Чёрный мех

Низенький мужчина с острыми ушами не внушал Кэйе особого доверия. Впрочем, это кажется это было даже взаимно. Он изучающе рассматривал юношу с ног до головы, и в голову к мечнику впервые пришло осознание происходящего. Что он тут делает? В чужой стране пытается стать кем? Вновь предателем? — Не знал, что у тебя появился спутник, — тон, которым предвестник обращался к Тарталье, был пропитан каким-то странным теплом, но удивило Кэйю не это… Аякс что, покраснел.? Конечно это можно было списать на холод, что проникал даже вглубь помещений, но кажется формулировка Пульчинеллы действительно смутила его. — Э, да, он здорово владеет мечом. Кажется теперь предвестник смотрел на него ещё более пристально, отчего Кэйа невольно отводил взгляд. Впрочем, после следующего его вопроса внимание юноши невольно вернулось к мэру, хотя адресован он был Чайлду. — Он ведь родом из Каэнриах, да? — Именно. — Пьеро в курсе? — Нет, я решил сперва представить его Царице. — Дорогой, наш статус даёт нам право в любой момент просить аудиенции у Царицы, но лишь по важным причинам, а не для знакомства с друзьями… — Я хочу, чтобы он стал предвестником. — Чайлд, мы не в праве сами назначать… — Именно поэтому я отведу его к Царице, — прервал его рыжеволосый. — Ты должен согласовать это с нами, Пьеро будет… — Наше мнение здесь ничего не значит! Если Царица решит, что он достойный кандидат, даже Пьеро не сможет воспротивиться этому. Если же она откажет, я хочу, чтобы он никогда не узнал про этого юношу. Он погубит его. Кэйа тихо вышел в коридор. Он всё равно не понимал, о чём они спорили, хотя по дороге Тарталья и пытался объяснить ему устройство жизни в Снежной. Юноша знал лишь, что спорят о нём, поэтому присутствовать рядом не хотелось. Вместо этого он двинулся по коридору, рассматривая витражи в огромных окнах, через которые беспрепятственно проникал холод. Кэйа невольно поежился, глубже кутаясь в мех. В кои-то веки этот элемент одежды сыграл и практическую роль. Стеклянные картины поражали, приковывали внимание, оттого он и не заметил человека, что так же увлеченно рассматривал тонкий рисунок. Столкнувшись с кем-то плечом Кэйа сперва подумал, что для него очень странно настолько отвлекаться от происходящего вокруг, что даже боковым зрением не заметил чужой фигуры. Затем голову посетила мысль о необходимости извиниться, но только юноша открыл рот как замер. Его внимание привлек не изящный меч на поясе, не посеребрённые сединой волосы, ни даже маска на правом глазу… Его ошарашило то, что он увидел в левом. Мужчина перед ним бегло провёл по нему скучающим взглядом, после чего также наткнулся на единственный открытый глаз юноши и тоже замер. Где-то сзади Кэйа услышал торопливые шаги, но даже не шелохнулся, пристально всматриваясь в ромбик чужого зрачка. Такой же, как видел в зеркале. Чайлд, вот чьи это были шаги, торопливо втиснулся в пространство между ними и чуть приподнял подбородок, чтобы смотреть мужчине в глаза: — Пьеро, не трогай его, — он говорил серьезно и уверенно, но в его голосе Кэйа всё равно уловил нотки азарта, что случалось каждый раз, когда он думал о хорошей битве. Это давало некоторую оценку способностям незнакомца. В следующий момент тот наглядно продемонстрировал их, внезапно обнажив меч и ринувшись на юношу. Его спасло лишь то, что сперва мужчине пришлось оттолкнуть Тарталью. За это время Кэйа успел выхватить собственный клинок и в момент удара уже отскочил назад, отбивая атаку. Ещё несколько выпадов, но Пьеро — Чайлд ведь так его назвал? — видимо не собирался всерьёз его ранить. Кэйа отбивал каждую атаку, хотя знал, что ни одна из них не достигла бы его кожи. Знал, потому что его собственный стиль боя был абсолютно такой же. Аякс говорил, что предугадать его атаки невозможно, но это было не совсем так. У них действительно не было четкого порядка, а количество различных выпадов было огромным, но всё-таки определенная система оставалась править этим танцем. Кэйа не раз видел, как мастерски владеет мечом Эола, танцуя на поле боя. Кэйа тоже танцевал, но танец этот всегда был парный. Сейчас перед ним был тот, кто мог подхватить его движения, составить идеальный дуэт… — Ты прав, он здорово владеет мечом, — тихо прокомментировал подошедший на шум битвы Пульчинелла. Тарталья лишь сглотнул, неуверенно кивая. Кэйа видел, как перекатился вверх, а затем вниз его кадык. А ещё видел, как на лезвии меча сверкает холодное солнце, как в другом конце коридора открывается дверь… Все его чувства словно обострились. Кажется теперь он понимал, что испытывает Чайлд во время хорошей битвы. Кажется, он улыбался. — Как твоё имя? — меч Пьеро исчез в ножнах столь же быстро, как до того их покинул. — Кэйа Альберих, — твёрдо ответил юноша, так же пряча меч. — Альберих… Сколько тебе лет, юноша? — Проклятье меня не коснулось, если Вы хотите знать. — Зачем ты пришёл сюда? Ещё утром он не смог бы дать четкого ответа, но сейчас слова сорвались с губ сами собой: — Отомстить богам.