитки у меня на столе, можете взять. Зачем они вам? Я в душе не чаю, но возьмите, попросили раздать, — будто на одном дыхании сказал Добровольский и направился к столу. Взял визитки и поторопился раздать их на парту по 2 или 3. Целью было избавиться от них, не особо важно как. Антон взял черную визитку. Некоторые буквы на ней были белоснежными, а другие красными, прям как кровь. Шастун хмыкнул с этого сравнения, но продолжил с интересом рассматривать визитку, там было чётко написано: Арсений Сергеевич Попов. Детектив. Стаж — 10 лет. Номер телефона и фото этого Арсения. На фотографии он был в чёрном костюме, сидя на стуле в каком-то офисе. — Дим, оставишь? — с интересом поинтересовался Антон, отрывая взгляд от карточки и смотря на до сих пор рассматривающего визитку друга. — Да пусть будет. Как говорится, «Мало ли что», — задумчиво протянул Дима. Приняв обоюдное решение оставить визитки, друзья отправились на первый урок. Алгебра. Антон ненавидел её. Он любил литературу. Читать намного интереснее, чем что-то сидеть и вычислять. Благодаря чтению можно узнать разные высказывания, цитаты, а потом глубоко мыслить над ними. Это же лучшее, что могли придумать люди! — Дим, к Серёже на перемене зайдём? Они будут у кабинета физики, — предложил Антон. К сожалению, Серёжа с 9 класса попал в «Б» класс, в то время как Дима и Антон остались в «А». Ох уж это распределение… Но, несмотря на это, они каждый день виделись с Матвиенко, ходя к нему на перемены, а иногда даже собираясь на школьном дворе. — Конечно, я хотел ему передать тетради со всеми правилами по физике, он же сдаёт её. — Да, хорошо. Зайдя в кабинет алгебры, Антон уже паниковал. Только 2 четверть, а он уже устал от этой «точной науки». Ну тошно уже! А от голоса старой карги уже тянуло к унитазу. Но ладно. Шасту надо сдавать алгебру, как никак, поэтому приходится терпеть. Спустя такие долгие 45 минут они с Димкой пошли на этаж к Серёже. Встретив друга, ребята завели диалог ни о чем. Дима передал тетрадь, спросил, что Матвиенко ел сегодня и как себя чувствует. Все это, конечно, мило. Антон считал их дружеские отношения немного странными, но ладно, не его отношения, не его проблемы. Вот раздался звонок на урок. Следующий урок по расписанию у Шастуна — это география. Относится он к ней нейтрально. Ну есть и есть, что с неё взять. Зайдя в кабинет, Антон первым делом увидел весь класс, собравшийся вовремя, что было весьма удивительно, а некоторые даже успели разложить книги на парте. В их числе был и Дима. Окинув взглядом кабинет, он заметил сидящего на последней парте того самого Арсения Сергеевича, детектива с 10-летним стажем. Ради приличия Антон тихо поздоровался и сел на место. «Не внушает доверия». –подумал юноша. Детективы, они же в очках там, в шляпе с трубкой.С лупой обязательно, раз уж на то пошло. А это что? Граф сидит какой-то. Ладно, лучше сосредоточиться на уроке и новой теме, по которой и так на следующей неделе будет контрольная работа. —Дети, добрый день! — поздоровался с классом Арсений. Наверное, он как раз будет проверять содержимое рюкзаков, — подумал Антон, — Достаньте, пожалуйста, рюкзаки на парты и вытащите оттуда все содержимое, вплоть до вещей личной гигиены. Антон достал рюкзак, который остался в классе. Пока Шастун один бродил по коридорам школы, стал освобождать его. Хорошо, что сигареты он додумался оставить в раздевалке, иначе было бы не очень круто. Детектив явно бы сделал ему выговор. Доставая книги, тетради, кошелёк, как и всегда пустой, он нашёл на самом дне смятую бумажку. Она была похожа на какую-то шпаргалку или записку? Не его записку. Парень был в недоумении, он никогда не бросал мусор в рюкзак, да и на мусор то не было похоже. Оставив её на дне, решил прочесть на перемене. Дал осмотреть портфель и его содержимое Попову. Не увидев там ничего необычного, а именно пропавшего телефона, он пошёл дальше по рядам. Еле слышно Антон шепнул Диме, сидящему рядом: — На перемене не уходи, есть дело. — Да и не собирался я, а что за дело? — Поз поправил очки и выразительно взглянул на Шастуна. — Потом, я сам не понимаю пока. Урок длился будто бы всю вечность. Но как только прозвенел звонок, друзья выбежали в туалет и решили посмотреть, что же в записке… — Шаст, а она от кого? — переводя дыхание после бега спросил Дима. — В этом и суть, что я не знаю. Я нашёл её на дне рюкзака. Так все, смотреть давай!.. Момент был таким напряженным, но в тоже время жутко интересным! Длинными пальцами Антон аккуратно, словно боясь спугнуть этот листочек, раскрыл его. Зрачки расширились и стали похожими на 5 копеек. Все внутренние органы будто вывернулись. Он дрожащими от страха губами прочел вслух: Ты 78-й в очереди). — Тох, какая очередь? Я не понимаю, — в отличие от друга, Позов сохранял спокойствие. Да он и не понимал ничего особо. Зачем переживать то, раз уж на то пошло, не ему же написали. — ЧТО?! ДИМА, ЧТО ЭТО ТАКОЕ? Я БОЮСЬ! КАКАЯ ОЧЕРЕДЬ?! — Антон боялся подобных игр. Он видел их по телевизору, а после парня всегда бросало вдрожь от этого. Тут же все в реальности. Если это шутка кого-то из одноклассников, то ему сейчас ой как не смешно. Внутри все сжалось, дыхание участилось, а живот неприятно замутило. Он судорожно стал осматривать то помещение туалета, то записку, желая найти там еще какую-нибудь зацепку. Может текст все-таки адресован не ему?.. Едкая щелочь разливалась под зудящей кожей, которую хотелось рывком содрать с себя и выкинуть куда подальше, будто бы она была ядовита. Чувства перемешались вместе с мыслями, но единственная адекватная из них была обратиться к детективу. Но была ли она верной?.. Дима всеми силами пытался успокоить Антона. Тот старался сдерживать себя, не показывать тревогу и беспокойство, но тело предательски вздрагивало при любом шорохе, а глаза начинали лихорадочно бегать по помещению, стараясь найти виновника звука. Шастун очень боялся любых страшных фильмов. Они первыми же кадрами навеивали страх, а испуг окутывал все тело не давая право на лишнее движение. Разум заполняли разные кошмарные мысли, поэтому юноша накручивал себя всё больше во время просмотра страшилок. Вот и здесь такая же ситуация. Неприятное чувство разливалось по всему телу, сковывая движения. На данный момент, туалет стал самым безопасным местом для ученика, он банально боялся выйти наружу, опасаясь, что там его ждут новые страхи, новые угрозы, новые записки. А ведь очереди не стоят на месте, они всегда двигаются, медленно, но уверенно. Какая-то неподъемная плита давила всей силой на грудь ученика, мешая полноценно набирать воздух в грудь. Но вдруг ситуация Антону показалось нереальной. Да, точно! Он скоро проснется и все наладится, спокойно пойдет в школу вместе с Димкой, кое-как переживет уроки и уйдет домой. Да, все так и будет. Только вот. Шастун почему-то не просыпался. Ситуация оставалась прежней, а страх только больше окутывал душу. Как ни странно, он прислушивался к каждому малейшему звуку в пространстве, но совершенно не слышал голоса людей, он слышал лишь стук собственного сердца, которое с каждой минутой билось все быстрее, готовясь в любую секунду выпрыгнуть из груди. Голос Димы отдалился настолько далеко, что слышались лишь его отголоски. Он говорил что-то наподобие слов поддержки в сложную минуту. Антон был благодарен ему, но не слышал этих речей. Звонок уже, наверное, давно прозвенел, а урок, возможно, подходил к концу. Шастун не знал. Он лишь боялся. Из прострации его «вынул» друг. В конце концов, встряхнул за плечи, заставляя смотреть на себя. Но взор Шастун все равно направлял куда-то вдаль. Лицо Антона было ужасно бледным. Из-за этого темные круги под глазами выделялись более контрастнее, чем обычно. А вверху «мешков» были особенно заметны бегающие в пространстве зрачки зеленых глаз. Юноша покусывал губы от рефлексии, обострившейся благодаря волнению. Будто сквозь пелену сна послышался голос Поза. Он был тихим и спокойным, но с каждой секундой все прибавляя громкость. — Антон! Эу, ты меня слышишь? Успокойся, это наверняка розыгрыш! Прием, Шастун, вас вызывает Земля. Алло! Юноша вздрогнул от резкого голоса друга. Он наконец посмотрел в глаза Диме. Антон не мог выговорить ни слова, губы будто приклеились друг к другу. Единственное на что он был способен — это выразительно смотреть в глаза однокласснику, пытаясь с помощью них передать все эмоции, чувства и мысли. Позов странно посмотрел на него, а после достал телефон из кармана штанов и глянул на время. 11:23. Перевернув экран, он преподнес его прямо к лицу друга. Они опоздали на половину русского по неизвестной причине. Все бы ничего, но русский ведет Пашка, а это значит, что он по-любому доебеться к опозданию учеников. Смысла идти туда уже не было. — И что же теперь нам делать, Антон-непонятно-по-какой-причине разволновавшийся-Шастун? Юноша слабо пожал плечами, сопровождая свои действия тихим предложением. — Не знаю, может подойдем после урока? Скажем, что мне плохо стало и мы пошли в медпункт?.. Предложил ученик, сам не верующий в то, что классный руководитель им поверит. Но попытаться стоит. Дима тоже не знал, какой вариант можно предложить, поэтому, не сговариваясь друг с другом, они решили пока оставить это предположение. — Ну, как дела, Тох? Уже лучше? Друг интересовался не потому, что это было обязательным и правильным, а с искренней заботой. Он до конца не понимал, почему Шаст так испугался, но поднимать вновь эту тему не решился. — А? Да все нормально, забей. Антон иногда входил в некую прострацию, но Дима отвлекал его своими ненавязчивыми разговорами, за что юноша вновь был благодарен ему. Прозвенел звонок, обозначающий начало перемены. Парни, как по команде, встали и пошли в кабинет к Павлу Алексеевичу, словно на казнь. Они так и не поменяли вариант, уже плюнув на последствия, надеясь на то, что все само сложится наилучшим образом. Путь до кабинета Пашки каждый провел в своих раздумьях. Антон не переставал думать о записке. Откуда она появилась и кто ее отправитель? Подозрения падали абсолютно на всех, кто находился в кабинете, а людей там было слишком много. Но и Шаст не может обвинять всех подряд. Здесь явно нужна помощь специалиста. Юноши не заметили, как они оказались у нужного и долгожданного (нет) кабинета. Шастун посмотрел на Диму и взглядом кивнул на дверь, мол, давай, стучись. Позов чуть не подавился от возмущения. То есть он опоздал из-за него, а щас еще должен первый шаг сделать? Ну уж нет. Димка нахмурил брови и упрямо мотнул головой. Антон впал в ступор. Он смотрел то на дверь, то на Диму. Собрав всю волю в кулак, Шаст приподнял руку и притронулся к двери, а после сделал пару легких движений назад и вперед. За дверью послышался голос. — Да-да, входите! У Антона сердце ушло в пятки. Он так надеялся, что Павла Алексеевича нет в кабинете. Но нет. Ему же надо появиться, когда никому неудобно. Тяжело вздохнув, Шаст приоткрыл сильно скрипящую дверь и высунул голову. — О, Шастунишка! Заходи, прогульщик, — ухмыльнулся учитель. Вслед за Антоном последовал Дима, — Ого, и Димка здесь! Какие люди, да без охраны. Что же вы забыли здесь, высокопочтенные судари? Аль решили наведать своего старого учителя русского языка? — Антон скорчил лицо от такого «доброжелательного» приветствия классного руководителя. Пока Паша не продолжил свою пламенную речь, он выпалил: — Павел Алексеевич, мне стало плохо. Мы с Димой ходили в медпункт. Там мне сказали, что у меня температура, а у Димы давление, — быстро проговаривал Шаст жмуря глаза, уже заранее защищаясь от гнева учителя. — Да? — услышав речь друга, Димка обернулся и вопросительно посмотрел на едва дышащего Антона. И только потом все понял, — да, все так и было. — Эх, Шастунишка и Димазаврик, перед тем как идти в медпункт нужно учителя предупреждать, он несет ответственность за вас. Даже в первом классе это знают, как уж так, все учатся и умнеют, а вы наши «особенные» только тупеете, –не то, что-бы Павел Алексеевич был зол на юношей. Он был больше расстроен, ведь понимал, что ученики сказали ему явную ложь, но выпытывать правду не было ни сил, ни желания. Поэтому он лишь сказал, — раз у вас температура и давление идите домой, что вы тут забыли, — по правилам, Павел Алексеевич должен попросить справку у учеников и только потом отпускать на все 4 стороны, но эти уставы так надоели. — Но, Павел Алексеевич, нам не надо до… — уже начал Дима, но кто-то ударил его локтем в бок. Этот «кто-то» был естественно Шастун. Антон кинул такой взгляд на друга, мол: «если ты сейчас хоть еще одну букву произнесешь, то полетишь в окно вместе со своей прекрасной речью». Дима даже слегка испугался, но продолжил стоять на месте. — Хорошо, спасибо большое, Павел Алексеевич! — собрался и проговорил Тоха, при этом уже успев схватить друга за локоть. Попятился назад к спасительной двери. Бросив на прощание что-то наподобие «досвидания» он выбежал из класса. Паша проводил их странным взглядом. Они с Димкой уже впопыхах собирали вещи в гардеробной. Надевали куртки и накидывали капюшоны вместо шапок. Как хорошо, что Поз сразу понял, нужно проводить друга даже без просьбы Шастуна. Они вышли из школы и вдохнули свежий воздух, который пробирался в легкие через горло и приятно щекотал их. Вот это стресс конечно. Антон уже на автомате потянулся к карману куртки за пачкой сигарет. Кое-как достав его спасение он стал искать зажигалку во всевозможных карманах его верхней одежды. Слава богу, поиски увенчались успехом. Он поднес зажигалку к кончику сигареты и стал наблюдать за процессом. Конец «трубочки» покраснел вызывая тонкую струйку дыма. Шастун аккуратно поднес ее к губам, не спеша затягиваясь. Дым медленно и лениво разливался внутри тела, и в миг становилось намного легче и теплее. Он оседал на легких едва заметной корочкой. Антон посмотрел на Диму и кивнул на пачку в его руке, предлагая никотиновую палочку. Тот лишь помотал головой. Шастун пожал плечами, мол, как хочешь. Докурив, он бросил сигарету на асфальт. Она лежала там и догорала совершенно одна, уже никому ненужная, использованная. Друзья продолжили болтать о всевозможных пустяках. Это успокаивало и заставляло абстрагироваться от тревожных мыслей и от страшного внешнего мира. Антон не знал, сколько прошло времени за разговорами, но перед глазами уже был его дом, вроде как родной, в котором он родился и прожил немалую часть своей жизни, но он был таким чужим, с ним было связано слишком много грустных воспоминаний. Шаст вновь впал в ступор. Он вдруг забыл, как ходить. Антон не мог решиться. Дима завидев странное поведение друга положил ему руку на плечо и еле слышно сказал: — Тох, все будет хорошо. Я с тобой! — Позов старался поддержать друга, но сам не понимал, как это правильно сделать. Антон был благодарен ему за все, за слова, за время вместе. Непонятно где он был, если бы не Димка. Шастун попытался выдавить улыбку, но получилось слабо. Он решился на первый шаг. А когда еще если не сейчас? Он кивнул на прощание Диме и пошел в свой подъезд. Шаст был весь на иголках. Он вновь оглядывался на каждый шорох. Умолял лифт, что-бы: во-первых там никого не было, а во-вторых, что-бы он приехал уже быстрее. Удивительно, но похоже его молитвы были услышаны. Лифт был пустой и приехал через минуты две. Тоха зашел внутрь и нажал на нужную кнопку этажа. Он попытался утихомирить дыхание, но получалось мягко сказать не очень. Когда юноша оказался около своей входной двери он прислушался к звукам внутри квартиры. Там было тихо. Это хорошо. А может. и нет. В любом случае, скорее всего, в квартире его никто не достанет, как говорится: «мой дом — моя крепость». Парень достал ключи и ровно два раза прокрутил их в замочной скважине. Дверь со скрипом открылась. Перед глазами возникла весьма бедная квартира. Но ученик уже привык к такой картине. Ободранные обои, до сих пор не выветрившийся запах сигаретного дыма и алкоголя, смешивающийся с затхлым запахом помещения, старый потертый линолеум. Антон привык ко всему, это все окружало его с самого детства до сей поры. Со временем люди привыкают даже к самым ужасным привычкам, традициям, помещениям. Обычно, сначала тебе что-то не нравится, но ты ничего не можешь с этим поделать. Поэтому приходится смириться и забыть. Именно после смирения новые свежие раны прикрываются корочкой льда, и все люди продолжают жить дальше с огромной дырой в сердце. Вот и Антон подумывал забить на тревожные мысли и на злосчастную записку. Но рука сама потянулась к рюкзаку, открывая его и доставая визитку. А тем временем другая рука нашла в кармане телефон и стала набирать нужный номер. Антон очнулся лишь тогда, когда к уху прислонил гаджет и послышались длительные гудки. Первый, второй… — Да, слушаю, — послышался спокойный голос детектива. Он как-будто ждал звонка, что было странно. — А… Эм, здравствуйте! — Антон до сих пор стоял в куртке. Он был в недоумении, когда это он перестал контролировать свое тело, а руки стали жить своей жизнью, — Извините, пожалуйста, за беспокойство. Это Антон Шастун. Вы сегодня в нашем классе проводили осмотр рюкзаков, — поспешил продолжить Шаст, ведь Арсений Сергеевич ждал логического завершения обращения парня к нему. — Ну, слушай, сегодня я прошел много классов с осмотром, — усмехнулся детектив. Мальчишка был весьма забавным. — Аа, 11 «А» класс, если так будет понятнее, — Антон не понимал, как нужно правильно сформулировать свою мысль. Этот звонок получился таким спонтанным, что Шаст даже не придумал речь. — Уже лучше, чем ничего, — после довольно продолжительной паузы сказал Арсений, — по какой причине ты совершил звонок? И тут юноша замялся. Как правильно сказать про записку, чтобы не спугнуть человека. Хотя это вряд-ли случится.У этого детектива стаж — 10 лет как никак, многое повидал, наверное. Чуть помолчав он взвесил все, и принял по его мнению рациональное решение. Сказать все прямо. — Во время осмотра рюкзаков я заметил на дне сумки записку. На перемене открыл ее. Там была надпись: «ты 78-й в очереди)», — парень выпалил эту фразу на одном дыхании. Голос в конце предательски дрогнул. Вспоминать тот момент было поистине страшно, — я сомневаюсь, что это розыгрыш одноклассников, — дополнив свою речь и опередив предположение Арсения Сергеевича произнес юноша. — Чтож, хорошо. Нам нужно встретиться, чтобы я смог осмотреть ее и снять экспертизу. Где мы можем увидеться? — задумчивым тоном произнес детектив. Было слышно, тот явно призадумался. После того, как Шаст предложил встретиться в своей квартире и сразу же сказав адрес места жительства, разговор закончился. Гудки отменены. Вызова уже прекратились. Но Антон стоял в ступоре. Он до сих пор не верил в происходящее. Неужели это все? То-есть нужно было просто позвонить, и детектив сразу же согласится помогать ученику? Не странно ли это? А впрочем, какая разница? Главное, что теперь он точно не один. Специалист с многолетним стажем сможет разгадать неизведанную тайну записки. Антон повесив куртку на гвоздь в прихожей (да-да именно гвоздь, крючка для курток у них, к сожалению, не было), ушел на кухню, дожидаясь там Арсения Сергеевича.