С днюхой, Макс.

***

      Костя смотрел на нее, нахмурившись. Его обещание повисло в воздухе, словно невидимая нить, связывающая их в этот шумный, но для них двоих, такой интимный момент. Вокруг них гремела музыка, кто-то смеялся над глупой шуткой, а кто-то отчаянно пытался перекричать соседа, но для Кости существовала только она. Девушка, с фотоаппаратом в руках, с надутыми губами и лучистыми глазами, полными надежды. — И зачем тебе это? — пробормотал он, переводя взгляд на ее пальцы, сжимающие холодный металл камеры.       Ему не нравились фотографии. Они всегда казались ему... фальшивыми. Слишком статичными, слишком отредактированными, чтобы передать истинную суть момента. В них не было ни запаха лета, ни ощущения ветра на коже, ни того необъяснимого чувства, когда ты просто знаешь, что счастлив. Она, как всегда, поняла его без слов. Склонила голову набок, ее тёмные волосы мягко коснулись плеч. — Чтобы помнить, Костя. Чтобы потом, когда мы постареем, смотреть на них и вспоминать, как было хорошо, — в ее голосе звучала едва уловимая грусть, которая кольнула его сердце.       Она всегда смотрела в будущее, мечтала о нем, в то время как он... он просто жил одним днем. Он боялся будущего, боялся, что оно отнимет у него все, что ему дорого. — Мы и так будем помнить, — упрямо сказал Костя, — Зачем нам какие-то бумажки?       Девушка рассмеялась, ее смех был таким звонким и искренним, что Костя невольно улыбнулся. Настоящей, теплой улыбкой, которая заставила ее глаза засиять еще ярче. — Ты у меня такой консерватор, —поддразнила она, слегка толкнув его плечом, — Но фотографии — это больше, чем просто бумажки. Это застывшие мгновения счастья. Они помогают нам не забыть, как сильно мы любили, как громко смеялись, как ярко светило солнце в тот день.       Она снова подняла фотоаппарат, настраивая объектив. Костя нехотя расслабился, позволяя ей делать свою работу. Он знал, что спорить бесполезно. Когда она чего-то хотела, она этого добивалась. В этом была ее сила, ее настойчивость, ее неукротимый дух. Это то, что он так сильно любил в ней. — Ну же, Костя, — сказала она, выжидающе глядя на него через объектив, — Улыбнись по-настоящему. Представь, что ты выиграл в лотерею. Или что я только что рассказала тебе самую смешную шутку в мире.       Он прикрыл глаза, пытаясь выдавить из себя что-то похожее на радость. Он не чувствовал ничего, кроме усталости и какой-то смутной тревоги. Он не понимал, почему она так настаивает на этих улыбках. — Костя, — она произнесла его имя с укором, в ее голосе чувствовалась легкая обида, — Не будь таким букой. Я знаю, что тебе сейчас нелегко, но.. пожалуйста, сделай это для меня.       Его сердце сжалось. Он не мог отказать ей в ее просьбе. Не мог видеть ее разочарование. Он всегда старался сделать ее счастливой, даже если это причиняло ему боль. Костя сделал глубокий вдох и попытался расслабить мышцы лица. Он вспомнил их первую встречу, ее неуклюжую попытку подмигнуть ему, ее красные щеки, когда он поймал ее на воровстве яблок в соседском саду. Вспомнил ее смех, когда они вместе упали в реку, пытаясь переплыть ее на самодельном плоту. Вспомнил ее нежные прикосновения, ее теплые объятия, ее искреннюю любовь.       И вдруг, словно по волшебству, на его лице появилась настоящая улыбка. Не та натянутая гримаса, которую он показывал раньше, а теплая, светлая улыбка, которая шла от самого сердца. — Вот так, — прошептала девушка, нажимая на кнопку спуска затвора.       Вспышка. На мгновение все вокруг стало белым. Когда зрение вернулось, она стояла перед ним, сияющая и довольная. — Спасибо, — тихо сказала она, опуская фотоаппарат.       Она подошла к нему и обняла его крепко-крепко. Костя почувствовал тепло ее тела, запах ее волос, ее сердцебиение, совпадающее с его собственным. В этот момент ему показалось, что все проблемы мира отступили. Остались только он и она, в объятиях друг друга, в окружении шума и смеха, но совершенно одни. Он зарылся лицом в ее волосы, вдыхая ее аромат. Он хотел, чтобы этот момент длился вечно. Он хотел сохранить его в памяти, как самое дорогое. — А теперь.. — девушка вдруг подняла голову и говорила энергичным голосом, — Пошли веселиться!       Она потянула его за руку в сторону костра, вокруг которого уже собралась небольшая компания их друзей. Звучала громкая музыка, смех перекрывал шум леса. Костя нехотя последовал за ней, чувствуя себя не в своей тарелке.       Вечеринка разгоралась. Кто-то танцевал, кто-то, отбившись от коллектива, тихо беседовал в тени деревьев. Девушка Кости, словно маленький ураган, металась между всеми, стараясь уделить внимание каждому. Он наблюдал за ней, и сердце его сжималось от нежности и.. страха.       Она была слишком яркой, слишком живой. Слишком хорошей для этого мира.       Ближе к полуночи небо расцветили огни фейерверка. Все замерли, запрокинув головы, наблюдая за разноцветными искрами, рассыпающимися в ночном небе. Костя стоял рядом с ней, обняв ее за плечи. Она прижалась к нему, улыбаясь. — Красиво, правда? — прошептала она, не отрывая взгляда от огней. — Очень, — согласился Костя, глядя не на фейерверк, а на нее.       После фейерверка все немного устали и стали расходиться по палаткам, а они остались сидеть у костра вдвоем, наслаждаясь тишиной и теплом. — Кстати, — начала она, положив голову ему на плечо, — Конечно, это твой день рождения, а не мой, но.. я загадала желание.       Костя замер, боясь спугнуть момент. Сердце бешено колотилось, словно маленький пойманный зверёк. Слова девушки, простые и искренние, прозвучали как заклинание. Он смотрел в её глаза, пытаясь разгадать, что скрывается за этим нежным признанием. — Какое? — спросил Костя, стараясь унять дрожь в голосе.       Она улыбнулась, — мягко, чуть застенчиво — и отвернула взгляд к костру. Пламя играло на её щеках, окрашивая их в теплый янтарный цвет. — Если я скажу, оно не сбудется, —прошептала она, словно делилась самым сокровенным секретом.       Костя придвинулся ближе, чувствуя её тепло сквозь тонкую ткань платья. Он обнял её крепче, стараясь разделить с ней и тишину ночи, и мерцание звёзд, и трепетное волнение, охватившее их обоих. — Ладно, — сказал парень, чуть приподняв её подбородок, чтобы снова встретиться взглядом, — Тогда давай так: я тоже загадаю желание. И ты попробуешь угадать, какое. — Хорошо, — согласилась девушка, а в её глазах мелькнул озорной блеск, — Но мое желание все равно самое важное. — Конечно, — усмехнулся Костя, — Всегда.       Он закрыл глаза, на мгновение представляя, как фейерверки, рассыпаясь в небе, отражаются в её глазах. Он загадал желание, простое и очевидное, такое, которое, казалось, уже сбывалось — быть рядом с ней, чувствовать её тепло, слышать её дыхание. Открыв глаза, он увидел, что она смотрит на него с любопытством. — Ну? — спросила она, — Что ты загадал?       Костя не ответил сразу. Он медленно провел рукой по её щеке, ощущая нежность её кожи. — Я загадал.. чтобы этот момент длился вечно.       Она покраснела и опустила голову. Тишина снова воцарилась между ними, но на этот раз она была наполнена не только теплом костра, но и предчувствием чего-то большего. — Вечно – это долго, — пробормотала девушка. — А я и не тороплюсь, — ответил Костя, поднимая её голову и нежно целуя в лоб.       Она покраснела еще сильнее, опустив взгляд на потрескивающие угли. Слова застряли в горле, не в силах вырваться наружу. Ей казалось, что любой звук нарушит хрупкую магию этого момента, разрушит тонкий баланс между нежностью и трепетным ожиданием. Костя обнял ее, прижимая к себе так сильно, что она почувствовала, как его сердце бьется в унисон с ее собственным. Она уткнулась лицом в его плечо, вдыхая его запах — смесь свежего воздуха, дыма костра и чего-то еще, чего-то чисто мужского и невероятно притягательного. — Я люблю тебя, принцесса, — тихо шепнул Костя, разрушая тишину.       Девушка подняла голову, но не отстранила щеку от плеча юноши, и слегка надула губы. — Ярослава.       Костя тихо хихикнул и мягко улыбнулся, прижимая губы к её волосам. — Я люблю тебя, Яра.       Ярослава почувствовала, как сердце бешено колотится в груди, словно пойманная в клетку птица. Слова Кости звучали так сладко, так искренне, что ей хотелось поверить в них безоговорочно. Но в глубине души еще таился страх, тень прошлых обид и разочарований. Она прикрыла глаза, стараясь удержать в памяти это мгновение, запах костра и его близость. — Я тоже тебя люблю, Костя.. — прошептала она, почти неслышно.       

***

— Кость? — вдруг позвала Кристина, положив руку на плечо парня.       Костя встряхнул головой и тяжело вздохнул, возвращаясь к реальности. Он выглядел странно опустошенным сейчас. — Задумался, — он коротко ответил и поник головой. — Редко можно увидеть тебя таким, — мягко сказала Кристина. — Каким «таким»? — Костя поднял взгляд, а в его глазах не виднелось той обычной искры. — Таким подавленным, — ответила Кристина, убирая руку с его плеча, — Вспомнил ту девушку?       Парень лишь замотал головой. Он знал, что не нужно ей говорить. Он знал, что придётся солгать. — Нет, — проговорил Костя и встал из-за стола, потягиваясь и пытаясь поменять тему разговора, — Пойдём лучше ребят проверим.       Кристина, тихо вздохнув, встала следом. В её взгляде читалось что-то между тревогой и пониманием, и Костя отвернулся, не желая, чтобы она видела эту маску. Он знал, что ему не скрыть от неё правду полностью, но надеялся хотя бы отложить этот разговор. — Ладно, пошли, — тихо проговорила Кристина, — Но мы к этому ещё вернёмся.       Костя кивнул, зная, что она не отступит. Но сейчас ему нужно было сосредоточиться на другом. И, может быть, на том, чтобы не думать о ней. О той девушке, чье имя он даже не смел произнести вслух.